Проклятье Айвиэна

Некоторое время существо смотрело в глаза Сахила, после чего вытянуло вперед руку. Ладонь, убившая Изара, медленно приблизилась к лицу пленника. Кончики большого и указательного пальцев на секунду встретились, после чего коснулись лба Сахила. Проделав это странное действо, создание отошло на шаг назад, не отрывая глаз от вора. По лбу пленника медленно стекала струйка крови. Чужой крови.

Воины отпустили тело. Но Сахил, казалось, завис в воздухе в той же позе, в какой его удерживали. Затем, мелко задрожав, друг Айвиэна начал меняться. Лицо, прежде загорелое, постепенно стало мертвенно бледным. Тело несколько раз сотрясли сильные судороги, словно что-то странное наполняло его изнутри, грозя вырваться. Буря эмоций на несколько мгновений расцвела в глазах и на лице, словно мужчина понял нечто неизмеримо важное, но в то же время до смешного очевидное. Однако это выражение плавно сменилось отрешенностью и безразличием.

К неимоверному удивлению и ужасу Айвиэна, все еще находящегося в плену, Сахил не напал на крылатое существо и не попытался сбежать. Он просто встал на ноги. Не глядя в сторону друга, он сделал несколько шагов назад и присоединился к остальным воинам, которые молчаливо наблюдали за происходящим.

Едва вор скрылся из поля зрения Айвиэна, как мысли юноши пронзило мрачное осознание – теперь настал его черед. Приложив немалые усилия, чтобы сохранить спокойствие, он посмотрел на крылатое создание. То, в свою очередь, оторвало взгляд от Сахила и приблизилось к «Честному Вору». Взгляд кроваво-красных зрачков, казалось, читал юношу, словно открытую книгу. Однако на этот раз существо не присело, а продолжало с высоты своего роста смотреть на стоявшего на коленях пленника. Айвиэн смог различить в этих глазах не только разум, но и… интерес. В голове возникло неприятное ощущение, напоминающее то ли жуткий страх, то ли сильную головную боль.

Это стало последней каплей, переполошившей терпение молодого человека. Собрав все ресурсы тела, до которых смог дотянуться разум, Айвиэн с удивительной для самого себя силой рванулся вперед. Хватка рук, удерживавших его, показалась необычайно слабой, и на несколько секунд юноша вновь обрел свободу. Но он не успел сделать и шагу, как стоявшие позади воины вновь схватили толбасца. Теперь его держали уже втроем, отчего хватка была намного крепче.

Юношу уже собирались вновь опустить на колени, когда по площади разнесся шлепок босых ног. Все взгляды устремились на крылатое существо. Монстр закончил наблюдать и приблизился к плененному юноше. На лице виднелась странное выражение, которое не могло предвещать ничего хорошего. Вновь взглянув в глаза последней жертве, создание открыло рот. Непонятные слова на этот раз были обращены к Айвиэну.

– Отши́а моэсохжама́ра, – произнесло создание.

Слова казались сухими и таинственными, но при этом неимоверно древними. Они словно сочились необъяснимой мощью. И эта сила настолько овладела всеми чувствами Айвиэна, что он не сразу почувствовал, как существо быстрыми движениями сорвало кожаный нагрудник с тела и обнажило ту часть груди, где находилось сердце. Ворох мыслей о том, что может случиться, заставил вора еще раз попробовал вырваться. Но на этот раз юноша лишь слабо шелохнулся, крепко удерживаемый бледными ладонями воинов. По всей видимости, это позабавило бледное создание, на лице которого скользнула таинственная улыбка.

– Чисаотирэви́ркисаэв. Отшуэво́ма шуэ́вишома кичиишнусагра́. О́му ишнэзаэвриши́отсаэв, даинэ́в отши́а валзаши́отнуфу мо́иришинотну, риэва́тотэвлэох о́ма палзаши́отнуфу саинзаишнэмои́нотну вии́н отши́и.

Бледная ладонь коснулся груди Айвиэна. Юноша вздрогнул: не смотря на неестественный цвет, конечность была теплой. Затем грудь наполнилась странным ощущением, будто что-то призрачное проникло внутрь и окутало сердце. Это чувство за одно – долгое, словно день – мгновение охватило все тело. Мимолетное, похожее на блаженство, оно вскоре сменилось бурей других. Молодого человека бросало то в жар, то в холод, то в боль, то в расслабление. Тело сотрясали судороги, сила которых менялась с пугающей непредсказуемостью. Иногда ощущения были такими сильными или новыми, что Айвиэн не смог бы описать их никакими из существующих слов. В другой миг они были подобны агонии и близкому дыханию смерти. Разум поглотил водоворот хаотичных мыслей. Лишь необъяснимое чудо позволило юноше услышать, как существо заговорило вновь.

– Отши́а вализи́нотнуфу лээ́втаи киэвкио́хмои!

Эта фраза эхом отдалась в разуме Айвиэна и, казалось, окутала все его существование во времени и пространстве. Все чувства обострились до предела. Казалось, само мироздание вывернулось наизнанку.

А затем всё моментально утихло. На тело обрушилась неимоверная усталость, и оно обмякло. Сознание начало стремительно погружаться в темноту. Однако сквозь укрывавшую его сознание пелену парню почудилось еще что-то. Ощущение, будто он возносится над землёй.

– Лэши́а ирювто́ паалшуизэ́сиротчируфу, – донеслось до сознания юноши прежде, чем оно окончательно затерялось в бездне небытия.

Примечания