Беглый принц

Есть книги интересные, а есть – очень интересные. К какому разряду отнести "Беглый принц" решать Вам! Умеренное уделение внимания мелочам, создало довольно четкую картину, но и не лишило читателя места для его личного воображения.

Обращает на себя внимание то, насколько текст легко рифмуется с современностью и не имеет оттенков прошлого или будущего, ведь он актуален во все времена.

Очевидно-то, что актуальность не теряется с годами, и на такой доброй морали строится мир и в наши дни, и в былые времена, и в будущих эпохах и цивилизациях.

С первых строк понимаешь, что ответ на загадку кроется в деталях, но лишь на последних страницах завеса поднимается и все становится на свои места.

Юмор подан не в случайных мелочах и не всегда на поверхности, а вызван внутренним эфирным ощущением и подчинен всему строю. Это настоящее явление в литературе, которое не любишь, а восхищаешься всем естеством, оно не нравится, а приводит в неописуемый восторг.

Место событий настолько детально и красочно описано, что у читающего невольно возникает эффект присутствия. Несмотря на изумительную и своеобразную композицию, развязка потрясающе проста и гениальна, с проблесками исключительной поэтической силы.

Все образы и элементы столь филигранно вписаны в сюжет, что до последней страницы "видишь" происходящее своими глазами.

"Беглый принц" читать будет интересно, но истинные фанны этого стиля останутся вполне довольны.

Пролог

Дорогие читатели. То, о чём я хочу рассказать, на самом деле, важно для меня, потому что эта история основана на реальных событиях, невольным участником и свидетелем которых я стал.

Имена главных героев, на странице книги не соответствуют настоящим, но это не, для того, чтобы скрыть их личности, а лишь потому, что я позабыл их за давностью лет.

Может быть, некоторые ситуации я слегка изменил, добавив в них описание больше художественности.

Если вдруг кто-то узнает себя в этих героях, в чём я сомневаюсь, скорее всего, это будет простое совпадение. Если же нет, тогда ему станет известна правда о том, что же случилось.

Некоторые читатели скажут. Такого не может быть. – Ваше право не верить, но в жизни случаются вещи ещё более невероятны, так что ничего необычного здесь нет. Однако мне эта история никогда не давала покоя.

Я думаю, что главный герой, имеет право на то, чтобы о его приключениях узнали.

Эти события происходили давным-давно, и не осталось ни воспоминаний о них, ни других свидетелей.

Предлагаю Вам рассказ для взрослых, где реальная история переплетаются с всевозможными фантазиями. Вы узнаете, захватывающих приключениях, и исторических эпизодах, описанных тем, кто не боится откровенно рассказать о своей жизни.

Весь рассказ разбит на пять частей, и в каждой части герои проживают новую жизнь, испытывают новые чувства и устремляются навстречу новым приключениям.

В свободные минуты откройте книгу и окунитесь в мир Средневековья, магии и колдовства.

Приятного чтения! Ваш покорный слуга.

Начало

Солнце давно село, когда утомленные путешественники въехали в ворота Эрлигаста.

Келлиот удивился, что в такой поздний час большой зал освещен яркими огнями.

– Король заболел? – осведомился главнокомандующий, бросив обеспокоенный взгляд в сторону камеристера.

– Нет, не король, мой господин. Это королева Нейрин. У нее роды, – ответил служащий и покачал головой. – Уже целых два дня не может разродиться.

– Моя королева? Воскликнул Келлиот. И где же она?

– Идите за мной, мой господин.

Келлиот поспешно скинул плащ и портупею. Последовал за служащим вверх по лестнице. Как Келлиот и ожидал, его ввели в главные покои.

В оловянных подсвечниках и в закрепленных на стенах канделябрах потрескивали тонкие восковые свечки.

Нейрин лежала на кровати, а Шерольд сидел рядом с ней на стуле. Встревоженный доктор устроился в углу комнаты. Келлиот замер в проёме, и ахнул при виде королевы.

Глаза Нейрин были закрыты, камеристка то и дело вытирала с её лба пот. Единственными яркими пятнами на лице женщины были красные круги под глазами, придававшие ей сходство с привидением. Её прежде блестящие волосы спутались и разметались по подушке, несколько прядей прилипли к мокрому лбу.

Увидев Келлиота, Шерольд вскочил и обнял друга. Келлиот с трудом верил, что этот человек – его король и друг, так сильно он изменился. Казалось, Шерольд сломлен.

Когда он поинтересовался состоянием королевы, его улыбка сразу же погасла, и в глазах отразилась глубокая печаль. Шерольд тяжело опустился на стул и спрятал лицо в ладонях.

Келлиот в панике повернулся к Шерольду и увидел, что тот не отрываясь смотрит на королеву. Он с первого взгляда понял, что состояние критическое. Её величество умирает.

Новые схватки выдернули измученную женщину из непродолжительного сна. Она открыла глаза и увидела Шерольда. Радость на некоторое время заслонила боль, исказившую утонченные черты.

– Шерольд! – слабо произнесла Нейрин, протянула к нему руку. Король сжал её пальцы.

Келлиот увёл служанку из комнаты, показал другим жестом, чтобы король и королева могли побыть наедине. Камеристка последовала за ними.

Главнокомандующий, мрачный и подавленный, вышел из комнаты.

– Келлиот мне так жаль, – тихо сказала служанка, не могу поверить, что мы её величество, теряем. – И она так мучается от боли. Разве мало страданий выпало на её долю?

Келлиот взял в ладони лицо служанки, и ласково улыбнулся ей.

– Мы не должны терять надежду. Верь, что у нашей королевы, хватит воли и сил вытерпеть всё это.

Нейрин свела судорога, и женщина открыла глаза, в которых явственно читалась боль. Ее голова заметалась по подушке, из горла вырвался слабый стон. Еще один спазм волной прошел по телу роженицы, судорожно вцепившейся в руку Шерольда.

Началась следующая схватка, и Нейрин от боли сжала кулаки. – Боюсь, у меня не осталось сил. Прости меня, Шерольд. Я так устала. – Ее голос стих, и глаза закрылись. Но очередная схватка заставила её вновь открыть глаза и посмотреть на Шерольда.

Он был до глубины души потрясен её тусклым, мёртвенным взглядом. Нейрин утратила волю к жизни. Его королева медленно ускользала от него, а он не властен помочь ей.

– Умоляю тебя, не покидай меня. – Его глаза затуманились слезами. – Ты нужна мне. В тебе моя жизнь. Возьми мою силу. Он погладил ее по лицу и смахнул слезинки со щек. В ответ несчастная слабо улыбнулась.

Охваченный отчаянием, Шерольд повернулся к доктору.

– Неужели вы нечего не можете сделать?

Тот снова отрицательно покачал головой. – Её величество слишком маленькая, чтобы родить такое крупное дитя. Это непреодолимое препятствие.

– Тэйн, я больше не могу выносить её страдания. Сделайте что-нибудь с ребенком, только избавьте её от этих мук.

Я приказываю вам немедленно вытащить из неё ребенка любым способом, только не дайте ей умереть. Какой смысл в том, что умрёт и она, и ребенок? – уже кричал он.

Нейрин выгнулась на кровати и застонала от боли. Доктор испуганно посмотрел на Шерольда.

– Уверен, что это скоро закончится, ваше величество. Теперь схватки стали непрерывными, – добавил доктор, пытаясь успокоить обезумевшего от горя Шерольда.

– И как долго, по-вашему, она сможет это выносить? – с безнадежностью в голосе воскликнул тот. – Великий Тэйн, неужели вы не видите, что она не родит его, если вы немедленно хоть что-нибудь не сделаете!

Полный смертельной муки крик Нейрин помешал ему договорить. Доктор подбежал к кровати и склонился над несчастной.

– Думаю, вам следует покинуть комнату.

Когда начались схватки, Нейрин вновь душераздирающе закричала и вцепилась в его руку. Ее ногти впились ему в ладонь. В последующий час единственное, что давало ей силы, было сознание, что Шерольд рядом, и ощущение его ладони в своей руке.

Наконец, сморщенный, в красных пятнах, появился на свет. Младенец громко кричал, возмущенный слишком долгими родами.

Дав жизнь сыну, Нейрин, казавшаяся ещё более бледной, неподвижно лежала на кровати. Тяжелые роды, последовавшее за ними обильное кровотечение полностью обессилили женщину. Ее глаза были закрыты, дышала она замедленно и с трудом.

Весь следующий день Эрлигаст был погружен в печаль. Ни стук кузнечного молота, ни цокот копыт не нарушали тишину внутреннего двора. Слуги ходили по дому поникшие, с опущенными глазами, и почти не разговаривали. Даже посуда на кухне позвякивала приглушенно, а кухарки выполняли свою ежедневную работу без обычного брюзжания и ворчания.

Все искренне переживали, что великодушную госпожу постигла, такая судьба.

Много молитв было вознесено, много свечей зажжено в церкви. Молва о гибели королевы и не родившегося младенца распространились по уголкам государства. И за пределы стен Эрлигаста.

На второй день после скорби зарядил дождь, повергший всех в ещё большее уныние. К вечеру над долиной прокатились первые раскаты грома. Засверкала молния, высвечивая острые зубцы стен замка. Челядь, уверенная, что непогода – это предзнаменование, – собралась в часовне, чтобы вознести молитвы.

– В эту ночь кто-то умрет, – послышался чей-то голос.

– Ангел смерти летает над Эрлигастом. Ещё до исхода ночи он завернет несчастного в своё покрывало.

Келлиот беспокойно ходил взад-вперед по спальне. Оглушающие раскаты грома, от которых, казалось, раскалывается земля.

В это время в покоях короля.

– Проследишь, чтобы у меня было всё необходимое для приятного отдыха?

Карлия вздернула одну бровь и отважно встретила озорной взгляд темных глаз.

– А что, ваше высочество, необходимо вам для приятного отдыха? Девушка сжала ладонями его скулы и провела большими пальцами по ямочке на подбородке. – Да, сир Шерольд, были и приятные моменты. Шерольд приник к нежным губам в долгом поцелуе. В обоих мгновенно вспыхнуло желание, и лишь недостаток воздуха заставил их отпрянуть друг от друга.

– Боже, как я люблю тебя, Карлия.

– А я – Вас, сир Шерольд. Он встал и подхватил наложницу на руки, но та предостерегающе покачала пальчиком.

– Шерольд, нам не следует… вы ведь только овдовели.

– Теперь ты моя королева, и мать моих наследников.

Он неторопливо раздел свою наложницу, уложил на расстеленную на полу меховую шкуру и начал раздеваться сам. Его голодный взгляд не отрывался от неё.

Воспламенённая, Карлия ощутила, как в ней снова просыпается желание. Девушка закинула руки за голову. В отблесках огня в камине женская кожа напоминала матовый шелк. У Шерольда, потрясённого её красотой, перехватило дыхание.

– Боже мой, ты похожа на огненный опал. Он осторожно опустился, накрыв девушку всем телом, соединив свои руки с её руками. Карлия выгнулась ему навстречу и сжала его пальцы.

Спустившись чуть пониже, Шерольд принялся водить языком по её груди, затем взял один сосок в рот. Карлия судорожно вздохнула и забилась под ним.

Шерольд спустился ещё ниже и, заставив наложницу развести руки в стороны, начал ласкать языком пупок. Сердце Карлии бешено стучало, грудь вздымалась.

Он раздвинул ей ноги и, встав перед ней на колени, погрузил язык в сладостную расщелину. Карлия не издала ни звука. На несколько долгих секунд девушка погрузилась в безбрежный океан чувственности. Наслаждение накатывало волнами, вызывая сладчайшие спазмы во всем теле.

Неожиданно всё кончилось. Карлия вдохнула полной грудью и открыла глаза. Увидев, как блестят его глаза, девушка догадалась, что именно он собирается сделать.

– Нет, больше не надо. Я этого не вынесу, – задыхаясь пробормотала она. Шерольд, бросил взгляд на округлившийся живот наложницы – свидетельство того, что в её чреве зреет ещё один ублюдок, который вскоре поселится в детской.

Приподнялся и вошел в неё. Двигаясь вместе с ним во все убыстряющемся темпе.

Через некоторое время, оба рухнули без сил, и уснули.

Камеристка подскочила к колыбели и, схватив малыша, ринулась прочь из комнаты, побежав к лестнице, ведущей на стену. Создавалось впечатление, будто безумная женщина летит над ступеньками – полы её белого одеяния развевались, словно крылья.

– Мой ребенок! – закричала Карлия, пытаясь встать с кровати. Еще не полностью придя в себя после бурной ночи с Шерольдом.

Келлиот услышал шум, вышел в коридор, увидел картину, которая привела его в шок, и бросился в погоню. Добравшись до конца коридора, выходившего на стену, Камеристка замедлила бег и всем телом навалилась на дверь. Когда створка распахнулась, она с безумным хохотом выскочила наружу и, подняв ребенка над головой, приготовилась сбросить его вниз.

В последнюю секунду Келлиоту удалось схватить камеристку за руку. Вырвал из её рук, плачущий свёрток, и оттолкнул её в сторону.

Она в ужасе попятилась и неожиданно поскользнулась на мокром камне. Она повалилась, и застряла между зубцами стены.

Несколько секунд женщина балансировала в этом положении, а потом, не удержавшись, с душераздирающим воплем упала вниз.

На стене первым появился Шерольд. Он подошёл к Келлиоту.

– Ты видел кто это был?

– Нет сир я не успел рассмотреть, она упала со стены. Я чудом успел выхватить младенца из её рук. Она хотела скинуть его. Он передал младенца королю.

Келлиот подошёл к краю стены, перегнулся и посмотрел, за стену. Там на камнях лежало тело, а вокруг стояли стражники.

Они подняли её, и на настилках внесли во двор.

Было решено не разглашать происходящее, чтобы не наводить панику среди горожан.

Королевство Эрлигаста потухло, в пучине скорби о королеве Нейрин. Она не смогла выжить при трудных родах, где не смогла спасти своего первенца и наследника престола.

Вскоре король Шерольд скинул со стен замка и с собственных плеч чёрные полотна траура.

Женился на прекрасной женщине Карлии, и сделал её своей королевой, которая вскоре принесла ему трёх прекрасных наследников.

Старшего нарекли Эриком, среднего, назвали Карлом, а младшему дали имя Генри.

Мальчики подрастали и становились юношами, где их детские игры менялись на мужские забавы.

Королевский гвардеец Ивейн, тренировал трёх принцев, фехтованию, и рыцарским добродетелям, владению мечом и щитом.

Так, как сам гвардеец относился к стилю димахера. Этот стиль подошёл по душе, и Эрику.

Карл, выбрал стиль мурмелон, с мечом и щитом.

Генри, был младше всех, он выбрал самый суровый стиль, с мечом и палицей.

Между тренировкой находили и на личные шалости, одна из них ухаживание за девочками. Это был ещё один урок вассализма и куртуазной этике.

И, даже тут молодому сердцу не прикажешь. Эрику понравилась девочка, она была дочь пастуха.

Они, начали встречаться тайком, так как молодой принц знал, что это против всех правил вассализма, ведь он принадлежал высшему сословию, а она была простой чернью.

Иногда молодой принц, его слуга Эллой и возлюбленная Эллия, убегали за стены Эрлигаста, чтобы поиграть с местной детворой. А слуга, позволял побыть им наедине.

На очередном, учебном турнире, Карл так увлёкся тренировкой, и не учёл, что младший брат слабее и неопытный. В неудачном приёме он повредил спину Генри.

Генри, долго лежал и не мог встать, думали, что ходить он больше не будет.

Всё обошлось, и Генри поправился, но тренировки ему пришлось оставить. Взамен этого, он увлёкся книгами, и девочками.

С тех пор он не пропустил ни одной книги. Не одной женской юбки, под подол которой он, залез.

Многие девицы не против были перед ним раздвинуть ножки, чтобы, придаться к похоти с красавчиком Генри.

Эллой сидел на охапке дров возле тренировочной площадки и смотрел, как его господин Эрик и Карл тренируется в спарринге.

К нему подсел крестьянин, в лохмотьях, названия одежда они утратили очень давно.

Видно было что, он прошёл очень большое количество дорог.

Эллой протянул ему кусочек горбушку лепёшки, которую он стянул на кухне.

– За то, что ты добр, со мной, я тебе раскрою тайну. Я смотрю, что ты хороший юноша, и сердце у тебя чистое, большое.

Он посмотрел на принца и сказал. – Как он похож на свою королеву Нейрин.

– Извините, но может, вы не знаете, но. Его королева Карлия.

– Нет! У него глаза своей матери.

Эллой сорвался с места, и побежал прочь от своего собеседника, даже не дослушав его, как от дьявола. Позабыл, про своего господина, и подружку Эллию.

Отношение между принцем и простолюдинкой становились более страстные. Между ними закипала любовь. И то-что, между ними произошло, были уже не детские игры.

Король Шерольд прознал про то, что его наследный принц водит роман с простолюдинкой, подбодрило его. Он, был горд, что его сын стал настоящим мужчиной.

Но когда он узнал, что Эрик хочет пойти с дочкой пастуха под венец. Тут его гордость сменилась на гнев. Он сразу же потребовал, чтобы Эрика привели к нему в тронный зал. Где он хочет поговорить, серьёзно с принцем.

По мере того, как смысл сказанного проникал в сознание, выражение растерянности на лице Эрика сменялось гневом.

– Дело в том, что я очень люблю Эллию.

– Как же, любишь! – взревел Шерольд. – Эта шлюха хочет через твою постель попасть в высшее сословие!

Эрик не дал отцу произнести больше ни слова. Схватил его за грудки и с ожесточением прижал спиной к стене. Глаза молодого принца полыхали гневом. – Слушай меня и слушай внимательно.

– Мы, любим друг друга и собираемся пожениться. – Назовешь, мою возлюбленную шлюхой. А если посмеешь! Я убью тебя. Презрительно взглянув на отца. С отвращением оттолкнул его.

Хотел уже пойти прочь, как король завопил вовсе горло.

– Стража! Схватить, этого и посадить в темницу! Пусть, подумает.

Несколько стражников набросились, схватили и потащили прочь из залы короля.

В это время дверь халупы пастуха распахнулась, и ворвались несколько стражников. С силой оттолкнули мать и забрали девочку.

Она брыкалась и пыталась изо всех сил сопротивляться, но попытки были безуспешны.

Крепкие руки стражников держали крепко маленькое юное тело.

Мать лежала на пороге своей халупы, через слёзы видела, что стража потащила её доченьку в неизвестном направлении.

Шерольд спустился в темницу чтобы поговорить с сыном и дать ему шанс подумать и напомнить ему о том, кем он является и что его ждёт впереди. Но разговор с Эриком не привёл к желаемому результату.

Тогда он отправился к той которая как он решил виновница всего этого переполоха.

– Мой сын сделал тебя своей шлюхой. С чего это вдруг тебе взбрело в голову что ты можешь стать принцессой?

– Мы любим друг друга. Шерольд закинул голову и расхохотался. – Ты самое большое на что можешь рассчитывать это то что будишь шлюхой, а после того как Эрик наиграется с тобой ты отправишься в бордель и там будишь развлекать мужчин.

– Нет он любит меня также как я люблю его.

– Дайка мне рассмотреть тебя. Шерольд схватил ее за руку и заставил подняться. Эллия вскрикнула от боли, когда цепь впилась в нежное запястье. Девушка непроизвольно сжалась под похотливым взглядом налитых кровью глаз.

– Судя по тому, что я вижу, ты ладная бабёнка. А теперь посмотрим, что там под платьем. Шерольд прижал Эллию к стене так, что та не могла сопротивляться, пока он своей лапищей задирал на ней юбку.

– А ты стоишь того, чтобы с тобой поразвлечься.

Ужаснувшись, девушка пыталась одернуть юбку.

– Убери от меня свои мерзкие лапы, – кричала она.

Выражая неудовольствие нечленораздельным мычанием, Шерольд одним движением сдернул с неё платье. Эллия взвизгнула и ударила мерзавца свободной рукой в лицо. Шерольд навалился на нее всем телом, вдавив с стену, обхватил руками и пытался поцеловать. Эллия завертела головой, стараясь спастись от жадного рта.

Ей удалось высвободить одну руку, и девушка вцепилась ему в волосы и потянула. Шерольд с яростным воплем отпустил её, но в следующее мгновение приподнял и швырнул на пол. Голова ее ударилась о каменные плиты, и на секунду у неё помутилось в глазах.

Взгромоздившись на неё, Шерольд принялся гладить и тискать своими ручищами обнаженную грудь. Повинуясь инстинкту самосохранения, Эллия собрала остатки сил и ногтями впилась Шерольду в лицо. Слезы негодования и страха душили её. Она понимала, что не сможет справиться с этим, превосходящим её в силе, однако была преисполнена решимости бороться до конца.

Почувствовав смердящее дыхание у своего рта, Эллия плотно сжала губы. Шерольд грубо ущипнул девушку за соски. Боль заставила её вскрикнуть, и насильник мгновенно запихнул свой язык ей в рот. Она впилась зубами в эту толстую змею, извивавшуюся у неё во рту и мешавшую дышать.

Когда Шерольд поднял голову и попытался рукой раздвинуть ей ноги, Эллия заметалась. Изловчившись, она ударила его ногой. Удар пришелся в пах, и Шерольд согнулся пополам, застонав от боли. Боль лишь сильнее разъярила его, замахнувшегося, чтобы ударить девушку по лицу. Та непроизвольно закрыла глаза и отвернулась. Казалось, что удара не избежать.

Морщась от боли, она села и прикрыла обнажённую грудь превратившимся в лохмотья платьем.

– Ладно посмотрим, как ты завтра запоёшь. Фыркнул Шерольд и вышел из темницы.

Утром следующего дня Эрика и Эллию вывели на двор. Весть о наказании, быстро распространившаяся по округе, привлекла толпы любопытных.

С молодого человека сорвали дублет, привязав руки к вбитым в столб кольцам. То же самое проделали и с девушкой. С её плеч сползло платье, которое еле держалось, оголяя юное обнажённые тело.

Взгляды Эрика и Эллии встретились, и юноша увидел в глазах любимой страх.

– Крепись, любимая. Клянусь честью, за каждый нанесенный удар они заплатят смертью. Шерольд наблюдал за происходящим, величественно прошествовал к месту наказания. Люди стали перешептываться, так как внушал окружающим необъяснимый страх.

Подражая могущественным властителям, он взмахнул рукой, и кнут, со свистом разрезав воздух, опустился на спину молодой девушке.

Эрик закрыл глаза, слезы заструились по щекам. При каждом ударе, обрушивавшемся на тело любимой, он непроизвольно вздрагивал, словно в сердце ему вонзали кинжал.

Очень быстро спина молодой Эллии, исполосованная кнутом, превратилась в кровавое месиво, девушка кричала, пронзительным режущий криком.

Ударив в последний раз, палач взглянул на короля в надежде, что он передумает и отменит наказание для пленницы. Но оказалось, что Шерольд тверд в своих намерениях, и знаком велел палачу продолжать.

Юное тело девушки не издало больше не звука. Она лежало на половице настила эшафота, бездыханно.

Палач с отвращением отшвырнув орудие пытки, – На этот раз вы зашли слишком далеко в своем безумии, ваше величество, – процедил палач, устремив на Шерольда взгляд, потемневший от ярости.

– Я больше не желаю терпеть подобные выходки. – Вполне возможно, что положено начало королевской крови и вассализма. Сказал Шерольд встав с места и направился к столбу где был привязан его наследный принц Эрик.

Карл и Генри проследовали след за своим сюзереном.

Шерольд стоял и смотрел в глаза Эрика и видел, как его глаза наполнены ненавистью и злобой.

– Пусть посидит на цепи пару дней может это его приведёт в чувство и разум.

– Надеюсь, эта любовь стоит того, что придется заплатить, когда Эрик начнет мстить. Сказал Гвардеец, стоящий в стороне, удерживая слугу принца, который рвался чтобы помочь своему господину.

Глубокой ночью Эрик почувствовал, как на его плечо легла рука. Он обернулся и увидел своего верного слугу. Протянул господину бурдюк с водой. После того как Эрик напился вдоволь, Эллой помог освободится от цепей.

у него уже была приготовленная и припрятанная заранее, поклажа с припасами, и тем что пригодится. Также их ждали пару коней.

Эллой помог принцу покинуть стены Эрлигаста. Ведь эта мысль была намного лучше, той глупой, и необдуманной, что хотел сделать принц.

Достигнув вершины возвышающегося над долиной холма, Эрик бросил прощальный взгляд на замок. Гранитные стены Эрлигаста сверкали в тусклом свете месяца.

Губы молодого человека на секунду сжались, прежде чем, пришпорив коня, он галопом поскакал на запад. За ним поспешвал его верный слуга и теперь единственный друг.

Эрик гнал во весь опор. Юноша сделал лишь одну остановку, чтобы напоить лошадь.

Бедный слуга, в обязанности которого входило обеспечение его безопасности, безжалостно подстёгивал своего коня, но все попытки держаться с ним вровень, оказывались безуспешными.

Сопровождающий, спаситель, испытал непередаваемое облегчение, достигнув границ поместья.

Усталые и голодные, Эрик и Эллой подъехали к воротам Гринданвилля.

Близился рассвет. Едва солнце поднялось над землей достаточно, чтобы показать свои первые лучи.