- -
- 100%
- +
Глава
Выпавшая башня
Хоть я и решила не есть чеснок, на всякий случай, но никакого случая не произошло. Не смотря на то, что Оксана постаралась смыться практически сразу, как только появился Русов. Но и практически сразу как он появился, ему позвонили на телефон с сообщением о появившемся очередном запутанном деле. Русов ускорился, заглатывая вкуснейший Оксанин обед и не отводя глаз от часов, а я, громко вздохнув, направилась в комнату переодеваться, сушить голову и собираться.
– А ты куда? – удивлённо спросил Русов, натягивающий ботинки на пуфике, увидев меня выходящей в коридор.
– С тобой поеду! – решительно заявила я.
– Нет, мы так не договаривались! Тебе отлежаться надо! Мало ли, вдруг ты ещё не до конца восстановилась! – запротестовал Русов.
– Ага, и ты меня такую не восстановленную одну тут бросить хочешь? – надулась я.
– Почему – одну? Я Оксане позвонил. Попросил приехать посидеть с тобой. – с видом героя заявил Русов.
– Звони ещё раз, возвращай её назад! – обиженно пробурчала я и открыла дверь.
– Кристин, ну куда ты поедешь, тебе ещё утром плохо было, куда я тебя потащу? – придержал меня на выходе Русов. – На улице – слякоть, мёрзлость, сейчас приедем и будем часа два в кабинете сидеть – перебирать версии, потом разойдёмся по своим делам. И неизвестно ещё – есть какие-то вещи с места преступления или нет.
– Ну.. – я замялась. Представила вдруг как я скачу к машине по этой "мёрзлости", потом сижу в кабинете, потом – неизвестно ещё что. И это вместо того, чтобы сидеть в своей уютной квартирке, попивать горячий чай и болтать с Оксаной. А ещё ведь гадания! И чего меня чуть куда-то не понесло?
– Если будет что-то, с чем нам будет трудно или не по силам справиться, я мигом принесусь к тебе! – заглянул в глаза мне Русов, не правильно растолковав мою заминку и всё ещё надеясь отговорить меня от поездки.
– Ну ладно, уговорил! – вздохнула я и вернулась в квартиру.
Русов сделал радостный глубокий вдох и вернулся вместе со мной. Я скинула туфли и направилась в комнату, а он присел назад на пуфик.
– Ты так и будешь тут сидеть? – удивилась я, оглянувшись на него.
– Ну я же жду Оксану, чтобы передать тебя из рук в руки. – улыбнулся он.
– Можно и в другом месте Оксану подождать, а не на пороге. – попыталась я быть гостеприимной хозяйкой.
– Она написала что будет через пять минут, а я уже обулся. – снова улыбнулся Русов, видимо, надеясь загладить свою вину от того – что я остаюсь дома.
– А, обулся. А то мог бы ещё пирога поесть. – пожала я плечами.
– Ну разве что пирога! – приободрился Русов и, в момент скинув свои ботинки, рванул на кухню.
Вскоре приехала недовольная Оксана и сменила быстро что-то дожёвывающего Русова на посту. Они раскланялись и разошлись в разные стороны.
– Что у вас тут? – пробурчала Оксана, проходя на кухню, где сидела, поджав ногу под себя, недовольная и грустная я.
– Да вот, Русова вызвали на какое-то дело. – грустно вздохнула я.
– Работа у него такая. – не разделила моей грусти подруга, вытаскивая из сумки и ставя на стол йогурты, творожки в тёмном шоколаде и мороженое в контейнере. Убрав всё, кроме мороженого, в холодильник, Оксана пододвинула ко мне контейнер и положила чайную ложку.
– Оххх. – вздохнула я, раздумывая – что мне лучше сделать сейчас – расплакаться, надуться или съесть мороженое.
– Не пойму – ты грустишь из-за того – что Русов уехал, или из-за того – что тебя не взяли? – решила сходу разобраться с ситуацией Оксана и пододвинула поближе ко мне мороженое. Понимая, что поплакать не получается, я взялась за мороженое.
– Не знаю! – честно призналась я. – Какая-то депрессия прямо.
– Ну, тебя не хило так тряхнуло на прошлом задании. Сейчас идёт восстановление, вот поэтому и состояние такое. – поддержала, как могла, меня подруга. – Денёк – другой и ты снова станешь носиться как белка в колесе, вот увидишь!
– А сейчас мне что делать? – недовольно поджала я губы, но Оксана не успела ответить – к нам в дверь прозвенел звонок.
Оксана направилась открывать, а я с интересом вытянула шею – это был точно не Русов, он звонил по-другому, а больше мы никого не ждали. Увидев на пороге какую-то старушку, наверное, мою соседку из подъезда, я потеряла к гостье всякий интерес, оставив разбираться Оксану, наверняка старушка за солью или хлебом пришла. Но я не угадала.
– Крис! Подойди, пожалуйста, сюда! – позвала меня Оксана. – Вот, тут дело тебе нашлось! – кивнула она на соседку, которая держала на какой-то верёвке небольшую – мне по колено – рыжую собаку.
Собака смущённо опускала морду, при этом не забывала втягивать носом вкусные запахи, идущие из нашей кухни.
– Вот! – кивнула на собаку соседка и я ещё раз опустила на неё взгляд. – Пётр Семёнович пропал.
– А кто у нас – Пётр Семёнович? – удивилась я и не поняла – причём тут эта грязная заросшая собака.
– Пётр Семёнович ваш сосед. И он пропал. Понимаете? – внимательно посмотрела на меня старушка.
– Не понимаю. – честно покачала я головой.
– Проходите на кухню! – позвала нас Оксана и я услышала свисток подогревшегося чайника.
С сомнением посмотрела я на грязнуху собаку, на её голодные глаза и сделала приглашающий жест рукой – глаза победили. Бабушка с собакой махнули на кухню чуть не наперегонки.
– Понимаете. – между глотками затараторила бабушка. – Я в парке хожу с палками и там каждый день вижу вашего соседа Петра Семёновича. Он приходит покормить вот эту собаку – кивнула она на рыжий затылок, с диким удовольствием поглощающий борщ с мясом и сметаной из контейнера из-под моего мороженого.
– Собачка, я так понимаю – бездомная? – задумчиво произнесла Оксана и мы с ней вдвоём уставились на притихшую собаку, ничего пока не понимающую, но надеющуюся – что ей нашли дом, раз отвели в тёплую квартиру, вкусно накормили. А что теперь с ней делать? Выгнать обратно на улицу? На холод? И, похоже, на голод, раз кормилец – Пётр Семёнович, пропал.
– Пока бездомная! – вздохнула бабушка. – Он всё собирался её себе взять, думал – вот пройдёт лечение и заберёт – боялся что умрёт, а она из квартиры не сможет выйти, ну и.
– Ну и? – опомнилась я. – Что там с этим Петром Семёновичем?
– Два дня я его в парке не нахожу! Приходила в наше время – а его нет! – вспомнила причину своего появления бабушка, оказавшая не совсем соседкой.
– Может, он в другое время приходит? – предположила я, мало ли – поменялся распорядок дня или надоело встречаться с этой бабушкой.
– Я там до темноты сидела. – грустно покачала головой почему-то покрасневшая бабушка. – Не было его. И собачка вот не кормленная.
– Это точно! – не могла не согласиться я с ней, видя как собака поглощает второй контейнер борща.
– А, может, он уехал куда – по делам или в санаторий там? – предложила я новую версию.
– Нет, он не мог! У него же на попечении Люська! – снова указала старушка на рыжую морду.
– А, может, он вообще переехал? – предположила Оксана. – И ему стало далеко ездить её кормить?
– Нет. Это точно нет! – запротестовала бабушка, повысив голос. – Он мне ничего не говорил про переезд! Он просто пропал! Я уже не знаю – что и думать! А вдруг ему и правда плохо стало и он лежит в квартире один?
– Ну тогда чего мы сидим? Давайте быстрее сходим к нему! – предложила я. – Может ему действительно помощь нужна. Какая квартира?
– А я не знаю. – смутилась старушка. – Я у него в гостях ни разу не была.
– Хорошо, а он в нашем доме живёт? – стала доставать телефон Оксана, чтобы поискать Петра Семёновича в домовом чате.
– Не знаю, наверное – нет. – снова покачала головой старушка.
– Подождите – а чего вы тогда к нам пришли? – удивилась Оксана.
– А к кому же мне ещё идти? – заплакала старушка. – В полицию я уже ходила – заявление не приняли, я же ни его фамилии, ни адреса не знаю. В больницу тоже не позвонить – из-за фамилии. А вдруг ему срочно помощь нужна?
– А почему вы решили что мы сможем помочь? – задумалась Оксана, видимо, уже перебирая в голове варианты поиска пропавшего старичка.
– Так мне сосед ваш, тот что с Пончиком гуляет, подсказал, когда я по дворам ходила с Люськой и кричала под окнами! – шмыгнула носом и зарылась в платочек старушка. – Сказал – что вы уже кого-то искали! И полиция с вами. Вот я и пришла!
– А что кричали? – поинтересовалась я.
– Так – "Пётр Семёнович" и кричала. – ответила старушка из-под платочка.
– Ясно. – вздохнула я, хотя мне ничего не было ясно.
– Давай Русову напишем, пусть узнает – где здесь живёт Пётр Семёнович! – предложила Оксана.
Я замялась:
– Русов был вызван по делу, может ему не до нас.
– Мы тоже по делу! – пробурчала подруга и стала сама строчить ему сообщение.
Не прошло и двух минут, как он позвонил.
– Что там у вас, я не понял!
– Нам надо срочно узнать – куда делся пенсионер Пётр Семёнович, живущий в соседних домах. А мы фамилии и адреса не знаем.– кратко описала я проблему.
– Что-то серьёзное? – уточнил Русов.
– Ну а как ты думаешь, если мы тебя дёргаем? – разозлилась я.
– Понял! – кинул Русов и отключился.
Через пять минут раздался звонок, в дверь. Я бросилась к двери.
– Антонов Денис Сергеевич! Ваш участковый! – представился гость. – Мне звонили насчёт поиска Петра Семёновича.
– Проходите! – позвала я его на кухню, где заседал наш штаб.
Участковый зашёл на кухню, боязливо покосился на рыжую собаку, сканировавшую его, на Оксану, на старушку и вернулся взглядом ко мне.
– Присаживайтесь, пожалуйста! – показала я на свободный стул, а Оксана встала и уже привычным движением достала из холодильника кастрюлю с борщом.
– Я вас слушаю. Что случилось? – снова посмотрел на меня участковый.
– Рассказывайте лучше вы. – передала я право голоса старушке.
Старушка, при виде участкового оробела, но сейчас собрала себя в кучу и начала рассказ.
– А, может, он уехал куда? – предположил участковый, выслушав её.
– Мы всё это уже проходили! – остановила его Оксана, пододвигая к нему тарелку. – Не уезжал, не переезжал, просто надоело кормить собаку – всё не то!
– Пропал, значит? – задумался участковый и, сняв фуражку, взялся за ложку.
– Ага! – закивали мы втроём.
Участковый быстро доел борщ, открыл папку, с которой пришёл, полистал её, достал лист с фамилиями, видимо жильцов соседнего дома и, указав пальцем на одну строчку, зачитал нам – Сафонов Пётр Семёнович, он?
– Он! – снова закивали мы, так как других предположений не было.
– Хорошо! – кивнул участковый и стал собираться на выход.
Мы двинулись за ним. Люська двинулась за нами.
– Вы что – со мной пойдёте? – удивился участковый.
Мы снова кивнули.
– Нет. – покачал головой участковый. – Хоть меня и попросили оттуда – указал он пальцем в мой потолок, – но надо соблюсти хотя бы видимость норм. Давайте я сам схожу, всё узнаю, и вернусь к вам с докладом!
– Конечно-конечно! – закивали мы, а Оксана, видимо, чтобы он не передумал, добавила – а я пока котлеток замучу, пирога там к чаю.
– Котлеток – это хорошо! – чуть не облизнулся участковый и мы поняли – что с докладом он к нам обязательно вернётся! Даже в ливень, даже в снегопад!
– Вы, главное, всё хорошо узнайте! Чтобы там – указала я на потолок – не разочаровались! – напутствовала я, чтобы он не так сильно спешил на котлетки, а постарался всё поподробнее разузнать.
– Это естественно! – кивнул он, немного поморщившись, и вышел.
– Ну что – давайте делать котлетки! – вернула нас на кухню Оксана, правда, сама нам делать ничего не разрешила, чтобы мы ничего ей не испортили.
– А давайте я вам погадаю! – предложила я старушке, когда прошло десять тоскливых минут ожидания, и мы, от нервов и от ничего не делания следили за руками Оксаны, лепившей очаровательные котлетки и грустно-тяжело вздыхали.
– А давайте! – повеселела старушка.
– На любовь? – предложила я, вспомнив про Петра Семёновича, и старушка покраснела как помидор, но робко кивнула.
Я разложила карты.
Оксана и старушка склонились над раскладом.
– А что это означает? – поинтересовалась Оксана, показывая пальцем на выпавшую Башню и Тринадцатый Аркан.
– То, что надо срочно искать Петра Семёновича или хотя бы его вещи. – прошептала я ей на ухо, пока старушка с интересом разглядывала красивые картинки.
– А поконкретнее? Смерть что ли? – ещё тише спросила подруга.
– Ну типа того. – вздохнула я и тут же перевела взгляд на гостью. – Вот эти две чаши и десятка пентаклей говорят о любви, – громко сказала я и показала на карты, выпавшие в центре.
Гостья покраснела, как-то расправилась и стала выглядеть уже не совсем той старушкой, которая изначально предстала перед нами. Но тут же она вспомнила, что причина её появления у нас – совсем не гадание и снова поникла.
Мы с Оксаной не находили себе места, по очереди пытались заняться какими-то делами – убрать со стола, помыть посуду, сходить в комнату непонятно зачем – а время практически не продвигалось. Гостья же нервно теребила в руках платочек и гипнотизировала часы.
Наконец, прошло минут сорок, и в дверь раздался звонок.
– Ну что? Он живой? Вы нашли его? Как он? – засыпали мы вопросами задумчивого участкового, едва впустив его на порог.
– Даже и не знаю что вам и сказать. – выдохнул тот.
– В смысле? – накинулась на него Оксана. – Вы нашли его квартиру? Смогли открыть?
– И квартиру нашёл, и смог открыть – запасные ключи он у соседки оставляет, и зашёл. – всё также задумчиво проговорил участковый. – Вот только вашего Петра Семёновича там нет.
Мы – я, Оксана и старушка, синхронно выдохнули. Всё-таки, мы боялись самого худшего – что участковый найдёт Петра Семёновича уже не в том состоянии, когда ему ещё можно помочь.
– А где он? – поинтересовалась я, провожая участкового на кухню, предчувствуя, что разговор будет долгим.
– Никто не знает, соседи не в курсе – где он может быть. – грустно ответил участковый, видимо, грустивший из-за того, что ему придётся осматривать вверенную ему территорию, ведь, зная Русова, я могу быть уверена – что он просто так не отступится!
– Где же он может быть? – чуть не расплакалась старушка и с надеждой посмотрела на представителя власти.
– Не знаю. – пожал тот плечами. – Буду обзванивать больницы и морги.
Старушка, услышав про то – где именно будут искать её Петра Семёновича, стала тихо сползать со стула.
Мы с Оксаной успели подхватить гостью под руки и, чуть не взвалив себе на плечи, потащили на диван в комнату. Участковый стал набирать телефон Скорой помощи.
– Не надо так нервничать, может быть он просто поехал к кому-то в гости и задержался на пару деньков! – попыталась я представить – куда мог деться Пётр Семёнович, когда гостья выпила стакан прохладной воды и немного пришла в себя.
– А Люська? – не соглашалась старушка.
– А что – Люська? – подключилась ко мне Оксана, – Она же жила как-то до его появления, вот он и подумал – что пару-тройку дней и сейчас продержится! Вы же с ним не договаривались точно встретиться на следующий день?
– Нет. – покачала головой старушка. – Но мы никогда не договаривались, он просто приходил в одно и тоже время кормить Люську каждый день и всё!
– Ага, а сейчас вы её забрали, а он, может быть, вернулся из гостей и её уже ищет, поэтому и дома его нет. – предположила я.
Гостья поморгала глазами и собралась срочно вскакивать и бежать в парк.
– Лежите! – остановил её участковый, который встретил врачей Скорой помощи и проводил их к старушке. – Я там парочку ребят оставил, они смотрят – если объявится Пётр Семёнович – они сразу мне сообщат.
Загоревшиеся было у старушки глаза снова стали блёклыми и она устало опустилась на диван.
Врач уже раскрыл свой чемоданчик и приступил к осмотру нашей гостьи, тактично намекнув нам – чтобы мы покинули комнату.
Мы вышли из комнаты и опять заняли места за кухонным столом. Мысли крутились в каком-то неприятном хороводе. Участковый, отказавшись от обеда, и, видимо решив – что его миссия полностью выполнена, откланялся, пообещав нам – что если появятся какие-то новости – сразу же сообщить нам. Когда за ним закрылась дверь, я набрала номер Русова.
– Ромочка! – протянула я в трубку.
– В больницах его нет, мы ищем любые зацепки – уже идёт просмотр камер, в которые он мог попасть, но пока тишина. Может и ты попробуешь со своей стороны поискать? Только без меня не начинай, я скоро подъеду. – предложил Русов и я вспомнила – что никаких вещей мне участковый не дал.
– Блииин! – огорчилась я, тому – что пока ещё чаще думала как обычный человек, забывая про свои способности.
– Что? – спросил Русов, понимая что я где-то накосячила.
– Вещей-то его у меня нет. Не могла же я попросить участкового их принести – как бы я аргументировала? Я вообще очень надеялась, что участковый просто придёт к нам и скажет – что Пётр Семёнович дома и с ним всё в порядке, просто, может немного приболел и поэтому в парк не пошёл, а здесь начинается какое-то новое дело.
– И не надо ничего просить у участкового. Я скоро подъеду, схожу сам с этим участковым в квартиру, какую-нибудь вещь подходящую заберу! – успокоил меня Русов и отключился.
– Сейчас Русов приедет! – обрадовала я Оксану, и мы с ней обе немного расслабились, всё-таки, рядом с Русовым всё было намного спокойнее и проще.
Из комнаты вышел врач, оставив нам листок с рекомендациями и сказал – что они сделали женщине успокоительный укол и она поспит некоторое время. Стало ещё спокойнее – всё-таки старушка своим напряжением и вздохами нагнетала и без того неспокойную обстановку. Закрыв за врачом дверь, я тихонько прошла на кухню, уселась на стул и стала бесцельно смотреть в окно.
– Да приедет он, хватит таращиться в окно! – прошипела Оксана.
– Да я не Русова выглядываю. – отмахнулась я. – Я просто пытаюсь расслабиться.
– Ты, может, и не выглядываешь, а твоё подсознание уже чуть шею не свернуло, не сводя глаз с улицы. – покачала головой Оксана и поставила чайник на огонь, чтобы хоть что-то поделать.
Чайник закипел, мы попили чаю, полистали ленту интернета, посмотрели – что там у нас с записью на гадание на сайте, повздыхали и снова уставились на входную дверь.
Гадать сейчас людям я была не просто не в настроении, а и не в силах, поэтому отмахнулась от этой мысли, хотя, конечно, меня гложило то, что я не оправдываю надежды людей, ждущих с большим нетерпением от меня ответов, но Оксана уже набила на этом руку и написала на сайте – что сегодня Луна в Стрельце, поэтому карты будут говорить не точно, и желающие погадать успокоились – с Луной в Стрельце ничего не поделаешь.
Мы повздыхали ещё с пол часа прежде чем на пороге появился долгожданный Русов.
– Ну? – кинулись мы к нему.
Он молча отрицательно покачал головой и передал мне незнакомый старый пиджак, видимо, Петра Семёновича.
– Ваш потеряшка показался на камере только один раз – когда выходил из магазина с пакетом продуктов, как раз два дня назад.
– Поняла! И больше его не видели! – вздохнула я, всё-таки до последнего надеясь – что Русов принесёт нам готовый ответ, и вернулась на кухню.
Люська, уже немного привыкшая – что у нас на кухне шастает столько народу, даже не отреагировала на появление Русова и продолжила крепко спать под стулом, лишь один раз лениво приоткрыв на секундочку один глаз.
Я уселась на свой стул, взяла пиджак, продышалась, настроилась и увидела какого-то кашляющего старичка в каком-то непонятном месте, напоминающем подвал. Я заволновалась и выскочила из картинки.
– Дыши спокойно, отпусти эмоции – смотри как будто ты просто смотришь кино! – услышала я тихий голос Русова и почувствовала его руки по своих плечах.
Это придало мне уверенности, и как-будто сил, и я начала всё с начала.
– Рассмотри расположение. – подсказывал голос и я пыталась понять – как расположено помещение, где находится удерживаемый старичок, а в том – что он удерживаемый – у меня уже не было сомнений, я видела – что он был связан и валялся на полу, а недалеко от него сидела какая-то группа собутыльников.
– Какой-то прямо шалман. – тихо пробормотала я, пытаясь разглядеть лица сидевших на матрасе со стаканами в руках.
– Какие-то трубы, надписи на трубах, просто надписи. – продолжал мне подсказывать голос Русова. – Попробуй рассмотреть – как он шёл в этот подвал, какие там двери.
Я вздохнула, выскочила из видения и немного посидела с закрытыми глазами, потирая виски. Потом собралась и задала себе чёткую цель – увидеть – как именно попал в это место нужный мне дедушка. Картинка появилась внезапно, возникнув как будто за сдутой ветром дымкой, и я увидела как какой-то неопрятный мужчина что-то рассказывает Петру Семёновичу и показывает рукой на какую-то дверь в доме. Дверь была железная, без домофона, но закрывающаяся на ключ. Видимо, я сильно обрадовалась, потому что тут же выскочила из видения.
– Всё хорошо, отдышись! – проговорил Русов, доставая телефон и отдавая кому-то указание проверить все подвалы, в первую очередь те, где могут собираться нетрудовые элементы, и дверь в которые закрывалась не на навесной замок.
Конечно, в первую очередь, участковый и ещё незнакомых мне пять человек, видимо – из поисковой бригады, стали проверять подвалы в соседних домах, начиная с проверки ближайшего к дому Петра Семёновича, и к парку – у которого с тыльной стороны был как раз вход с железной дверью, закрывающейся на ключ.
Нам повезло, именно в том подвале и обнаружили Петра Семёновича, лежавшего связанным на полу. Что-то хорошо отметившая компания по соседству с ним уже давно про него забыла, но выбраться сам он бы не смог – он был привязан к батарее далеко от входа, хорошо хоть батарея была тёплой и в этом помещении было не очень холодно, правда, Пётр Семёнович лежал на полу, поэтому его сразу же, боясь переохлаждения, хоть он и был в пальто, отправили в больницу.
– Ну что, ну что – как он там оказался? – чуть не прыгала возле меня Оксана, сгорая от любопытства. – И, между прочим, карты показали башню, а не подвал!
– Ты предлагаешь – мне снова попробовать вызвать видения после которых мне может быть не очень хорошо? – надулась я. – И карты "подвал" в колоде Таро нет, и вообще, башня – это же не конкретно именно башня, а аллегория! И вообще – у неё два значения – катастрофа и мощный знак перемен! Катастрофу мы предотвратили, теперь, видимо, его ждут перемены!
– Эх, узнать бы – что там будет теперь! – умоляюще сложила руки Оксана.
– Ну, я могу ещё раз погадать. – согласилась я. – Но только без видений!
– Не надо никаких видений! – погрозил нам пальцем Русов. – Ваш Пётр Семёнович – крепкий орешек, правда, немного простыл в этом подвале, но говорить может! Сейчас он по дороге в больницу даёт показания, как ребята закончат записывать – мне позвонят.
Русову позвонили через пол часа. Оказалось всё очень просто и банально – местные забулдыги каждый раз косились с неприязнью на этого ухоженного пенсионера, который носил продукты для собаки, а им "на лечение" отказывался давать. Их это очень злило и они давно собирались ему отомстить, и за то – что он не даёт им денег, и за то – что неуважительно на них смотрит, и за то – что вообще ходит тут такой весь из себя. Придумывать что-то сложное им было тяжело, поэтому они просто решили дождались в очередной раз, когда будет проходить Пётр Семёнович, и сказали ему – что поймали его собаку и заперли в подвале и не отдадут её ему, если он не даст им денег. Хотя бы тысячу. А если не даст – они её замучают.
Пётр Семёнович им поверил и очень расстроился – но решил отдать тысячу, а потом забрать Люську домой, чтобы больше её не могли украсть.
Петра Семёновича привели к двери в подвал, открыли дверь и потребовали тысячу. Тот отказался сразу давать деньги, сказал, что отдаст только когда выведет Люську отсюда. Понимая, что собаки в подвале нет, а деньги у Петра Семёновича есть – один самый нетерпеливый из этой компашки, просто, вырывая у него сумку, втолкнул Петра Семёновича в подвал и закрыл дверь на замок.
Обшарив сумку, компания нашла деньги и двинулась за покупками.
Когда компания вернулась в подвал, и Пётр Семёнович, обследовавший всю его территорию и не нашедший своей Люськи, дождавшись возвращения этих люмпенов, стал проходить мимо них к двери, в голову всё тому же нетерпеливому пришла в голову мысль – что старик может пойти в полицию и пожаловаться, и тогда им не дадут хорошо посидеть, а посидеть они собирались хорошо, распотрошив весь кошелёк Петра Семёновича, с его пенсией за месяц, которую он по старинке получал на почте, а не на карту.