Сердце когда-нибудь победит

На следующий день была суббота. Несмотря на выходной, с утра у супругов были дела: управу со скотиной никто не отменял, да и утреннюю дойку на колхозной ферме тоже. А вот после утренних дел Манохин откровенно заскучал. Ребятишки отправились играть со сверстниками на улице. Клавдия сидела у окна со своим вязанием и комментировала всех, кто проезжал по улице:

– О, Рудик поехал… О, Коваль поехал… О, Чумакин поехал…

Сергей заходил из угла в угол, стал маяться от безделья. Смартфона и интернета не было. Книг интересных на полке он не нашёл, одно советское старьё. По телевизору крутили одну и ту же надоевшую всем войну. Манохин прошёл к холодильнику, открыл его. Из выпивки был только вонючий самогон. Мужчина налил себе стопку и выпил не закусывая. Вспомнил о "Приме" и вышел на крыльцо покурить. Тяжёлый дым поплыл перед глазами, а когда он рассеялся, Сергей увидел возле сарая светящуюся белую дверь. Не раздумывая, он бросился к ней.

В зале аттракциона Манохин выпил с висящего в воздухе подноса дорогого вина и плотно перекусил нарезками ветчины, буженины, бутербродами с икрой. После этого он нажал на светящуюся картинку многоквартирного дома.

Тихо и загадочно падал снег. На улице стоял тёмный вечер. В окнах многоэтажки горел свет. Сергей вдруг ощутил лёгкость и отсутствие гравитации. Он воспарил в воздухе как воздушный шарик. И стал заглядывать в окна. Манохин всегда мечтал подсмотреть чужую жизнь, но ещё больше желал стать на миг кем-то другим. В поисках счастья он стал пробовать все квартиры подряд.

1. Сергей стал Фёдором. В захламлённой квартире среди пустых бутылок он беспробудно пьянствовал. Через сутки пустое и жалкое существование ему надоело. Фёдор повесился в грязной кухне на проводе от утюга. А Сергей полетел дальше.

2. Сергей стал Апполинарием. В захламлённой квартире академик РАН, доктор наук, великий и гениальный учёный карпел над новой теорией психокинетики леса. Немытый, небритый, голодный, одинокий ботаник изучал тома по биологии и химии, рисовал формулы, делал расчёты. Через час Сергею наскучило витать в облаках науки и он полетел дальше, а Апполинарий сделал очередное величайшее открытие.

3. Сергей стал Сергеем. В квартире помимо него жили жена, тёща и трое детей. Сергей работал на складе, получал смешные деньги. Жена и тёща каждый день пилили его за своё нищее существование. Сергей, может быть, и придумал бы, как зарабатывать больше, если бы сам мечтал об этом. Но он обижался на домочадцев и назло им не желал идти на подработки. Так Сергей и продолжил жить в тупике, а наш герой полетел в следующую жизнь.

4. Сергей стал "Резаным". Вор-рецидивист "Резаный" этим вечером отмечал со своими подельниками в своей квартире удачное ограбление инкассатора. Трое преступников пили водку и закусывали купленной в супермаркете готовой едой. Когда "Резаный" сильно захмелел и утратил бдительность, один из двоих бандитов поднялся и несколько раз ткнул его ножом в грудь. Хозяин квартиры, захрипев, упал под стол, а ушлые ребятки схватили сумку с деньгами и сбежали. Сергей полетел дальше, а "Резаный" воспарил в небо на последний в его жизни суд.

5. Сергей стал Олегом. Одинокий 50-летний мужчина всю жизнь прожил с матерью, которая ревновала его к невестам и не дала сыну жениться. Сейчас Олег ухаживал за больной престарелой матерью и смотрел, как она медленно угасает. Кормить, мыть, помогать справлять нужду старушке было занятием очень тяжелым. Но ещё тяжелее видеть, как мучается единственный родной и любимый человек на земле. "Эта боль и испытание должны быть личными", – подумал Сергей и улетел в форточку.

6. Сергей стал Василием. Молодой человек каждый вечер проводил с новой девушкой. Все деньги, что зарабатывал, тратил на развлечения, женщин, выпивку. Василий ни к чему не стремился, не мечтал о семье, детях, своём доме. Через три дня Сергею надоели бесцельные глупые пляски и он полетел дальше. А Вася растворился в куражах и вечной нирване.

7. Сергей стал Георгием. Уважаемым врачом, живущим в хорошей квартире с новым ремонтом, вместе со своей красавицей женой и двумя дочерьми. И сначала Сергею здесь понравилось. Нормальная цивилизованная жизнь в приличной семье. Но через пару дней муж услышал от жены, как она завидует родной сестре, которой мать подарила часть денег от продажи своего дома в деревне. "Машке этой, дуре, дала, а мне нет! Я что, хуже?! Или я не дочь для своей мамашки?! Ненавижу мать за это! Не буду с ней общаться!" – сокрушалась жена. После этого у Сергея всё упало. Он понял, что не любит эту женщину, что она для него совершенно чужой человек. "Любовь – вот в чём главный ключ к счастью! Всё, хватит этих попыток без любви!" – решил Манохин и шагнул в белую светящуюся дверь.

Зал аттракциона залил розовый цвет. Сергей нажал на голографическую кнопку "ИСПЫТАЙ НОВУЮ ЛЮБОВЬ". Перед глазами поплыли алые сердечки, какая-то неведомая сила подняла Манохина и понесла в тёмный зимний вечер большого города.

Когда Сергей очутился перед аптекой, он сразу всё понял. Пару месяцев назад он встретил там ангела – молодую девушку-фармацевта в белом медицинском костюме. Тонкие черты лица, карие глаза, аккуратные маленькие брови, нежная белая кожа, русые прямые волосы, девичья талия и круглый бюст – всё делало её какой-то чистой, невинной красавицей, дитём дикой природы. Голос её напоминал журчание лесного ручья. Манохин тогда влюбился в эту девушку с первого взгляда. Но он не подал виду, даже наоборот, разговаривал с ней как можно грубее и неприветливее. Сергей сам себя остановил в ту первую встречу, ведь дома его ждала пусть и нелюбимая уже жена, но всё же родной человек, которого не хотелось обижать. Эгоистом Сергей никогда не был, поэтому, подавив внезапно возникшие чувства, развернулся тогда и ушёл домой. Первые несколько дней он мечтал о таинственной красавице, вожделел пережить новый душевный трепет, которого с женой у них давно уже не было. Однако повседневная рутина замылила душу, постепенно начала стирать желанный образ незнакомки из памяти. И Манохин, в общем-то, смирился и успокоился. Но теперь, оказавшись перед заветными дверями аптеки, он не стал сопротивляться и окунулся с головой в любовную пучину.

В руках Сергея откуда-то появился роскошный букет из белых лилий, такой же чистый, белоснежный, невесомый, как его новая любовь. Мужчина вошёл в аптеку и увидел ЕЁ. Она была ещё красивее, чем в первый раз. Лёгкий румянец играл на белом лице девушки, её маленькие, будто нарисованные, ушки украшали серебряные серьги с прозрачными камешками. Она дружелюбно поприветствовала Сергея. Манохин не стал ходить вокруг да около, сразу ринулся напролом. Подарил душистый букет, познакомился, признался девушке, что она ему сильно понравилась в прошлую встречу. Смутившаяся красавица покраснела, опустила взгляд, чем привлекла Сергея ещё больше. Однако отвергать ухаживания внезапного кавалера она не стала. Сказала, что зовут её Ангелиной, что через 10 минут заканчивается смена и она с удовольствием погуляет с Сергеем по вечернему городу.

Всё было как в сказке. Как в самых фантастических снах. Манохин снова парил в воздухе, снова переживал давно забытые чувства влюблённости, безграничности мира, произошедшего с ним чуда. Окрылённый новой любовью, он шёл приплясывая по снежному тротуару рядом с новым предметом обожания и рассказывал ей, как прекрасен и удивителен мир вокруг, как ярко светят жёлтые звёзды, как тепло от уличных фонарей, как романтично падает медленный мягкий пушистый снег. Сергей читал девушке стихи, которые чудесным образом сами слагались в голове. Ангелина восторженно слушала мужчину и таяла от внезапно свалившегося на неё счастья. Она в свою очередь рассказывала возлюбленному о разных творениях искусства, что трогали её до слёз: какие она читала книги, какую музыку любит, какие фильмы потрясли её до глубины души. И на удивление, Манохину, ранее сильно не погружавшемуся в культурные пласты, всё это вдруг стало интересно. Он плакал, когда девушка пересказала ему рассказ Чехова про извозчика, жалующегося своей лошади на смерть любимого сына. Он смеялся, когда Ангелина зачитывала отрывки "Про Федота-стрельца" Филатова. Он задумчиво кивал на монолог возлюбленной об особой романтике фильмов Джармуша, о том, как режиссёр умеет красиво снять неприметные переулки города, разрисованные граффити стены.

Когда парочка подошла к подъезду дома девушки, Ангелина сама приблизилась к Сергею и на мгновение прикоснулась губами к его губам. Этот первый поцелуй был для Манохина как глоток чистейшей воды из источника. Изнывающий от жажды, усталый странник обнял девушку и напился вдоволь. Они целовались, а тихий снег падал им на волосы и плечи, благословляя своим белым покрывалом на искреннюю любовь.

Постель оказалась неземной. Много лет Манохин не испытывал ничего подобного. Он нежно целовал её тонкие пальцы, прикасался к её нежной тонкой шее, вдыхал сладкий запах её волос, проводил носом по её миниатюрным ушкам. Сергей обращался с любимой очень нежно, бережливо, будто боясь навредить и потерять чудесное виденье. Постепенно он спускался ниже, лаская губами её нежную кожу. От круглых нарисованных грудей мужчина перешёл к упругому животу с красивой нишей пупка и наконец достиг гладкого лобка. Девушка потянула его вверх и впилась в его губы горячим поцелуем. Распалённые необузданной страстью дети неба любили друг друга, возносясь от оргазмов к самым звёздам и снова падая на землю.

Под утро, счастливые и обессилевшие, они лежали обнявшись под пуховым одеялом и не говорили ни слова. Тепла друг друга им было достаточно. "Я снова живу! По-настоящему живу, а не отживаю свой срок в бессмысленном существовании!" – ликовал Манохин.

А затем чудесную ночную сказку сменило утро. Сергей проснулся в пустой постели. Он, испугавшись, осмотрелся и увидел Ангелину. Девушка сидела на журнальном столике возле окна, поджав под себя ноги, и медитировала. Манохин позвал её, но она в ответ, не оборачиваясь, подняла руку, показав жест "не мешай". Мужчина пожал плечами, поднялся с постели. За окном ярко светило солнце, как бы напоминая, что земная жизнь никуда не делась и она продолжается. По улице сновали люди и автомобили. Кто-то шёл на работу, дети спешили в школу. Манохин вдруг вспомнил о сыне, но отогнал нахлынувшую тоску. Сергей удивился себе: впервые в жизни он поступал так эгоистично. Но слишком уж прекрасна и чудесна была нахлынувшая любовь, и мужчина не хотел, чтобы этот дивный сон заканчивался.

Некоторое время Сергей любовался стройной фигурой девушки, растворяясь в безграничной любви к ней. К каждому сантиметру её тела, к каждому волоску на голове. Но через несколько минут он устал от её молчания и захотел есть. Внезапно ощутив дикое чувство голода, Манохин отправился на кухню. Открыв холодильник, немного разочаровался. Там была масса разной дряни: кремы, соусы, варенья, соленья, пасты, вина. Но именно нормальной еды, к которой он так привык дома, не было. Чего-то, что можно было сразу съесть, – хлеба с колбасой, например. Глубоко вздохнув, он захлопнул дверцу.

Заняться было нечем. Сергей решил более детально осмотреть жилище Ангелины. Это была небольшая уютная однокомнатная квартира на девятом этаже многоэтажки. В ней сделан довольно необычный ремонт. В комнатах поклеены разные обои, но объединяла их пестрота и ядовитость цветов. Будто пьяный маляр решил отомстить хозяину и размалевал стены кляксами и мазками разной краски. Нестандартная мебель и межкомнатные двери в духе антиквариата намекали на творческую натуру хозяйки. Все стены комнаты были увешаны разными фотокартинами больших зарубежных городов и кинозвёзд Голливуда. Компанию им составляли нарисованные простым карандашом чёрно-белые абстрактные картинки в стиле Пикассо.

Ангелина очнулась от своей медитации и, увидев разглядывающего рисунки Манохина, произнесла:

– Нравятся? Это я рисую…

– Правда? Да у тебя талант! – искренне улыбнулся Сергей. – Почему же ты работаешь в аптеке?

– Скажем так, я не особо верю в то, что я художница. Окружающие мне сказали, что это неплохое хобби и не более того… – девушка смущённо улыбнулась. – Поэтому в реальном мире, чтобы поддерживать своё существование, я фармацевт. А в своём мире фантазий я рисую. Иногда мне кажется, что выдуманный мир начинает занимать в моей жизни больше места, чем реальный. Не знаю, хорошо это или плохо. Однако то, что происходит с нами сейчас, мне кажется, относится именно к сказке, потому что я до сих пор не верю, что ты реален. Боюсь, что дотронусь до тебя и ты исчезнешь, как таинственный герой очередного сна…

Манохин крепко обнял своего ангела.

– Я настоящий. Ты чувствуешь? Я никуда не денусь…

По щеке девушки прокатилась слеза.

– Я хочу нарисовать нашу любовь! Прямо сейчас! – она кинулась к своему компьютерному столу, заваленному всяким хламом и рисунками, и принялась на чистом листе быстрыми движениями наносить карандашные линии. Сергей обратил внимание, что весь угол над компьютером обклеен разными пометками, рисунками, цитатами мудрых людей.

– А я бы, если честно, позавтракал… – Сергей погладил свой урчащий живот. – У тебя нигде не припрятано чего-нибудь съестного?

Ангелина уже не слышала его. Она погрузилась в свой вымышленный мир с головой. Манохин не стал тревожить возлюбленную. Он сходил в душ, оделся и побежал в ближайший продуктовый магазин.

Через полчаса на столе маленькой кухни дымилась на тарелках горячая яичница с сосисками, лежали бутерброды со сливочным маслом, колбасой и сыром, парил в кружках горячий кофе. Сергей позвал Ангелину, но она ещё не закончила рисунок. В итоге мужчина позавтракал в одиночестве. Завтрак девушки давно остыл, когда она, радостная, ворвалась на кухню с новым рисунком в руках:

– Смотри, какая прелесть! Давно так хорошо не получалось! Это всё потому, что я люблю тебя! Я теперь сердцем рисую…

Манохин взглянул на рисунок и ничего не понял. Какие-то линии, какие-то заштрихованные волнистые фигуры, сливающиеся вместе. Чтобы не обижать любимую, мужчина изобразил удивление и восторг:

– Это божественно! У тебя действительно талант! – он обнял счастливую девушку и поцеловал. – Ангел ты мой, покушай яичницу, я старался для тебя…

– Ты моя любовь, ты удивительный… – она схватила один бутерброд, по-птичьи надкусила и положила на стол. – М-м-м, вкусно! Пойдём на выставку в картинную галерею, а? У меня сегодня выходной, а в музее интересная репродукция!

– Ну конечно, пойдём!

Прыгая от счастья, Ангелина побежала собираться. На столе остался её почти нетронутый завтрак. Сергей, немного расстроенный, накрыл его тарелками и убрал в холодильник.

В картинной галерее девушка бесконечно восхищалась произведениями искусства. То плакала, то смеялась. Рассказывала возлюбленному о разных художниках и историях картин. Манохин откровенно скучал. Он неплохо относился к искусству, но не в таких дозах. По дороге домой девушка поведала Сергею историю о роковой судьбе знаменитого художника Василия Шухаева, и сама настолько прониклась его трагической жизнью, что загрустила.

По возвращении домой она выпила с Сергеем несколько бокалов вина. Затем поставила пластинку со своей любимой песней "Аргентина" группы "Ляпис Трубецкой":

В далёкой Аргентине возле пристани Пуэндо

Подрастала девочка – круглая сирота.

Ангелина закружилась под музыку в гипнотическом танце. Запрокинув голову, воздев руки к небу, девушка слегка покачивала бедрами в такт музыке. На её красивом лице с закрытыми от блаженства глазами царила безмятежная улыбка. Когда песня заканчивалась, Ангелина включала её снова и повторяла один и тот же медитативный танец. Сергей сначала смотрел на её движения с любопытством и восхищением, затем с любовью и уважением. Через минут двадцать он уже откровенно заскучал, стал зевать и клевать носом. Скоро Манохин заснул сидя в кресле. Девушка не замечала его мерного посапывания. Она всё танцевала и танцевала, растворившись в своей нирване.

– Моя любовь к тебе – неземная… – шептала Ангелина своему возлюбленному на следующее утро. Они лежали в постели. За окном едва забрезжил рассвет. Сергей положил свою голову на грудь любимой. Она запустила свои тонкие пальцы в его густые волосы, поглаживала их. – Моя любовь как незаметная звезда в ночном небе, встретившая твою звезду. Теперь они всегда будут рядом, в вечном молчании вселенной будут согревать друг друга своим светом…

– Я никогда не встречал такой, как ты… Ты как мираж, недостижимая мечта, которая вдруг сбылась наяву. И я до сих пор не верю, что мне так повезло… – Сергей перехватил её руку и поцеловал нежные пальцы с аккуратными маленькими ноготочками, покрытыми синим лаком.

Шло время. Ангелина рисовала любимому новые картины своих чувств. Сергей готовил. Ангелина читала ему мудрые книги. Сергей стирал одежду. Ангелина включала возлюбленному самую изысканную романтическую музыку. Сергей делал уборку в квартире. Ангелина показывала ему киношедевры знаменитых мастеров артхауса и бесконечно восхищалась их талантом. Сергей ходил на улицу выбрасывать мусор и в магазин за продуктами. Постепенно Манохин стал понимать, что звезда его новой любви висит на недостижимой для него высоте. У всех людей эта высота разная, и тут ничего не поделать. Остаётся только принять и получать удовольствие от своего этажа, на котором живёшь. С 19 этажа открывается прекрасный обзор всего пейзажа. С высоты птичьего полёта мечтается вширь и мыслится вглубь. На высоте и думается о высоком. Зато с первого этажа заметны детали: какая белоснежная и шершавая кора у берёзы за окном, какие красивые душистые цветы растут на клумбе, как симпатичны и смешны ребятишки, копающиеся в песочнице. На нижнем этаже видна жизнь, во всём её ярком, живом многообразии. Есть поговорка: "Рождённый ползать летать не может". Вот только это ещё не говорит о том, что птице повезло. Ведь она, в свою очередь, не может ползать по земле. Посмотреть на неё в другой плоскости. Почувствовать её запах.

Пропасть между влюблёнными выросла очень быстро. В очередной выходной день Манохину стало особенно грустно. Ангелина по-прежнему витала в облаках. На призыв Сергея остаться с ним дома, девушка ответила походом в театр оперы и балета. На гастроли приехал талантливый коллектив из другого города, и пропустить их выступление было бы преступлением. Вечером Ангелина собралась на премьеру. Манохин не выдержал и решил серьёзно с ней поговорить. Он заявил девушке, что дальше так продолжаться не может, что ему хочется жить нормальной жизнью, а не витать без края в творческих облаках. Своими внезапными претензиями он немало удивил Ангелину: она захлопала ресницами и принялась успокаивать любимого мужчину:

– У нас с тобой нет разных дорог! Тебе так только кажется! Наша встреча – судьба. А значит, мы созданы друг для друга, мой милый. Я люблю тебя! Всё будет хорошо… – девушка обняла Сергея и поцеловала. Мужчина обмяк и сдался. Почувствовав, что конфликт мирно разрешен, Ангелина умчалась на встречу с прекрасным. Манохин же, придя в себя после трепетных поцелуев любимой девушки, включив снова мозг, понял, что проблема не разрешилась. Отношения зашли в тупик.

Сергей оделся и отправился в ближайший бар. Там, изрядно приняв на грудь, он излил душу незнакомому алкашу. Случайный собеседник по его проблеме вразумительных комментариев дать не смог:

– Я, единственное, шо можно… тут шо сделать… одно нужно… ещё выпить! – и мужик налил водку в стаканы. Манохин кивнул, сжал кулак и поднял большой палец вверх.

Сергей вернулся домой и застал возлюбленную танцующей свой пространный танец под любимый трек. Девушка даже не заметила его появления. Манохин некоторое время постоял, наблюдая за ней, потом махнул рукой и отправился на кухню. Там он достал из холодильника бутылку водки, выпил стакан. Затем Сергей уселся на пол, прислонившись к стене. Вынул из кармана смартфон, нашёл и включил свою любимую песню. Это была "Компас" группы "Океан Ельзи":

Найди меня в полночь

И положи под подушку компас.

Манохин выпил ещё водки, поджал колени к груди, уткнулся в них лицом и расплакался. Неудержимо, искренне, как плачут дети. Немного успокаивался, пытался остановиться, вытирал рукавом мокрые глаза, но не выдерживал и снова срывался в рыдания.

Когда он наконец успокоился, увидел светящуюся белую дверь на холодильнике. Сергей вышел в прихожую, заглянул в комнату. Ангелина, вся в белом, похожая на ангела, так и кружилась в танце, не замечая его. Манохин послал ей воздушный поцелуй, развернулся и без оглядки устремился на последний уровень аттракциона.

Чарка рома материализовалась перед измученным странником. Теперь он станет путешественником, покорителем морей и стихий. Заглянет в самые неизведанные уголки вселенной и раскроет тайны существования вне её! В общем, как говорила бабушка Сергея, "очутится там, где Макар телят не пас". А поскольку маршрут пастуха Макара отличался постоянностью и малой протяженностью, возможности открывались поистине необъятные.

Манохин испил чудесного напитка, нажал на светящуюся посреди залы единственную оставшуюся надпись: "ОКАЖИСЬ ТАМ, ГДЕ НИКОГДА НЕ БЫЛ". Воздух стал тяжелее Сергея, картинка перед его глазами начала искажаться и сворачиваться. Мужчина оторвался от земли и полетел в звёздное небо.

На море бушевал шторм. Тёмной ночью огромный пассажирский лайнер качало на волнах. Люди попрятались в каютах. Лишь один человек бегал по палубе и неистовствовал вместе со стихией. Он кричал, размахивал руками, истерически хохотал, подставляя лицо дождю. "Громче, громче! – орал Манохин во тьму. – Пускай бушует карнавал!"

На пляже в Пицунде безжалостно палило солнце. Манохин поднялся с лежака, выпил охлаждающий коктейль с соломенной шляпкой. Затем он разбежался по золотому песку и с брызгами влетел в бирюзовую морскую воду. Сергей смеялся, плескался, шлёпал ногами по воде, радостно, по-детски бил по глади ладошками, окатывая брызгами купающихся людей.

На Северном полюсе стоял лютый мороз. Сергей в палатке вскипятил воду на газовой горелке и заварил крепкий чай. С кружкой, из которой шёл пар, он вышел на улицу покурить. Полярное солнце тускло светило сквозь туман, но не грело. Манохин почувствовал, как холодным воздухом стянуло кожу. Чай в кружке через минуту стал прохладным. Сергей взялся за сосульку на чёлке и отломил вместе с волосами. Улыбнулся. Сзади послышался скрип снега. Манохин обернулся и увидел белого медведя. С минуту они стояли молча и смотрели друг на друга. Затем зверь развернулся и ушёл.