В тот день, когда

– Это верно.

– Я хочу, чтобы сегодня ты почувствовал себя настоящим.

– А я не настоящий?

Мужчина в пиджаке забрал кофе «на вынос» и ушёл. Подошла их очередь.

– Бери любой кофе, какой любишь. У них всякий кофе идеален, – сказал Ангел.

– Два капучино, пожалуйста, – заказал Сергей, привычно потянулся к карману и понял, что у него нет денег. Он испуганно посмотрел на Ангела, но тот шепнул: – Деньги на блюдечке, – и глазами показал на стойку. Там лежало несколько купюр.

Кофемашина зашипела и через несколько секунд бариста поставил на стойку первую чашку.

– Иди, – мягко сказал Ангел и кивнул в сторону девушки.

– Слушай, я точно в порядке? Я с ума не сошёл?

– У тебя однажды был такой сон. Ты ехал в автобусе и уступил место девушке в жёлтом платье, она улыбнулась и села, а ты стоял рядом и жутко хотел познакомиться. Проснулся и расстроился, всё равно был сон, ничего не терял, надо было взять телефончик.

– Да, был такой сон, действительно.

– Вот и представь, что это сон, раз уж не можешь пока поверить в реальность происходящего.

– Ну, если только сон. А как же мужчину накормить?

– Ах да! Иди, я с этим разберусь.

Сергей пожал плечами, взял чашку и неуверенными шагами направился в сторону девушки.

– Здравствуйте, – сказал он, подойдя на достаточное расстояние и зачем-то чуть наклонился вперёд, как делают услужливые официанты.

Девушка повернула голову, её губы что-то неслышно ответили и по еле заметному кивку он понял, что она поздоровалась. Он не ошибся, она была очень красива и голубой, почти без узоров, свитер идеально сочетался с такими же голубыми, немного блестящими от слёз, глазами.

– У Вас свободно? Можно я с Вами выпью кофе? – Сергей не верил, что сказал эти слова. Он много раз в мыслях репетировал что-то примерно такое на все случаи, которые могли ему представится. Но даже если случай и выпадал, Сергей никогда не находил в себе сил превратить мечту в реальность. А сейчас он подошёл и это было ново, необычно и неожиданно легко.

– Пожалуйста, – шепнула девушка с сомнением, пожала плечами и взглядом показала на стул напротив.

Сергей, устраиваясь, успел бросить взгляд в сторону кассы и увидел, как Ангел стал шептать что-то на ухо мужчине, подошедшему к стойке после них. Тот прислушался, сделав внимательное лицо, и указал бармену на витрину, где демонстрировались разные блюда. Закончив что-то объяснять, он указал на мужчину, робко сидящего за столиком, расплатился, взял свой кофе и ушёл.

– Вы так рано в кофейне…, – спросил Сергей у девушки, не зная, с чего начинать. Он сделал максимально доброжелательное лицо и обнял свою чашку также, как и она, двумя руками.

– Я работала в ночную смену, – она ответила чуть печально. Сергей почувствовал, что нужно что-то пошутить, сделать весёлое предположение о её работе. Но в голову предательски ничего не шло.

– Вы, кажется, плачете?

– Нет, ерунда, – и она, уже не прячась, вытерла глаза.

– А я, можно сказать, гуляю.

– Понятно.

– А кем Вы работаете?

– Я медсестра в Склифосовского.

– К счастью, я там не бывал. Кстати, меня зовут Сергей.

– Таня, – девушка ответила доброжелательнее и немного улыбнулась.

– Тяжело ночью работать?

Зазвенел колокольчик, в кафе зашли два парня и направились к стойке. Бармен принёс мужчине, который просил милостыню, большой поднос с завтраком.

– Мне нравится, особенно если работа ночью есть, хотя и нельзя так говорить. Если у операционной бригады есть работа, значит кому-то плохо. Я в операционной работаю.

– Серьёзная работа.

– Мне нравится осознавать, что моя работа помогает спасать людей. За это я её и люблю.

– До Склифосовского отсюда далековато.

– Здесь лучший кофе в городе. Ну и вообще люблю пройтись, люблю Москву ранним утром.

– А я об этой кофейне только сегодня узнал. Раз двадцать мимо проезжал, раз десять проходил, – Сергей посмотрел на проезжающие машины и пешеходов через витрину, сделал небольшой глоток и стал разглядывать содержимое чашки.

– А Вы где работаете? – спросила девушка.

– Я менеджер по продажам в строительной компании. Штукатурка и всё такое.

Сергей вдруг понял, как это мало, как ничтожно даже для того, чтобы представится в кофейне случайному человеку. А ведь он не двадцатилетний парень. Работа представлялась ему повинностью, с которой нужно смириться, научиться сосуществовать с ней рядом, а в ответ получать заработную плату. Но сейчас ему хотелось гордиться своим делом, как эта девушка, а разве можно гордится тем, что ты менеджер по продажам.

– Нравится? – девушка вернула его от мыслей.

Сергей ответил не сразу, ухмыльнувшись, осмотрел кофейню, словно подбирая слова.

– Говорят, я бы мог стать хорошим и очень известным музыкантом, – ответил он и пожалел себя, не вполне настоящего, живущего словно не свою жизнь, а жизнь какого-то другого человека, менеджера по строительным смесям. – И мне начинает казаться, что, действительно, брошу я это дело. Так что случилось у Вас, Таня?

– Этой ночью умер один человек. Он лежал в нашем отделении полтора месяца и мы успели подружиться.

– Молодой?

– Восемьдесят три года, но это не важно. Это был настоящий человек.

– Какое у Вас доброе сердце, Таня. Ну не грустите. Посмотрите, какое утро. А весёлые случаи бывают в больнице?

– Сколько угодно, – оживилась девушка.

– Ну вот видите, улыбка Вам больше к лицу. Обещайте мне сегодня вспоминать только весёлые случаи, хорошо?

– Хорошо.

Сергей отвёл глаза, отпил холодный уже кофе, повернулся в сторону улицы и увидел Ангела. Тот стоял на тротуаре и через стекло витрины показывал, что пора идти дальше.

– Мне пора, – сказал Сергей. – Спасибо за компанию. Кофе здесь действительно отличный, запомню это место, – он выполз из-за столика. – А Вы, Таня, просто замечательная.

Она опустила голову.

Они попрощались, Сергей дошёл до входной двери, потянулся к ручке и тут услышал:

– И даже телефон не попросите? – Таня крикнула это громче нужного, иностранцы замолчали, повернули голову в её сторону. Бариста отвлёкся от своих дел, повернулись покупатели в очереди. В кафе стало тихо.

– Я женат, – сказал Сергей совсем негромко и дружелюбно посмотрел на неё. Она понимающе кивнула, он дёрнул ручку и вышел из кафе.

– Почему ты ушёл? – спросил Сергей у Ангела.

–Были дела, – по-деловому ответил тот, приобнял Сергея за плечо, и они пошли дальше. – Ну как пообщался?

– Хорошая девушка, медсестрой работает.

– Да, каждую смену она видит, как хрупка человеческая жизнь. И утром всегда гуляет, любуясь городом. И часто приходит в это кафе. Она закончила медучилище и уехала из маленького города.

– А почему уехала?

– Известная история. В её городе нет мединститута, а она очень хочет стать настоящим доктором. В следующем году она поступит и позже станет хорошим врачом.

В этот момент сзади раздался приближающийся стук каблучков и Ангел не успел договорить.

– Сергей, подожди! – это была немного запыхавшаяся Таня. Подбежав к нему, она положила руку ему на плечо, словно ища опоры, но, опомнившись, убрала.

– А всё-таки, в чём подвох? – Таня смотрела строгим немигающим взглядом, как смотрят родители на провинившихся детей.

– Я просто хотел попить кофе.

– И всё? – Таня сглотнула и посмотрела на него глазами ребёнка. – Познакомился, утешил и пошёл дальше?

– Ну да.

– Значит, мне попался просто хороший человек? – казалось, что её голос стал дрожать. В ответ Сергей неопределённо пожал плечами и смущённо улыбнулся.

– Ещё никто не подходил ко мне в кафе просто попить кофе, – Таня сказала это, скорее, себе и отвела взгляд. Сергей молчал. – Спасибо тебе, – она попятилась назад, словно извиняясь, развернулась и пошла обратно.

– И что теперь делать? – спросил Сергей у Ангела.

– Эта встреча была нужна не только тебе, но и ей. Вы удачно оказались в одном месте. Знаешь, в последнее время она стала плохо думать о людях. Особенно о мужчинах. В институт то она поступит и станет врачом, а вот свою семью могла бы и проморгать, – они пошли по улице и Ангел продолжал. – А теперь она знает, что на свете бывают мужчины, которые просто хотят с ней поговорить. И в нужный момент не отвернётся от улыбки будущего мужа. У них будет четверо детей. Кстати, почему у тебя нет детей?

– Не знаю, – Сергей пожал плечами. – Сначала мы хотели подождать, встать на ноги. Потом как-то перестали об этом говорить.

– Это ты перестал.

– Да?

– Лиза говорит об этом с тобой несколько раз в год, а ты отмахиваешься.

– А дети обязательно нужны?

– Обязательно! – Ангел сказал это громко и торжественно. – Или ты думаешь, людей на фабрике выпускают? Знаешь, дети, внуки – это прекрасная возможность заново прожить своё детство. Смотри, кому-то нужна помощь, – и Ангел убыстрил шаг.

ХХХ

Они подошли к переулку, возле которого стоял небольшой грузовичок. Водитель копался в моторе, а на тротуаре стоял открытый ящик с инструментами. Из-под капота раздался вздох досады.

– Спроси, не нужна ли помощь, – Ангел был похож на терпеливого учителя. – Да знаю, ты бы не помог. И девять раз за жизнь ты проходил мимо таких бедняг, ремонтирующих на обочине свои машины. А проехал мимо – ровно тридцать два раза. Надо исправляться, не забудь, ты сегодня хороший человек, ведь так сказала Таня?

– Да я не особенно умею копаться в моторах, – Сергей пожал плечами.

– Ты предложи помощь, а там разберёмся.

Они подошли ближе.

– Добрый день, помощь нужна? – спросил Сергей приподнятым тоном.

Из-под капота выглянул грузин с усталым лицом и замасленными руками.

– А, друг, спасибо. Инжектор знаешь, как делать?

– Да нет, не приходилось.

– Собрал всё, разобрал, помыл, винтил-крутил, не заводится, – грузин вытер руки и бросил тряпку на мотор. – Рыбу везу. Мороженная рыба знаешь, судак? Уже позвонил Дато, сейчас приедут, грузить будем. Ждать нельзя, один час и потечёт лёд.

Сергей перевёл взгляд на Ангела. Тот утвердительно кивнул головой.

– Помогу грузить.

– О, брат, спасибо, – грузин посмотрел на брюки Сергея, – хотя ты чистый такой.

– Нормально!

– Мы быстро перекинем, спасибо тебе. У Дато спина поломана, он был борец, дзюдо знаешь? Вот он шесть лет назад вышел с сильным борцом… – тут раздались два коротких гудка, грузин вытянул шею, вышел на тротуар и увидел, как позади его сломанного грузовичка остановился старый, с облезшей во многих местах краской, микроавтобус.

– Дато приехал! – грузин вскинул руку и крикнул «Э!», захлопывая капот. Из-за руля микроавтобуса вылез огромный кавказец, широко улыбаясь, что-то спросил на грузинском. Бедняга-водитель ему ответил, они стали разговаривать, даже спорить, перебивая друг друга и подошли к Сергею.

– Здравствуйте, – голос у Дато был мягкий, он протянул большую ладонь.

– Я помогу перекинуть вашу рыбу.

– Спасибо, – сказал Дато смущённо и пошёл открывать боковую дверь своего микроавтобуса.

Сергей бросил взгляд в кузов, бурые коробки занимали меньше половины его объёма. Из глубины фургона тянуло холодком. Первый грузин залез внутрь, взял одну коробку.

– Давай, – сказал Сергей и протянул руки.

– А! Давай так, да! – первый грузин начал подавать коробки, Сергей носил их между машинами, а Дато принимал. Рыбные пачки не были тяжёлыми и, как показалось Сергею, они закончили минут за десять. Когда в фургоне не осталось места, последние коробки легли на пассажирское сиденье, Дато одним махом закрыл сдвижную дверь и подошёл к Сергею.

– Сколько за помощь, брат?

– Ничего не надо.

– Спасибо, – Дато протянул руку. – Рынок Черёмушки знаешь? Туда приходи. Там три Дато. – он заулыбался. – Скажи, я рыбу грузил, сразу меня к тебе позовут. Или скажи Реваз где. Это мой брат, – Дато кивнул в сторону первого грузина. – На рынке два Ревази.

– Скажи где любой Ревази, я другого предупрежу, – первый грузин стоял сзади. – А как тебя зовут? – он протянул руку.

– Сергей.

– Сергей, спасибо тебе, приходи в любой день, гранатовый сок сам тебе выдавлю, – Ревази держал и не отпускал его руку. – Я 16 лет в Москве живу, первый раз мне так помогли, слушай.

Ревази перевёл взгляд на Дато, который утвердительно качал головой.

– У меня дома сломайся, выйдет старик, хачапури тебе вынесет, а в Москве всё не так.

– Да-да, – соглашался Дато.

– Езжайте, рыба потечёт, – напомнил Сергей.

– Да, да – братья опомнились. Дато прыгнул за руль, Реваз сел рядом, взяв последнюю коробку себе на колени. Когда микроавтобус уехал, Сергей стал оглядываться, ища Ангела.

ХХХ

Пока Сергей грузил коробки, Ангел изучал спешащих по своим делам прохожих. К некоторым он подходил и что-то шептал на ухо, а они замедляли ход, улыбались и шли дальше с лицами, внезапно становившимися счастливыми. Когда мимо проходил школьный класс, идущий на экскурсию, Ангел погладил каждого третьеклассника, кого успел, а они вскидывали головы, что-то искали вокруг, не останавливаясь, но ничего не находили и шли дальше.

Вдруг Ангел замер и стал к чему-то прислушиваться. Школьники скрылись за поворотом, но Ангел смотрел в другую сторону ищущими обеспокоенными глазами. Оставив Сергея, он, словно влекомый призывами о помощи, пошёл по тротуару, посекундно переходя на бег. Уверенно свернув во двор, из арки которого выходила старушка, он осмотрелся. Поравнявшись с ним, бабушка заворчала: – И пьют, и пьют каждый день.

В дальнем углу двора у ворот открытого гаража стояла компания мужчин. Старые полу-ржавые Жигули были наполовину вытолканы на улицу. На капоте, предварительно накрытом развёрнутой газетой, лежало несколько огурцов и открытая банка консервов со вставленной внутрь вилкой. В руках у одного из мужчин, опухшего и неопрятного, дрожали бутылка и стакан. Он что-то говорил, всё не наливая, а двое других стояли напротив, слушая его и регулярно косясь на бутылку.

– Ну давай, лей уже, Петь.

– Ты дослушай, успеешь похмелиться, – Петя, будучи хозяином этого банкета, пользовался своей властью, стал наливать, продолжая рассказ. – Я ей говорю, что если бы все были такие умные, то мы бы уже давно план выполняли. И в масштабах страны тоже.

Ангел стал оглядываться и увидел, как в открытом окне первого этажа, глядя на выпивающих мужчин, стояла девочка лет шести. Она зажмурила глаза и что-то стала шептать. Потом сложила руки, словно в молитве.

Ангел снова посмотрел на мужчин. Страждущий, видимо, уже выпил, потому что возвращал стакан этому Пете.

– Щас, Колян и тебя поправим, – Петя принял стакан, начал наливать и продолжал. – Так вот. И что вы думаете, она мне говорит: «Вы все мужчины такие правильные, всё вы знаете», – он истончил свой голос до максимального возможного юродства, пародируя неприятную ему женщину.

Ангел повернул голову на девочку. Она некоторое время смотрела в сторону похмеляющейся компании, потом снова закрыла глаза и опять стала шептать, сжав ладони на груди.

Быстрым шагом Ангел подошёл к гаражу, зашёл за спину Коляну и, когда тот протягивал руку за стаканом, начал шептать ему в ухо.

Мужчина взял стакан, но тут же замер. Он поднял голову с удивлением, будто увидел дирижабль в небе, потом посмотрел на собутыльников и на стакан в руке. Ангел закончил шептать и сделал пару шагов назад. Мужчина ещё немного посмотрел на своих приятелей, на стакан и повернулся в сторону открытого окна. Там, между лёгкими порхающими занавесками, стояла девочка и смотрела на него. Он осторожно поставил стакан на капот Жигулей.

– Ты чего, Колян? – с испугом спросил Петя.

– Вот даёт! – констатировал второй.

– Всё. Хватит. – Сказал мужчина негромко, обращаясь, скорее, к самому себе. – Всё! – уже яростным криком повторил он, схватил и швырнул стакан в глубь гаража, чем вызвал изрядный грохот. Собутыльники, опешив, смотрели на него, а тот развернулся и пошёл в сторону подъезда, осматривая себя и отряхиваясь.

– Папа! – девочка вскрикнула, увидев, что он приближается.

– В зоопарк пойдём, – сказал отец ей прямо через окно. – Всё! – улыбаясь сказал он девочке. Она смотрела на него счастливой улыбкой.

ХХХ

Проводив глазами микроавтобус, Сергей стал искать Ангела и увидел, как тот выходит из арки соседнего дома.

–Куда ты всё время пропадаешь?

– У меня всегда есть дела, – сказал тот, вздыхая. – Ну что, пойдём, дальше?

– А какая у нас цель? – Сергей даже удивился, что не задал этот вопрос раньше.

– Зависит от того, под каким углом смотреть на этот вопрос. С одной стороны, у нас нет цели.

– А с другой?

– Давай присядем где-нибудь, – Ангел начертил в воздухе знакомый прямоугольник, который тут же стал похож на зеркальную поверхность озера, в котором всё отражается, но слегка дрожит. На этот раз Ангел не стал приглашать Сергея сделать шаг, а вошёл туда сам, скрывшись в дрожащей мелкой рябью зеркале. Пожав плечами, Сергей шагнул следом.

Это был парк, летний и свежий. Аллея уходила вдаль в обе стороны, по краям стояли аккуратные белые лавки, сразу за которыми тянулись густые зелёные кусты. Вдали сидела молодая мама, покачивая голубую коляску и читая книжку. С другой стороны – медленно прогуливалась пара. Все лавки рядом были пусты и Ангел присел.

– Я хочу, – он посмотрел на Сергея изучающим взглядом, – сделать тебя лучше, а твою жизнь более осмысленной. Хочу не именно сегодня, а всю твою жизнь, но ты ко мне очень редко прислушиваешься.

– Но я же тебя первый раз вижу!

– Своё сердце ты тоже никогда не видел, однако без него не проживёшь. И чтобы его услышать, надо прислушаться к себе. Я пытаюсь помочь тебе всю твою жизнь. Намёками, обстоятельствами, шепчу тебе, а иногда и кричу. К счастью, ты не совсем глухой и слепой, но для тебя жизнь – череда случайностей. Ты ни во что не веришь и с каждым годом теряешь гармонию, данную тебе при рождении.

– Помогаешь? – Сергей был немало удивлён. Всю жизнь ему казалось, что он пробивается в этой жизни сам. – Вот это новость.

– Да и не только намёками!

– Ну а, например?

– Ну а кто тебя с будущей женой познакомил?

– Ты???

– Было нетрудно устроить Лизе небольшой обморок. Она итак в те годы мало ела и весила сорок восемь килограмм. Несколько сложней было устроить, чтобы ты попал в гости к Игнатьеву. Ну никак я не мог свести вас с Лизой в одном месте. Заметь, Игнатьев тебя не звал ни до ни после того дня.

– Да, это верно, – усмехнулся Сергей. – А я всё думал, почему он меня тогда позвал. Сказал, что хочет мне марки свои показать. А мне было интересно, как он живёт, вот я и пошёл, – Сергей задумался, вспоминая те годы. – А ещё? Расскажи ещё.

– Помнишь в девятом классе, в деревне, ты с пацанами не пошёл на лодке кататься, а они перевернулись?

– Да, помню.

– Если бы ты пошёл, то был бы единственный, кто схватил воспаление лёгких! Всё лето бы провалялся. Пришлось тебе шептать битый час: «Останься, побудь дома. Останься дома. Останься.». А знаешь, как трудно подростку что-то нашептать?

– А кому легко?

– Легче всего пожилому человеку. Он ведь потому и называется «пожилой», что пожил, опыт приобрёл, прислушивается к себе.

– А ещё что? Расскажи ещё.

– Ну хорошо. Электричку в Апрелевке помнишь?

Сергей встрепенулся. Это был случай из тех, которые, произойдя, не забываются никогда в жизни. Это история о том, как он чуть не погиб. Когда он вспоминал её, то холодок неизменно пробегал по спине. На третьем курсе они большой компанией отдыхали на даче одного из друзей. Были там не один раз, весело провели время и тёмным октябрьским вечером, гогоча и напевая, шумной стайкой возвращались домой. Чтобы пройти на железнодорожную станцию, им нужно было выйти из ворот садового товарищества, срезать путь через заброшенный парк, тропинка которого выводила к самому началу платформы. Сергей и Катя Муравьева шли в авангарде, остальные растянулись позади, изрядно отстав. Выйдя из парка на не ограждённую полосу отчуждения, они дошли до кустов у края полотна железной дороги. Где-то позади слышался смех догоняющей компании. Катя нагнулась поправить сапог, поставив ногу на железный рельс, а Сергей обернулся в сторону парка и стал кричать: «Ну где вы там?».

И с тех пор он часто вспоминает, как невесть откуда взявшееся чувство опасности, ударившееся куда-то под затылок, вынудило его резко крикнуть: «Катя!» и дёрнуть её за воротник обратно в кусты. В следующее мгновение в этом месте пронеслась электричка и сообразивший, что произошло, машинист, дал протяжный истошный гудок. Обалдевшие, с открытыми ртами, они сидели на мокрой холодной щебёнке, смотрели друг на друга и долго не могли ничего объяснить подошедшим однокурсникам.

– Это ты нас спас?! – спросил Сергей, доверительно присаживаясь рядом с Ангелом на лавке.

– Хорошо, что ты не пил. Докричаться до Кати было невозможно. Знаешь, когда человек выпьет, у него начинает отключаться связь со мной. Чем больше алкоголя, тем меньше шансов помочь.

Сергей встал, в возбуждении прохаживался около лавки, засунув руки в карманы и покусывая губы. Уж если он и мог поверить во вмешательство высших сил, то именно тогда. Казалось невероятным, что он, этот спаситель, существует и сидят рядом. Тот, по чьей воле он тогда, совершенно необъяснимо для себя, отпрыгнул в тёмные кусты, спасая жизнь себе и Кате.

– Значит, это ты меня спас тогда? Нас спас ты?

– Ты сам себя спас. А я помог.

– Ну дела. Я начинаю в тебя верить. А можно я спрошу вот что. Ты один или вас много?

– Много-немного, но я точно не один, – засмеялся тот.

– А ещё, расскажи ещё, – Сергей подсел как ребёнок, который просит рассказать ему сказку.

Ангел заулыбался, мечтательно посмотрел на него, будто вспоминая историю повеселее.

– Восемнадцать тысяч в пиджаке перед свадьбой помнишь?

– Помню! А я думал, это какая-та моя заначка, просто я забыл.

– Ну да, у тебя и заначка! Не мог я Лизу без обручального кольца оставить.

– А что ж ты в других случаях мне деньги в пиджак не подбрасывал?! Вот я помню в прошлом феврале две недели пешком ходил. Не мог новый аккумулятор машине купить.

– Если бы у тебя тогда был аккумулятор, то 24 февраля тебе бы ночью пришлось везти Смирновых на вокзал.

– И что?

– И на обратном пути ты бы съехал в Яузу.

– Правда? Хм. Ну хорошо. А ты бы мне шепнул, чтобы я руль крепче держал!

– Не мог. Вы накануне отмечали День защитника отечества – ты был совершенно глух. А Смирновы и на такси доехали прекрасно. Но это не значит, что не надо помогать! Просто помогать Смирновым надо на трезвую голову, запомни это. А лучше вообще не пить.

Женщина с коляской встала, прошла мимо них. Парк был тихий, будничный. Редкие порывы ветра доносили запах моря.

– А где мы? – спросил Сергей.

– Крестовский остров, это в Петербурге. Люблю это место – тихо, балтийские ветры. Жалко, сезон корюшки закончился. Всегда мечтал здесь побывать, но не мог. А ты мог! – добавил он упрёком, повысив голос.

– Но как я мог? Чего бы я тут делал?

– Тебя окружает прекрасный мир! Он дан на радость. А ты за свои 39 лет почти нигде не был.

– Но ведь на всё нужны деньги!

– Деньги нужны. Иногда. Но гораздо меньше, чем тебе кажется.

– Но билет то надо купить?

Ангел закачал головой.

– Когда ты курил, а курил ты 15 лет, ты каждый год прокуривал 8 билетов на поезд Москва-Петербург. Каждый год! – Ангел дотронулся указательным пальцем до лба Сергея. – Если бы ты видел, как я радовался, когда ты бросил.

– Нда…, – промычал Сергей и начал изучать трещины на асфальте. – Ну хорошо, с билетами разобрались, а где бы я тут жил?

– У ваших родственников! У Панковых! Раньше они часто звали в гости и тебя и твоих родителей. Сложно всё у вас. В жизни, к сожалению, так часто бывает – родители между собой не общаются, и дети не дружат. Кстати, Панковы и сейчас будут рады, простые хорошие люди.

– Но у меня же не в каждом городе родственники.

– Так, понятно. Придётся устроить тебе небольшую экскурсию.

Ангел встал, начертил в воздухе знакомую фигуру, кивнул в её сторону, призывая Сергея. Тот встал, поправил рубашку, поджал губы и шагнул в очередную неизвестность.

XXX

В первую секунду сильный порыв ветра чуть не сбил Сергея с ног. Они стояли метрах в ста от обрыва, за которым грохотало море. Береговая линия тянулась за горизонт, очерчивая огромную бухту. Панорама поражала своим величием.

– Это Сахалин, – Ангел перекрикивал шум моря и ветра.

– Сахалин, значит, – Сергей многозначительно кивнул, подчёркивая этим, что нужное впечатление на него вполне произведено.

– Тебе ничто не мешало здесь побывать!

– Но как?

– Если бы хотел, то нашёл бы деньги не только для себя, но и на турпоездку с женой. Пойдём пройдёмся вот тут по тропинке.