Собственность Саида

Он много что кричал, злобно сверкая глазами. Что я теперь его, что мне нужно запомнить это, что я собственность Саида. Это тот противный слуга – его собственность, а не я.

Смывая пену, закрыв глаза, стою под душем, вздрогнула от испуга, когда кто-то снаружи дернул дверь. Прижимаюсь к кафельной стене, я голая, нечем даже обороняться, лишь несколько упаковок с шампунем и гелем.

–Открой! – приказ и удар в дверь.– Открой!

Не выключив воду, выбираюсь из душевой, халата нет, лишь два больших полотенца, заворачиваюсь в одно из них. В дверь продолжают стучать, а у меня все внутри сжимается при каждом ударе.

Но когда она неожиданно распахивается, какие-то части замка и дверная ручка летят на пол, дергаюсь в сторону, меня ловят за полотенце, вытаскивают в коридор, прижимают к стене.

–Ты должна слушаться меня с первого слова, с одного приказа! Ты поняла меня?! Поняла?

Огромный злой мужчина нависает над головой, его пальцы сжимают ткань полотенца на груди, черный взгляд, низкий голос с акцентом, а у меня чувство, что я не доживу до следующего утра.

–Что вам нужно?

Не хочу и не буду стелиться перед ним, пусть сразу убьет или скажет, почему он меня украл.

Он рассматривает меня, изучает, взгляд скользит по лицу, обнаженным участкам кожи, мужчина ведет головой в сторону и рывком лишает меня последней защиты.

–Тебе никто не давал слова. И никто не позволял прикрывать тело.

Я снова голая перед ним, он тянет меня в комнату, бросает на кровать, отползаю к изголовью, путаясь в одеяле. А когда он начинает расстегивать ремень брюк и ширинку, мотаю головой в знак того, что не хочу всего этого.

Он огромный, тонкая ткань джемпера обтягивает широкие плечи, мужчина снимает его через голову, отбрасывает в сторону. На груди – густая растительность, она уходит дорожкой в пах и ниже.

Я таких видела только по кабельному ТВ, когда Ник смотрел бои без правил, вот этот Саид – словно один из тех бойцов. Волосатый, высокий, состоящий из мышц, сухожилий, что вместе с венами оплетают руки подобно веревкам.

–Подойди ко мне.

–Нет… нет… вы не имеете права, у меня есть муж, это незаконно – вот так похищать человека и насиловать его. Мы не в вашей стране, и я не ваша женщина.

Говорю много, временами заикаюсь, с мокрых волос вода стекает по спине, меня трясет от страха, но я хочу донести до него, что это все неправильно.

Саид слушает, но при этом спускает белье вместе с брюками, достает свой член, проводит по нему несколько раз рукой. Он полувозбужден и уже достаточно внушительного размера.

Мне не справиться с ним, можно лишь попытаться перехитрить и убежать из комнаты, но неизвестно, на кого я там наткнусь голая. На глаза попалась лампа на столике у кровати, кинулась в ту сторону, но меня поймали за ногу, дернули, заставили лечь на спину.

Мужчина ухватил за шею, сдавив, не давая мне дышать, раздвинул ноги, зафиксировав их коленями, склонился к лицу:

–Ты должна слушаться меня, Да-а-арина.

Он так странно произносит мое имя, касается раскрытой перед ним плоти, а меня будто ударило током, пронзая насквозь тело. Дернулась, но не смогла и сдвинуться с места. Это было так унизительно, так отвратительно, слезы потекли по вискам, зажмурилась.

–Смотри на меня, смотри, я сказал.

Распахиваю глаза, Саид очень близко, могу разглядеть его черные ресницы, темно-карюю радужку. Часто дышу через нос, терпкий парфюм, а еще запах вишни и табака.

Я словно под гипнозом, в голове шум, Саид улыбается, проводит языком по ровным белым зубам, я еще не знаю, что потом этот жест будет много что значить для меня.

Он уже не трогает, облизывает свои пальцы, проникает в меня ими, цепляюсь за его руку, царапаю кожу свадебным маникюром, а он резко двигается внутри меня, проникая неглубоко, задевая какие-то неизвестные мне точки.

Начинаю задыхаться, но от обрушившихся эмоций жар в груди, я не хочу кричать, но кричу уже совсем не от боли, а от противоположных эмоций.

–Нет… нет… нет…

–Смотри в глаза, сучка!

Меня грубо имеют пальцами, не дают пошевелиться. Что это, не могу понять? Как у него получается делать хорошо, когда так больно? Это неправильно, это не я, не мое тело сейчас реагирует на все.

А Саид меняет угол проникновения, вижу, как его зрачки расширяются, как у наркомана после дозы, лишь оттого, что он видит. Это мои эмоции, боль, мое удовольствие, мой стон, переходящий в крик. Кислорода не хватает, глотаю воздух, внутри все начинает пульсировать, низ живота обдает жаром.

Спину выгибает дугой, раскидываю руки в стороны, меня выворачивает в болезненных спазмах оргазма

–Моя сучка, моя… голодная, мокрая. Будешь насаживаться на мой член несколько раз в день и просить еще.

Шлепок по щеке, он заставляет облизывать его пальцы, те самые, которыми только что трахал меня.

Глава 4

Лежу в углу кровати, до боли в кистях вцепившись в одеяло пальцами, словно оно меня защитит от этого страшного человека и моих ощущений.

Дыхание уже выровнялось, мужчина стоит ко мне боком, смотрит в окно, выдыхая в потолок густой дым с вишневым ароматом. Он заполняет все вокруг, оседает на волосах, коже, проникая в каждую клеточку и кровь.

По телу судорогой все еще проносятся отголоски недавнего удовольствия между ног влажно, теплая вязкая сперма стекает по бедрам. Хочу, чтобы он ушел, оставил меня одну, но Саид продолжает стоять голым, курить и молчать.

Мощный, огромный, с татуировками по рукам, плечам, спине, из витиеватых узоров переходящих в арабскую вязь. Сильные пальцы сжимают черную сигарету, на мизинце блестит бриллиант.

Очень дорогой, я знаю им цену, на моем кольце меньше карат.

Ненавижу его.

Закрываю глаза, сглатываю подкатывающий к горлу ком, я не стану плакать при нем, не дождется. Ни плакать, ни унижаться, ни вымаливать и ничего просить не буду.

Пусть сука подавится своей властью, я найду как отыграться.

А перед глазами картинки того, что было совсем недавно.

Я кончала на его пальцах, дергалась, извивалась, как последняя голодная шлюха. А потом, раздевшись полностью, мужчина дернул меня на край кровати, перевернул на живот, ставя раком, надавил на плечи и поясницу, заставляя прогнуться. Вновь хотела отползти, отстраниться, но шлепок остановил, ягодицы обожгло огнем, вскрикнула.

По промежности прошлись пальцы, там все было воспалено и чувствительно. Еще одна попытка уйти в сторону закончилась шлепком, попыталась развернуться. Но, схватив за волосы, меня выгнули, зафиксировав на одном месте.

–Если ты, сучка, будешь дергаться, я выпорю тебя, а потом буду трахать, пока ты не устанешь стоять раком, стерев в кровь колени.

Замерла, часто задышала, внутри все скрутило тугим узлом боли и непонимания. Снова почувствовала пальцы на промежности, они растирали, массировали, подготавливали меня, Саид так и держал за волосы, а когда начал входить во влагалище огромным членом, думала, порвет на части. Он делал это медленно, а я скулила как побитая собака, слезы текли по щекам, хотелось кричать, вырываться, но я не могла.

Остановился, хватка на волосах ослабла, мужская ладонь легла на спину, двинулась ниже, до ягодиц. Он гладил меня нежно, едва касаясь кожи, а после этого последовал шлепок, от которого я сжалась, насаживаясь сама сильнее, расслабляя нижние мышцы, закричала уже не от боли, а от пронзившего наслаждения.

Что было дальше, не хочу вспоминать.

Он брал жестко, резко, долго.

Меняя угол проникновения, темп, то опуская мою грудь, к которой он ни разу не притронулся, на кровать, то поднимая, перекрывая кислород, держа за горло. Я чувствовала лишь его огромный член, который растягивал, проникал так глубоко, что я выла от боли и удовольствия, текла, предавая себя.

Казалось, что это никогда не кончится, после очередной попытки вырваться из его рук получила два шлепка. От них по телу пошла вибрация, все внутри опять сжалось, а потом взорвалось.

Тело пробивало судорогой, я кончала на члене моего похитителя, моего насильника – и хотела сдохнуть, только чтобы не думать потом об этом, о том, как и почему это произошло.

Не знаю, точнее, плохо помню, как кончал он. Лишь как Саид напрягся и замер, член дернулся внутри меня, стал еще больше, а потом по бедрам потекла сперма.

Мужчина просто откинул меня в сторону, отошел, что-то поднял с пола, а потом прикурил.

Примечания