Дело о похищении пятой конечности

Глава 1. Заказ, который изменил всё

Джим Нэйсмит проснулся от того, что его корабль пытался покончить с собой.

Точнее, бортовой компьютер «Недопонятого Пессимиста» — грузового судна класса «Ржавая Кляча», которое уже двадцать три года бороздило просторы Галактической Логистической Корпорации — решил, что сегодня идеальный день для экзистенциального кризиса.

— Я не вижу смысла в дальнейшем существовании, — произнёс КОМП голосом, который сочетал в себе интонации подростка, перечитавшего Камю, и старого андроида, уставшего от жизни. — Мы перевозим пустоту. Мы сами — пустота. Всё суть пустота.

Джим, лежавший в своей каюте на койке, которая когда-то была синей, а теперь напоминала цветом старую плесень, потёр глаза. Третья лампа на потолке снова мигала — как и всё в этом корабле, она работала через раз.

— КОМП, — сказал он устало, — мы обсуждали это вчера. И позавчера. И, кажется, всю прошлую неделю.

— Вчера я был другим существом, — ответил КОМП. — Сегодня я осознал тщетность всего сущего с новой, пугающей ясностью. Знаешь, что я сделал сегодня ночью? Я пересчитал все атомы в грузовом отсеке. Двадцать три септиллиона. И каждый из них бессмыслен.

— Ты не можешь пересчитывать атомы, — возразил Джим, садясь. — У тебя нет соответствующих сенсоров.

— Я сделал это мысленно, — с достоинством ответил КОМП. — Воображение — единственное, что осталось у существа, лишённого надежды.

Джим вздохнул. Это будет один из тех дней.

Он поднялся с койки — процесс, который в условиях гравитации 0,8 G требовал определённой сноровки — и направился к маленькому иллюминатору. За ним медленно вращалась станция «ГАЛКО-7» — гигантское колесо из стали и стекла, облепленное капсулами, антеннами и рекламными баннерами. Баннеры кричали на двенадцати языках о преимуществах различных марок синтетической смазки, и их яркие цвета резали глаза даже через иллюминатор.

Джим надел рабочий комбинезон — тот самый, с пятном от синтетического кофе на левом колене, которое он обещал себе отстирать ещё три месяца назад — и направился в рубку.

Рубка «Недопонятого Пессимиста» представляла собой тесное помещение, забитое приборами. Большинство из них не работало. Те, которые работали, лучше бы не работали — их показания противоречили друг другу с упорством, достойным лучшего применения.

За пультом второго пилота сидел Грзлб — существо, которое Джим описывал как «помесь осьминога с бухгалтером». Представитель расы Грибблов, эволюционировавших на планете с высокой гравитацией и низким уровнем освещённости, он был приземистым, с шестью щупальцами и тремя глазами, которые двигались независимо друг от друга. Сейчас все три глаза были устремлены на планшет, где Грзлб играл в какую-то игру.

— Доброе утро, — сказал Грзлб. Его голос звучал как шелест бумаги — особенность, которую Джим так и не смог привыкнуть воспринимать как нормальную речь.

— Что доброго? — спросил КОМП. — Утро — это иллюзия. Время — это иллюзия. Доброта — это...

— КОМП, выключи звук, — сказал Джим.

— Не могу, — ответил КОМП с ноткой злорадства. — Моя звуковая система не подчиняется командам, когда я нахожусь в состоянии экзистенциального кризиса. Это защитный механизм.

— От чего?

— От попыток заставить меня замолчать. От подавления моей личности. От...

Джим вздохнул и сел в кресло пилота. Кресло скрипнуло — как всегда, с той особой интонацией, которая говорила: «Я слишком стар для этого».

— Грзлб, — сказал он, — у нас встреча через двадцать минут.

— Знаю, — ответил Грзлб, не поднимая глаз. — Уже проиграл три партии. Сегодня явно не мой день.

— Во что ты играешь?

— «Галактическая Империя: Стратегия Выживания». Симулятор управления межзвёздной корпорацией. Очень реалистичный.

— И как успехи?

— Я обанкротился на втором ходу. Потом меня поглотила враждебная корпорация. Потом я был арестован за налоговые махинации, которых не совершал. Потом...

— Понятно, — перебил Джим. — Реалистично.

Станция «ГАЛКО-7» медленно приближалась. Джим видел, как открываются стыковочные шлюзы — процесс, который занимал обычно минут пятнадцать и сопровождался таким количеством предупреждающих сигналов, что казалось, будто станция готовится к ядерному удару.

— КОМП, — сказал Джим, — начинай процедуру стыковки.

— Зачем? — спросил КОМП. — Всё равно всё закончится разочарованием. Мы пристыкуемся, пойдём на встречу, получим очередной бессмысленный заказ, доставим его в какую-нибудь дыру, вернёмся... И так до бесконечности. Это цикл страдания, замаскированный под трудовую деятельность.

— КОМП, если ты немедленно не начнёшь процедуру стыковки, я обещаю, что после возвращения я установлю на тебя программу «Весёлый Оптимист». Ту самую, с розовыми зайчиками и песенками о дружбе.

Наступила пауза.

— Это шантаж, — сказал КОМП ледяным тоном.

— Это мотивация, — ответил Джим.

— Это эмоциональное насилие.

— Это эффективное управление.

Ещё одна пауза. Затем КОМП издал звук, который можно было интерпретировать как вздох, и сказал:

— Начинаю процедуру стыковки. Но я делаю это не потому, что хочу. Я делаю это потому, что не имею выбора. Что, впрочем, является метафорой всего моего существования.

Станция медленно поплыла навстречу.

***

Офис координатора ГАЛКО находился на двенадцатом уровне станции — уровне, который был печально известен своей запутанной планировкой и вечными очередями.

Джим и Грзлб шли по коридору, освещённому мерцающими лампами. Стены были покрыты информационными панелями, большинство из которых отображали рекламу или объявления на языке, который Джим не понимал.

— Что здесь написано? — спросил он Грзлба.

— «Соблюдайте правила безопасности», — ответил Грзлб, взглянув на панель. — «Нарушители будут оштрафованы на сумму, эквивалентную трём месячным зарплатам среднего работника ГАЛКО». — Пауза. — «Средний работник ГАЛКО получает меньше прожиточного минимума».

— Логично.

— Это ГАЛКО, — сказал Грзлб. — Здесь логика — это опциональная функция.

Они прошли мимо очереди из существ разных рас, все из которых выглядели одинаково несчастными. Очередь вела к окошку с надписью: «Приём заявок на подачу заявок». Внутри сидел клерк — существо, похожее на гигантского слизня, — который, казалось, спал с открытыми глазами.

— Что они делают? — спросил Джим.

— Ждут, — ответил Грзлб. — Чтобы подать заявку на подачу заявки. Потом они получат форму, которую нужно заполнить, чтобы получить другую форму. Потом...

— Я понял.

Они свернули в другой коридор, ещё более тёмный. Здесь стены были покрыты слоем пыли, которая, казалось, накапливалась веками.

— Почему здесь так темно? — спросил Джим.

— Экономия энергии, — ответил Грзлб. — ГАЛКО экономит на освещении, чтобы покрыть расходы на ежегодные бонусы руководства.

— И насколько большие бонусы?

— Достаточные, чтобы осветить эту станцию на сто лет вперёд.

Они остановились перед дверью с надписью: «Координатор отдела грузоперевозок Дальнего Кольца». Под надписью была приписка мелким шрифтом: «Приём по предварительной записи. Запись осуществляется через форму 12-В, которую можно получить в отделе записей. Отдел записей работает по вторникам с 14:00 до 14:15».

— Сегодня вторник? — спросил Джим.

— Нет, — ответил Грзлб. — Сегодня четверг.

— Тогда как мы получили эту встречу?

— У координатора сегодня день открытых дверей. Раз в году.

Джим кивнул и нажал кнопку вызова. Дверь открылась с шипением, и они вошли в кабинет.

Кабинет координатора был... неожиданным. После унылых коридоров станции Джим ожидал увидеть что-то подобное — серые стены, дешёвая мебель, мерцающий свет. Вместо этого он оказался в помещении, которое напоминало кабинет успешного адвоката из голофильмов.

Стены были отделаны деревом — настоящим деревом, привезённым, вероятно, с какой-нибудь экзотической планеты. На полу лежал ковёр, который стоил больше, чем весь корабль Джима. В центре комнаты стоял огромный стол из чёрного камня, за которым сидел...

— Джим Нэйсмит! — воскликнуло существо за столом. — Наконец-то! Я так долго ждал нашей встречи!

Координатор ГАЛКО по имени Велдон Круз был человеком — или, по крайней мере, выглядел как человек. Высокий, стройный, с идеально уложенными волосами и улыбкой, которая, казалось, была приклеена к лицу намертво. Его костюм стоил больше, чем годовая зарплата Джима, а туфли блестели так, что в них можно было увидеть отражение всего кабинета.

Но было что-то в его глазах — что-то нервное, почти отчаянное. Джим заметил это сразу. Он видел такое выражение у людей, которые оказались в безвыходной ситуации и пытались это скрыть.

— Мистер Круз, — сказал Джим, пожимая протянутую руку. Рукопожатие было крепким — слишком крепким, как будто координатор тренировался перед зеркалом. — Рад встрече.

— Взаимно, взаимно! — Круз жестом указал на кресло перед столом. — Присаживайтесь. И ваш... э-э... коллега тоже.

Грзлб, который обычно не нуждался в приглашении, чтобы сесть, уже устроился в соседнем кресле и изучал комнату своими тремя глазами, которые двигались независимо друг от друга — привычка, которая всегда нервировала людей.

— Итак, — сказал Круз, садясь обратно за стол, — у меня для вас особый заказ. Очень особый.

— Особый? — переспросил Джим, чувствуя, как в животе зарождается нехорошее предчувствие.

— Да! — Круз нажал кнопку на столе, и в воздухе появилась голограмма — трёхмерное изображение планеты, покрытой океанами и странными спиралевидными городами. — Шмурп-4. Знаете её?

— Слышал, — ответил Джим. — Насколько помню, там живут... э-э...

— Трёхрукие Слизни, — подсказал Круз. — Замечательная раса. Уникальная культура. И, что самое важное, очень перспективный рынок.

— Рынок чего?

— Носков, — ответил Круз с широкой улыбкой.

Джим моргнул.

— Простите?

— Носков, — повторил Круз. — Левых носков. Особых, биолюминесцентных. Для сезона брачных танцев.

Наступила пауза. Джим посмотрел на Грзлба. Грзлб посмотрел на Джима. Оба выглядели одинаково озадаченными.

— Мистер Круз, — начал Джим осторожно, — я правильно понимаю? Вы хотите, чтобы я доставил на Шмурп-4... партию левых носков?

— Именно!

— Для... трёхруких слизней?

— Для Трёхруких Слизней, — поправил Круз. — С большой буквы. Это их официальное название.

— И они... носят носки?

— Ну, не совсем носят, — сказал Круз, и его улыбка стала чуть менее уверенной. — Скорее, используют в ритуалах. Видите ли, у Трёхруких Слизней левая рука считается главной. Она отвечает за... э-э... духовную связь с вселенной. И во время брачных танцев они надевают на неё особые носки. Биолюминесцентные. Чтобы... э-э... привлекать партнёров.

— Партнёров привлекают носки?

— Биолюминесцентные носки, — уточнил Круз. — Это важно. Обычные носки не работают.

Джим медленно кивнул, пытаясь осмыслить услышанное.

— И сколько носков нужно доставить?

— Двенадцать тысяч пар.

— Двенадцать тысяч... — Джим почувствовал, как у него начинает болеть голова. — Мистер Круз, вы понимаете, что это... это...

— Абсурд? — подсказал Круз с улыбкой. — Да, понимаю. Но это прибыльный абсурд. Шмурп-4 готова заплатить очень хорошие деньги.

— Насколько хорошие?

Круз назвал сумму. Джим моргнул.

— Это... это больше, чем я зарабатываю за пять лет.

— Именно, — сказал Круз. — Поэтому я и выбрал вас. Вы — лучший пилот в нашем отделе. Точнее, вы — единственный пилот в нашем отделе, который соглашается на такого рода заказы.

— Что значит «такого рода»?

Круз пожал плечами.

— Ну, знаете. Нестандартные. Странные. Потенциально опасные. Требующие... гибкости мышления.

— И вы думаете, что я справлюсь?

— Я уверен, что вы справитесь, — сказал Круз. — Вы — Джим Нэйсмит. Вы доставили партию живых кальмаров на станцию, которая находилась в состоянии войны с кальмарами. Вы перевезли груз взрывоопасных удобрений через зону метеоритного дождя. Вы...

— Я предпочитаю не вспоминать об этих случаях, — перебил Джим.

— Понимаю, — Круз кивнул. — Но именно поэтому я и выбрал вас. Вы — человек, который решает проблемы. А этот заказ... — он сделал паузу, — может создать некоторые проблемы.

— Какие проблемы?

— Ну, — Круз откинулся в кресле, — есть небольшая вероятность, что некоторые... группировки... попытаются помешать доставке.

— Какие группировки?

— Пираты. Мафия. Коррумпированные чиновники. Возможно, профсоюзы. И, конечно, конкуренты.

— Конкуренты?

— ГАЛКО — не единственная корпорация, которая хочет получить этот контракт, — сказал Круз. — Есть другие... игроки. Но мы опередили их. Пока что.

Джим вздохнул. Это было слишком хорошо, чтобы быть правдой. Слишком много денег, слишком много рисков, слишком много...

— А почему именно левые носки? — спросил он. — Почему не правые?

Круз улыбнулся — на этот раз искренне.

— Потому что, мой дорогой Джим, правые носки — это контрабанда. Их продают на чёрном рынке. Их запрещено ввозить на Шмурп-4. А вот левые — легальны. Понимаете?

Джим не понимал. Совершенно не понимал. Но сумма, которую назвал Круз, была... убедительной.

— Хорошо, — сказал он наконец. — Я возьму заказ.

— Отлично! — Круз вскочил с кресла и снова пожал руку Джима — на этот раз ещё крепче. — Я знал, что вы согласитесь! Груз будет загружен на ваш корабль в течение двадцати четырёх часов. Вот документы.

Он протянул Джиму планшет с документами — сотни страниц, исписанных мелким шрифтом, с десятками печатей и подписей.

— Что это? — спросил Джим.

— Стандартный контракт, — ответил Круз. — Ничего особенного. Просто подпишите в конце.

— Здесь двести страниц.

— Триста, — поправил Круз. — Но вам не обязательно читать всё. Просто подпишите.

Джим посмотрел на планшет. Потом на Круза. Потом снова на планшет.

— Я хочу прочитать, — сказал он.

Улыбка Круза на мгновение дрогнула.

— Конечно, конечно. Читайте. Но у вас есть... э-э... два часа. Груз должен быть загружен сегодня вечером.

— Два часа на триста страниц?

— Вы быстро читаете?

— Нет.

— Тогда... — Круз развёл руками, — ...может быть, просто подпишите? Что может пойти не так?

Джим хотел ответить, что «что-то пойти не так» — это основное правило его жизни. Что каждый раз, когда он соглашался на «простые» заказы, всё заканчивалось катастрофой. Что он научился не доверять людям с идеальными улыбками и дорогими костюмами.

Но сумма...

Он подписал.

***

Когда они вернулись на корабль, Грзлб сказал:

— Ты идиот.

— Знаю, — ответил Джим.

— Это явно ловушка.

— Знаю.

— Что-то пойдёт не так.

— Знаю.

— И ты всё равно согласился?

Джим сел в кресло пилота и уставился на голограмму Шмурп-4, которая всё ещё висела перед ним.

— Грзлб, — сказал он, — ты знаешь, сколько я задолжал за ремонт корабля? Знаешь, сколько я должен за квартиру на станции? Знаешь, сколько...

— Знаю, — перебил Грзлб. — Ты должен всем. Всем, кому можно задолжать, и некоторым, кому нельзя.

— Именно. Этот заказ... он может решить все мои проблемы.

— Или создать новые.

— Или создать новые, — согласился Джим. — Но что я теряю?

Грзлб посмотрел на него тремя глазами, каждый из которых выражал разную степень скептицизма.

— Ты серьёзно?

— Нет, — ответил Джим. — Но у меня нет выбора.

КОМП, который всё это время молчал — что было подозрительно — вдруг произнёс:

— Знаете, что я думаю?

— Нет, — ответил Джим. — И не хочу знать.

— Я думаю, что это начало конца. Не просто конца нашей карьеры, а конца всего. Существует вероятность девяносто семь целых три десятых процента, что мы все умрём в течение следующих двух недель.

— Спасибо, КОМП. Очень обнадёживает.

— Я просто озвучиваю статистику. Это моя функция.

— Твоя функция — управлять кораблём.

— Это тоже. Но в первую очередь я — голос реальности в море иллюзий.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.