Книга о родах земных

И, если я бы, действительно, сам по себе страдал от какой-то навязчивой мысли, то, естественно, не довольствовался бы просто одной писаниной, а предпринимал бы и другие шаги, чтобы реально подтвердить всю ту мою внутренне содержащуюся склонность.

Но, к этому я никогда в жизни не стремился, не стремлюсь сейчас и нет такого в планах на будущее, ибо живу своей обычной жизнью и по-своему борюсь с теми же проблемами, что и все остальные окружающие меня люди буквально со всех сторон.

Вот в той самой борьбе, в основе своей, и проходит моя личная жизнь, которая, как и у многих других, наполнена на сегодня различного рода страхами за свою собственную будущность, и, практически, доведена до ужаса под действием возникшей в нашей стране силы общей социальной напряженности.

Так что, прежде чем, соглашаться с мыслями своей души и своеобразно идти у них на поводу, мне самому нужно высвободиться от жизненной тяготы своего собственного тела, которое подчинено кое-какому труду и общей занятости в самом обычном бытовом смысле.

Так что, как говорится, в этих условиях не до какого-то там раздвоения, или какого-либо многочисленного расслоения личности, когда на настоящий момент времени речь может идти только просто о своеобразном выживании, и, причем не только меня самого, но и членов моей собственной семьи.

Всё это, так сказать, не отбеливает меня в ваших глазах, но, в то же время, даёт вам понять о том, что, прежде всего, лично я сам забочусь обо всех жизненно состоящих делах, и уже только потом, в выкроенное, при случае, время, могу предаться делам души, да и то с оглядкой на саму реально протекающую вокруг меня жизнь, ибо без нее, сами по себе, те же мысли души попросту никогда не осуществятся.

Так что, во всей своей жизненной и практической деятельности я делаю ставку всегда только на реальность и слагающиеся в той же реальности жизненные обстоятельства.

Мысли же души просто иногда приходят мне на помощь, если в ней, действительно, нуждается по-особому мое тело.

Этот факт, действительно, проверен временем и подтвержден самой моей жизнью.

Странность такого рода заключений на настоящий момент времени состоит в том, что только лично мне приходится своеобразно доказывать здравость и трезвость суждения своих мыслей, в то время, как неким другим лицам, занимающим весьма солидные должности, высокие государственные посты, или занимающихся какой-либо другой деятельностью, примерно такого же рода, как и я сам, этого вовсе не нужно делать.

Ибо, все их действия воспринимаются остальными людьми, как самые обычные, или вполне адекватные, и, причем не требуют каких-то дополнительных пояснений, или вполне очевидных доказательств своей здравости.

В том-то и заключается парадокс нашего времени, что так называемая сила чиновничьего повеления, или так обозначенная кабинетная сила, завсегда оказывается больше силы оказанного ему любого умственного сопротивления со стороны среды.

Что бы не услышали мои уши в нашей жизненной среде – оно вряд ли тяготеет по-настоящему к уму, а всё больше относится к стороне глупости.

Даже в самых заумных речах, как местных, так и других политиков, можно всегда обнаружить ту самую глупость, которая вполне очевидна, но которую, практически, никто не замечает, предоставляя право той самой глупости распространяться самой по себе.

А между тем, она воздействует на людей, ибо ум каждого земного человека сложен именно так, что он, в самом прямом смысле, способен улавливать любые колебательные движения окружающей его среды, которые, непременно, им самим воспринимаются внутренне и там же запечатлеваются.

То есть, фактически получается так, что сам человек, даже не задумываясь над чьими-то там брошенными словами, все же умственно воспринимает их, и уже они сами оказывают затем на него самого какое-либо воздействие.

То бишь, можно сказать, обо всем так.

То, что не услышало наше сознание – вполне способно услышать подсознание и даже закрепить в себе, как некий вид вновь образованного природно вещества, которое многочисленно укрупняясь во времени, преобразует сам человеческий ум, переводя его из одной категории в абсолютно другую.

Так что, не было, и нет, так обозначенных попросту выпущенных на ветер слов, ибо слова – это, прежде всего, чья-то речь, а она осуществлена голосом, который всегда имеет какую-либо физически выраженную величину.

Ибо, голос – это, прежде всего, волна и ее частота, а она способна создавать так именуемый реверберационного характера поток самых мелких пространственных частиц, которые, проходя сквозь своеобразную скорлупу человеческого тела, или даже его скелет, способны образовывать вещество, которое в последующем, само по себе, способно оказывать уже свое воздействие на всё остальное.

Таким образом, получается, что любое высказанное кем-то вслух слово вполне имеет свой природный вес и всегда оказывает какое-либо давление на окружающую среду.

А, если это слово, в самом прямом смысле, опознано нашим сознанием, то его истинно природный вес в значительной степени увеличивается, что обозначает, в конечном итоге, образование единицы какого-либо вещества в составе так обозначенного головного мозга человека.

Изо всего этого можно сделать вывод, что так обозначенная голосовая связь возникла в самой среде не случайно и именно на ее основе начали образовываться самые первые зачатки мозгового вещества.

Естественно, что при всём этом и сама природа своим, так сказать, естественным фоном не оставалась в стороне, а значит, периодически создавала свои клетки на основе вновь изготовляемого организмом вещества.

Таким образом, находящиеся во владении человека так именуемые мозговые клетки являются, по сути, своеобразными рецепторами человеческого тела, способными реагировать на любые изменения условий его окружающей среды.

Такой небольшой экскурс в наш внутренний генетический мир я сделал только потому, чтобы вы, на самом деле, не думали, что всё в нашем земном теле так просто и доступно для понимания, как может показаться на первый взгляд, а также для того, чтобы знали, что и я сам по себе, или в самом себе, содержу довольно значительное количество той самой информации, которой постоянно делюсь с вами, да только вы сами не хотите отчего-то ее по-своему признавать.

Высшему разуму, порою, бывает не до того, чтобы контролировать лично весь этот процесс, а потому, он загрузил часть знаний мне в голову, суть которых я мог бы вполне самостоятельно воспроизводить.

Вы же всё еще надеетесь на ученых, или каких-то там предсказателей-провидцев, или им подобных.

Но, поверьте лично моему опыту в подобного рода делах, что ничего более откровенного, нежели то, о чем я вам периодически говорю, просто не будет.

Ибо, это и есть целенаправленная программа нашего с вами земного обучения, или так обозначенный учебный материал, который я непосредственно и преподношу.

Или, даже можно сказать, своеобразно, преподаю, хотя у меня и нет так называемого преподавательского диплома.

Зато таких дипломов вокруг меня самого, хоть пруд пруди, да только вот толку от того всему населению никакого.

Ибо, в основе своей, преподают только то, что уже давно устарело, и от чего боятся по-своему отказаться буквально все, начиная с самых простых учителей до самых выдающихся ученых.

Я, конечно же, никого тем самым не попрекаю, но, в то же время, обращаю внимание именно на этот факт и еще раз напоминаю о том, что наше будущее целиком и полностью зависит от того, как мы сами в своем общем числе сможем преодолеть условно выраженную черту своей умственной земной бедности.

И, поверьте мне уже сейчас, что я тут не умничаю как-то по-своему и не пытаюсь вводить хоть кого-то в какое-то жизненное заблуждение.

Я говорю именно так, как оно есть, на самом деле.

То есть, имеется присланный нам материал и его нужно изучать, что значит, периодически обсуждать и хоть как-то воспринимать.

А не отмахиваться от него, словно от назойливой мухи, которая только и делает то, что хочет вас укусить, так как вы ей по-своему не позволяете чем-то там полакомиться.

Высшему разуму как-то не до того, чтобы заниматься обучением всех людей, в буквальном смысле, усадив всех в одночасье за парты, а самому, бросив все дела, занять место лектора.

У него другие дела, и их очень много, и все они связаны с обеспечением процесса нашей нормальной жизнедеятельности.

А, это отнимает слишком много времени, его личных ресурсов и сил, что уж, действительно, не до того, чтобы заниматься непосредственно людьми, которые должны, по сути, уже сами к чему-то там стремиться и заботиться о сохранности своей жизни.

Именно потому он поручает такие дела простым людям, чтобы уже они своеобразно просвещали остальных и понемногу торопили вперед.

Ибо, если этого не делать, то, вообще, все дела станут, а все опасности из нашего сознания просто исчезнут.

А, этого допускать никогда нельзя, ибо ум всегда должен быть настороже и всегда должен быть способен оградить себя от беды, так сказать, подготовившись к ней заранее.

Думаете, зачем всегда обозначаются какие-то там сроки?

Да, просто хотя бы для того, чтобы хоть немного, но шевелились в этом направлении, а иначе, просто завязнем в своих бытовых делах, и о самых реальны угрозах позабудем.

Так что, не каких-то там предсказателей-вещателей осуждать нужно за несбыточность события какого-то, а самих себя, так как мер никаких и по сей день не принимается, несмотря на уже самые явные угрозы и даже откровенную демонстрацию природной силы.

В общем, дело плохо обстоит, если не сказать, что и вовсе совсем плохо.

Никому судьба Земли не интересна, и все озабочены только своей собственной судьбой, в лице своей же собственности.

Мораль читать по этому поводу я вам не буду, да и сказано обо всем ранее уже достаточно много, а потому, оставим всё так, как оно есть.

То есть, фактически, оставим вопрос открытым, и понадеемся только на случай.

Свою конференцию по этому поводу я создавать, естественно, не буду, а вот своеобразное внезапное прекращение конференции света, я думаю, мы всё же сможем вскоре пронаблюдать, и еще раз убедиться в том, что все наши дела именно так и обстоят.

Ну, да, ладно, не буду и дальше отвлекать вас от темы, а займусь пока самостоятельно ее освещением, или, по крайней мере, той её части, которая доступна лично мне самому.

В деле нашего природного совершенства не всё так просто, как может казаться нам самим с точки зрения настоящего дня, и многие этапы так обозначенной эволюции нам просто неизвестны.

А их, действительно, много и самым простым перечислением здесь явно не обойтись.

А потому, мы с вами будем разбирать все те этапы последовательно, или один за другим, по мере того, как будет излагаться весь последующий подобного характера материал.

Если вы думаете, что эта книга последняя, или заключительная, то, конечно же, ошибаетесь.

Даже, несмотря на то, что всё это практически не приносит мне никакого дохода, а здоровью наносится самый настоящий фактический вред – все же я буду продолжать это дело, так как нельзя остановиться на том, что, можно сказать, было начато, да так и не завершилось до конца.

А потому, на сколько хватит моих личных сил, а с ними и моих личных внутренних убеждений – ровно на столько и я сам, и вы вместе с мною, продвинемся вперед, благодаря чему сможем узнать о самих себе намного больше того, о чем на сегодня знаем и даже о чем предполагаем.

Это я веду к тому, что все труды мои на книге этой не заканчиваются, и, как бы, не сложилась моя дальнейшая судьба, всё же в ней всегда будет оставаться место для того, чтобы еще хоть о чем-то новом написать.

К тому же, естественно, направляет меня и сам высший разум, в планы которого вовсе не входит наше общее исчезновение, и он, действительно, принимает все меры для того, чтобы уже мы сами преждевременно не исчезли.

Наша земная эволюция началась вовсе не случайно, а стала очередным этапом развития именно той цивилизации, которая нас самих и создала.

То есть, можно сказать, что, практически, все этапы эволюции нашего земного тела мы прошли под руководством другой силы, в целом, выступающей, как более развитая цивилизация.

Что же относительно нашего земного тела, то оно, естественно, не было изначально выражено именно так, каким оно выглядит на сегодняшний день, и, по сути, весь наш земной род берет свое начало от тела самого первого ползающего по земле пресмыкающегося.

Именно от него мы получили свои самые первые рецепторы, а заодно и так обозначенный кожный покров.

Уже далее, по пути, так сказать, усовершенствования самих видов рептилий на планете, мы получили и другие участки тела, в конечном итоге, приведшие к виду той самой обезьяны, которую признано считать человекоподобной.

На самом же деле, именно такого природного вида в самой природе не существовало, и речь может идти только о так обозначенном генетическом заимствовании отдельных видов самых первых природных представителей такого вида животного существа.

Но, прежде чем говорить об этом, я хочу все же немного возвратиться к виду ползающего гада и несколько пояснить из-за чего появилась сама голова, которой изначально во всех тех телах не было.

Оглавление тел началось намного позже и фактически уже тогда, когда на самой поверхности планеты появились самые первые признаки так обозначенных динозавров, или довольно крупные и массивные тела-гиганты, которые практически питались только самой средой, в самом прямом смысле, буквально дыша каждой клеточкой своих организмов.

Именно с этого этапа так обозначенной эволюции и, можно сказать, начала образовываться голова, как именно орган, а уже в последующем, в ней начал образовываться ум.

Всё это сейчас я вам сообщаю поверхностно и не вдаюсь пока в так называемые технические и генетические подробности творения тел, на базе соответствующего характера веществ.

В качестве некоторого пояснения могу сказать лишь одно.

Что оглавление, или фактическое образование головы, явилось результатом своеобразного выталкивания из составов древних организмов именно тех веществ, которые оказались им не нужны, так как не были задействованы в самом построении их клеток.

Тому, естественно, способствовало своеобразное насыщение природной среды новыми элементами, которые предусматривали рост элементарных клеточных организмов, а также вносили коррективы в общую структуру их молекулярного состояния.

Таким образом, любое внесенное в среду вещество, так или иначе, но оказывает свое прямое воздействие на так обозначенные клеточно обустроенные организмы, и тем самым, либо способствует их развитию, либо наоборот, приостанавливает их рост.

Во всём этом деле так обозначенного природного торжества творения тел нужно понимать всегда самое главное.

То, что, сама по себе, природа, какой бы она не была, всего лишь обладает набором каких-то элементарных веществ или частиц.

Что же будет собрано из всего этого, условно обозначенного конструкторского набора – целиком и полностью, зависит от условий развития самой среды, наличия в ней превосходящей величины и накопительного значения тех или иных видов природно представленных частиц-веществ, которые своеобразно и стимулируют рост практически всех располагающихся в среде микроорганизмов, которыми по праву мы можем считать любую взятую из самой среды молекулу.

Ибо она – уже и есть, сам по себе, природно созданный организм.

Но, в то же самое время, созданный на основе движения веществ, целиком и полностью подчиняющихся силе окружающего их давления и так обозначенного энергетического перенаполнения.

Таким образом, всего три основных фактора определяют жизнь так обозначенных молекулярно обустроенных организмов, каждый из которых имеет свою величину и силу, определяющие способы взаимодействия веществ, или точнее, их радиоактивных основ, которые предполагаемо относятся к атомам, в свою очередь, имеющих еще более мелкие структуры состояния, вплоть до квантов и тому подобного.

Вся эта вышеприведенная «галиматья» – фактически и есть основа так обозначенной теории возникновения молекулярной жизни и практического образования природно формирующихся тел.

Она, естественно, представлена в наиболее легкой форме своего умственного восприятия, но это все же не искажает сути происходящих процессов и не относит её саму к так обозначенной теории вымышленного суждения.

Во всяком деле природного творения тел, как правило, преобладают те формы их сооружения, которые изначально подчинены гораздо меньшей силе оказанного сопротивления именно тех частиц, на базе которых и творятся те самые сооружения.

То есть, фактически, это обозначает только одно.

Что, чем меньше оказывает сопротивление всем своим внутренним составом участвующее в процессе построения сооружения вещество – тем больше округлость его форм, которая практически заканчивается на так называемом моменте оказания более сильного противодействия силе окружающего давления среды.

То есть, практически все так обозначенные геометрические формы природно образованных земных тел – есть, не что иное, как построенная графически линия сопротивления того или иного вещества, которое участвовало в построении тела и подверглось оказанному на него давлению.

Если же в этом процессе принимают участие сразу несколько веществ, или несколько групп веществ, то и сама линия графического выражения, естественно, меняется, и, в целом, выражает так называемую многократно ломанную линию, исходя из самих параметрических особенностей тех самых веществ, которые в большей или меньшей форме и оказывают своё внутреннее сопротивление.

То есть, природа как бы вначале рисует схемы такого вида сопротивления, а уже затем на их основе строит сами молекулярные объединения.

Таким образом, форма так обозначенной нами головы – это не просто, так сказать, сам элемент, в целом, выраженного тела, а, целиком и полностью, выстроенная графическая линия оказанного сопротивления именно того вещества, которое создавало его самого.

Исходя из этого, можно сказать следующее.

Что, форма нашей головы по-настоящему является результатом своеобразного кальцинирования нашей земной среды, путем перенасыщения ее состава именно тем самым элементом.

А так, как его, так обозначенное радиоактивное сопротивление среде минимальное, то сами формы больше подвержены окружности, нежели чему-то другому.

В основе своей, примерно по тому же принципу сооружается природно конструкция и самого тела, хотя там и имеются некоторые дополнительного факторы воздействия.

Как видите, природа не творит формы из пустоты, а, целиком и полностью, подчиняется законам среды, или законам именно того пространства, что своеобразно ограничивает ее возможности в деле природного формирования такого рода сооружений.

Это только мы сами, как говорится, из своей головы можем что-то там придумать и воплотить в жизнь, при этом, не подчиняясь силе самой природы и только потому, что у нас всех имеется свой собственный ум, который мало подчиняется законам так обозначенного поверхностного образования и, в большей части, выступает, как некое метафизическое вещество.

Некая замысловатость форм, или их своеобразная оригинальность, обозначенные в том или ином природном сооружении – как раз и говорит о тех или иных свойствах участвующих в его построении веществ, а заодно, прямо указывает на всю сложность конструкции, что, само по себе, определяет саму сложность используемого в построении вещества.

Я думаю, что из всего того, о чем было сказано выше, вы всё-таки получили хотя бы самое малое, или поверхностное представление о том, как, на самом деле, творятся природные формы тех или иных видов животных существ, и именно какой процесс лежит в основе их выражения.

Это, можно сказать, так обозначенная природная начертательная геометрия, которую, как непосредственно науку, еще нужно изучать и изучать и, как говорится, доводить до совершенства уже составом своего ума.

Но, в то же самое время, в деле практически природного построения конструкции человеческого тела, или его натурального выражения, не всё так просто и однозначно, и не всегда сам процесс его молекулярного построения опирается только на то, о чем было сказано выше.

Есть и другие, и даже более значительные факторы оказания давления, одним из которых является непосредственно наш ум, или его представляющее природно вещество, а другим – наличие в среде величины силы, которая оказывает самое прямое воздействие на само молекулярное построение форм наших тел.

Так или иначе, но в этом вопросе нам еще долго предстоит по-своему разбираться, ибо он сам по себе очень сложный и, как говорится, с одного маху его не возьмешь.

А потому, вот так, можно сказать, по крупицам мы будет продвигаться дальше, пока, наконец, не дойдем до того самого момента, когда впереди останется только сама наука, заниматься которой будут именно те люди, которые и должны.

Моё дело, да и ваше в некоторой степени также, это подобраться, как можно ближе, к той самой науке, и вывести наш ум хотя бы примерно на уровень ее бытового восприятия.

Только в таком случае, нам всем совместно станут понятны стоящие перед нами задачи, и только в таком случае, мы сами сможем лучше понимать другу друга и не предъявлять каких-то излишних жизненных претензий по поводу исполнения кем-то каких-то своих конкретных обязанностей.

Чтобы понять, или фактически осмыслить, всю так обозначенную сложность какого-либо вида труда – нужно непременно к нему лично приблизиться, и, если не поучаствовать напрямую, то хотя бы теоретически иметь о нем самое точное представление.

Вот, почему так необходима вся эта, так обозначенная база знаний, и вот, почему от нас всех требуется совершить так именуемый умственный скачок в преддверии всех тех бед, о которых было сказано ранее и от которых нам всем, к сожалению, уже не убежать.

Так, как время, необходимое на внесение соответствующих природных поправок уже потеряно, а посему, весь дальнейший ход времени уже не остановить.

Единственное, что можно еще сделать, так это – несколько снизить активность самой среды и подготовиться ко всему заранее, исполнив ряд необходимых мероприятий.

Но, учитывая так обозначенную особую ментальность нашей русской среды, я все же думаю, что такое вряд ли возможно, а потому, надеяться фактически уже не на что, что значит, ко всему тому нужно готовиться каждому и по отдельности.

Но, это всего лишь лично мое мнение, и к выражению воли так обозначенного мною высшего разума совсем не относится.

А посему, я, как говорится, ни на чем не настаиваю и предлагаю вам поразмыслить надо всем самостоятельно.

И на этом я закрываю саму главу, ибо основное в ней уже сказано, а всякого рода детали еще будут опубликованы чуть погодя.

С чем, соответственно, вас и поздравляю, ибо нет ничего лучшего, чем хотя бы на время оставить все эти дела и переключиться на что-нибудь другое, при этом своеобразно умственно высвобождаясь и уже не тяготея своей собственной мыслью, так или иначе, но всё же способной оказывать некоторое давление на всё наше тело.