Стихи песен

Начиная работу над сборником стихов «Куда летела душа» я невольно стал прислушиваться к текстам своих песен, проверяя их на мелодичность и рифму. И нашел в текстах песен те ответы, которые не нашел в стихах.

Вступая на светлый путь, ведущий к вечности, я хочу окончательно расставить все по местам и навести порядок во всем, что было сделано. Этот сборник станет последней точкой в раннем этапе моего творчества.

Иногда я буду сопровождать стихи песен авторскими комментариями, а сами стихи разбавлю записями из своего музыкального дневника, чтобы читателю интереснее.

02 октября 2023 года. Николай Камелин.

Живешь вот так, куда-то спешишь, стараешься успеть и понравиться, взять от жизни все. Суета, суета, суета… И в этой суете забываешь, какая волшебная она – жизнь! Любите жизнь! Цените жизнь! Живите… жизнь! И будьте счастливы!

Помню это светлое настроение. Год примерно 2004. Я недавно купил синтезатор, набросал что-то бравурное с помощью встроенного сэмплера и получилась эта песня. Кстати, стихи в сборнике расположены хаотично, так как установить точную хронологии и время записи той или иной песни не всегда возможно.

Раньше казалось, что нужен алкоголь. Что так волшебно не будет без него. А теперь я понимаю, что так волшебно, как без него, с ним никогда не будет. Эта радость, разрывающая грудную клетку изнутри, когда играет хорошая музыка, ни на что не похожа. И хочется выпить, но это слабость и ошибка. Правильно – это оставаться максимально осознанным и чувствовать мир каждой клеткой своего трезвого тела. Дышать им, проникать и пронизать пространство. Вот великий дар и великое счастье!

Нет уже гитар, нет микрофонов и репетиций. Стихли овации друзей и осталось все это позади. Теперь можно оглянуться и вспомнить, как осмысленно и интересно проходила молодость. Спасибо, друзья!

Некоторые песни получились рваными, так как были написаны импульсивно и существуют в единственном варианте исполнения. Такими же получились и вышедшие из них стихи.

Что-то мистическо-гротескное, навеянное личными романтическими переживаниями, холодной весны 2005-го года.

Пошел слушать ранние альбомы питерских мальчиков 70-х годов XX века и понял, что у меня уже все было. Как в том анекдоте, где поймал мужик золотую рыбку и говорит: «Хочу, чтобы у меня все было!», а она на него посмотрела и говорит: «Мужик, у тебя все было!».

Были у меня портвейн, рок-н-ролл, квартирники, солнечный город и ветер в волосах, девушки и парни, взлеты и падения в бездонное небо Питера. Однажды мы встретимся. В сущности, это уже произошло.

Эта песня была написана после того, как мы с Сашей провели отличную ночь в ресторане недалеко от метро Дыбенко. Пришли туда уже пьяными, а кончилось все тем, что я проснулся в ресторане один, вышел на улицу, залитую летним приветливым солнышком, и понял, о чем будет моя следующая песня.

Со временем я стал все больше ценить тишину. Когда без компьютера, без телефона, телевизора или радио – наедине со своими мыслями и воспоминаниями.

Информационное поле постоянно перегружено. Не проходит дня, чтобы через гаджеты в наш мир не врывались убийства, пожары, наводнения, скандалы и стресс. Но все это проходяще.

Насколько лучше быть в тишине, чем с утра до вечера находиться в мутном потоке новостей. Иронично то, что психологи и различные «гуру» часто пишут о необходимости остановки внутреннего монолога, однако довольно много людей этот монолог даже не начинало. В самом деле зачем, если есть социальные сети и инфлюэнсеры, подкасты и стримы, радио и ТВ?

Привычка мыслить превратилась в отдельный вид искусства, недоступный большинству.

Песня для Клэр. Тогда казалось, что это начало новой жизни. Но это были еще одни неудачные отношения, от которых осталась еще одна песня о любви.

2009 год. 28 декабря с матерью и дедом отметили мои 25 лет. А через три дня, 31 декабря дед умер, упав с лестницы. Так началась моя свобода. Собственная комната в Питере! Лето, воздух, веселый смех, прогулки до утра и конечно музыка.

То лето промелькнуло метеором, загорелись угли старых моих отношений, воспламенилась страсть к легким N и алкоголю, пришли новые песни. Одна из них чудом сохранилась и была возвращена из безвременья буквально вчера, спустя 12 лет после написания и исполнения. И я с удовольствием делюсь ей с вами.

На днях я сделаю отдельный плейлист и немножко расскажу про то время. Время, когда ветер играл в волосах, алкоголь играл в крови, девушка играла на моих чувствах, а я играл на гитаре. А пока, на правах сингла, представляю одну из самых лиричных и теплых песен того времени.

Эту песню я помню хорошо. Писал ее для проекта Шухов-band. Тогда у меня были очередная бесконечная питерская зима, очередной роман, очередная группа и очередная песня. А кончилось все очередным провалом и распадом. По настоящее время Шухов-band остается последней моей попыткой собрать музыкальный коллектив.

13 лет было отдано музыке, веселью, пьянству и пороку. Я называю их «Чертова дюжина лет». С 13 до 26 я отдавал все силы музыке. А потом, в один из серых питерских дней, посмотрел на гитары, кофры, комбики, шнуры, тетради с текстами, кассеты с ранними записями, стакан с недопитым вином и честно сказал себе:

– Если ты не смог ничего добиться за 13 лет, может быть музыка – это не твое?

Тогда я закончил с музыкой. Несмотря на всех, кто говорил, что мне надо продолжать. Иногда мы останавливаемся в шаге от успеха, но я уже не узнаю, шаг мне оставался или вечность.

Нет, творить я не перестал. Просто переквалифицировался в писателя. Коммерческого писателя. И за те восемь лет, что пишу тексты за деньги, добился гораздо большего, реально измеримого успеха. Ниже в ленте пост про театр, в котором вышел спектакль по моей пьесе. Это лишь один эпизод. Все остальное в тени, так как относится к чужим проектам.

Зато очень скоро выйдет моя первая книга. Именно моя и именно первая. Уверен, что будут еще, если хватит сил.

На протяжении всей этой чертовой дюжины лет, отданных музыке, рядом был Дмитрий Спиридонов. Мы начинали вместе, слушая на кассетнике Цоя, Кинчева, БГ и многих других, а потом записывая на этот кассетник свои первые музыкальные эксперименты. Мы были полны сил и очень хотели стать частью удивительного мира питерского андеграунда.

Возможно где-то эти кассеты сохранились, хоть я их давно потерял. На тех записях слышны веселье, смех, радость, задор и уверенность в том, что однажды мы соберем стадионы.

Я уже не соберу. Мой удел тишина кабинета. Отсюда меня не вытащить даже за ноздри. Однако Димина группа «Пятая мастЪ» еще обязательно зазвучит из каждого утюга. Ведь ребята и их фронтмен этого достойны. И если я отдал музыке чертову дюжину лет, то они – всю жизнь.

Тоже песня для Шухов-band и тоже про бесконечную зиму. 2010 год. Умер дед и я заехал в освободившуюся комнату, выкинув оттуда несколько кубометров мусора. Из старых окон дуло, мебели почти не было и все же это было отличное время – время новых надежд.

Продолжаю читать книги участников событий питерского андеграунда, слушать магнитоальбомы и вдыхать ту самую атмосферу. Попутно вырисовываются интересные параллели и открываются бездны.

Например, главное мое разочарование в музыке было связано с тем, что я, на мой субъективный взгляд, ничего в ней не добился. Под «чего» подразумевается коммерческий успех. Мол они все смогли, а я не смог.

Но читая про то, как и что они могли понимаешь, что в то время, во-первых смогли единицы, просто о тех, кто не смог, мы не знаем и уже не узнаем – это называется ошибка выжившего, а во-вторых, занятие музыкой в те годы не подразумевало коммерческий успех. Это было просто повальное увлечение. Хобби, ролевые игры, если угодно. Вопрос коммерциализации пришел намного позже, и далеко не ко всем. Более того, коммерческая рентабельность группы далеко не показатель ее успешности.

Как и многие писатели или художники, многие музыканты остаются беззвестными и непопулярными. «Но ведь пишем мы не из-за денег», – написал мне автор книги «72 метра: книга прозы». И пели они тоже не из-за денег. Просто не могли не петь. Я тоже не мог, я тоже «заболел» этим настроением. И во многом именно музыка задала тон первой четверти моей жизни.

При этом я всегда был эгоистом и не всматривался в окружающий мир, всегда был на своей волне и тащился во многом от своих песен, которые были для меня каналом, освобождающим внутренний монолог и разгружающим голову на фоне постоянного невроза и интоксикации от чрезмерного употребления алкоголя и легких наркотиков, которыми я пытался заглушить свои психологические проблемы, комплексы и расстройства. Я судорожно колебался в сторону музыки не замечая огромного слона психологических и бытовых проблем в своей жизни.

Потребовались в буквальном смысле годы ремиссии и работы над собой, чтобы осознать и вычленить те кинжалы, которые пронзали мое сердце: неумение вести себя в обществе, страх и социофобия, отсутствие материнской любви и отсутствие отца, материальные сложности, отсутствие места и опоры в жизни. Я стремился жить не замечая того, что уже на старте меня переехало поездом.

Постепенно я осмысляю все, что тогда происходило со мной, свои реакции и чувства, и понимаю, что многим казался странным, если не больным. Так оно и было. Простите, если я вас случайно обидел. И все же музыка для меня стала тем языком, на котором я мог говорить одновременно со всеми и ни с кем конкретным, стала возможностью выразить свои чувства хотя бы в таком виде. Ведь в никаком другом они никому не были нужны.

Безусловное чудо, что я не спился или не покончил с собой. Каким-то немыслимым рывком я забрал себя у смерти и уполз зализывать раны. Но есть кое-что, что приближает меня к героям той эпохи. Ведь начинал петь я не из-за денег, а по любви. Да и сегодня нет-нет, да и напишу, и запишу еще одну песню. Просто так, по велению сердца.

Я отлично понимаю и разделяю ценности тех, кто на последние деньги покупал инструменты и примочки, писал стихи и играл музыку не нужные в обществе. Не потому, что хотел на этом заработать, а потому, что не мог иначе. Я тоже не мог. Я и сейчас не могу. Просто пою я теперь по-другому – с помощью текста. Здесь у меня полная палитра красок и свобода действий. Никто не помещает и не сможет ограничить полет моей мысли по бумаге. Ни от кого она здесь не зависит. Но это все тот же монолог и разговор со всеми сразу и никем конкретным.

Я говорю даже не с современниками, а с предками и потомками, погружая свой поток сознания в моря общечеловеческого наследия и не ожидая ничего взамен. Радостно мне от возможности говорить с теми людьми на страницах их книг и через песни, написанные полвека назад. И я растворяюсь в этом ощущении. А еще растворяюсь в радости от предвкушения того, сколько всего могу сделать «не ради денег», в отпущенный мне срок.

Не из всех песен получаются красивые стихи, но в сборник я решил включить расшифровки всех своих музыкальных произведений. Для памяти и для истории.

В последнее время часто вспоминаются вещи, которые были написаны более двадцати лет назад: «Боги любви», «Блюз дождя», «Дай мне силы», – большинству эти названия точно ничего не скажут, но для пары человек они точно имеют значение. Один из них я. В моей власти спасти и воскресить эти вещи. Чем я и буду заниматься в ближайшее время. Потому, что ничто не земле не проходит бесследно.

Рок-евангелисты 80-х годов XX века. Хочется сделать серьезный материал, но для начала закрепим термин. Впервые я увидел слово "евангелист" у одного интернет-маркетолога. И смысловая нагрузка сразу стала ясна – евангелист это тот, кто…

Короткая справка из Вики:

1. В христианстве евангелисты – это люди, возвещающие «Благую Весть» (Евангелие).

А в современном мире:

2. Евангелисты – термин, подразумевающий специалистов, занимающихся популяризацией компьютерной программы.

И если в первоначальном смысле евангелистами называли апостолов, то в XXI веке так называют популяризаторов IT-продуктов.

Но если есть IT-евангелисты, то почему бы не быть рок-евангелистам? Считаю, что этот термин отлично подходит к музыкантам, жившим на стыке 70-80-х годов XX века в Союзе, и вполне отражает то, чем они занимались – популяризацией музыки рок. Часто в ущерб себе и абсолютно бескорыстно.

И Майк, безусловно, может называться одним из первых евангелистов рока в России. Ведь его вклад в развитие этого направления сложно переоценить.

Скоро (уже) нейросети начнут сочинять песни, а потом научатся их слушать. И тогда человек превратится в функцию. Но пока этого не случилось, давайте ловить последние радости живого общения.

Хочу порассуждать о том, что считать предметом искусства, а что нет. Технически любое творение – это предмет искусства, так как отражает некий момент времени через призму авторского восприятия. А практически – это может быть мазня, на которую, при минимальном усердии, способен практически каждый.

Как понять разницу? Подковаться в части теории и повышать насмотренность, расширяя кругозор. Также и в музыке, и в литературе, и в любом деле. Чем больше изучено эталонов, шаблонов и серийных образцов, тем выше точность при классификации каждого отдельного экземпляра. А для создателя важна еще и техника. Примерно так я и отношусь ко всему, что делаю в качестве создателя.

Примесчание: здесь и в других похожих песнях работает внутренний диалог. Отчасти с собой, отчасти с внешним миром, выраженным в некой абстракции. Это разговор с подсознанием, имеющий более глубокий смысл, который для знающих людей лежит на поверхности, а для незнающих остается скрытым.

Каждая звездочка на моей гитаре – это песня. Сейчас звездочек около 120, плюс-минус парочка. Но сказать хотел о другом – о желаниях и возможностях, а также об инструментах, которые у меня были.

Первой гитарой стала развалюха, купленная у школьного трудовика за смешные деньги. Гриф у нее проваливался в кузов, а струны отделяло от ладов космическое расстояние. Последней гитарой стал красный малосерийный электроакустический Tanglewood.

Между этими инструментами пролетел еще десяток гитар разного уровня и формата, среди которых оказались и белорусская электрогитара «Форманта», и двенадцатиструнный Walden, и китайский стратокастер, и несколько простых акустик, и даже блюзовая красотка в кейсе, а также парочка дешевых и примитивных электрогитар.

Большую часть этой коллекции я продал, что-то подарил. А сейчас вот хочуажтрясет Fender Hallcat. Да и куплю, наверное. Я ж себя знаю. Вопрос лишь в том, накоплю я на нее или воспользуюсь кредиткой.

А пока этого не случилось я играю на очередном китайском ноунейме и утешаю себя тем, что красиво сыграть можно и на полене, если умеешь. Тот же трудовик на разбитой в хлам гитаре, когда мне ее продавал, такую цыганочку с выходом сбацал – улет. Главное желание и усидчивость.

Большие красивые профессиональные гитары – это уже разговор про чистоту звука, баланс инструмента и кучу тонких настроек, которые важны и критичны для студийной работы и эстрады, но не критичны для клубных и квартирных выступлений, где главное задор и энергия.

Да и 120 звезд на моей гитаре тоже не с неба упали – это харизма, это история. Так что и с таким инструментом можно творить чудеса, тем более, что фантомы тех гитар, что у меня были, всегда со мной.

Предыдущая, эта и следующая песни – написаны для моей первой группы «Красный Крест». Можно сказать, что это наиболее раннее творчество. Начало нулевых.

Сны это подготовка к смерти. Каждую ночь нам снится увлекательный новый мир, в котором мы являемся активными участниками. И каждое утро этот мир просто прекращается, когда мы просыпаемся. Может быть, мы тоже являемся чьим-то сном, а в конце жизни просто проснемся где-то еще. Пожалуй, стоит написать об этом песню.

Мир в глазах смотрящего. Порой сложно понять простую истину, что мир не такой, как мы о нем думаем. Я видел людей, строящих замки на песке и не выходивших из комнаты, людей ушедших в царство иллюзий и раздувавших из мухи слона. Но, как сказал Пелевин, белая стена – это просто белая стена. Независимо от того, что мы о ней думаем.

Мир – это оргомный холст, этюд на котором может стать любым. Все зависит от того, как мы на него посмотрим и какие наброски сделаем. И хотя я довольно давно ничего не жду от мира и смотрю внутрь, а не наружу, я не мог не заметить, что дорога сама ложится под ноги, а это верный признак предназначения.

Значит пора. Впереди дорожные хлопоты и суета. Обещаю, что я постараюсь сохранить и донести до вас ту тишину, которая навсегда поселилась в моем сердце. Даже если для этого потребуется слегка пошуметь.