Забвение Фернана

Глава 5. Фернан: Юнона

Все дни моей жизни похожи один на другой: работа, много работы. Последние восемь или девять лет, уже сам запутался, я – руководитель проектов в «Джай» (от английской аббревиатуры GI – «Goddess Industry»). «Божественная индустрия», согласен, странное название для сети заводов по всему Элеунскому океану, которые занимаются переработкой отходов, попадающих в океан, и продажей вторсырья. «Джай» – бренд, который давно на слуху, а полную расшифровку названия кто её вообще помнит?

Я руководитель проектов или специальный агент. Чем же занимаюсь в «Джай»? Кажется, примерно всем, разными задачами на берегах океана: от расширения сети продажи наших товаров до подбора новых сотрудников для работы вахтой на заводе. Работа хлопотная, но график свободный, директор – крутой парень, Тимофей Теодорович, – и платит, не скупясь.

Одна из моих частых задач – поиск сотрудников для «Джай». Директор сам не покидает главное здание завода посреди Элеунского океана, но не доверяет собеседованиям по видеозвонку, либо просто не любит собеседования. Поэтому поиском тех, кто будет работать на берегу, занимаюсь я, по сути набирая себе команду для выполнения поручений Тимофея Теодоровича.

Мне нравится искать людей, знакомиться, предлагать хорошую работу талантливым мужчинам и женщинам. Последним, впрочем, я часто предлагал не только работу, но и отношения, которые пока оказывались лёгкими флиртами либо краткими романами. Долгосрочные трудовые отношения у нас складывались, а вот романтические – увы. В череде кандидаток одна запомнилась мне больше остальных, пожалуй, из-за реакции шефа.

Тогда я искал хорошего продавца, который будет предлагать товары «Джай», произведённые из переработанных отходов, магазинам. К поискам подошёл творчески. Отправился на ярмарку, на которой представители разных компаний пытались «одурманить своими чарами» других и заключить выгодные сделки. Я же искал лучших «волшебников» и «чаровниц».

Собирал визитки, бродил от стенда к стенду, когда увидел её. Блондинка среднего роста с точеной фигуркой эмоционально презентовала новые возможности для рекламы в глобальной сети компаниям. Я присел на свободное место и наблюдал за тем, как профессионально и вдохновенно она работает с аудиторией.

«Юнона Вяземская» – разглядел я подпись на бейдже, быстро вбил её в поисковик и подписался на спикера в социальной сети. В охоте на таланты уже тогда я был профи.

Затем начал активные действия, нужно было проявиться. Дождался, когда Юнона задала вопрос аудитории:

– В часто меняющихся условиях удержать внимание аудитории очень сложно, особенно в растущем негативном тренде, удержать позитивное отношение сложно. Представим утрированный пример: вы стоите в очереди в банкомат за наличными деньгами. В отделение банка врывается грабитель, стреляет и попадает вам в бедро. Вбегает охрана, скручивает грабителя. Внимание очереди приковано к вам. А ваши мысли? Можно ли здесь найти позитив?

Аудитория начала отвечать, что позитивный фактор, например, что рана не тяжёлая, и скорая помощь наверняка уже едет. Я счёл пример неудачным для презентации, но удачным для меня, и проявился, причём абсолютно искренне:

– Подождите, я же зачем-то стоял в очереди. Я бы перетянул ногу ремнём, и пока скорая едет, а все клиенты банка смотрят на меня, подошёл бы и снял эти чёртовы деньги.

Юнона замолчала, по глазам было видно, что она поражена, но уже через секунду спросила:

– Простите, как вас зовут?

Юнона улыбнулась. Я улыбнулся ей в ответ, передавая невербальное сообщение, что она в безопасности, «ненормальный зритель» не выстрелит себе в бедро прямо сейчас и ответил:

– Фернан Мэльдиссон.

Юнона подняла вверх свой изящный аристократический носик и парировала мой дерзкий ответ:

– У вас интересное мышление, Фернан. Надеюсь, в банкомате была нужная сумма, как известно, там ограниченный номинал. Если захотите, мы можем продолжить этот разговор после презентации.

Рыбка проглотила наживку, но, что было немаловажно, дала мне отпор, вполне остроумный и аргументированный, как мне показалось тогда.

После презентации мы, конечно, продолжили общение там же, в кафе, в центре проведения ярмарки. Там мы взяли по ароматному кофе, и я как бы между прочим рассказал о том, что работаю в известной компании «Джай» и как раз сейчас ищу сотрудника.

Юнона заинтересовалась предложением, уточнила у меня информацию об условиях работы и заработной плате. Услышав цифру в полтора раза выше её текущего дохода, повеселела ещё сильнее. Шеф был щедрым, и это развязало мне руки в поиске сотрудников.

Я предложил пройти первый этап собеседования прямо в кафе.

Взволнованная блондинка изменила позу, перекинула ноги с ноги на ногу, как будто специально завлекая меня, и начала презентацию:

– Не знаю, с чего начать. В этом году я закончила университет, но, пока училась, разочаровалась в специальности агронома из-за того, что большинству преподавателей были неинтересны их предметы.

Я не особо слушал смысл слов, а традиционно делал пометки в блокноте слов-маркеров мышления. Методика, которой я придерживаюсь, основана на том, что не важно, что говорит кандидат, важно – как. Например, использование глаголов совершенного вида показывает ориентацию на результат, а несовершенного – наоборот, на процесс; предложения с использованием активного залога и местоимения «Я» означают, что человек берёт ответственность на себя, а пассивного залога либо местоимения «Мы» – о переносе ответственности на других. Даже если знаешь эти нюансы, сложно специально подстроить свою речь под собеседование, если в жизни говоришь по-другому. Да и зачем? Нет плохих работ или работников, есть неподходящие.

Что до Юноны? Она естественно щебетала, без всяких попыток подделать свою речь, её искренне заинтересовала вакансия и я, надеюсь, даже в большей степени. Как я ни старался внимательно отслеживать важные слова, я всё больше отвлекался на привлекательную блондинку и вспоминал, смотря на её аристократический носик, как она парировала меня на презентации.

Пожалуй, она увлекла меня, и я не проанализировал собеседование профессионально. Частичный перенос ответственности на других я посчитал милой незрелостью молодой девушки. И пригласил её на финальное собеседование с директором «Джай». Юнона сразу согласилась, и напряжение, ожидание и влечение между нами усилились ещё больше.

Глава 6. Мелисса: очень старая история

Однажды, когда Арише уже исполнилось пятнадцать лет, мы готовили вдвоём на кухне булочки с вишней – это было нашей семейной традицией в день памяти её мамы. Этот день в году они с Эдуардом всегда проводили в задумчивости и грусти, я понимала их скорбь, старалась поддержать своим присутствием, но не приставала с вопросами.

На кухню, наполненную терпким ароматом свежезаваренного черного чая, зашёл Эд с пустой кружкой, он вновь отпустил бороду и выглядел на свой возраст – сорок лет, я же ещё пару лет позволяла себе наслаждаться комплиментами молодости, пока это не стало подозрительным.

Ариша задумчиво лепила пирожки, а потом набралась смелости и спросила:

– Лисса, а кто были твои родители? Ты никогда об этом не рассказывала.

В сердечке защемило. С возрастом в Арине я не начала видеть схожих черт во внешности, но пронзительный голос всё сильнее походил на голос Эммы. Хотелось верить, что она тоже её потомок. И раз так, её вопрос в день скорби был не просто про мою семью, а про нашу.

Эд отвлёкся от своих мыслей и тоже посмотрел на меня с надеждой, что я не откажу им в своей истории в день памяти его первой жены. Я подумала несколько минут и рассудила, что своей семье сейчас я смогу рассказать правду, но, как я и обещала Эмме, согласно нашему договору, оставлю в секрете все упоминания о сверхъестественном.

Я посмотрела на стакан с водой рядом с собой, по воде пошла легкая рябь от волнения, но всё же собралась, и вода в стакане успокоилась. Воду обуздала, значит, и речь смогу, и я начала свою историю:

– Я не рассказывала, потому что мне до сих пор грустно об этом вспоминать. Но сегодня такой день, самое время рассказать. Мои настоящие родители… – чуть остановилась, обдумывая, как заменить сверхъестественные слова: «Богиня Элеунского океана и её слуга – капитан фрегата «Повелитель смерти»», но быстро продолжила, как мне показалось, придумав лучшее объяснение: – Они оба работали в «Джай» в главном офисе посреди Элеунского океана. У них были длительные контрактные обязательства. А я родилась больной, поэтому они не могли меня растить на острове посреди океана.

– Чем же ты болела? – спросила Ариша.

– Проблемы с позвоночником, с передвижениями. Поэтому они передали меня на воспитание в обеспеченную семью, которая тогда жила в Перфидоне. Они не были близкими друзьями, но всё же были знакомы.

Эта полуложь показалась мне слишком мягкой. На самом деле, до сих пор, если я окажусь в Элеунском океане, меня охватит паралич. Затем я отключусь, замру, умру на время, хотя смерть мне не страшна, но чтобы ожить снова, мне нужно покинуть океан богини Элеун. А что до моей приёмной семьи, она была более чем обеспечена. Я оказалась в семье короля и королевы Перфидонского королевства.

Хотя несколько веков назад я и написала под псевдонимом Мел Сон книгу «Проклятие Элеун», изложила все перипетии, связанные со знакомством Элеун и Тимоса с моими приёмными родителями. Как Элеун притворялась приемной мамой и её старшей дочерью Леттой, чтобы выходить на берег. Как мой приёмный отец служил на «Повелителе смерти». Как Элеун прокляла Летту, а любимый Леттой Тим влюбился в Элеун в обличии девушки. Как в конечном счёте Тим обхитрил Элеун и получил вечный фрегат, любовь Элеун и свою дочь, меня. Впрочем, последнее доставило всем только беду.

Арише и Эдуарду рассказывать всё, что было до моего рождения, я не стала. История бы получилась слишком нелогичная без божественных сил, да и спросила Ариша про меня, а про меня в этой истории было почти всё и почти ничего одновременно. Ариша прервала мои мысли и спросила:

– А какими были твои приёмные родители?

– Замечательными! – с теплотой вспомнила я. – Они мои настоящие родители – Александр и Кэролина Твиртэр. Помню, как я была совсем маленькая и играла с отцом. Он носил меня на плечах, я каталась с его ног, как с горки. Он катал меня на спине, стоя на четвереньках, как будто он моя лошадка. А когда мне исполнилось десять, учил меня кататься на лошадях.

– Ты умеешь кататься на лошадях? – спросил Эд, подошёл ко мне и тепло обнял сзади.

– Да, даже рысью и галопом. А мама, она была весёлая и добрая. Она научила меня смотреть на облака и представлять, на что они похожи, смотреть на мир, видеть его красоту и мечтать. А когда я стала старше, помогала мне в освоении истории. Помню, как я учила даты к контрольной в школе, я выходила на центр комнаты, а она спрашивала у меня вперемешку события и даты, это была наша весёлая игра.

Я замолчала и не стала рассказывать, что было несколько дат, которые, узнав однажды, я выучила наизусть, и мама их никогда не спрашивала.

День, когда диктатор Цэндр напал на Прилеун в поисках Элеун, которая в облике мамы одурачила диктатора Перфидона. В этот день Цэндр взял её в плен и разлучил со старшей дочерью на долгие годы.

День, когда Цэндр умер, а мама с поддержкой его советника Полисиуса стала королевой Перфидона.

Эти даты есть в учебниках истории до сих пор, но у моих родителей была ещё одна радостная дата, которая, к счастью, в учебники истории не вошла. День, когда мама вновь обрела старшую дочь. Проклятие, которое Элеун на неё наложила, было разрушено. Отец, служивший у Элеун капитаном «Повелителя смерти», был отпущен благодаря хитрости Тимоса, моего настоящего отца, который занял его место. В тот же день мой настоящий отец сошёлся с Элеун. Хорошо, что этот день не остался в учебниках истории.

Мы приложили немало усилий, чтобы стереть его из официальной хронологии Перфидона по договору о нашей скрытности. Проходит время, факты остаются фактами, а легенды – легендами, и вера в них меркнет.

– Ты была их единственным ребёнком? – спросила Ариша и вернула меня из размышлений.

– Нет, у них была родная дочь. Она была намного старше меня; на тот момент, когда я появилась в семье родителей, она уже собиралась замуж. Она всегда была холодна ко мне. С её детьми я никогда не ладила. Им была не нужна молоденькая тётка.

Я вновь замолчала. Из-за моих рано проявившихся способностей воздействовать на воду все в моей семье догадывались, кто мои настоящие родители. Старшая дочка моей мамы, Виолетта, видела во мне лишь ошибку её бывшего возлюбленного, который предал её и выбрал богиню океана. Она не была со мной злой и, кажется, совсем не умела долго злиться. Но она всегда избегала встреч во дворце и отводила взгляд, ей было больно видеть меня.

Её муж Полисиус считал меня опасной, он всерьёз видел во мне угрозу для царствования его детей в Перфидоне. Про жизнь королевы я знала от мамы и не стремилась к ней, а мама всегда защищала меня от всяческих попыток Пола нас отдалить, особенно когда моё родство с Элеун перестало быть догадками семьи,а стало фактом.

– А как ты узнала про своих настоящих родителей? – Ариша вновь окликнула меня. Она держала в руках тесто для булочки, в которую накладывала начинку. Я же молча помешала начинку из вишни в тарелке и сразу остановилась, услышав её вопрос.

– Когда мне было четырнадцать, они ненадолго вернулись на берег и захотели встретиться со мной.

– Ты согласилась?

– Да, у меня было слишком много претензий к ним, – горько усмехнувшись, ответила я.

– Потому что они тебя бросили? – серьёзно спросила Ариша. В её глазах я увидела глубокую тоску по её настоящей маме.

– Да, – тяжело вздохнула я и вновь погрузилась в свои воспоминания.

Я хорошо помню, как моя мама получила письмо от Тимоса Фирдиса, как сказал тогда отец, доставленное дельфиньей службой доставки по рекам и каналам. В письме была просьба о встрече со мной. Тогда мне было четырнадцать, взбалмошные подростковые годы. Когда все чувства острее, мир ярче. Когда мои приёмные родители мне всё рассказали, что своевольная, вредная, эгоистичная богиня из городских легенд – моя настоящая мать, а её коварный любовник – мой отец. Мой мир окрасился в красный цвет гнева.

Великой несправедливостью для меня было, что существа, совершившие столько плохого для моей семьи, – мои настоящие родители, что сила, которую я еле сдерживаю, чтобы никому не навредить, у меня тоже от них.

Помню тот день, когда мы встретились на зелёном холме на пути из океана. Как я увидела его – седого, со шрамами на лице, но всё ещё внешне молодого, не слишком старше меня, жалкого капитана «Повелителя смерти» – Тимоса Фирдиса. Он держал руку уверенной в себе красотки с ровной спиной, в платье с открытыми плечами и глубоким декольте. Ветер развевал её шикарные рыжие волосы, а в глазах был вызов, в них бились воды океана. Усталый Тим был ей не ровня, но стоит признать, пленительная химия между ними ощущалась мной в любом возрасте.

Детали их внешности – узкий нос Тима, пронзительные глаза Элеун – доказывали мне, что ошибки быть не может, они мои настоящие родители.

– Здравствуй, Мелисса, – спокойно сказала Элеун и улыбнулась с радостью и, как мне показалось, усмешкой.

Но я спокойной не была.

– Зачем вы пришли после стольких лет? Зачем передали меня в семью Твиртэров? Зачем причинили моей семье столько боли? Вы специально? Вы издеваетесь? Зачем мне эта чёртова твоя сила?

Слёзы лились из моих глаз на опухшие красные щёки, а вокруг кружилась воронка брызг, собранная из всей утренней росы, что была на пригорке.

Элеун внимательно слушала и молчала, а когда я прервалась, уверенно заявила:

– И только я могу тебе помочь эту силу обуздать. У нас всего один день. Готова ли ты тренироваться или планируешь весь день так кричать?

Я с болью согласилась. Мы тренировались весь день. Элеун в человеческом обличии могла лишь давать задания и корректировать меня словами. Тим стоял рядом и держал её за плечо, раздражающим молчаливым истуканом. Да, он был её путь на сушу, тупая поддержка человеческого облика.

За день у меня получилось совсем мало, я устала и снова начала злиться.

Когда Интро уже клонилось к закату, Элеун сказала:

– Мел, продолжай тренировки, у тебя получится. Время у тебя есть, бессмертие располагает.

– Что ты имеешь в виду? – ошарашенно спросила я, – то есть у меня не просто раны быстро заживают?

– Да, Мел, тебя может убить, и то временно, только Элеунский океан; подробнее о полубогах ты сможешь прочитать в старой библиотеке Перфидона.

Я, уставшая, опустилась на землю и зло бросила:

– Зачем мне эти силы, зачем? Почему я не обычный человек?! Лучше бы вы не были моими родителями!

Всё это время спокойная Элеун не выдержала, её плечи затряслись, дрогнувшим голосом она бросила в мою сторону:

– Хочешь быть смертной? Что ж, ты знаешь, как умереть. Приходи на Элеунский океан.

Элеун уткнулась лицом в грудь Тимоса. И её молчаливый спутник с искалеченным лицом прижал её к себе и с болью произнес:

– Мы никогда не хотели тебя бросать.

– Врёшь, тебе было легче, чтобы я не жила! – разозлилась я ещё больше.

– Нам было нечего тебе там дать, мы не знали, как сделать тебя счастливой посреди океана и тонущих кораблей, но мы никогда не хотели тебя бросать. – сказал Тим и добавил: – Дуреха, мы провели с тобой свой единственный день на суше.

Они ушли, оставив меня на пригорке с видом на море. Элеун так на меня и не посмотрела.

Вновь мы встретились, когда я была уже женой бессмертного Фернана Мэльдиссона. Он имел свои счёты к Элеун и Тимосу. Элеун заставила слишком многих моих любимых людей страдать, поэтому причин для примирения у нас никогда не было.

Ариша подошла ко мне и крепко обняла:

– Лисса, прости их, они же приехали тогда с далёкого океана, если бы они могли, они никогда бы тебя не оставили.

Я посмотрела на свою приёмную дочку, на её узкий нос, огромные глаза, уверенность и грусть. В этот момент я бы поклялась на чём угодно, что она потомок Эммы, мой потомок, потомок Тимоса и Элеун.

Эд подошёл и обнял нас обеих.

– Они тебя очень любили, – прошептал Эд.

– Откуда ты знаешь? – спросила я, подняв голову.

– Ты ведь самая замечательная, капелька, – ответил мне Эд и поцеловал в лоб, согревая своей любовью.

Глава 7. Фернан: жёсткий отказ

Я написал Тимофею Теодоровичу, и мы договорились о времени скорого финального собеседования для Юноны. Затем пригласил кандидатку на свою яхту, чтобы отправиться в главный офис, расположенный посреди Элеунского океана.

Вечерело, когда мы добрались до порта. Океан был спокойным, и я решил отплыть сейчас же, чтобы беспрепятственно добраться в офис к собеседованию в первой половине дня. Юнона без тени сомнения, с улыбкой согласилась и легко запрыгнула на яхту, восхищаясь фиолетовыми рисунками звёзд на её бортах.