- -
- 100%
- +
Бара, как такового, здесь не было, сцены тоже, но вверху, над головой, очень точно было передано ночное небо со звездами и причем достаточно увеличено каким-то мощным прибором.
Небо застилало весь потолок и, казалось, что находишься внутри него. В общем, все это потрясало своей изысканностью и правдоподобностью в реальном отражении.
Здесь, как и везде, людей было немного. Справа сидели какие-то мужчины и очень громко разговаривали. Слева какая-то пара, и в дальнем правом углу одна девушка.
Макс и Люси сели за столик в левом углу, как раз напротив девушки. Люси еще подумала, и надо же было сесть как раз там, может, и не было бы скандала.
Но, дело уже прошлое, поэтому она продолжала вспоминать.
Подошел официант и предложил меню. Всего было предостаточно, но они выбрали то, что хотели, и буквально минут через пять все уже было на столе. Хорошо поужинав, Макс предложил немного посидеть и даже чуть-чуть выпить, на что Люси отреагировала почти мгновенно и сказала:
– Тебе бы, Макс, только выпить, а я тебе так, для компании.
– Почему ты так думаешь? – отвечал он, – я ведь повода никогда не давал.
– Нет, но мне кажется, что ты вечно этого хочешь и чего-то не договариваешь. Может, ты хочешь побыть сам или вон, с той девушкой?
– Я не пойму, какая муха тебя укусила, все было хорошо и вот на тебе.
– Послушай, Макс, сколько мы с тобой уже вместе. Года три, наверное, правда?
– Да, а что?
– Да то, что и я хочу, может быть, как и все другие, выйти, наконец, замуж, родить ребенка и жить вместе.
– Но нам никто не мешает так жить, – ответил Макс.
– Да, но от тебя ведь ничего не добьешься, ты ведь полицейский, не правда ли, и рот всегда держишь на замке.
– Да, полицейский, но это не говорит о том, что у меня нет души или какой-то мечты. Я тоже думал об этом, но считаю, что слишком рано…
– Как рано? Мне уже двадцать три, а я все не замужем. Скоро люди начнут смеяться.
– Да, ладно тебе, о людях. Выглядишь ты прекрасно. Куда тебе спешить влезать в семейную жизнь.
– Конечно, но ведь это не главное.
– А, что тогда главное?
– Главное то, что я уже созрела и хочу, в конце концов, обзавестись своей семьей.
– Послушай, Люси. Я тоже думаю над этим, но считаю пока немного повременить. К чему такая спешка? Да и обыкновенным браком мы еще не обязаны.
– Ну и что. Люди сходятся, а уж потом решают быть им семьей или не быть.
– Ты что, предлагаешь, сходить завтра и подать заявление?
– Я ничего не предлагаю, Макс, ничего, слышишь меня?
Тут Люси нервно забарабанила пальцами по столу.
Подбежал официант:
– Вам что-нибудь нужно?
– Да. Принесите сухой мартини, – ответил Макс и угрюмо улыбнулся.
– Ну, вот, началось, – сказала Люси, – не хватало мне тащить тебя до остановки.
– Не бойся, не напьюсь. Это так, чтобы немного расслабиться.
– Знаю я тебя. Вы, мужчины, во всем друг на друга похожи, как две капли воды.
– Так уж во всем?
– Ладно, не будем об этом.
Чувствуя, что разговор принимает слишком уж крутой поворот, Люси перестала донимать его вопросами и на минуту успокоилась.
Но здесь, как назло, в дело вмешалась девица. Именно ей предстояло сыграть роль той козырной карты, которая перебивает ход игры.
Она подошла к их столу и, вежливо улыбаясь, спросила Макса:
– Извините, у вас не будет времени провести меня до остановки, а то мне одной страшновато.
– Хорошо, – ответил Макс и встал из-за столика, – я сейчас вернусь, – предупредил он и ушел.
Отсутствие его не показалось для Люси очень длинным. Наоборот, Триггер вернулся очень быстро и, присев, сказал:
– Ну и дамочка мне досталась. Какая-то вся нервная, издерганная, то и дело, хваталась за меня при малейшем шуме со стороны.
– А ты уж и уши развесил, – съязвила Люси, думая, что та просто к нему приставала.
– Да, ладно, тебе. Не все же такие, как…
– Как кто? Ну-ну, договаривай, что же ты замолчал. Это ты меня имеешь в виду? Да, пошел ты, тогда, знаешь, куда и вообще, что это я с тобой связалась? Что я в тебе такого нашла? Обыкновенный чинуша, такой как все, бабник, довольствующийся только развратом., – и Люси понесло.
Наконец, Макс не выдержал и перебил:
– Ну что, всё сказала? А теперь, пошли домой.
Люси ошарашено посмотрела на него и согласилась:
– Да, пора идти домой.
Они рассчитались и ушли. Разговора явно не получилось, но Люси особо не расстраивалась. Она знала Макса, и знала также, что все это он пропустил мимо ушей.
Они прошли всю Айзель-стрит обратно к тому же полицейскому участку. По дороге Триггер пытался заговаривать, но Люси упорно добивалась своего.
Она хотела, чтобы он извинился перед ней, а за что – не знала тогда и сама. Просто ей хотелось, чтобы ее кто-то пожалел и в этот момент этим человеком был Макс.
В свою очередь, тот и не думал того делать, судя по его бравому голосу и настроению. Скорее всего, он думал, что это всего лишь очередная неудачная беседа.
Макс провел ее до дома и зашел на минутку в квартиру. Квартира не была особой роскошью Люси. Скорее, это было место для обычного проживания в каких-то посредственных условиях.
Конечно, условия здесь были все, но несколько не доставало простора, широты, высоты, и, в конце концов, вообще свободы передвижения.
Вся комната была какая-то узкая, и она недаром называла ее щелью. Справа стояла мебель огромного размера. Наверное, из дуба или чего-то подобного.
Слева кресло, диван, телефон, тумбочка и все остальное. В центре стоял стол с огромным букетом цветов, которые ей подарил Макс. В потолке жужжал вентилятор, а на окнах висели жалюзи. На стенах ничего особенного не было, за исключением небольших эстампов, отчего казалось, что здесь сыро, холодно и неуютно.
Но Люси все же любила свою комнату и старалась хоть как-то что-то приобрести для нее. Но, так как особо не нуждалась, то и этот процесс оттягивался на гораздо позднее время.
Нельзя было сказать, что она не любила порядок. Наоборот, все вещи были тщательно сложены и на своих местах.
У Люси была всего одна комната, за исключением небольшого коридорчика и малометражной кухни. Но ей хватало, и на большее она не претендовала. Ее устраивало то, что надо меньше убирать, да и вообще, заниматься чем-то по хозяйству.
Хотя, с другой стороны, это как-то ограничивало ее пространственное воображение и порой ей казалось, что она может задохнуться в этой комнатушке. Но долгие часы и вечера, проведенные в комплексном тетраэдре, сполна поглощали эту неуверенность.
Отдохнув внизу и вдоволь наслушавшись песен разных птиц, она с легкостью возвращалась домой и ложилась отдыхать. Ей всегда было легко и приятно после такого времяпровождения. Конечно, не доставало кого-либо еще, но и это с успехом компенсировалось все тем же райским уголком, где она могла пообщаться с животными.
И все же, как бы там ни было, Люси любила находиться дома, так как чувствовала всегда здесь какую-то личную защиту и внутреннюю раскрепощенность. Едва войдя в квартиру, она сразу же плюхнулась на свой любимый диван, и молча, уставилась глазами в потолок. После скандалов и разладов она всегда проделывала это упражнение, и с удовольствием замечала, что каждый раз ей становилось значительно легче.
Люсиль пролежала так минут десять, а может и больше, а Макс сидел на кресле возле ее головы. Он знал эти ее маленькие хитрости и пытался когда-то заняться этим сам, но, то ли время было не подходящее, то ли настроение не то, но у него ничего не получалось.
И со временем он отбросил эту затею, считая, что это просто выдумки Люси или ее фантазия, дабы придать себе еще больше какого-то смысла.
– Я так и думала, что ты здесь, – сказала девушка, подняв свой подбородок повыше, чтобы видеть Макса.
– А где ж мне быть? – ответил он и грустно улыбнулся.
– Да мало ли где? Может, пойдешь, поищешь ту, что проводил, да и проводил ли вообще?
– Ну, что ты городишь. И как тебе не стыдно. Я всего лишь исполнял свой долг. Долг по-ли-цей-ского. Теперь, понятно?
– Да, понятно, хотя и верится с трудом.
– Ну, конечно, тебе хотелось бы видеть во мне настоящего зверя или какого-нибудь негодяя, но поверь, дорогая, такие бывают только в книжках и в кино.
– И без тебя знаю, – ответила Люси и снова уткнулась в свою невидимую точку.
– Ну, ладно, времени уже много и я, пожалуй, пойду. Надо еще дома убраться, а то кошка вчера поразбросала все мои записи и книги.
– Кошка? – удивилась Люси.
– Да, кошка, а кто же еще. Ключей ведь ни у кого нет, я даже внизу не оставляю.
– Боишься, что залезут и убьют?
– Нет, боюсь, что кошку украдут, она у меня смышленая, даже считать умеет.
– Ладно, не ври. Тебе дай слово, так ты нагородишь тут неизвестно чего. Видите ли, кошка у него считает.
– Я вполне серьезно это говорю.
Люси странно посмотрела на него и произнесла:
– Я тоже знаю, что говорю, но когда дело касается чисто научных проблем, то здесь не до шуток.
– Ладно, спорить не буду, да и времени нет. Когда-нибудь я тебе покажу это.
– С великим удовольствием посмотрю твою жалкую квартиру, – опять съязвила Люси.
– У тебя не лучше.
– Да, но зато у меня есть я, а у тебя меня нет.
– Ну, давай, пофилософствуем, на ночь глядя. Ладно, все. Я пошел. Пока.
– Чего ж так рано?
– Я ведь тебе объяснил почему, что ты еще хочешь услышать? – тут завелся и Макс.
– Ничего, иди, – сказала она и уткнулась лицом в стенку дивана.
– Ладно., пошел.
И тихо вышел из квартиры.
Люси тут же разрыдалась, но минут через пять успокоилась. К тому же в дверь настойчиво постучали. Она быстренько утерла слезы и спросила:
– Макс Триггер, если это снова ты, то вполне можешь заходить, дверь открыта.
Из-за двери послышался голос:
– Извините, мисс, за беспокойство, но мы проверяем телефонную связь.
– В такое время?
– Да вот, ничего не поделаешь, приходится.
И тот, кто это говорил, вошел в ее квартиру.
Это был мужчина средних лет. Он был лысоват, отчего казалось, что голова у него была просто яйцом, так как сама по себе имела такую форму.
Одет он был в свой форменный пиджак, принадлежащий единственной в городе телефонной кампании. В руках он держал маленький чемоданчик с эмблемой той же фирмы.
– А почему вы сказали «мы», когда постучались в дверь?
– Да, я.., – тут он несколько замялся или застеснялся, – мы вдвоем, только напарник на немного задержался в другой квартире.
– А-а, понятно, – ответила Люси и спокойно показала, куда ему пройти к телефону.
– Вы не волнуйтесь, я вас долго не задержу. Я мигом.
– Да, я и не переживаю. Ждать мне некого, так что возитесь сколько угодно, – и Люси пошла на кухню.
Через несколько минут, вспотевший неизвестно от чего, монтер устало произнес:
– Вот и все. Телефон в порядке, правда, были некоторые неполадки.
– Да? А я как-то не замечала.
– Да что вы, а вот те, кто слушал, наверняка замечали.
– Странно, но мне пока этого никто не говорил, правда и звоню я редко.
– Вот-вот, – схватился человек за слово, – потому, никто и не сказал. Ну, ладно, я пойду. До свидания. Извините, что задержал.
– Ничего, а ваш друг, надеюсь, не зайдет?
– Да, нет. Вряд ли. Я ему скажу. Ну, все, я ухожу, – и он вежливо удалился, тщательно прикрыв за собой дверь.
– А не позвонить ли мне Максу, – подумала Люси, но тут же решила этого не делать.
Ведь женщина не должна идти на уступки перед мужчиной.
Но чувство внезапно нахлынувшего внутреннего беспокойства, внесенного этим человеком, как-то не давало спокойно и уравновешенно дышать. Сердце поминутно затухало и вздрагивало, а голова была словно каменная.
– Наверное, я переволновалась, – так подумала Люси и решила лечь спать.
Она разделась, сходила в туалет, затем в ванную и, наконец, легла в постель.
Но сон почему-то не шел. Вместо него было какое-то дремотно-сознательное состояние, которое никак нельзя было назвать отдыхом.
Она встала, включила ночник и решила почитать. Но мысли не ладились, и книга не шла впрок. Почему-то ей захотелось есть. Она пошла на кухню, разогрела пару вчерашних бифштексов и достала из холодильника молоко.
Дома она почти никогда не готовила. Достаточно было спуститься в бар и там приобрести все, что душе угодно, а заодно и поесть, так что запасов пищи у нее особо и не было.
Да и ела Люси немного. Старалась держать свою форму. Так она говорила при расспросах подруг о ее питании, которые не брезговали ничем, даже конфетами и сметаной, что женщине категорически запрещено.
Люси поела и хоть немного сбила себе то состояние, что называлось волнением, но все же не до конца. Она решила включить музыку и немного послушать ее волшебное звучание.
Для ночного прослушивания были наушники, которые, одев на голову, можно было не снимать до утра.
Они были довольно мягкими и не обременяли, а скорее создавали впечатление какого-то внутреннего уюта и комфорта.
Люси уже давно отказалась от тех кричащих на всю радиоприемников, и их место заняла обыкновенная тишина, или легкая музыка в сочетании с окружающей средой.
Те воинствующие ансамбли на сцене и в быту уже канули в лета, и их места заняли новые группы, в исполнении которых можно было услышать Верди, Шопена, Баха, Мусоргского и других великих композиторов.
Сама игра несколько отличалась от той прежней и, прежде всего, напоминала основную тему произведения, а уже затем подвергалась какой-либо интерпретации.
Стерео уже давно ушло и на его место пришло нечто, по качеству схожее с квадро.
Это была высокочастотная микромодуляция звука в окружающей среде с использованием особой чувствительности среднего уха человека и электромагнитной радиоволны, отчего казалось при прослушивании, что вы сами находитесь внутри этого концерта и пред взором можно было наблюдать какую-либо картину, выбитую этими звуками внутри вашего сознания.
В общем, это то, что можно назвать пределом человеческих мечтаний, когда человек не только слышит музыку, но и отражает ее внутри себя.
Люси включила приемник и одела наушники. Музыка доставила ей удовольствие, но ненадолго. Спустя полчаса, а может быть и больше, она опять почувствовала внутри какую-то тревогу. Сердце опять запрыгало, и Люси не могла найти себе место на диване.
Ворочаясь, она невзначай нащупала что-то металлическое и мелкое. Включив свет и посмотрев, что там, она увидела какую-то маленькую деталь.
"Наверное, мусор", – подумала она и хотела уже выбросить, но немного подумав, решила все же рассмотреть, что это такое.
Поднеся поближе к свету, она попыталась хоть что-то разобрать, но без дополнительной помощи видно было не обойтись. В конце концов, она бросила эту затею и положила деталь в выдвижной ящик огромной стенки.
"Ладно, разберусь завтра", – подумала Люси и, к своему удивлению, ей тут же захотелось спать.
Так вот и закончился тот день, по-своему довольно нудный и довольно долгий. И сейчас, находясь в этой страшной комнате, Люси пыталась понять, где она допустила ошибку в своей жизни и что за этим всем кроется.
Глава 5. Встреча
Итак, Люси, как могла, тщательно проанализировала весь прошедший день. Но, что все-таки могло случиться с Максом и почему она, собственно говоря, здесь? Эти два основных вопроса не давали ей спокойно мыслить и оценивать ситуацию.
Но все же, она постаралась прийти в себя и, немного взбодрившись своими воспоминаниями, начала осмысливать настоящее.
Как выбраться отсюда, не причинив никому, в том числе и себе самой, вреда?
Эта мысль наиболее заостряла ее внимание. Она постаралась несколько лучше рассмотреть, что же было в этой комнате.
Помимо стола и той челюсти, стояли еще стулья и табуретки. Для чего их было так много – совсем непонятно. Казалось, что для мертвецов, которых здесь она примерно насчитала около двадцати пяти, они вовсе не нужны.
В другом углу комнаты Люсиль увидела умывальник с раковиной, а также подставленное под него ведро.
– Это еще зачем? – подумала Люси и недоуменно пожала плечами.
Но, всмотревшись более пристально, она поняла, что это вовсе не ведро, а какая-то выпуклая труба, не соединенная с самой раковиной, и причем, диаметр ее был огромный.
Люси решила посмотреть, что же все-таки это за сооружение и зачем оно вообще. Она потихоньку, переступая через трупы, подошла к самой трубе. Но то, что она увидела там, было вдвойне ужаснее, чем то, что она видела раньше.
Из трубы, она явно видела, уходили вглубь человеческие ноги. Вернее будет сказать, что они торчали в трубе, как два флагмана на корабле.
Ноги были обуты в какие-то ботинки, примерно той формы, что носят полицейские.
"Уж не Макс ли это?" – подумала Люси и уже хотела дернуть за одну ногу, чтобы протащить тело сюда, в комнату, но тут вдруг случилось невероятное.
Ноги ожили и начали упорно перебирать ступнями, словно что-то говоря ими.
Люси в страхе отошла в сторону и, молча, наблюдала, как дергаются из стороны в сторону сами ступни.
Всей картины ей видно не было, но было понятно и так, что это делается, так как было слышно некоторое шуршание. Теперь она вспомнила то, что слышала в самом начале, и ей показалось знакомым это очередное шуршание.
Она набралась смелости и опять подошла поближе. Ноги перестали вращаться, и человек затих, видимо поняв, что все это бесполезно.
"Черт возьми, – вгорячах думала Люси, – что же мне делать?" – и в отчаянье, почти заламывала руки.
При этом, нервно подрагивали ее плечи, а тело охватил легкий озноб.
Ноги вновь зашуршали еще с большей силой. Казалось, человек, там находящийся, хотел выбраться наружу, но это у него слабо получалось.
Несмотря на все внутренние страхи и предубеждения, Люси все же решилась, и, взявшись за одну ногу, изо всех сил потянула ее на себя.
Тело несколько подвинулось вперед, но ненамного. Наверное, мешало угловое соединение и не давало ему легко пройти к проему.
Что-то хрустнуло под рукой, и Люси подумала, уж не сломала чего-либо в этой ноге, но, слава Богу, нога вновь зашевелилась, явно указывая на то, чтоб ее снова тянули.
Люси приободрилась и с большим усердием принялась тянуть.
Наконец, ей удалось вытянуть ногу почти до колена, что заметно улучшило ее шансы вытянуть из этой трубы и самого человека.
"Но, что, черт возьми, он там делает?" – подумала Люси и тут же схватилась за ногу, так как та чуть было опять не ушла вниз.
Наверное, человек зашевелился и чуть было не сорвался опять вниз. Она принялась тянуть вторую ногу, но пока ничего не удавалось.
"О, Господи, что же делать?" – думала напряженно девушка, пытаясь хоть как-то подтащить тело к верху.
После долгих изнурительных усилий, ей, наконец, удалось дотащить ногу до самой раковины, а что делать дальше, она не знала.
Нога уперлась в раковину, другая торчала в сторону. Надо было либо снимать раковину, либо повернуть тело в самой трубе. Вдруг снизу послышалось какое-то хрюканье. По крайней мере, Люси так показалось.
Она опять отскочила в сторону и сильно испугалась. Хрюканье стало похоже на человеческий голос, правда, откуда-то издали. Она подошла поближе и услышала:
– Тяните быстрее, еще несколько минут и меня съедят крысы.
Боязнь за человеческую жизнь среди этой горы мертвецов, все же дала о себе знать и Люси, собравшись с силами, рванула ноги так, что, казалось, выскочит не только раковина и тело, а и вся труба целиком.
Но, ничего подобного не случилось, и тело было выдернуто наружу.
Как это пoлучилось, Люси сама не знала, но, наверное, сработала какая-то внутренняя сила.
Человек начал потихоньку выбираться из этой проклятой трубы и вскоре вылез совсем.
Он повернулся к девушке, и оба с удивлением ахнули.
– Как? Это ты? —одновременно спросили двое.
– Вот это да, вот это встреча, – опять повторили вдвоем.
Люси первая пришла в себя и начала спрашивать у Макса, как он сюда попал.
– Подожди немного, дай отдышусь. Я ведь в этой проклятой трубе нахожусь еще с ночи.
– А как ты попал сюда? – возмущенно спросила девушка, – ты ведь уходил домой?
– Да., – замялся Макс, – только по дороге я решил заглянуть кое-куда еще раз.
– Куда это, если не секрет?
– Слушай, это что, снова допрос или продолжение вчерашнего?
– Да, нет, это я так, наверное, от нервов.
– Надо подумать, как выбраться отсюда и чем быстрее – тем лучше.
–А где мы? – озабоченно спросила Люси, – и вообще, что с нами такое происходит?
– Мы в дерьме, лапочка, это уж точно. То, что я слышал вчера здесь, не дает никакого шанса на выживаемость.
– И все же, что происходит?
– Да, все очень просто. Я вляпался в эту историю самостоятельно, а они видимо решили прихватить и тебя. Так, ради соблюдения осторожности. Кстати, ты получила мое письмо?
– Вчерашнее? – удивилась Люси.
– Да, а что? Я написал, не выходя из здания, и просил, если что-нибудь случится, позвонить капитану Кларку в участок.
– А-а, этот маленький негодяй, наверное, из ревности принес его только утром.
– Кто это? – спросил Макс.
– Да, швейцар в том доме, где я живу. Он принес его мне сегодня утром, еще и улыбался, сказав, что видел тебя вчера особо расстроенным.
– Все это так, но кто ему давал право письма вручать позже? Ну, ничего, приду, разберусь, как следует.
– Давай-ка подумаем, как мы отсюда выберемся.
– Погоди, я тебе еще не рассказал, как я сюда попал.
– А что, это интересно?
– Очень. Ты помнишь вчерашнюю девицу из ресторана?
– Еще бы, – хмыкнула Люси.
– Так вот, я ее встретил там же, куда и отвел. Она стояла и ждала ночного автобуса, не сделав ни шагу, ни взад, ни вперед.
– Ты хочешь сказать, что она зомби или что-то в этом роде?
– Нет, но я хочу сказать другое. Она сильно напугана кем-то и боится шагу ступить в сторону.
– А как же ресторан и другое?
– Возможно, кто-то привел ее туда с целью какого-то эксперимента или чего-то еще в этом роде.
– Да, забавно получается. Ну и что ты сделал?
– Ничего. Я вызвал подмогу, и ребята увезли ее домой.
– А ребята, чьи были, ваши? – спросила Люси.
– Нет, к сожалению, из другого участка.
– Теперь понятно, почему об этом никто не знает. И даже в участке удивились, когда я спросила тебя.
– А ты что, звонила в участок?
– Конечно, когда ко мне пришли двое и сказали, что они от вас и, кстати, забрали, а точнее, украли твое письмо, которое я не успела даже почитать.
– А, как они выглядели?
– Типичный вопрос полицейского, – цинично произнесла Люсиль, – один выше другого. Это все, что я могла разглядеть, они долго не задержались.
– Они что, были в форме?
– Да, а что здесь удивительного. Наверное, они ее у кого-нибудь стащили.
– Да-а, – сокрушенно помотал головой Макс, – дело довольно серьезное.
– А что тебя, собственно, удивило?
– Да то, что с полицейского снять форму можно, только его убив или, по крайней мере, оглушив.
– Даже так?
– Так и не иначе, но как ты сама попала в эту нору, – он только сейчас понял, что не спросил ее об этом.
– Наконец то, а я-то думала, что ты совсем свихнулся в этой дыре.
– Извини, но так уж получилось. Я думал, что вообще отсюда не выберусь. Наверное, только случай привел тебя сюда.
– Да-а, – утомленно произнесла Люсиль, – это уж точно, случай. Знаешь, как я сюда попала?
– Как?
– Да, просто. Меня отравили чем-то неизвестным, когда я хотела пойти в полицию и все рассказать, и только случай, опять же, спас меня от неминуемой гибели. Укол пришелся не в тело, а в кобуру моего браунинга, – и Люси показала притороченную к ноге кобуру, – лишь случайно коснувшись моего тела, а не то я бы уже была давно мертва.
– Ты сказала укол? Я не ослышался?
– Да, в лифте, я даже не успела почувствовать, как оказалась без сознания.
– А на чем они тебя сюда доставили? Уж не на машине скорой помощи?
– Понятия не имею.
– Ну, ладно. Надо выбираться отсюда и чем скорее – тем лучше.
Макс растер свои ноги и руки и немного пробежался по комнате, если можно это назвать бегом, так как вокруг лежали тела.
К изумлению Люсиль, он не испугался и не удивился, а несколько удручился увиденным.
– Вообще-то, я подумал, что здесь просто морг, а сейчас понимаю, что здесь что-то другое.
– И что же это, по-твоему?
– Пока не знаю, но догадываюсь. Видишь ли, в детстве мне пришлось перенести одно довольно странное заболевание, которое, как оказалось, нельзя было вылечить обыкновенными методами, и моим родителям пришлось искать кого-то вроде колдуна. Вот он и посоветовал сделать то, что на сегодня кажется уже давно известным и ясным.