Красная Шапочка и Секси-Босс

Вроде бы у Серого Волка должны быть желтые глаза, а у него были голубые, холодные, но вот зрачки за секунду расширились, Волков прошелся по ее фигуре, голым ногам, остановился на груди.

Какого вообще черта Ветрова пошла в душ сразу после прихода домой? Могла все процедуры сделать перед сном. Но пока ехала, потом разговаривала с любопытными соседками, бежала марафонцем на пятый этаж, с нее сошло семь потов, срочно нужно было освежиться.

Освежилась и вся такая свеженькая и без намека на нижнее белье открыла дверь. Босс был прав, задав вопрос: спрашивать «кто?» Ветрову не научили. И она поплатилась за свою ошибку.

– Что… что вы… вы здесь делаете? – заикалась Настя нечасто, сейчас было можно, сейчас был «особенный» случай.

– Сам не понимаю. – Волков продолжал разглядывать свою секретаршу, и ему все больше нравилось то, что он видел. – Так что, не боишься никого?

– Как… как вы вошли?

– Две милые старушки подсказали, я сказал, что их соседка забыла у меня свои трусики.

– Что? Какие…

А дальше все происходило практически без слов.

Три шага, хлопает входная дверь, Волков одним рывком притягивает девушку к себе, целует, сразу проникая в рот языком. Ноги подкашиваются, воздуха не хватает, Настя стонет, полотенце выпадает из рук, и она оказывается совсем голая перед своим боссом.

Поцелуи продолжаются, горячие, настойчивые. Нет, Ромка так не целовал никогда. Когда грудь накрыла широкая мужская ладонь и сдавила ее, Настя вздрогнула, кожа покрылась мурашками, внутри вспыхнул пожар, ушел вниз живота.

– Что…

Ее подхватили под ягодицы, усадили на комод, на пол что-то полетело, загремело, покатилось. Раскрытой промежности коснулись пальцы, Настя вцепилась в пуховик Волкова, хотела отстраниться, но ее снова начали целовать и ласкать между ног так, что сил не было сопротивляться.

Огненный шар внутри тела разгорался сильнее, Настю так не трогали, так не ласкали между ног, а она бессовестно текла при этом и стонала, двигая бедрами. Оргазм разрядом тока прошелся по телу, голос охрип, во рту пересохло, все нутро сжималось и горело.

Что вообще это такое с ней было? Оргазм?

Самый настоящий оргазм?

Так вот какой он бывает с мужчиной.

Не то чтобы с Ромкой она этого не испытывала, но было все совсем не так.

– Какая, оказывается, похотливая и голодная оказалась Красная Шапочка. Так тебя может трахнуть любой, кто постучит в дверь.

Глаза Сергея Сергеевича были совсем близко, дыхание обжигало кожу, он поднес свои пальцы, те, которыми секунду назад натирал клитор Насти, к своим губам и облизал их. Это было отвратительно порочно, но безумно красиво.

– Телефон забыла.

Он положил телефон на комод, развернулся и ушел.

Настя опомнилась через несколько минут, когда стало холодно, а потом весь вечер и всю ночь вспоминала эту дикую ситуацию и не знала, что после этого делать.

Но… как же было хорошо, тело помнит, и даже сейчас соски твердеют, а низ живота начинает давить сладкой истомой.

– Доброе утро, Настенька. Наше новое страшное начальство уже на месте?

В приемную зашел заместитель, Семен Михайлович был свеж и бодр, улыбался, Ветрова вышла из ступора.

– О, разбила, да? Так это на счастье, не переживай. А боссу надо сказать, что пить так много кофе вредно.

– Доброе утро, Семен Михайлович. Да, Сергей Сергеевич на месте, доложить, что вы пришли?

– Нет, не стоит, я зайду позже, отчет пойду перепроверю.

Заместитель ушел, Настя принялась собирать осколки, села на корточки.

– Ай… черт.

Порезала палец, кровь алой каплей выступила на коже, сунула его в рот, кинулась искать аптечку.

– Анастасия, зайдите ко мне! – Голос из селектора заставил вздрогнуть. – Срочно!

Схватила блокнот, карандаш, ворвалась в кабинет.

Волков был злым, это было заметно сразу. Он с утра, как зашел, даже не поздоровался, прошел в свой кабинет и хлопнул дверью.

– Где мой кофе?

– Варится.

Настя убрала палец, сжала ладонь в кулак, чувствуя, как ее сканируют холодные голубые глаза. Пара секунд – и они ее уже начали раздевать, дыхание перехватило, как вчера, девушка сжала бедра сильнее.

«Надо было трахнуть ее вчера. А может, это сделать прямо сейчас и наплевать на принципы?»

Мысли у Волкова в голове были разные, но не о работе, а на тему своей секретарши, ее испуганного вида, ярких губ и вчерашнего оргазма на его пальцах, еще торчащих сосков через кофточку.

Глава 11

Новое утро нового рабочего дня было отвратительным.

Впрочем, как и ночь.

Волков это понял сразу, как только попытался сначала уснуть, а до этого унимал свой торчащий от возбуждения член под холодным душем.

Всю ночь он ворочался, спать на животе, как он любил, было неудобно. Получалось трение, возбуждение нарастало, короче, был жуткий дискомфорт. Приходилось падать на пол, отжиматься или смачивать головку ледяной водой.

Заснул кое-как, но начали посещать развратные, абсолютно откровенные сны. Картинки были до того яркими и реалистичными, что казалось, все происходящее с его подсознанием было реальностью.

Сергей метался на большой кровати в некоей эротической агонии, просыпался два раза, но держал себя в руках, точнее, старался не держать в руках собственный член, чтобы не перейти на мастурбацию.

Получалось плохо, но Сергей Сергеевич старался, несолидно как-то в его тридцать три года дрочить в одиночку, в душе, после нескольких прикосновений к обнаженной плоти его секретарши.

Но, черт, до чего же она была хороша, нежная, влажная, такая откровенная, с небольшой упругой грудью и торчащими сосочками.

Она кончала, стонала, кусала свои полные губки, отвечала на поцелуй. Волков сам чуть было не слил в штаны прямо там, в коридоре ее квартиры, зайдя лишь для того, чтобы отдать ей телефон.

Что вообще за дурдом с ним происходит эти два дня?

Воздух провинции так влияет? Или стресс после ссылки в этот городок?

Можно, конечно, сказать «спасибо» генеральному директору, что Волкова отправили не в Сибирь или еще куда дальше, а всего лишь за семьсот километров от столицы. И нужно, как говорится, искать во всем позитивные моменты, но их пока Сергей Сергеевич не находил.

А вот Красная Шапочка оказалась горячей штучкой.

И нет, она его не соблазняла, была напугана, взволнована, даже пыталась дать отпор, но не вышло. Волков всегда брал то, что хотел, и трахал, кого хотел.

Это потом, в уже более сознательном возрасте, он стал избирательным и думал, прежде чем сунуть в очередную красотку член. А вот сейчас он был готов сунуть без какой-либо мысли, потому что хотел Красную Шапочку.

Но утро было отвратительным.

Стояк мучил все время: когда принимал душ, когда выходил из отеля и покупал двойной эспрессо в кофейне. И вся эта праздничная мишура в виде елок и гирлянд раздражала.

Волков не любил Новый год.

Не любил его с детства.

Припарковавшись, минут пять просто сидел в машине, думая о работе, а не о нежных прелестях своей секретарши. Но стоило поднести пальцы к лицу, как он вспоминал ее запах, ту влагу, то была на них, и член снова стоял колом.

Зашел в приемную, не глядя на секретаря, девушка что-то пропищала, но не стал отвлекаться на нее. Хлопнул дверью кабинета, сел за стол, схватился за бумаги и стал вчитываться в отчеты, ни хрена не понимая.

Так прошел час, даже как-то полегчало, но появилась и четко зафиксировалась мысль, что надо вызвать Элину на пару дней.

Наплевать уже на то, что она дочка генерального директора компании, хуже уже не будет, Волков и так сослан отбывать наказание за то, что их спалил ее папаша.

«Приедешь ко мне?»

Отправил сообщение, Элина ответила не сразу, всегда так делала, набивая себе цену и значимость. А может, еще спит, любительница тусовок и ночной жизни.

«Соскучился?»

Ответила через десять минут.

«Есть немного».