Секретный агент «Гадалка»

– Ну, столько мы платить не сможем. – вздохнул он. – Но половину, я думаю, осилим. К тому же, вы можете продолжать свою работу прорицательницы. У нас не совсем та служба, которая требует ежедневного присутствия с 9 до 18, вам нужно будет приезжать для раскрытия особо важных и сложных дел, в которых однозначно будет требоваться ваша помощь, ну и можно приезжать сюда хоть каждый день по желанию.

Желания приезжать каждый день у меня не было.

К тому же обрадовало то, что не нужно было приезжать к 9, так что я согласилась остаться, и мы, вернувшись назад, подписали кучу бумаг о разных соглашениях и неразглашениях. Ещё сделали несколько моих фотографий, записали мои основные параметры, сняли отпечатки пальцев и мне теперь не нужен был пропуск, достаточно было приложить палец и нужные двери откроются. Запомнить нужные двери было просто – если дверь открылась – она нужная, если не открылась – не нужная. На том мы и расстались. В голове моей звучали фанфары!

Недолго музыка играла

Было темно, когда в дверь моей квартиры забарабанили кулаками. Я подскочила и в страхе кинулась к двери – выяснить причину. Глянув в глазок я оторопела – причиной был Русов.

– Вы что, совсем уже? Чего вам надо? – пробурчала я, впустив его к себе.

– Срочный вызов! – отрапортовал тот. – Одевайтесь.

– Я как-то не рассчитывала на такое позднее пробуждение. – пробурчала я недовольно. – Я только что уснула!

– Давайте побыстрее, нам нужно..

Что ему нужно я не стала уточнять, захлопнув перед ним дверь в ванную. Через десять минут я выскочила одетая и хоть немного проснувшаяся под струями прохладной воды, но всё равно стала клевать носом, как только мы сели в служебную машину. Мне повезло, у Русова закончилось терпение, когда моя голова в пятый раз упала на его плечо и он, выскочив на ближайшей заправке, купил мне капучино.

– Ну хоть так. – пробормотала я и вцепилась в трубочку.

Понемногу глаза разлепились и я стала нормально соображать.

– Вот, посмотрите фотографию. Может быть сможете что-нибудь увидеть. Эта девочка пропала. Антонова Света. 10 лет. Из школы ушла, а домой не пришла. Похитили её вчера с целью выкупа.

Я взяла фотографию, положила на неё ладонь, но ничего не увидела. Точнее, я увидела стену в обоях в цветочек, девочку, и всё. Никакого окна, вид из которого мог бы дать подсказку, рядом не было. Девочка, судя по всему была в какой-то квартире, и жива, так как была хоть и связанная и с кляпом во рту, но дышала.

– Девочка жива, в какой-то обычной комнате. Больше я ничего не вижу.

– Я так и думал. – буркнул Русов и забрал у меня фотографию.

– А зачем её похитили, узнали?

– Похитили с целью выкупа.

– Ну, значит, тут более-менее понятно – выдохнула я. – Заплатят выкуп и заберут ребёнка. Мы-то зачем так подорвались?

– А затем, что похитители позвонили родителям с утра, сказали собрать деньги, срок до сегодняшнего вечера.

– Деньги нужны?

– Нет, деньги у родителей были, они как раз на прошлой неделе машину продали, а новую ещё не успели купить.

– А, может, похитители связаны с продажей этой машины? Прошерстить продавцов и выйти на преступников?

– Эту версию уже отрабатывают.

– Тогда в чём проблема?

– Да в том, что на проверку всех фактов и связей потребуется время! А у нас его нет! Похитители позвонили пол часа назад и сказали, что передача денег будет в электричке, которая отправляется через пятнадцать минут и её маршрут составляет по времени два с половиной часа.

– Можно посадить рядом с тем кто передаёт деньги своих людей и они поймают похитителей в момент передачи, что не так? – не понимала я, зачем меня потащили в ночь неизвестно куда.

– Всё! Во-первых, если сразу захватить похитителей в момент передачи денег, то та их часть, которая останется на свободе, может убить ребёнка. Во-вторых, деньги сказали упаковать в плотный пакет, крепко перемотать скотчем и положить в чёрную сумку со светоотражающими полосками, которую повесили на ручку двери в квартиру родителей девочки перед самым звонком. Понимаете – зачем такие сложности?

– Если честно, то – нет. – призналась я.

– Скорее всего, где-то на пути следования электрички её будут поджидать похитители, которые дадут команду выбросить деньги в окно или в тамбуре, в самый последний момент. И мы не успеем их задержать!

– Можно же устроить засады.

– Электричка едет два с половиной часа, где мы столько людей найдём и как успеем их расставить, если она отправляется через десять минут??

– Ну, я не знаю, а если поехать на машине чуть в стороне, следом за электричкой?

– Вы видели где она ходит? Заросший лес, река, там только на вертолёте.

– Ну а..

– Вообще-то, мы надеялись что вы увидите хоть какую-нибудь зацепку, помогающую найти место, где держат девочку. – огорчённо буркнул Русов.

– Но я ничего такого не увидела. – тяжело выдохнула я и попробовала ещё раз просмотреть фотографию. Но нет, ничего нового я не увидела.

– Короче! Раз вы не видите место где находится девочка, то будем действовать по-другому! – задумчиво выдал Русов. – Вам нужно будет сесть рядом с отцом девочки и каким-то образом определить – кто из остальных его соседей один из членов банды, не может быть, чтобы его не вели.

– Вы мне что предлагаете – ощупать весь вагон? – возмутилась я.

– Ну хоть попробуйте! – поднял на меня умоляющие глаза Русов и я сдалась.

Я честно пробовала. Я, шатаясь как пьяная, и изображая что прошу денег на выпивку, обошла весь вагон и подёргала каждого соседа по вагону за руку, за плечо или просто коснулась ладони в момент передачи мне мелочи. Ничего. Никто с похитителями связан не был, у некоторых были какие-то дела, за которые могли бы дать срок, но это в основном кражи и драки, всё-таки мы не в вип вагоне ехали, а в обществе пролетариата и люмпенов, чему я не очень удивлялась, учитывая время поездки и направление.

Ехали мы уже около часа, народу осталось всего несколько человек и я уже думала, что похитители передумали и решили изменить план, когда у отца девочки вдруг зазвонил телефон и ему сказали выкинуть сумку в окно ровно в 01-00. Мы напряглись. Отец девочки открыл окно в с надеждой вглядывался в ночь. Ни-че-го. Ровно в 01-00 он выбросил сумку и мы стали ждать. Правда, у меня было желание дёрнуть стоп-кран, но Русов шёпотом сказал, что какая-то наша группа в момент переброса денег выскочила из вагонов и должна была незаметно "вести" подобравших сумку до места передачи денег главным фигурантам.

Я ёрзала по сиденью в нетерпении от ожидания предполагаемых новостей, но оперативная группа, осматривавшая лес, отзвонилась и доложила – что никаких похитителей там не было и они только наткнулись на обрывки сумки, попавшей под колесо вагона электрички. Денег в ней также не было, были обрывки туго свёрнутой бумаги, обмотанной скотчем.

Стало понятно – это не та сумка! Нужную сумку с деньгами подменили, скорее всего, ещё в давке на посадке в электричку. Ни девочки, ни похитителей, ни денег. Это был полный провал! На отца девочки было страшно смотреть.

Мы доехали до следующей станции и пересели на подъехавшую за нами оперативную машину. Ехать назад нужно было час с небольшим, и всю дорогу мы гипнотизировали телефон в надежде – что вот-вот позвонят похитители и скажут где можно забрать ребёнка.

Звонка не было. Одна часть наших экспертов помчалась просматривать камеры на вокзале, другая, вместе со мной, поехала домой к родителям девочки – просмотреть ещё раз весь подъезд и квартиру – может быть они что-то найдут из того, что упустили ранее.

Мне же нужно было попробовать установить с девочкой связь, возможно попробовать настроиться на неё на других фотографиях или её вещах. Её мама в дрожащих руках принесла мне альбом и умоляюще заглянула мне в глаза. Мне было жутко неудобно не оправдать её доверие, и я собрала все силы и открыла альбом.

Я уже пол часа сидела на кухне, держала в руках фотографию и видела только те же обои в цветочек. Ни окон со строениями, ни других людей.

От этой однообразной картины я незаметно задремала. Разбудила меня мама девочки, пригласившая меня лечь в гостиной. Мне было неудобно, но нас решили не распускать по домам хотя бы до какого-нибудь результата. Зайдя в комнату я села на диван и внезапно меня пронзила мысль.

– А обои у вас вот эти откуда? Сами клеили или? – чуть не подскочила я.

– Нет, мы заселились недавно, дом сдан полторы недели назад, мы брали его с чистовой отделкой. Обои уже были.

– Ромааан! – позвала я Русова, который дежурил вместе со мной.

– Что? – залетел он со скоростью молнии, из кухни, где дремал на кресле.

– Обои! Там где сейчас девочка, там такие же обои! – в нетерпении тыкала я пальцами в стену.

Роман схватил телефон, позвонил специалистам, обрисовал ситуацию и вызвал нашу спец группу захвата.

– Надо же узнать у застройщика – в каких домах и квартирах были наклеены эти обои, вдруг таких домов штук сто? – задумалась я.

– У этих застройщиков сданы пока только первые пять корпусов. – ответил Русов, продолжая с кем-то держать связь по телефону.

– Пять корпусов? – загрустила я.

– Да, весь этот микрорайон. Сейчас с застройщиками связываются, у них должны быть данные о всех квартирах где были наклеены эти обои. А пока они что-то узнают, наша спец группа начнёт проверку с этого дома.

– Если с этого, то начинать лучше с первого этажа. – предположила я.

– Почему ты так думаешь? – поинтересовался Русов в целесообразности моего предположения.

– Потому что мы на третьем, первый ближе к квартире девочки. Как-то нелепо тащить её через все этажи наверх, тем более, что дом ещё не весь заселён и пустых квартир больше чем занятых.

– Поздравляю, у тебя обнаружились зачатки логики. – усмехнулся Русов и я разозлилась – ну вот как так можно похвалить человека, чтобы оскорбить?

– Индюк! – бросила я ему в спину и сложила пальцы на удачу – я ещё не привыкла к горю людей и очень сильно надеялась что девочку найдут!

Использовать дар в таких ситуациях очень сильное испытание я вам скажу, – ты видишь ребёнка, видишь – что он жив, но не знаешь где он, как его спасти, и боишься, что в следующий раз, когда ты коснёшься фотографии, спасать уже будет некого.

Спец группа захвата приехала через двадцать минут. Проверять решили сначала незаселённые квартиры. Ну что сказать – я впервые видела чтобы так проходил захват – специалисты аккуратно вскрывали дверной замок, бесшумно проверяли квартиру инфракрасными датчиками присутствия и двигались к следующей двери.

Поднявшись на площадку третьего этажа и вскрыв соседнюю с квартирой девочки дверь, они замешкались, так как в квартире, в незаселённой ещё гостиной, прямо на полу, лежала замотанная скотчем как в кокон, девочка с кляпом во рту. Скорее всего, лежала она так со дня похищения. И, судя по тому, что ей никто не давал даже воды, девочку передавать родителям не собирались. А не убили её сразу на всякий случай – вдруг родители потребуют доказательство что она жива.

Девочку прямо в коконе занесли в приехавшую вместе с группой захвата Скорую специальную помощь и машина с мигалками помчалась в ближайшую больницу.

Маму девочки пришлось везти в ту же больницу на нашей машине, так как от увиденного ей стало плохо, и, оказав ей первую помощь, мы не рискнули оставлять её дома, тем более, что и она и отец девочки рвались в больницу к своей малышке. Видимо, дежурить они сегодня будут не у телефона, а у кровати спящей девочки, организм которой не успел сильно пострадать, было небольшое обезвоживание, шок, но врачи обещали быстро ликвидировать все эти негативные последствия для детского организма.

На меня смотрели уже с нескрываемым интересом, даже Русов признал, что, конечно, девочку они бы всё равно нашли, когда бы вышли на банду похитителей, только мы все понимали, что без моей помощи, возможно, что врачебная помощь ей бы уже не понадобилась.

Дело закрыто не было, так как похитителей, подменивших сумку с деньгами пока ещё не нашли, хотя просмотрели все камеры на вокзале.

Усиленно отрабатывалась версия причастности работников автосалона к этому похищению. Я, будучи возмущённой тем, что ребёнка не собирались оставлять в живых, вела своё параллельное расследование. Наведавшись в автосалон я перетрогала кого за пуговицы на пиджаке, кого за плечо, но в основном, перездоровалась за руки практически со всем персоналом, но пока причастных к этому делу не нашла. Так как я навещала их уже третий раз и успела примелькаться, я решила продать им свою машину, которой я всё равно не пользовалась, сдавая её в аренду соседу-таксисту, до лучших времён, когда смогу наконец-таки сдать экзамен на права. Продать машину я решила, чтобы увидеть тот персонал, с которым, возможно, ещё не встречалась.

И точно!! Когда кассир отдавала мне деньги, я успела прикоснуться к её руке и увидеть недавние события – если я правильно поняла по тому отрывку фильма что я увидела, то история с похищением девочки была далеко не первой. В этот раз я увидела ту троицу, которая стояла за всем этим, и это были явно не сотрудники автосалона, а личности больше похожие на бандитов с криминальным прошлым и настоящим.

Передав всю полученную информацию Русову, я потирала руки в предвкушении – у кассира были данные прописки и суммы денег, которые люди получали за продажу своих автомобилей. А также – дети, записанные в паспортах у родителей.

Наша спец группа совершила уже реальный захват с киданием на пол, надеванием наручников и непроизвольным пинанием всех участников этой банды.

Оказалось, что отчаявшаяся найти своё счастье кассир автосалона, дала объявление в службу знакомств, где её и вычислила банда, занимавшаяся ранее грабежами, но после отсидки решившая больше туда не возвращаться и придумавшая новую схему обогащения.

Кассиршу для начала охмурили красивым ухаживанием, а потом, после первого её участия в передаче данных продавца машины, ей объяснили, что теперь они в одной связке и, если кассир только дёрнется в сторону, её уберут как ненужного свидетеля. Кассир дрожала и поставляла сведения. Об истории с девочкой ей не рассказывали из-за боязни – что она всё-таки не выдержит и пойдёт в полицию, поэтому она думала, что всех детей возвращают родителям живыми и невредимыми, и совесть её хоть и мучила, но до обращения в полицию не доводила.

Как выяснилось, банда промышляла так в течение года, ограбив не один десяток семей, и собиралась и дальше этим заниматься и, чтобы не попасться, тщательно отслеживала все передвижения родственников похищенных. И, когда выяснилось, что родители девочки обратились в полицию, то сделав несколько фотографий ещё живой девочки в коконе, бандиты решили использовать эти фотографии в дальнейшем для устрашения особо несговорчивых, им оставалось только дождаться когда в местных новостях промелькнёт сообщение, что нашли тело девочки. К счастью, полиция не стала рисковать и обратилась к нам.

Кстати, практически всем пострадавшим, давшим официальные показания, удалось вернуть отданные похитителям деньги, потому что бандиты тратили деньги только на продукты, решив не светить большими деньгами, и ждали когда наберётся достаточная сумма, чтобы уехать в другой регион и там вложить их в прибыльное дело.

Владелец автосалона умолял не сообщать для широкого круга общественности, название салона, который был замешан в похищениях, и мы пошли ему на уступки в обмен на возвращение моего автомобиля.

Причём, впопыхах оформления этого дела, у меня забыли забрать уже отданные мне за автомобиль деньги. О чём я вспомнила только когда утром, собираясь в магазин за продуктами, наткнулась в коридоре на пакет, в котором эти деньги и лежали. Помечтав о море, я вздохнула, подняла пакет и повезла его на такси владельцу автосалона.

Объяснив ему в чём дело, я столкнулась с абсолютным непонимание со стороны владельца, который впихнул назад мне этот пакет и сказал, что это премия за то, что я почистила ряды его сотрудников.

Пришлось везти пакет назад, но зато я, в знак благодарности, раскрыла ему одну хитрую схему, которую использовали его сотрудники, обкрадывая покупателей и продавцов машин, которые кляли за это свою невнимательность и хозяина автосалона, и, естественно, старались обходить потом этот автосалон как можно дальше, отгоняя от него и своих друзей и знакомых. Владелец автосалона был ошарашен такой новостью, и хотел добавить мне ещё такой же пакет, но я отказалась, чтобы меня потом не замучила совесть, мы с ней ещё и за первый пакет не рассчитались.

Незванный гость

Примчавшись домой в приподнятом настроении я, уже практически переодевшись в своё домашнее – майку и лосины, вспомнила – что промчалась мимо всех продуктовых магазинов. Собираться заново уже не было сил и я воспользовалась своей доставкой продуктов на дом – позвонила Оксане и Анечке.

Обе моих подруги, став моими секретарями, поваром и домработницей, жили в соседней от меня двухкомнатной квартире, которую я купила специально для приёма клиентов и в которой в одной комнате жили обе моих подруги и лелеяли мечту когда-нибудь купить своё жильё, откладывая на неё большую часть своего дохода, а в другой – я проводила свои сеансы гаданий.

Как своим помощницам я платила им прилично, я никогда не была жмотом, и весь мой доход мы по-честному делили на троих. Кстати о доходе.. Я уже три дня не занималась своей практикой, потому что всё моё свободное время было посвящено расследованиям похищений детей. И, кстати, о том самом доходе – сейчас как никогда остро встал вопрос – делить мне на троих мою не совсем законную премию в виде пакета с деньгами или нет?

Оксана и Анечка, получив от меня на карту деньги на продукты и указания чего купить – "что-нибудь пожрать", уже через сорок минут притащились с полными сумками ко мне на кухню и стали их разбирать. Открыв холодильник они синхронно тяжко вздохнули и взялись за обед.

– Девочки, что у нас там с клиентами? – пыталась подлизаться я к ним.

– С какими клиентами? – сделала круглые глаза Оксана. – Ты же сейчас в гос органы ушла, вся в делах, мы всем и отказали.

– Реально всем? – испугалась я.

Девочки вздохнули.

– Ну а как-то на сегодня можно кого-то записать? Ну, по старой дружбе? – залебезила я, давая подругам возможность выпустить пар и вернуться к делу.

Анечка вздохнула, принесла ноутбук и открыла сайт. На всю середину страницы висело объявление – "по техническим причинам предсказательница временно не принимает".

Я посмотрела на Анечку глазами кота Шрека и она открыла календарь с записавшимися.

– Выбирай. Только учти, из-за того, что тебе было не до нас три дня, нам теперь нужно принимать первых записавшихся пораньше, чем тех, кто был записан на сегодня. И как-то дальше выровнять эту запись.

– Это что, мне теперь целыми днями гадать и гадать? – чуть не завыла я.

Подруги синхронно пожали плечами.

– Ладно, давай перезапиши как-нибудь самых страждущих, может быть кому-то неудобно будет и он отсеется. – со вздохом предложила я, в тайне надеясь что отсеется большая часть записавшихся.

Наивная! Не отсеялся ни один, наоборот, записавшихся стало ещё больше, видимо, прошёл слух, что я в любой момент могу перестать принимать клиентов, и люди кинулись обзванивать своих подруг. Посмотрев на время первой сегодняшней записи, я поела Оксаниного борща, пюре с котлетой, потянулась и пошла переодеваться в гадалку Кристианну, кроя мысленно не совсем цензурными выражениями и самого Русова и всю свою новую контору с их "гибким графиком"!

День пролетел незаметно, я снова окунулась в свою любимую работу и теперь из-за пропущенных дней мне пришлось принимать клиентов до самой ночи, благодаря Анечке, которая продлила время окончания приёма с 16 до 21.

Единственный перерыв в десять минут я потратила на то, что сбегала к себе домой выпить чаю, потом, возвращаясь назад, оглядела лестничную площадку в поисках соседей и никого не увидев, подтянула сползшие чулки и, сняв парик, с наслаждением почесала вспотевшую макушку.

Вымотавшись и чувствуя себя как выжатый лимон, я проводила последнюю (на сегодня, тьфу-тьфу-тьфу) клиентку и пошла к себе домой. Зайдя в свой коридор я сняла парик, достала платок и стала двигаться в сторону кухни, на ходу стирая грим с лица и мечтая только быстро поужинать, ополоснуться и спать.

Подойдя к двери кухни я застыла от увиденного – у нас в гостях сидел Роман Русов и уплетал котлеты со скоростью год не видевшей еды акулы, а напротив него сидела Оксана и с непередаваемой нежностью смотрела на него во все глаза, явно получая огромное эстетическое наслаждение.

– А?? – спросила я девочек, обводя рукой с зажатым париком пространство кухни, понимая что это был мой ужин.

– Я сейчас тебе быстренько омлетик замучу! – попыталась подлизаться Оксана, зная что я в голоде страшна. – Или лучше блинчики! – поспешила исправиться она, видя как скривилось моё лицо при слове омлетик.

Анечка сидела в углу диванчика и что-то там натыкивала в своём ноутбуке, делая вид, что она не имеет никакого отношения к нахождению Русова в моей квартире.

Я, обиженная таким приёмом, и думая – что же надо от меня этому противному Русову, пошла и им всем назло полезла в душ. Выйдя оттуда через десять минут я была поражена до глубины души – Русов добрался и до блинчиков. Хорошо что хоть Оксана не остановила их производство, а то бы скандал на сегодня был бы обеспечен им обоим. До Русова бы я не добралась, так как я его побаивалась да и вообще.. Но Оксана бы точно получила свою порцию моего недовольства.

– Вы с какой целью у меня в гостях? Просто пожрать приехали? – решила я уточнить, глядя как Русов откинулся на спинку диванчика и пытался продышаться.

– Нет, просто ты на телефон не отвечала, мы его геолокацию пробили – ты дома, а трубку не берёшь, меня и послали разобраться, мало ли чего случилось.

– Я приём вела. А телефон я туда никогда не беру. Отвлекает. – хмуро ответила я и подтянула к себе тарелку с блинчиками и сметану.

– Интересно, а как нам тогда до тебя добраться, если ты нам срочно будешь нужна? – возмутился Русов.

– Все вопросы через секретаря. – мотнула я головой в сторону Анечки.

– Но пока мы через неё до тебя доберёмся, может быть уже поздно будет! – возмутился Русов.

– Когда я ем, я глух и нем! – буркнула я, давая понять – что разговор окончен.

Русов возмущённо запыхтел, Оксана и Анечка, скромненько сидевшие на краю диванчика у окна, прижались друг к другу и старались дышать через раз, чтобы моё недовольство их излишним гостеприимством не выплеснулось и на них.

Русов же в буквальном смысле заглядывал мне в рот, с горьким сожалением провожая туда каждый блинчик, особенно последний. Меня такие взгляды не пробирали, особенно, когда я была в гневе, поэтому последние два блина я уже еле запихнула в себя, но оставить их на тарелке на растерзание Русову не смогла, наслаждаясь хотя бы маленькой, но местью!

– Всё? – уточнил Русов, видимо имея в виду возможность продолжения нашего разговора.

– Всё! – буркнула я и, быстро заскочив в ванную, отправилась в спальню, видя что ни один из гостей не собирается покидать мою кухню.

Утром выспавшаяся и бодрая я поскакала в душ, потом на кухню, где натолкнулась на того же Русова, который колдовал над моей кофемашиной.

– Не поняла. – не поняла я.

– Да я вчера заболтался с девчонками что-то, поздно уже было, они меня и оставили переночевать у себя.

– У меня. – уточнила я.

– Ну да. – зловредно улыбнулся мне Русов.

– А сегодня ты не поедешь к себе потому что у тебя у соседей трубу прорвало и тебе нужно делать ремонт? Или на твоё место приедет кто-то другой? Ты что, меня за дурочку считаешь? Колись что случилось или я пойду колдовать на тебя. – разозлёно пробухтела я.

– Ты сама виновата! Что ты там наплела владельцу автосалона, за тобой хвост был, они вчера весь день караулили тебя у подъезда. – огрызнулся Русов.

– Откуда ты знаешь? – удивилась я.

– Мы, с началом твоей работы в конторе, скрытые камеры у тебя в подъезде поставили. Они показывают твою лестничную площадку и двор, на всякий случай, у нас так у всех сотрудников стоит.

– А мне не сказать было? Хамство! – возмутилась я, и покраснела, вспоминая как вчера подтягивала на площадке чулки, но Русову о моём смущении незачем знать, вот ещё! – Так и долго вы будете устраивать засады у меня в квартире? – стараясь принять индифферентный вид, поинтересовалась я.

– Пока не выясним что стоит за этим интересом к тебе владельца автосалона.

– Так может, проще его прижать к стенке и выпытать что ему надо, чем караулить его у меня в квартире? – разозлилась я.

– Пытки запрещены Конвенцией 10 декабря 1984 года. А мы соблюдаем закон.