Янтарный свет: …Имеет…

– Потому что это чушь, – хмыкнул Ларс. – Как и магия жестов. Мысль. Мысль – самый быстрый и четкий способ создавать магию. Слова – ограничены по объему силы, который вы можете в него вложить. Жест ограничен в скорости. Мысль – нет. Можешь вкладывать в неё сколько угодно силы.

– Я с помощью молитв… – начал было парень.

– Молитвы – это отдельно, – покачал головой Ларс. – Я не силён в магии церкви, но результаты у них печальные. Что в скорости, что в силе.

Ари хмыкнул.

– Какая твоя стихия? – спросила Нами, внимательно слушающая учителя-раба.

– Никакая, – фыркнул старичок. – Я отказался от стихии больше двадцати лет назад.

– Отказался?

– Все одаренные привязаны к стихии, но лишь немногим дано выйти из порочного круга, – Ларс поднял руку с растопыренными пальцами. На каждом из них возникло по шарику, созданному из стихии. По одному на каждую стихию, кроме света. – Да, я не могу чувствовать стихии так, как чувствуют их другие маги. Да, я не могу призывать её и использовать стихию как усиление моих заклинаний.

– Усиление? – нахмурился Ари.

– В море маги воды чувствуют себя на порядок лучше. Думаю, не надо объяснять почему? Я лишён этого преимущества, но я же лишён всех недостатков.

– Каких? – спросила Нами.

– Тот же маг воды будет в полной заднице, если ему придется сражаться в пустыне.

– Деда, а те штуки, которыми ты пулял в нас? Почему они прозрачные? Это был воздух?

– Хватит называть меня деда! И это была чистая сила. Она не относится к стихии.

Руди задумчиво замолчал, а слово взял Ари.

– Ты говорил про контроль силы, – произнёс парень. – Что это значит?

– Это значит, что человек умеет дозировать и управлять своей силой, – пояснил Ларс, но, заметив непонимание на лице собеседника, тут же пояснил: – Если бы ты умел контролировать свою силу, то просто постучал бы силой по доскам туалета, а не…

– Не заставил бы его обделаться, – хохотнул Руди.

– Контроль очень важен, – поджав губы, ответил старичок. – Именно он помогает создавать заклинания, тратя очень небольшое количество силы. И именно он может сделать заклинания сильнее и мощнее.

– Куда ему мощнее, деда? – хмыкнул воришка.

– Если бы он занимался контролем хотя бы мизинцем, то ни меня, ни одной доски в том туалете не осталось, – хмыкнул Ларс. – Чтобы там не плели в академии Свадии про целостность и неразрывность заклинаний, чтобы не талдычили в Бравии про плотность энергетических структур, всё это не имеет значения, если ты не контролируешь силу.

– И как этот контроль… изучать? – хмурясь, спросила Нами.

– Не изучать, а тренировать, – фыркнул старичок. – Приёмов масса, но на мой взгляд самое эффективный метод с практическим уклоном.

– Силой бахать, деда? – тут же оживился Руди.

– Хватит называть меня «деда»… И да, силой, – кивнул Ларс. – Но не бахать.

Старик взял в руку кусок хлеба и разделил его на три части, отдав каждому по куску.

– Попробуйте наполнить хлеб силой, но не так, чтобы с него конденсат тьмы тёк, или он сиял как новое светило, а чтобы от него едва заметно фонило вашей слой.

– Слушай, а если я переполню силой хлеб, он прорастет? – задумчиво уставился на хлеб воришка.

– Ты идиот? – посмотрел на него Ларс и со злостью спросил: – Как он прорастет? Семена давно мертвы и зажарены в печи!

Заметив довольную улыбку Руди, он тут же осёкся и втянул голову в плечи.

– Он плесенью покроется. Хлеб с дрожжами выпекают, чтобы пышный был. Вот эти дрожжи на нем и прорастут.

Ари тем временем попробовал сделать указанное, однако его хлеб резко вспыхнул ярким белоснежным светом, после чего осыпался крошками на стол. У Нами результат был похожим, но вместо вспышки хлеб окутался тьмой, в которой просто растворился и бесформенным куском сполз из рук.

– Чтоб мне до конца жизни Саракузкие интегралы решать, – пробормотал Ларс себе под нос, глядя на результаты работы учеников. – Судьба умеет шутить, когда просишь её о достойных учениках.

– Деда, а ты молил её о учениках? – тут же спросил Руди.

Его кусок хлеба моментально покрылся плесенью, которая принялась окутывать хлеб и переползать на его пальцы. Руди тут же выбросил кусок на пол.

– Когда-то я просил судьбу послать достаточно сильного ученика, чтобы не мучаться с развитием его дара, – пробормотал Ларс, недовольно сложив руки на груди. – И она услышала мои молитвы, но как всегда не забыла нагадить в бокал с молодым Свадийским вином.

– О чем ты? – хмурясь спросил Ари.

– О том, что силы у вас выдающиеся, а вот мозгов нет, от слова совсем.

– Деда, не зарывайся, – тут же пробормотал воришка, наблюдая, как плесень расползается по полу. Под его пристальным взглядом хлеб, окутанный светло-зеленой плесенью, начал двигаться. – Слушай, по-моему этот хлеб собирается сбежать.

– От такого дуболома, как ты? Не удивительно. Я бы тоже свалил, да вот… – проворчал Ларс и щелкнул пальцем по ошейнику. – Угораздило, как говорится.

Ари взглянул на Нами, затем на Руди, а потом уставился на раба-учителя.

– Знаешь… я думаю, что мы сможем вернуть тебе свободу, – произнёс парень. – Сразу после того, как ты решишь, что мы стали достойными учениками и полноценными магами.

Ларс недовольно хмыкнул и, не отводя взгляда, ответил:

– Я почему-то уверен, что я быстрее от старости сдохну, чем вы станете достойными учениками.

– Да ладно тебе, деда! Мечтал ведь о учениках! Тёмная, светлый и я!

– Особенно ты, – буркнул маг. – Если с этими я еще знаю, что делать, то тебя по-хорошему надо придушить, чтобы сам не мучился и других не мучал…

– Де-е-е-е-еда-а-а-а, – протянул Руди, отчего Ларс непроизвольно сжался.

Ари заглянул в пустую кружку с отваром, а потом протянул её Руди, который тоже уже допил свой.

– Руди, нальёшь ещё?

Воришка поднялся и потопал к очагу, а Ари нагнулся к старику и тихо прошептал:

– Я разрешаю тебе мстить Руди… Только без членовредительства и урона нашим целям.

Старик молча выслушал парня, взглянул на объект разговора и замер с каменным лицом, словно это его совершенно не интересует. Секунда, вторая, и на его лице медленно, неторопливо возникла легкая, едва заметная улыбка.

– Объясни еще раз, – уже громко обратился Ари к Ларсу. – Нам надо силы в хлеб засунуть, но только чуть-чуть, так?

– Не обязательно хлеб, – кивнул раб-учитель. – Можно использовать даже камни вдоль дороги. Хлеб просто лучше всего реагирует на силу.

– И в этом весь контроль? – уточнила Нами. – Накачивать что-нибудь силой, но чуть-чуть?

– Это первый этап, – покачал головой Ларс. – Самый простой, которому одаренных учат с детства.

– А сколько этих этапов? – спросил подошедший с кружками Руди.

– Я на двести шестидесятом, но это я. Средней руки маг может рассчитывать на восьмидесятый… редко кто из магов берет сотый.

Ари взял деревянную ложку, лежавшую на столе, в миске и уставился на неё.

– Наполнить силой, – пробормотал он, стараясь сосредоточиться. – Только чуть-чуть…

Ларс сморщился от свечения и хмыкнул, обнаружив потрескавшийся столовый прибор.

– Мда… работы предстоит очень много.

– Ларс! – крикнул Ари, глядя на поля, расположившиеся вдоль ручья. – А ты знаешь, как сделать так, чтобы на полях был хороший урожай?

– М-м-м-м? – обернулся к парню задумавшийся старичок. – В теории да, но этим вопросом никто не занимался.

– Почему?

– Потому что дешевле нанять возниц и мужиков с лопатами, которые навозят коровьего дерьма и раскидают по полю, чем нанимать для этого мага.

– А если… если чисто из интереса? – спросил Ари и почесал голову. – Может жизнью поля наполнить?

– В теории можно пробовать что угодно, но это глупость, – фыркнул учитель-раб. – Жизнь будет для всех. И для сорняков, и для болезни культур. И для вредителей. Представляешь тлю размером с кулак?

– Тогда смертью землю обработать, – выдала идею Нами. – Чтобы всех паразитов и сорняков вывести.

– Ага и заодно уничтожить плодородный слой, – проворчал Ларс. – В почве живут много мелких живых организмов, которые дают пищу культуре. Где-то их больше. Там урожай выше. Где-то их меньше.

После нескольких секунд раздумий Ари спросил:

– А как бы ты подошёл к этому? Чтобы делал, если бы была такая нужда?

– Если бы у меня была нужда, то я бы купил зерна в Бравии. Но если нет, то… – тут старичок задумался и осмотрел поля вокруг.

Караван шёл по укатанной дороге, и несмотря на то, что небо было серым и пасмурным, виды вокруг были прекрасные.

– Я бы взялся за саму культуру, – кивнул в итоге Ларс. – Да. Думаю, работать надо было бы с ней.

– Это как?

– Менять землю – глупо. Земля есть земля. Слишком много у неё параметров, чтобы вычислять, что добавить или убавить. А вот неурожай от заморозков или жары – это большая проблема. Чтобы увеличить урожай, надо, чтобы он не погибал от катаклизмов. То есть с помощью магии и накачкой посевного зерна можно добиться постоянного урожая, которому будет не страшен холод, засуха или град.

– Интересно, – пробормотал парень и взглянул на руку, в которой лежал камень.

Он снова наполнил тот силой. В этот раз он не был похож на упавшую с неба звезду, но все еще ярко светился, отчего Ари только сморщился.

– Это хотя бы какой-то прогресс, – пожал плечами Ларс. – Второй день тренировок… я бы даже сказал, что отличный.

– Вот же… – донесся недовольный возглас Нами.

Парень сидевший на телеге обернулся к девушке и обнаружил ту с расстроенной миной. Её камень полностью поглотила тьма, отчего тот так же, как и хлеб, превратился в густой склизкий комок тьмы. Девушка сбросила его на дорогу и взглянула на возлюбленного, перед которым еще лежало пять камней.

– Держи, – улыбнулся Ари, передав ей камень.

– Для тьмы лучше подходит стекло, – кивнул Ларс. – Многие материалы чистая тьма при таких концентрациях просто растворяет.

Парень выкинул светящийся камень в траву у дороги и спросил:

– А почему Нами не может наполнять камень после того, как я его светом наполню?

– А почему ты не можешь налить в кружку эль, если в ней уже доверху вина? – съязвил старик.

– Так она ведь полная, – пожал плечами парень, а затем задумчиво уставился на камень. – Кажется, я понял.

– Помимо этого, есть еще один важный момент. Ваши стихии протагонисты. – Ты помнишь об индукции?

– Помню, – кивнул парень. – Получается, если мы вместе будем воздействовать на камень, он… окутается туманом?

– Для начала он шарахнет так, что будет хорошо, если останешься с глазами. А потом да. Потом будет много тумана.

– Лять!

Ари обернулся на соседнюю телегу, где расположился Руди. Для своих тренировок он использовал не камни, а ветки довольно колючего кустарника по совету Ларса.

При каждой попытке наполнить эти ветки, они резко пускали несколько ростков, выпускали листья и образовывали новые шипы, которыми Руди успешно ранил руки и матерился. Более того, ростки тут же покрывались корой и пускали новые молодые побеги. В итоге, за несколько секунд в руках воришки образовывался огромный куст, который ещё надо было выкинуть подальше от дороги.

– Можно ведь было взять другой куста, так? – улыбнулся Ари, наблюдая, как ругается друг и пытается выкинуть колючий куст подальше.

– Да, но так, по-моему, даже эффективнее, – кивнул Ларс и довольно улыбнулся. – Ну, и на душе приятно.

Дорога повернула и вышла к небольшому озеру. От неё шла небольшая тропа к поляне, на которой виднелись следы стоянки. Впереди, на головной телеги, послышался спор между Максом и торговцем. Наёмник был за то, чтобы заночевать тут, а торговец ворчал и пытался ехать дальше, аргументируя затратностью лишнего дня пути.

– Есть уже охота, – вздохнул Ари, наблюдая за прениями охраны и хозяина товара.

– Да, поесть было бы неплохо, – кивнула Нами.

Словно повинуясь мыслям начинающих магов, торговец спасовал в споре, и караван двинулся к месту стоянки.

Телеги втягивались на поляну, выстраивались в полукруг и готовились к ночлегу. Наёмники тут же организовали готовку еды на свой отряд, отдельно от торговцев. Засуетились молодые воины, отправляясь к ближайшему лесу за дровами.

Ларс был один из магов, отправившихся с воинами к лесу. И дело тут было не в дровах. Маг элементарно не мог себе позволить справлять нужду на людях, поэтому постоянно отходил к кустам.

Пока воины собирали хворост и искали валежник, старичок забрался в один из кустов, задрал мантию и облегченно выдохнул под журчание.

– Добрый вечер, коллега, – раздался голос.

Старик поднял взгляд и обнаружил перед собой молодого мужчину с яркими, голубыми глазами. После этого он опустил взгляд и понял, что мочится на его сапог.

– Хотел бы сказать, что это не специально и случайность, но… не буду, – заявил он, закончив свое дело.

– Вижу, ты в затруднительном положении, Ларс, – стряхнув сапогом, произнёс собеседник.

– Я? У меня не бывает затруднительных положений, – хмыкнул старичок.

– Я тоже так сначала подумал, но заметив ошейник на твоей шее… на секунду усомнился, – без малейшей тени эмоций опроверг собеседник.

– Да? Зря. Что тебе тут надо, Гюш?

– Я тут за головами трех этих одаренных, – пояснил он и тут же добавил: – Не волнуйся. Я сделаю всё быстро и четко. Твоя жизнь в безопасности.

Ларс поджал губы, оглянулся назад, где караван устраивался на ночлег, и задумчиво пожевал губами.

– Я позаботился о тебе, – добавил незнакомец и достал тонкую блестящую полоску металла. – Это даст десяток секунд на блокировку ошейника.

– Десять секунд – это очень много, – пробормотал он, принимая в руки артефакт.

– Достаточно, чтобы закрыть этот контракт, – кивнул Гюш. – Не волнуйся, я сделаю всё это быстро.