Легенды Этриуса: Ужасно милый огр

Глава 5. Скотобойня

Примерно к полудню Антонио успел покинуть пределы городка и вальяжно приближался к скотобойне. В течении всего маршрута он совершенно ни о чем не задумывался, пренебрежительно отнесшись к недавнему разговору со своим приятелем Иннокентием. Он считал, что касаемо отношений с женой правота на его стороне, а сама не внушающая доверия пастушка и ее заступник-художник заблуждаются. Если Антонио решил, что жена не должна работать, а ее главная задача – слушаться мужа и сидеть дома, дожидаясь его у окна, то так и должно быть, Иннокентий, в свою очередь, несмотря на то, что он обладает тонким чутьем, даже не состоит ни с кем в любовных отношениях, поэтому не имеет права давать советы тому, кто женат. Стоило бы только ознакомиться с жизненной позицией Антонио, как сразу же возникал вопрос: да что о себе возомнил этот жалкий владелец скотобойни, разве он имеет право так ограничивать свободу своей жены, не считаясь с ее мнением? Вообще то если основательно разобраться в том, насколько влиятелен в городке Антонио, то его поведение и амбиции будут понятны любому, а вопрос отпадет сам собой. Чтобы понять тщеславного и самовлюбленного Антонио достаточно просто разобраться в том, чем же на самом деле занимаются на скотобойне, одно название которой так пугает Флорентину.

Владение мужа пастушки снаружи выглядит как большое одноэтажное здание, но не все так просто как кажется. Это действительно зловещее место, побывавшему в котором может действительно перехотеться есть мясо, поэтому там способны работать только невозмутимые и не боящиеся крови жители Гилбадна. Во избежание несчастных случаев слабохарактерных и нездоровых горожан Антонио просто не имеет права трудоустраивать. В целом у него в подчинении около дюжины работников.

Итак, на скотобойню поставляют крупный и мелкий рогатый скот, свиней, лошадей, кроликов и птиц в живом виде. Здесь они будут так же содержаться в загонах, но только на время осмотра ветеринаром. Дальше здоровых животных, а именно всех кроме птиц, отправляют в узкий коридор, где их тщательно моют и оглушают молотом. Пока они пребывают в бессознательном состоянии их подвешивают за связанные задние ноги на крюки и спускают на верхний подвальный ярус, где высота потолков гораздо ниже, чем в так называемой основной части здания. Здесь работают мясники, а не разнорабочие. Полыми ножами они вскрывают вены и артерии в области шеи с целью обескровливания животных с одновременным их закалыванием. Этот процесс происходит очень быстро, буквально за секунды кровь выливается из туш, после чего их двигают на конвейере с крюками дальше, где мясники сдирают шкуры и извлекают внутренности с омертвленных животных, которые снова проходят ветеринарный контроль. Дальше происходит распиливание туш пополам вдоль позвоночника, а завершающим этапом убоя является сухая и мокрая зачистка от загрязнений. На этом работа мясников заканчивается и разнорабочие уносят полутуши ниже в морозильный ярус, который является самой интересной частью скотобойни. Дело в том, что стены и пол в ней обложены ледяными блоками, поставляемыми с севера краглами, что приводит к образованию низкой температуры, которая сохраняется длительное время. Рабочие преспокойно заходят с факелами в морозильный ярус, зная, что им совершенно не о чем переживать, и подвешивают на крюки готовые полутуши, которые быстро покрываются ледяной коркой. Что касается птицы, то с ней проделывают практически тоже самое, только туши сразу же поставляют на рынок в продажу, а все что остается отправляют на лодках в Бардрен, при необходимости обрабатывая солью и специями, чтоб не допустить просрочки товара.

Однако забой скота и продажа мяса – это всего лишь основная деятельность скотобойни. Поначалу, когда только она начала функционировать, вырученных денег хватало только для того, чтобы выплачивать заработные платы ее работникам, но предприимчивый отец Антонио в скором времени придумал способ значительного повышения прибыли на его скромном предприятии. Помимо того, что шкуры продавались скорнякам, которые занимались пошивом обуви и одежды, на верхнем подвальном ярусе был размещен и отгорожен колбасный участок, где мясники занимались изготовлением мясной продукции. Выражаясь современным человеческим языком, отец Антонио создал на Этриусе первый небольшой мясокомбинат, который впоследствии был усовершенствован его сыном! Теперь, когда у молодого владельца появилась в распоряжении печь и коптильня, на скотобойне начали изготовлять несколько сортов колбасы, ветчину, буженину и прочие вкусности, которые сразу же сбывались торговцам, а они в свою очередь распродавали эти продукты питания на городском рынке. Жителям Ларгиндии сразу же пришлось по нраву такое новшество, и денежки потекли к Антонио рекой. Его предприимчивости тоже следовало отдать должное, так как он не только не загубил начатое его отцом дело, но и расширил ассортимент мясной продукции, выпускаемой на его скотобойне.

      Таким образом выясняется, что Антонио очень влиятельный житель Гилбадна, сотрудничающий с мэром города, торговцами, краглами-поставщиками снега, владельцами ферм и конюшен. Не трудно догадаться, что деньги в этих кругах вращаются не малые! Конечно, его высокое положение не является основанием для того, чтобы понукать женой, но во всяком случае объясняет почему Антонио так тщеславен и самовлюблен, ведь его никто не принимал на работу владельцем скотобойни и никому не ведомо наверняка можно ли ему там появляться по состоянию здоровья, особенно в морозильном ярусе. Возможно, у него уже длительное время проявляются расстройства нервной системы, от которых ему будет весьма затруднительно избавиться самостоятельно, даже если он поймет их наличие, если не бросит пить. Любой компетентный врач, переговорив с Антонио с глазу на глаз, признал бы в нем своего пациента, ведь у владельца скотобойни просматриваются как минимум три симптома расстройства нервной системы – мрачные навязчивые мысли, раздражительность и неспособность сосредоточиться на своих проблемах.

Однако, как только Антонио открыл дверь и вошел в свой кабинет, он первым делом направился к шкафу и достал из него запечатанную бутылку вина. Не утруждая себя излишними переливаниями терпкого напитка, он принялся пить его из горлышка, даже не обратив внимания на запылившиеся на полке бокалы. Когда настроение Антонио улучшилось благодаря способности алкоголя делать мир лучше для определенного круга лиц, в число которых входил и владелец скотобойни, он решил пройтись по своим владениям и с бутылкой вина он не собирался расставаться. Его совершенно не беспокоило как воспримут такое бесцеремонное поведение от своего работодателя работники, ведь в целом он не собирался делать ничего плохого, тем более у предусмотрительного Антонио имелись меры предосторожности – заместитель, который в случае отсутствия владельца скотобойни выполняет его обязанности за небольшую доплату. А кто осмелится сказать, что начальник в пьяном виде прогуливается по этажам и отлынивает от работы? Дураков нет, ведь никто не хочет получить от ворот поворот, а потом так же с бутылкой сидеть в кабаке и жаловаться на то, что его уволили за пьяные выходки на работе, хотя он никогда бы себе не позволил ничего подобного.

– Как наши дела, Сантьяго? – проходя мимо куда-то спешащего заместителя, поинтересовался Антонио, но быстро поправил себя, – Точнее, мои!

– Все в порядке! Отдыхайте, я потом вам обо всем предоставлю отчет, – ответил тот, на мгновение остановившись, чтобы поприветствовать начальника, и поспешил по делам.

Антонио понравился такой ответ, он засмеялся, но тут же заметил молоденькую девушку, которая работала ветеринаром и осматривала овцу, и изменился в лице. Он стал очень серьезен, а после глотка вина на его лице появилась коварная ухмылка. Было трудно определиться, чего ему хочется больше – пригласить домой ветеринара, чтобы она осмотрела его жену, или пригласить ветеринара в свой кабинет и осмотреть сначала ее? Антонио посчитал что правильным было бы определиться в процессе разговора и решительно направился к специалисту по животным, увлеченно занятым своим делом, в отличии от занимающегося бездельем владельца скотобойни.

Глава 6. Нарушенное молчание

Ожидание неизвестности оказалось невыносимым. Поначалу размышления и страхи Флорентины досаждали ее самоконтролю словно обстрел из луков вражеским войском защитников крепости, но потом, чуть позже, началась настоящая осада со стуком тарана об ворота. Так клокотало в груди девушки бойкое сердце, что его биение играло в ее висках барабанами. Попытки порвать крепкую веревку не увенчались успехом, тогда Флорентина опираясь спиной о дерево, к которому была привязана, хорошо поработала онемевшими ногами и смогла встать на них. Она горделиво вскинула голову, чтобы убрать с лица растрепавшиеся длинные русые волосы и осмотрелась по сторонам. В тот же миг она увидела, как мимо нее пробегал скулящий волк. Морда его была в крови, и он прихрамывал на заднюю лапу. Пленница прижалась к дереву и замерла. Хищник заметил ее, но не рискнул приближаться к привалу циклопа. Девушке на мгновение показалось, что ее легким не хватает воздуха, когда она продышалась, открыв рот, то поняла, что ей просто нужно успокоиться. Она снова намеревалась сесть на землю, но когда вернулся загадочный похититель, приволочивший задранную волком овцу, то Флорентина с трудом сдержала свой гнев.

– Как ты смеешь? – сердито выпалила она и топнула ногой, – Лучше меня сожри!

Циклоп проигнорировал ее. Он спокойно взвалил на стол тушу, выдернул из лиственницы орочий топор и с одного удала срубил овечью голову. Она покатилась по земле прямо к Флорентине, и девушка, выругавшись, пнула ее ногой. Пасовка циклопа и его пленницы завершилась не очень удачно, так как своеобразный мяч улетел к поленнице и иронично там улегся – отрубленная овечья голова пристально смотрела на Флорентину.

– Убери ее с глаз моих долой! Что ты вообще делаешь, негодяй?! – рассвирепела пленница, призывая похитителя к ответу.

Циклоп стоял спиной к девушке и не реагировал на ее призывы, а по столу к его ногам несколькими струйками стекала алая кровь. После его ловких манипуляций с погибшим от зубов волка животным, которые наблюдала Флорентина, на землю повалились шкура и потроха. Дальше было еще менее приятное зрелище, когда похититель насаживал тушу на палку. Довольный проделанной работой, он повернулся лицом к девушке, и она увидела его обагренные кровью руки, но приглядевшись лучше не трудно было заметить след от укуса хищника на запястье циклопа. Из открытой раны сочилась его кровь, сливаясь с овечьей.

– О, боги! Ты ранен! – воскликнула Флорентина так, словно он не знал об этом.

С невозмутимым спокойствием ее похититель подошел к шалашу, приставил к нему насаженную на палку тушу и положил бурдюк так, чтобы из него вытекала вода. Помыв руки и допив ее остатки, он повесил пустой сосуд на сук и опустился на колени перед входом в шалаш, до пояса исчезнув в нем. Через некоторое время он выбрался из него и поднялся на ногу с уже забинтованной тряпкой рукой. В своей жизни девушка еще не видела серьезных ран, за исключением единичного случая, когда пьяный Антонио, ругаясь с ней, разбил оконное стекло кулаком и получил небольшое рассечение на кисти. Тогда было довольно-таки темно и пастушка не приглядывалась. Тогда муж не дал ей забинтовать рану, сделал это сам. Глупая выходка Антонио не шла ни в какое сравнение с поступком циклопа, ведь он отогнал от стада волка, хотя имел наглость забрать убитое им животное. Впрочем, овца послужила некой контрибуцией для него за проделанную работу и полученную рану.

– Может быть, ты наконец поговоришь со мной? Я уже поняла, что ты не собираешься убивать или насиловать меня! Ты сделал очень хороший поступок, что прогнал волков, но я ничего не понимаю. Объясни мне, что происходит? – обратилась к похитителю Флорентина, в то время как он неторопливо втыкал в сырую землю рогулины и водружал на них над костром тушу, – Я так сойду с ума! Разве ты этого хочешь? Может быть, тебя подослал Антонио или еще кто-то? Скажи, перед кем я виновата? Почему ты мучаешь меня? Ты немой?

– Нет, не немой, – наконец-то ответил ей циклоп, даже не повернув к ней лицо. Он прошелся до поленницы, вернулся к костру с несколькими бревнышками и подложив их в огонь, сел на землю.

– Говори же. Говори, что хочешь, только говори, – в ожидании разгадки причины своего похищения требовала Флорентина.

– Я часто наблюдаю за тобой, когда ты пасешь свое стадо. Мне очень одиноко, а ты такая жизнерадостная и прекрасная девушка, что на тебя можно любоваться часами. В очередной раз я просто пришел послушать твое пение, но ты заметила меня, – признался циклоп.

– Но зачем ты вышел ко мне из лесу? Ты мог просто уйти, – удивилась девушка.

– Сам не знаю, что нашло на меня. Когда я понял, что ты испугалась меня и больше не вернешься на этот луг, что ты перестанешь пасти стадо, и я больше никогда не увижу тебя, то потерял над собой контроль и шагнул вперед. Ты начала кричать, и я понял, что совершил ошибку. Мне не оставалось сделать ничего другого, как похитить тебя. В противном случае, ты бы сбежала, рассказала обо мне, и в городе поднялся бы переполох, – ответил циклоп. Стоило ему заговорить, как его непритягательный облик изменился в глазах девушки. Перед ней сидел мужчина с густыми темными волосами средней длины и длинными бакенбардами. Крупный нос и аккуратный рот создавали вполне приятные черты лица. Смущало только то, что у собеседника был лишь один глаз.

– Я никому бы не сказала о тебе. У меня нет таких близких, кто поверил бы мне, – возмутилась Флорентина, но тут же вспомнила о Маргарите, от которой у нее не было секретов, и тяжело вздохнула, – Хотя возможно ты прав в том, что даже я могла проговориться и что я действительно перестала бы пасти стадо у леса и мне как-то пришлось бы объяснять этот поступок, не говоря уж о пропавшей овце.

– Не такая уж она и пропавшая, – усмехнулся циклоп и повернул тушу.

– Ну а что мне сказать управляющему фермы? Я однажды сама умудрилась прогнать волка, но мне чудесным образом повезло. Но сейчас меня начнут подозревать в воровстве и потребуют вернуть за нее деньги.

– Кстати, волков было два. Тогда мне следует поделиться с тобой своим обедом, раз он из твоего кармана.

– Спасибо, но лучше дай мне воды. Я очень хочу пить. А лучше развяжи мне руки. Они затекли!

– Это исключено. А за водой нужно идти на родник. Есть вино.

– Я не сбегу. Ну что я могу сделать? Развяжи, пожалуйста.

Циклоп послушно поднялся, подошел к дереву и разрезал орочьим топором веревку, которая удерживала руки пленницы.

– Спасибо, – потирая запястья и подсаживаясь ближе к огню, поблагодарила похитителя Флорентина, когда он вернулся на свое место, – Наверное, у тебя отличный слух, раз ты услышал, как волки подкрались к стаду?

– Не жалуюсь. Лучше расскажи о себе, – предложил сменить тему разговора циклоп и пристально посмотрел на девушку, – Так ты будешь вино или нет?

– У меня нет выбора. Я очень хочу пить, – согласилась Флорентина, и циклоп ползком добрался до шалаша, достал оттуда бутылку дешевого вина и вернулся к костру. Флорентина охотно утолила жажду.

– А откуда у тебя вино? – интерес просто распирал пленницу, и она явно перегибала с расспросами, забывая, что находится не в том положении, чтобы их задавать, – И зачем тебе им делиться со мной, если ты можешь отпустить меня? Я не буду менять место работы теперь и приду завтра, чтобы спеть для тебя. Верну деньги управляющему фермы за погибшую овцу. Отпусти меня.

– Ты слишком торопишь события. Я еще ничего не решил.

– Но волки снова могут утащить овцу или козу!

– А ты хитрая лиса! Они зализывают раны, а твое стадо я прогнал с пастбища, и они помчались к городку, – засмеялся циклоп и пригрозил пленнице пальцем.

– Но рано или поздно тебе придется отпустить меня! – выпалила пленница.

– Куда ты так рвешься? Радуйся тому, что я не собираюсь тебя сожрать, – осадил разгорячившуюся девушку циклоп, – Я еще не настолько уверен, что тебе можно доверять. Расскажи мне о себе. Только не ври, я достаточно проницателен, чтобы распознать ложь.

Флорентина устало вздохнула. В целом находиться в компании одноглазого огра было не так уж и плохо, к тому же девушка уже было счастлива, ведь ее никто не хотел съесть, а наоборот – похититель угостил ее вином и, скорее всего, не пожадничает поделиться с ней жареным мясом, которое источало такой аппетитный аромат, что в любой момент из-за него у пленницы вот-вот могли начать капать слюни изо рта. Ничего пугающего во внешности и опасного в намерениях огра не прослеживалось, казалось, что он и сам находится в некой растерянности от своего необдуманного и разбойничьего поступка. Мало того, что он до ужаса напугал Флорентину, так еще и похитил, сам не зная зачем. Однако девушка осталась после всего произошедшего в здравом уме и не имела никаких претензий к похитителю, к тому же волки напали на стадо по своей инициативе, так что тот, кто их прогнал, определенно, заслуживал похвалу. Нелепая мысль о том, что огр выдрессировал диких хищников и специально натравил их, отметалась сразу, просто несколько случайностей произошли в один день и почти одновременно. Только случайны ли случайности? Так что спешить с выводами пастушке не следовало, да и домой тоже. Действительно, куда она так торопилась – получить взбучку от управляющего фермой за пропавшую овцу или снова увидеть пьяную физиономию своего муженька Антонио?

Глава 7. Детство сироты

Рассказывать Флорентине о себе ничего не хотелось, но раз у нее не было другого выбора, она собралась с мыслями и начала вспоминать все по порядку.

Младенчество было счастливым. Девочка родилась в семье рыбака в маленькой избушке на берегу океана. Ее мама была очень заботливой и не оставляла ее ни на минуту. Малышка Флорентина всегда была сытой и одетой. Мать всячески забавляла ее, а когда под вечер приходил домой отец, то он брал девочку на руки и крепко прижимал к своей небритой щеке. Можно было не сомневаться, что Флора росла в счастливой семье с любящими родителями. Благодаря чудесному добродушию этих милых ларгов даже незабываемое сочетание запахов парного молока и свежей сырой рыбы, постоянно витавшие в их скромном жилище, навсегда остались в памяти Флорентины.

Однако счастье не бывает вечным. В один из злополучных дней разыгрался шторм со шквальным ветром и непроглядным ливнем и под вечер как обычно отец девочки не вернулся домой. То, что творилось на улице, Флорентина видела своими глазами не только сквозь стеклышки окна, но и в распахнутую дверь, потому что мать девочки часто открывала ее и вглядывалась в ночную темноту в ожидании мужа. До сих пор пастушка не знала наверняка, что случилось с ее отцом, но понимала, что он, скорее всего, утонул в лодке, которую унесло от берега и перевернуло волной, либо его просто убило молнией. Осознать это у малышки тогда не было времени, потому что оно обошлось с ней не благосклонно. Не трудно понять, что бедной вдове не с кем было оставить ребенка, а денег для найма няни-сиделки у нее не было, поэтому она не могла устроиться на работу. Не прошло и нескольких месяцев, как она умерла, что было не мудрено, ведь после того, как ушел из жизни кормилец, мать Флорентины жила впроголодь, тратя накопленные деньги на хлеб и молоко для ребенка. Все это пастушка тоже поняла спустя годы, потому что она хорошо помнила, как часто роняя слезы на ее щеки, всхлипывала мать и кормила дочь.

Лет пять было сиротке, когда она, бродя по улицам Гилбадна, наткнулась на отца Антонио. Он сразу смекнул в чем дело и отвел девочку к себе домой, где она охотно согласилась остаться после того, как ее отмыли от грязи, обогрели и накормили. Очень неприятным во всей этой истории было то, что жена опекуна Флорентины с неохотой приняла ее в семью, поэтому, чтобы не утруждать ее, заботливый муж каждое утро отводил девочку на животноводческую ферму по пути на скотобойню. Так она познакомилась с Джорджио, а он с ней. Любовь к животным во Флорентине проснулась мгновенно, как только она их увидела. Часами напролет девочка могла наблюдать за тем как кушают коровы, играть с пушистыми кроликами и кататься на лошади. Не ленилась малышка и помогать управляющему фермы. Казалось, что жизнь налаживается, но новый удар судьбы сильно обескуражил Флорентину – смерть опекуна сделала ее абсолютно одинокой, не имеющей за своей спиной защитника, которому она могла бы пожаловаться и поплакать в плечо. Мачеха ругала девочку за малейшую провинность, и заплаканная падчерица убегала на ферму, не желая возвращаться домой. Мать заставляла Антонио, ровесника Флорентины, чтобы он приводил домой негодницу. Впрочем, мальчик был вполне добродушен и даже старался заботится о названной сестре. Они вместе ходили в школу Гилбадна, и когда девочка стала старше, то ей пришлось помогать ему в учебе, потому что некоторые науки давались будущему владельцу скотобойни не легко, да и лениться он начал.