Невероятные магические приключения

Вечеринка удалась, в глазах мелькали Юлька, Генка, огни и бокалы. Через несколько минут в глазах замелькали люстры. Три, хотя я точно помнила, что у Генки, моего соседа, а по совместительству и друга детства, с вечера люстра была всего одна. М – да, кажется, приплыли.

…Да, вчера Генка, этот химик – самоучка, превзошёл самого себя, и я отключилась после двух бокалов. Чего он там, интересно, намешал? И как там Юлька? Как хочется спать. Почему мне так часто снится, что я летаю? Нет, не крыльями машу, как ворона, а парю в воздухе, плыву, так сказать.

Нет, всё-таки придётся вставать, природа зовёт. Хочу пить! Так, если, не открывая глаз, доскакать до кухни, напиться на ощупь и вернуться, смогу ли я снова уснуть? Ответ – смотря чего напиться, ведь кухня Генкина, а этот пентюх вечно такого намешает, не то, что сам потом не разберёт, и Менделеев не догадался бы. А если из крана? Точно, это выход.

Так, где кончается этот диван? Ничего не пойму, то ли у дивана такие высокие ножки, то ли у меня такие короткие. Нет, больше не поспать, открываю глаза на раз, два, три. АААААААААААААААААААААА!!!

А где диван?!!

Так, попробуем осмотреться. Я вверху, диван внизу, значит я под потолком. Что я там делаю? Летаю. Люди летают? Нет. Значит, я сошла с ума. Стоп, но если у меня, по Генкиным заверениям, ума сроду не водилось, то как я могла с него сойти? А, может, я умерла? А где тогда тело? Так, здорово, меня нигде нет. Куда меня дели? Верните тело, гуманоиды!!! Да, кстати, а где эти гуманоиды? Может в другой комнате? Собравшись с духом я оттолкнулась от стены и полетела в дверь. Манёвренность у меня была ещё слабая, поэтому когда на горизонте показались Генкины ноги я, чтобы успеть затормозить, ухватилась за них. Ноги заорали.

– Хватит визжать, дайте спокойно проснуться. – попросила Юлька.

– А вы еще не проснулись? – разозлилась я. – Ну и как вам спалось? Хорошо? Ну надо же! Извините, что разбудила. Осторожнее, люстру не сбейте. Какую люстру? Такую, Геночка, в которую ты своей неумной головой упёрся! Ой, ну не надо так истошно орать. Ты лучше скажи – если мы уже того, то где наши тела, а если мы не того, то как нам спуститься вниз, это, во-вторых, а во- первых – чего это ты нам, паразит криворукий, вчера такого намешал, а? Нормальные люди самогон варят, а этот вечно что-то нахимичит, лабух!

– Мы бестелесные? – прошептал Генка трясущимися губами и, ухватившись за люстру, обвил её двумя ногами и руками.

– Телесные, Геночка, телесные, и если ты нас сейчас вниз не опустишь, я тебе это докажу!

– Как? – просипел Генка.

– Я твоё тело покусаю!

– Дашка, отравишься! – остановила меня хихикающая подруга Юлька.

– Юль, ты хоть понимаешь, что эта чума очковая натворила? Мы висим под потолком, как три бескрылых каракатицы, и как мы будем вниз спускаться, я лично не представляю.

– Знаешь, ты сама туфелька-инфузория! – обиделся Генка.

– Миклухо-Маклай!! Если ты сейчас меня не спустишь на пол, я тебя не то что покусаю, я тебе выдерну твои кривые ножки и вставлю их на место твоих кривых ручек! Может тогда ты уже не доберешься до своих волшебных колбочек и не сотворишь очередное гениальное открытьеце! Я вот прямо чувствую, что именно сейчас пришла пора исправлять ошибки природы!

– Даш, ну что ты на него так накинулась, может это просто, как у него всегда бывает – побочный эффект.

– Юль, побочный эффект, это когда он красил мои волосы в русый цвет, а получился – фиолетово – зелёный, а это не побочный эффект, это – катастрофа!

– Ну ладно тебе, полетаем немного. – попыталась она успокоить разбушевавшуюся меня.

– Насколько немного, не знаешь? На Генку можешь не смотреть, он на такой реально сногсшибательный эффект, судя по всему, не рассчитывал. Юль, проблема не в том, что мы взлетели, а в том, что я еще не научилась на лету ни завтракать, ни умываться.

– То есть, ты хочешь сказать, что мы теперь не сможем даже на улицу выйти? – погрустнела Юлька.

– Ну ты, конечно можешь выйти. Но только через окно.

– Я его сейчас убью вот этим бюстом неизвестного героя! – пообещала Юлька и, недобро прищурив глаз, попыталась дотянуться до пианино с Моцартом.

– Я – первая! – ринулась я на обгон.

– Даш, оставь его мне! – заголосила Юлька, пытаясь схватить меня за руку, что в общем-то и не понадобилось, так как моя рука всё равно до бюста не дотягивалась, а вся я так низко ещё не летала.

– Девочки, подождите, давайте успокоимся и всё обсудим. – попросил смущающийся виновник нашего полёта.

– Ну? Не вспомнил еще, почему это мы вдруг взлетели? – после минутной паузы не выдержала я.

Генка, тиская в руке свои очки, но и не отпуская люстры, заискивающе улыбнулся:

– Вообще-то, вспомнил, только не знаю, как вам сказать.

– Ах ты ж.. – вырвалось у меня и засосало под ложечкой.

– В общем, если рассматривать теоретически – он продолжал мять свои очки, – это не я виноват – заметил Генка и посмотрел нам в глаза. Он там увидел такое, что поспешил добавить – это одна бабуся.

– Какая ещё бабуся? – начала я заводиться и разминать кулаки.

– Не знаю. Она работает в лавке под таким красным фонарём с драконом.

– Под чем? – не поняла правильно ли я расслышала.

– Я говорю – расхрабрился Генка, увидев, что его пока не убивают, – лавка, та, что с фонарём. Там всякая эзотерическая мелочь продается. Я хотел купить что-нибудь для фейерверка. Только подошел к прилавку и тут вдруг рука из-за портьеры меня сзади – хвать! – мы с Юлькой вздрогнули- за плечо и голос такой – Что, праздновать будете?

– Какой голос? – мелко вздрагивая спросила Юлька – Загробный?

– Да нет, обычный. Я ответил, что у нас намечается вечеринка. И она мне протянула мешочек.

– Рука?! – застучала Юлька зубами.

– Бабка!

– Мешочек с костями?

– Да нет! С темно синими каплями! Говорит – добавишь их в смесь для фейерверка, будет полный улет. Ну я же не думал, что в прямом смысле. И я вообще не понимаю, что случилось, мы же решили без фейерверка обойтись, и я эти капли вообще не трогал.

– Зато я трогала, буркнула Юлька. Я их в коктейли добавляла, для красоты. А что, предупреждать надо! Они у тебя на кухне на столе стояли, а я откуда знала.. Но, зато мы теперь летаем!!! Вы только прочувствуйте, как это здорово!! – попыталась оправдаться Юлька, увидев выражение наших с Генкой лиц. Нам с Генкой ничего не оставалось кроме как попытаться найти плюсы в нашем положении и, для начала, я решила попытаться расслабиться. Закрыв глаза я стала глубоко дышать и считать до 1000. Видимо, я передышала кислородом, так как вдруг почувствовала, что мое тело наполнилось удивительной легкостью и я могу им управлять! Я летаю! Это же то, о чём я мечтала всю жизнь! Я так часто летала во снах, а теперь это сбылось наяву! Это же такое чудо! – крутились у меня счастливые мысли, и я поняла что дыхательная гимнастика – это не моё, так как я кружилась в воздухе волчком, отлетала от стены к стене, носилась по кругу сидя и махая ногами! Я прыгала с потолка на пол и взмывала обратно, я кувыркалась, танцевала и визжала. Наконец я выдохлась и рухнула на диван.

– Как ты это сделала? – удивлённо уставилась на меня Юлька.

– Не знаю, ты не поверишь, но летать мне нравится больше, чем ходить!

– Даш, мне тоже, но сейчас я бы хотела немного посидеть внизу. Помоги мне спуститься.

– Как?

– Не знаю, схвати меня за ногу и потяни вниз.

Я поспешила помочь подруге, подпрыгнула к ее ноге и, не успев затормозить, врезалась в потолок.

– М-м-м. – выдохнула я и свалилась вниз.

– Ну как ты? – чуть слышно спросила Юлька.

– Всё! Меня осенило! (друзья загадочно переглянулись) –сначала нам нужно научиться ходить!

– Тебе хорошо говорить, ты уже внизу, – пробурчала Юлька – а нам бы для начала спуститься. Но как мы это будем делать, а, Геночка? – поинтересовалась Юлька, пытаясь оторвать от потолка люстру и явно не с добрыми побуждениями.

– Юль, спокойно. Давай попробуем по стеночке. – предложил Генка и попробовал себя в роли человека-паука.

Вздыхая, переругиваясь, сбив 2 картины, отодрав кусок обоев и потратив на это минут двадцать, друзья, наконец, спустились вниз.

– Ну, вот теперь можно учиться ходить. – радостно заметил Генка, боязливо отводя руку от стенки. – Начали!

Два часа мы учились ходить, сидеть и вести себя, как нормальные люди, хотя таковыми не являлись ни до, ни после. Наконец, усталость и остатки вчерашнего вечера взяли своё и Юлька с Генкой, уютно устроившись на диванчике, задремали. Присоединиться к ним мне помешало урчание в желудке, и мне пришлось отправиться на кухню в надежде на еду. Наивная!! У Генки на кухне чего только не было – на столе, подоконнике и шкафах стояли колбы, кристаллы, дымящиеся реторты, порошки, заспиртованные пауки и сушеные пиявки. По змеевикам струилась разноцветная жидкость, искрились намагниченные шарики, на спиртовках что-то щелкало, булькало и пускало пузыри. В большой банке, важно надувшись, сидела жаба Агата и сонно следила за происходящим. Я летала по кухне целых полчаса, просматривая все шкафы, обнюхивая и пробуя пальцем все, что попадалось на глаза, и, наконец, отыскала нечто съедобное – кастрюльку с фиолетовым киселём, наверное, черничным. Через несколько секунд я почувствовала приятную тяжесть в животе и поняла, что жизнь только начинается.

Довольная и сытая, напевая веселую песенку, я полетела к друзьям. Сделав круг почета по комнате, я плюхнулась в кресло и закричала:

– Подъем!

Юлька проснулась и сладко потянулась, а Генка лишь перевернулся на другой бок.

– Ну сколько можно спать? – пробурчала я, так как во мне бурлила энергия и я не знала, в какое русло ее направить, в общем, говоря простым языком, мне было скучно.

Юлька сонно посмотрела на меня, потёрла глаза, посмотрела еще раз и закричала:

– А – а – а!!

От этого пронзительного крика проснулся Генка и недоуменно уставился на Юльку. Та кричать перестала и начала икать, показывая на меня дрожащим пальцем. Проследив за его направлением, Генка перевел взгляд на меня и его глаза стали круглее его очков.

– Ч – что с – с т – т – твоим лицом? – собравшись с силами выдохнул он.

Киселем обляпалась. – мелькнуло у меня и я бросилась к зеркалу. Зеркало показало, что с лицом у меня всё в порядке, но плохо с головой – у меня начисто пропали волосы, то есть, из зеркала на меня смотрел мой лысый череп. Ничего не понимая, я подняла руку и потрогала голову. Волосы были на месте, по крайней мере, ощущались под рукой. Пытаясь успокоиться, я зажмурилась и досчитала до десяти – это бракованное зеркало, пришла мне в голову спасительная мысль, и я слегка приоткрыла левый глаз. Ура! Волосы были на месте. Но куда-то делась правая рука, причем, испарилась прямо у меня на глазах.

– Мамочка! Помогите! Органы воруют! – я вылетела из ванной и вцепилась в Генку. Тот вздрогнул. Юлька упала в обморок и взмыла к потолку. Проводив ее глазами, мы с Генкой в ужасе посмотрели друг на друга.

– Что ты делала пока мы спали? – нервно спросил меня Генка.

– Ничего! Я только поела твоего киселя!

– Какого?

– Черничного.

– Какого киселя, у меня его сроду не водилось!

Я схватила Генку за руку и потащила на кухню.

– Вот этого! – показала я на кастрюльку. – Вот она видела! – ткнула я пальцем в Агату. Та распахнула рот и привалилась к стенке.

– Это не кисель. – охнул Генка. – Это мое новое средство.

– От чего? – просипела я, чувствуя, что в этот раз могу умереть навсегда.

– Я еще не придумал.

– Из чего ты его варил? – переспросила я, разглядывая постепенно исчезающую вторую руку. Когда у меня начала бледнеть правая нога, я завыла.

– Как всегда, только добавил туда бабкиного зелья, я же не думал..

– Растворяюсь! – напомнила я Генке и тот встрепенулся:

– Надо что-то делать! Я полечу к бабке за противоядием!

– И заодно – поколотите ее от моего имени. – тихо добавила я, разглядывая в зеркале то, что от меня осталось – а от меня осталась только печаль стоматолога – белые, ровные зубы.

– Я с тобой! – вцепилась в Генку пришедшая в себя Юлька. Я боюсь оставаться с этой бешеной!

Я обиделась на ‘бешеную’ и стала подкрадываться к Юльке, щелкая зубами. Та дико завизжала.

– Хватит! – оборвал нас Генка. – Полетели!

– Я с вами! – решила я не отставать от друзей, так как боялась оставаться одна. К этому времени, если верить зеркалу, у меня стали проявляться отдельные части тела, правда, другие в это время исчезали. То есть в моем организме непрерывно происходили какие-то процессы, но никто не понимал – какие именно.

– Да? И какая часть тебя полетит с нами? – поинтересовался Генка, следя за моими изменениями, и дал наказ – сиди дома!

– Да – да. – то ли поддакнула, то ли попросила Юлька.

– Мама! – прошептал Генка, выглядывая в окно. – Высоко. Мы ведь точно умеем летать?

– Ой я! – прошептала Юлька и зажмурилась.

– Вперед! – собравшись с духом и схватив Юльку за руку, Генка выпрыгнул в окно.

– Летают. – задумчиво посмотрела я на удаляющихся вниз друзей. – Или падают.

Но Генка с Юлькой не падали, а, набрав высоту, быстро скрылись из вида. Я тяжело вздохнула и отошла от окна.

Помня данное Генке обещание, пять минут я честно сидела на диване. На шестой минуте я пришла к выводу – надо что-то делать! Энергия во мне бурлила как водопад, и ничего не делать, даже если не всей, а частично, было невыносимо.

– Эх, прокачусь! – издала я победный клич и выскочила в окно.

От скорости полёта у меня встали дыбом волосы, от крика радости чуть не разорвало рот. Мне понравилось! Найдя себе новое занятие, я стала взлетать до двадцатого этажа и с гиканьем кидаться вниз. Вот это счастье! Ни американские горки, ни аттракцион “Камикадзе” не сравнятся с тем, что я испытала. От восторга у меня дико колотилось сердце, захватывало дыханье и бегали мурашки. Правда, внизу уже начала собираться толпа и вскоре мне пришлось сменить место дислокации.

Пролетая мимо чьих то окон я услышала дикий крик. – Приветствуют, наверное, засветилась я от гордости и стала заглядывать во все окна подряд. Реакция была бурная! Столько криков своим появлением я еще ни разу не вызывала. Правда, радость от полёта немного убавил малыш, который увидев меня кричать почему то не стал, а захохотал и плеснул в меня тарелку манной каши. Кое как разлепив глаза, я подлетела к другому окну и вытерла лицо занавеской. Хозяйка занавески, увидев это закричала так, что я чуть не свалилась вниз. Извинившись за испачканную занавеску, я взмыла вверх и, разогнавшись, понеслась вперёд. На такой скорости картинки в окнах мелькали как в калейдоскопе. И вдруг.. я врезалась в водосточную трубу. Летать почему-то мне как-то расхотелось, и я зависла в воздухе потирая ушибленную скулу. Боль не проходила и я решила приложить что-нибудь холодное. Прижав щеку к стеклу я тихо вздыхала и проклинала свою торопливость. Настроение упало и оставалось одно – лететь домой. Я кинула прощальный взгляд в окно и чуть не свалилась вниз, успев зацепиться за карниз – в окне я увидела такое!!!

В центре комнаты на столе лежал раскрытый кейс, в котором что-то приятно зеленело. Столько денег я в жизни не видела, да ещё в долларах. Руки сами тянулись потрогать это чудо. Но, окно было закрыто. Я решила проверить другое окно и мне повезло, окно было приоткрыто! Но занавешено. А меж тем в комнате за занавесками происходило какое-то шевеление и я не смогла победить свое неизлечимое любопытство. Какие мученья я испытала – пролезть в такую щелку я не могла, а приоткрыть окно сильней – боялась. Какие только силы я не прилагала и какие позы не принимала, видно ничего не было. От этого мое любопытство только разгоралось и я обследовала каждый сантиметр окна. Результат нулевой. Оставалось одно – прислушаться. Вздохнув, я присела на подоконник и, слегка облокотившись на окно с замиранием сердца стала слушать чужой разговор. Я только стала вникать, что кого-то уже перевезли на остров, и дальше по плану идет флешка, как неожиданно окно подо мной приоткрылось и я, потеряв равновесие, ввалилась вовнутрь.

– Здравствуйте! – поздоровалась я, поднимаясь, и увидела перед собой на столе большой пистолет. – наверное – автомат – поняла я и больше пока ничего не увидела.

Когда я пришла в себя, к боли в скуле прибавилась боль на затылке и шишка. Приоткрыв глаза, я поняла причину происходящего – я полулежала на кресле, а напротив меня сидел какой-то громила в маске с утюгом в руке и недобро сверкал глазами из прорезей для глаз.

– Может, я уже пойду. – заискивающе предложила я ему. – а то засиделась я у вас тут.

– Поговори. – пригрозил он мне.

– О чем? – поинтересовалась я.

– О том – грозно наклонился он ко мне – как ты сюда попала. Ты из спецслужб?

– Вообще-то нет. Я соседка ваша, мимо просто пролетала, дай думаю, в гости зайду.

– Угу. – согласился он и воткнул утюг в розетку. – Сейчас посмотрим что ты скажешь.

– Помогите! – прошептала я, не на шутку испугавшись, и стала вертеть головой по сторонам в поиске помощи. Однако, помощи не наблюдалось и в голове не было ни одной спасительной мысли. – Отпустите меня, а я никому ничего не скажу – предложила я, но в тот же момент ощутила на своей щеке приближающееся тепло. Скосив глаз, я увидела раскаленный утюг.

Будут гладить! – догадалась я, чувствуя, как закружилась голова и тело стало ватным. Я, не желая видеть свою смерть, зажмурила глаза и вдруг почувствовала тепло утюга на ноге.

– Утюг держите! – разозлённо рявкнула я незнакомцу в маске, который оторопело рассматривал меня. Я проследила за его взглядом и поняла причину его удивления –от меня осталась только голова и плечи, а через остальные части тела четко просвечивало кресло.

– У – м – г – у. – ответил он и попытался схватить меня за голову.

Надо улетать! – сообразила я и кинулась к окну. – Кажется, я что-то забыла. – вовремя вспомнила я и схватила кейс. – Это компенсация за моральный ущерб. – предупредила я бандита и выскочила в окно. Столько счастья, как сейчас, держа в руках такие деньги, я, до этого не испытывала ни разу! Прижав кейс покрепче к себе, я взяла направление к дому и уже через полминуты была там. Руки и ноги у меня мелко дрожали, зубы стучали им в такт, волосы торчали во все стороны, и даже, кажется, шевелились. Отдышавшись, я распахнула кейс и с благоговением взяла в руки новые хрустящие доллары, еще не до конца веря в это чудо.

А вдруг кто-нибудь зайдет? – вдруг пришла мне в голову жуткая мысль и, на всякий случай, я запрятала кейс подальше в шкаф и облегченно вздохнула, лишь прислонившись к дверце.

Нужно привести себя в порядок! – подумала я, вспомнив, что друзья могут прилететь в любую минуту.

Представив, как могу сейчас выглядеть, я кинулась в ванную. Умывшись, и расчесав волосы, я почувствовала себя гораздо лучше. Но надо было в этом убедиться. Сделав три глубоких вдоха, я собралась с силами и повернулась к зеркалу. Не скажу, чтобы увиденное меня сильно порадовало, но я отразилась целиком.

– Проявилась!

Радости моей не было предела и я пританцовывая влетела в комнату. Проверив еще раз кейс, я едва успела принять скучающую позу, как прилетели друзья.

– Ну что? – потянувшись спросила я.

– Ты проявилась? – Генкиному удивлению не было предела.

– Да. А вы принесли мне от бабки что-нибудь?

– Принесли. – хмыкнул Генка. – Держи.

Я повертела в руках какую-то монету на шнурке и удивленно посмотрела на него:

– Это что?

– Амулет. Отгоняет мумий.

– А..

– А это всё. Нет там этой бабки. – устало вздохнул Генка.

– Так вы что, ничего не узнали? – огорчилась я.

– Почему же, узнали. Но только от её продавца. Во-первых, бабку зовут Сколомея, во-вторых – она улетела в Калифорнию на шабаш.

– Ну надо же! – удивилась я, – она что еще и ведьма к тому же?

(Ещё вчера я бы посмеялась и над ведьмой и над шабашем, но после того как я испытала на себе и полёт и «невидимость», я уже могла поверить во что угодно). – Юль, а у неё в лавке было страшно? – сгорая от любопытства спросила я, зная, что Генку никогда внешний антураж не интересовал, а вот Юлька разбиралась в нем досконально. – У неё там есть всякие колдовские штучки? Черепа там или мыши летучие? Ну, на худой конец, сова там у нее есть? Юль, ты слышишь?

Повернувшись к Юльке, я поняла, что она меня не слышит – Юлька сидела в кресле и, закрыв лицо руками, тихонько всхлипывала.

– Юль, ты что? – забеспокоилась я.

– И я на шабаш хочу! Я, может, сто лет мечтала на него полететь!

– Ну, хочешь, давай полетим. – неуверенно предложила я. Юлька была моей лучшей подругой, можно сказать – моим сиамским близнецом, так как на все приключения нас тянуло вместе, и мы даже жили вместе – у меня, потому что жить отдельно было скучно, особенно, если учесть, что наши квартиры были на одной лестничной площадке, причём как и квартира Генки – нашего вечного спутника во всех приключениях, который пытался придать хоть какой-то порядок хаосу в нашей жизни, чем иногда очень раздражал, но так как мы все дружили с четырёх лет, то на такие мелочи давно не обращали внимания.

– Как? – Юлька подняла на меня обиженные глаза. – шабаш в Калифорнии, а у нас нет денег.

– Есть! – радостно воскликнула я и полезла в шкаф.

С торжественным видом я открыла кейс и повернулась к друзьям.

– Вот! – распахнула я кейс у неё под носом – Смотри, здесь целая куча долларов!

– Ура! – закричала Юлька и подпрыгнула от радости.

– Ты где их взяла? – сурово спросил Генка.

– Забрала у бандитов – честно ответила я.

– Что ты мне врешь! У каких еще бандитов! А то я тебя не знаю! Ты где их свистнула? Немедленно верни! Люди, может, всю жизнь эти деньги собирали. – забурчал Генка, призывая себе в помощь мою совесть, но та принципиально молчала, трогая пальцем болючую шишку.

– Это бандиты! Не верну! – обиженно пробурчала я.

– Конечно! У тебя все бандиты, у кого денег хоть на рубль больше чем у тебя! Верни их на место! – не на шутку разозлился Генка. Не хватало ещё, чтобы я дружил с воровкой.

– Ну, Генааааа – затянула я.

– Ничего не знаю! – отрезал тот – возвращай.

Я вздохнула, Юлька разрыдалась. Да, мы обе знали, что в таких вопросах спорить с другом бесполезно. Закрыв кейс, я направилась к окну, провожаемая суровым взглядом Генки и рыданиями Юльки. Чувствуя себя так, как будто кидаюсь в пропасть, я сделала шаг в окно. Сделав несколько кругов над домом, я забросила кейс в знакомое окно и вернулась к друзьям.

– Отнесла? – спросил заметно повеселевший Генка.

– Да. – вздохнула я.

В этот момент стекло за моей спиной разлетелось на тысячи осколков.

– Ты куда его отнесла? – прошипел озаренный Генка.

– Домой. – призналась я.

– Ложись! – закричал Генка и падая, дернул меня за ногу.

Мы лежали втроем под окном, прижавшись друг к другу и с замиранием сердца следили за полетом пуль над нашими головами, а на полу отражалась тень от вертолёта, зависшего над нашим домом.

– Дашка! Я же сказал тебе вернуть им кейс. – сокрушенно покачал головой Генка.

– А я, может, вообще не помню где это окно. – огрызнулась я.

– Какое окно! – разозлилась Юлька. – Ее же там могли убить.

– Не беспокойся. – тихо заметил Генка. – Убить её могут и здесь.

– А что теперь делать? – спросила Юлька.

– Линять отсюда. – ответила я.

– Полетели на шабаш. – заволновалась Юлька и стала потирать руки в предвкушении приключений.

– Полетели. – буркнул Генка.

– На шабаш! На шабаш! – Юлька радостно попискивала, а мы с Генкой пытались из-за занавески рассмотреть – что происходит за окном.

– На шабаш, не на шабаш, а сматываться надо. – пробурчал Генка, глядя как из вертолета по веревке спускается десант.

– В окно не успели. – заметила я.

– Лестница! – предложила Юлька.

– Нет. – мотнул головой Генка. – слышите?

Мы прислушались – по лестнице доносился быстрый топот.

– К нам. – мрачно изрек Генка, когда в дверь ударило что-то тяжелое.

– ААААА! – зашипела я в ужасе.

– Ты где? – отскочил от меня Генка.

– Здесь. – удивилась я.

– Ты опять пропала! – обрадовался он. – бегом на кухню!

Мы втроем, пригибаясь, друг за другом промчались на кухню.

– Пей! – приказал Генка, протягивая Юльке кастрюльку с киселем, как джентльмен выпивший свою половину первым.

Мы сидели забившись под стол и с ужасом слушали, как по квартире разносится топот. Шаги приближались к кухне и мы замерли, стараясь не дышать. Дверь заскрипела и я тихо охнула. Генка отыскал мою руку и сжал покрепче. Две ноги прошли по кухне и остановились у стола. От страха у меня заухало сердце и задрожали руки. Внезапно под столом показалась голова одного из бандитов. Я встретилась с его глазами и стала открывать рот для крика.