Взор Талимана

– Останься здесь и стереги их, а я найду хижину Крагона. – Илая чувствовала, что сейчас напоминает сумасшедшую. Всклокоченные волосы, лихорадочный блеск в глазах, вызванный бессонницей, пылающая, почти всегда красная кожа и наверняка залегшие под глазами темные круги.

– Я пойду с тобой! – твердо сказал Рав.

– А они?

– Насколько я понял, кроме тебя никто не способен причинить им вред. – Тавр вынул из-за пояса топор и дал понять, что решение принято и отступать от него он не собирается.

– Хорошо, но топор тебе пока не пригодится. Сначала нам нужно попасть в «святая святых» нашего клана. – Илая повела тавра прочь из дома, размышляя о том, что, прежде всего, нужно отыскать мать Мины и найти те самые писания, где говорится о том, как отыскать хижину.

– Это что-то такое, где хранится ваша чудовищная магия? – изумился Рав.

– Нет. – Илая вовсе не обиделась на слово «чудовищная», поскольку это не прозвучало, как оскорбление, скорее как благоговение. – Библиотека.

Илая засмеялась бы, если бы могла. Лицо тавра забавно вытянулось от разочарования. Девушка не стала больше задерживаться. Она бросилась к дому, где прежде жила Мина. Ночь стояла непроглядно темная, и это существенно замедляло их. Семья жены ее друга жила скромно, и дом их стоял на отшибе. Илая хорошо понимала, что сейчас глубокая ночь, но все равно усердно колотила в дверь. Довольно долго никто не отвечал и Рав решил прийти ей на помощь. Одним уверенным ударом он заставил дверь распахнуться, и Илая посмотрела на него с упреком, на что тавр лишь пожал плечами.

– Клоди! Ганри! – громко позвала она родителей Мины, но никто не ответил ей. – Странно. Сейчас ночь. Куда они могли деться?

– Согласен, в свете последних событий, выглядит довольно странно.

Жуткое предчувствие заставило девушку содрогнуться, и она бросилась в дом Мики. Там их с тавром ждала такая же пустота. Они снова посетили дом Сии, но и там никого не оказалось.

– Где они все? – ужаснулась Илая, совершенно ничего не понимая.

– Уверен, мы разберемся в этом, – сказал тавр, выводя Илаю наружу. Пустые стены и его беспокоили. – Где твоя библиотека? Может, там мы найдем ответы.

С меньшим энтузиазмом девушка вела друга по ночному поселению, размышляя о том, что ждет их в обители знаний, а так же о том, что она совершенно не представляет, где искать нужные писания. Старая скрипучая лестница подняла их к дверям библиотеки. Илая так давно здесь не была. Какое-то время, когда Ваху еще не считал ее совсем безнадежной, маги – учителя занимались с ней здесь. Она помнила запах старых книг и волшебных чернил, которыми они когда-то были написаны. В юности она считала это место особенно волшебным и горько сожалела, что утратила позволение бывать здесь. Маги опасались, что вычитав что-нибудь без их ведома, она причинит кому-нибудь вред. Прежде чем открыть двери, Илая тяжело вздохнула.

Библиотека не только была пугающе пустой, но и находилась в полном беспорядке. Многочисленные книги и свитка валялись на полу, столах и креслах. Казалось, что их все выпотрошили в поисках чего-то важного. Мать Мины – Клоди, не могла сделать этого, поскольку, как и все с почтением относилась к этому месту.

– Ого, – присвистнул Рав, – а вы любите это место.

– Не ерничай, – попросила Илая. – Сам же видишь, что кто-то искал здесь что-то.

– Или наоборот пытался скрыть, – согласился тавр.

Илая изумленно посмотрела на него, понимая, почему Элиопа частенько подтрунивает над другом. Редко, но все же он заставляет свои мозги работать и относиться к чему-то серьезно.

– Ты думаешь кто-то нарочно сотворил это, чтобы мы не нашли нужных книг?

– Думаю, их здесь уже нет.

– Но как мне отыскать хижину старого колдуна? – Илая в отчаянии села в ближайшее кресло.

– Маг у нас ты, подумай. – Тавр осторожно переступал через, разбросанные повсюду бумаги и осматривался. – Возможно немного пораскинув мозгами, ты выйдешь на след.

В голове Илаи кружились последние слова Рава, как навязчивая идея, не дающая покоя. Он поднимал книги с пола и складывал на широком столе, бережно закрывая их и стараясь не повредить. Илая встала и нервно заходила по комнате. Что-то разъедало ее и жутко злило. Она чувствовала, что что-то упускает. След!

– След! Точно! Рав – ты гений, – воскликнула она.

– Я знаю. Можно и не восторгаться так явно. Я скромен, если ты не заметила. – Илая готова была расцеловать его.

Она бросилась помогать ему, собирать книги.

– Я конечно полностью согласен с тобой, что мой ум незауряден, но не могла бы ты уточнить. Моя гениальность в том, что я решил собрать книги? – Лицо Рава выглядело настолько комично, что Илая едва удержалась, чтобы не рассмеяться.

– Ты сказал гениальную фразу! – пояснила она. – Я могу выйти на след древней магии. Помнишь, Каалла сказала, что маг, сотворивший мор, оставляет ощутимый след?

Рав неуверенно кивнул, явно пытаясь отыскать в своей голове слова богини.

– Так вот, когда-то давно, когда я еще изучала свои только открывшиеся силы, маг-учитель показал мне одну книгу, в которой говорилось как раз о том, как научиться ощущать чужую магию. – Илая продолжала перебирать фолианты, в поисках нужного. – Прежде я так и не научилась этого делать, и мы знаем почему. Но сейчас, я владею своей магией лучше и могу попробовать снова. Я должна отыскать след, ведущий в хижину. Ведь оттуда зло распространяется по Талиману.

Рав мгновенно все понял.

– Что мы ищем? – спросил он.

– Это небольшая книга в старом темно красном кожаном переплете. На ней закреплен амулет в виде головы Муаллы. Этот амулет помогает усиливать ощущения.

Некоторое время прошло в тишине, пока Илая и Рав увлеченно разыскивали книгу. Девушка время от времени бросала взгляд на тавра, терпеливо помогающего ей. Она снова радостно ощутила уважение к этому мужественному человеку, который ни разу не пожаловался. Он полностью доверился ей. Спустя пару часов возглас тавра заставил её оторваться от собственных поисков.

– Илая! Кажется, я нашел. – Он держал в руках ту самую книгу, о которой говорила девушка.

Илая взяла ее в руки и на миг вспомнила, как девчонкой ненавидела эту книгу. У неё ничего не получалось, а маг-учитель раз за разом заставлял ее повторять упражнение. Ей пришлось потратить немало времени, чтобы вспомнить, как именно использовать заклинание. Илая отбросила все тревоги, сомнения и страхи. Попыталась не обращать внимания на ужасное самочувствие и коснулась рукой головы богини.

Девушка вспомнила слова Элиопы о том, что ее магия это часть ее самой, что она должна позволить ей плавно протекать по венам, что Илая управляет ею, а не наоборот. Она ощутила легкое покалывание на коже и позволила магии распространиться дальше. Маг-учитель говорил, что стоит только подумать о том, что именно хочешь отыскать, как сердце откликнется и поведет вперед.

Илая распахнула чуть прикрытые глаза и встрепенулась, чувствуя, куда увлекает ее след.

– Пойдем, – сказала она и бросила благодарный взгляд на книгу.

Они неслись по лесу, вдыхая предрассветную свежесть. Илая и Рав оказались в той части земель Каллима, куда гниль еще не добралась, словно темная магия защищала свои владения. В этих местах Илае не приходилось бывать. Она всегда думала, что здесь ничего нет кроме леса, а самые живописные места были в направлении Мирного утеса, где они с Микой тренировались.

Илая четко видела след, ведущий в глушь. Некоторое время они бежали, но чуть позже деревья стали плотнее, листва гуще.

– Такое ощущение, что все вокруг гниет, а это место только расцветает, – поразился Рав, отмечая ту же особенность, которая беспокоила и Илаю.

– Возможно, так и есть.

Чем ближе они подходили, тем отчетливее был след. Илая ощущала его мощь, от которой мурашки разбегались по коже и волосы вставали дыбом. Что-то темное и зловещее дышало в этом лесу.

Наконец, они вышли к небольшой хижине, освещенной со всех сторон первыми рассветными лучами. Домик не казался мрачным или покинутым.

– Может не стоит торопиться? Вдруг там кто-то есть. – Рав осторожно следовал за подругой, сжимая в руках заранее приготовленный топор.

– Там никого нет, – ответила она и, заметив его вопросительный взгляд, пояснила. – Я чувствую.

Дверь легко поддалась и открылась без скрипа. Внутри было чисто и уютно. Илая неуверенно осмотрелась, отмечая вполне удобную мебель и отсутствие пыли.

– Мы ищем ход? – спросил Рав, тоже всматриваясь в обстановку.

– Да или что-то похожее на него. – Илая продолжала прислушиваться к своим ощущениям. Она медленно шла по следу, чувствуя, как он становится плотнее и ярче. Ей показалось, что одна из стен словно колышется и девушка подошла ближе.– Здесь что-то есть.

Илая ощутила легкую вибрацию у стены и медленно протянула руку.

– Погоди, дай сначала я. – Рав решительным движением отодвинул Илаю и сделал шаг, прежде чем она успела его предостеречь.

Стена молниеносно отшвырнула тавра в другой конец комнаты, и он с грохотом обрушился на стулья у окна.

– Рав! – Илая подскочила к другу и помогла подняться на ноги. – Здесь магическая защита. Человеку, даже такому сильному, как ты, она неподвластна. Я попробую ее разрушить.

– Как?

– Пока не знаю, – честно призналась она. – Возможно, стоит обратиться, как это было с защитой в племени филинов? Или запустить в неё вихрь?

Илая предприняла несколько попыток. Она перевоплотилась в зайца, а потом швыряла вихри в стену, но ничего не помогло. Рав сидел на кровати и наблюдал за ее попытками. Илая разочарованно топнула ногой и в приступе отчаяния сформировала невероятных размеров вихрь.

– Ты уверена, что он не разнесет этот дом в щепки? – скептически поднял бровь тавр.

– Нет, но я просто не знаю, что еще сделать. – Илая бросила клубок магии в стену.

Удар получился поистине сокрушительным. Взрывная волна отбросила и ее саму и тавра далеко вглубь хижины. Илая с трудом поднялась, чувствуя, что к ее итак незавидному состоянию добавятся еще и огромные синяки и ушибы. Однако поднявшись, она с удовольствием отметила, что это было не зря. За магической защитой оказалась обычная деревянная дверь, в которую и вошли друзья. Вниз уходила довольно крутая лестница, ведущая в полную темноту. Рав вернулся за факелом, и снова отстранив Илаю, зашагал первым.

Спускались они довольно долго. Ход был мрачным, холодным и сырым. Кое-где над головой висели настоящие полотна из паутины. Как только спуск закончился, тавр настороженно замедлился. Они осторожно продолжили путь по узкому коридору, в конце которого мелькал тусклый свет. Из главного коридора выходили несколько других тоннелей, ведущих в полную тьму.

– Что за чертовщина?! – замер на пороге тавр.

Илае пришлось встать на носочки, чтобы выглянуть из-за его плеча и рассмотреть, что же так удивило ее друга. Помещение было просто огромным и в меру освещенным. Бросив лишь один взгляд, сразу становилось понятно, что это пристанище мага. Книги, травы и магические предметы, а так же запах, сладковатый и немного навязчивый. Но Рав смотрел не на это. Под потолком висели четыре клетки, в которых полусидели и полулежали люди. Илая резко оттолкнула Рава и кинулась к одной из них.

– О, справедливая Муалла! – сама того не желая, взмолилась она, хватаясь за свисающую руку друга. – Мика!

– Он жив, – сказал Рав, приложив палец к шее мужчины. А потом повторил то же самое с девушкой, лежащей рядом. – Она тоже.

– Мина. – На глазах Илаи выступили слезы. – Они словно побывали в магической битве! Кто мог сделать это с ними?

Вопрос не требовал ответа, она и сама знала. Возможно все это ее вина. Когда Илая уходила в этот ненужный поход, она попросила друзей выяснить все о том, кто пытался ее убить. Мучимая подозрениями она шагнула к другой клетке и обнаружила там родителей Мины. В третьей сидела Минат, жена ее отца. Четвертая клетка пустовала. Все пленники были словно в забытьи, без сознания.

– Ты можешь им помочь? – спросил Рав.

– Я не знаю, что с ними, – растерянно сказала девушка. – Что если я сделаю только хуже? Но и оставить их так я не могу.

Илая смотрела на друзей и беспокойно озиралась, пытаясь найти выход.

– Нам придется вернуться, Илая, – сказал Рав и, предупреждая ее возмущенный возглас, продолжил. – Они живы, это главное. Тот, кто заточил их, похоже, не собирался их убивать. Сейчас помочь им мы не можем. Давай вернемся в твой дом. Вот– вот вернется Элиопа с отцом и моими родителями. Все вместе мы перенесем их в безопасное место.

– А что если мы опоздаем?

– Не опоздаем. Нам необходимо понять, кто затеял все это! А в этом нам может помочь только Ваху и его сознание. – Рав рассуждал здраво, но Илая передать не могла насколько тяжелое решение ей приходилось принимать.

Она подошла к клетке и снова взяла Мику за руку. Кожа была теплой, но девушка ощущала магическое покалывание на его пальцах.

– Подожди немного, я вернусь за вами. Обещаю. – Илая понимала, что если подведет друга, то никогда не сможет себя простить.

По дороге обратно она в голове перебирала все возможные варианты, но ни один не подходил. Сломать замки они, конечно, смогли бы, не сразу, но все же. Даже обратившись медведем, Илая не смогла бы нести больше одного человека. А значит, им с Равом пришлось бы возвращаться еще раз. Это колоссальная потеря времени и огромный риск. Сердце болезненно сжималось от мыслей об этом. Обратиться за помощью в клан? Они не станут ее слушать.

Ваху и Лита были всё в том же положении, когда Илая и Рав вернулись в дом главы клана. Девушка устало опустилась в кресло Ваху и прикрыла глаза, молясь о том, чтобы ее подруга поскорее привела подмогу.

– Поспи немного, – сказал тавр, спустя пару часов томительного ожидания и бездействия. – Я буду на чеку.

Илая понимала, что не уснет, но все равно благодарно улыбнулась, прикрывая глаза. В этот раз она явно просчиталась. Сон пришел к ней нежданно и был очень коротким и очень тревожным.

Она оказалась на мосту, где Киран впервые спас ей жизнь. Магические птицы налетали с новой силой, а она прикрывала голову руками. Все было почти так же, только она слышала не голос барса, а совсем другой:

- Ты получила несколько подсказок за время своего путешествия, нужно лишь разобраться в них и найти истинно виновного.

- Вернувшись домой, ты будешь слепа и сердце твое останется глухо к голосу разума, это и решит судьбу Талимана.

Илая была в ванной и снова птица пытается ее убить. Сквозь толщи воды, она слышит слова:

- Не верьте ей…

– Все не случайно…, мы все замешаны…, наша смерть не случайна…

– Не верьте ей…

Илая в комнате, где Элиопа пытается помочь прогнать кошмары.

– Разве не говорил я тебе, чтобы ты задумалась о том, что тебя хотят убить?

– Это ты живешь среди магов, подумай хоть немного! Может, есть кто-то, кто знает о снах больше чем ты?

Голоса Кааллы и Кирана сменяют друг друга и крутятся в голове снова и снова. Птицы кружат над головой.

– Сия!!! – шепчет она, болезненно выдыхая.

– Именно,– слышится голос Кирана в ответ.

Илая резко вскочила с кресла и осознала, все, что должна была. Все то, что так упрямо не хотела замечать. Кто же ещё мог так просто проникнуть в ее сны? Кто был настолько близко к ней, чтобы добраться до сновидений? Илая мучительно зажмурилась, чувствуя, как сердце заныло. Ей ужасно не хотелось верить своим собственным догадкам. А ведь Каалла была права, подсказки попадались ей довольно часто, но слепое сердце не замечало их.

Илая осмотрелась в поисках тавра, но к своему удивлению не нашла его поблизости. Решение, которое она приняла, необходимо было обсудить с кем-то, и на данный момент у нее остался только Рав. Илая металась по залу, кусая губы и заламывая руки, однако довольно быстро устала и тяжело опустилась прямо на пол, стараясь выровнять дыхание. По словам Муаллы тот факт, что она так и не выпустила души, может плохо для нее закончиться. И начало этого «конца», похоже, уже наступило. Душевная боль и сердечные терзания немного заглушили физическое недомогание, но теперь его все труднее было терпеть. Несмотря на то, что за окнами уже стоял новый день, в зале царил полумрак, разбавленный лишь тусклым светом факелов. Илая смотрела на отца и сестру, чувствуя, как чудовищная боль от предательства расползается темным туманом, заполняя собой душу.

Она всегда была одна, так или иначе. Очень страшно осознавать, что все, что ты считал важным и дорогим, вмиг становится обманчиво чужим.

Тяжелая дверь еле слышно отворилась, и на пороге показался Рав, за которым последовала Элиопа. Илая облегченно выдохнула, прикрывая глаза и поднимаясь на ноги. Как только она снова их отворила, то увидела, что это еще не все гости. Куннка привела всех: Микона, Руана и Лиру, Луаноса и его старшего сына Шиаса. Последними в зал вошли Киран и Курт.

Сердце Илаи дрогнуло, когда глаза Кирана нашли ее лицо и внимательно его изучили. Окончив беглый осмотр, барс посуровел. Илая понимала, что так он старается скрыть свою тревогу за нее. Выглядела она, похоже, не самым лучшим образом. Неуверенно, девушка перевела взгляд на Курта и встретила теплые глаза, наполненные истинной любовью. Илая не могла оторваться от лица человека, который был ее настоящим отцом. Она увидела все в его глазах: любовь, сожаление, горечь, боль и бесконечную преданность. Никто не осмелился потревожить этого безмолвного воссоединения. Илая так устала сдерживать свою боль и находиться в сокрушительном напряжении, что сама не заметила, как по щекам покатились слезы. Ощущения полного одиночества и собственной ненужности, которые терзали ее столько лет, вытекали из глаз, прокладывая дорожки на пылающей коже. Курт сделал шаг вперед, но девушка резко отвернулась и рукавом стерла слезы. Не время сейчас. Она еще успеет поговорить с ним.

– Пробуди его, – сказала она Элиопе. – Пробуди их обоих.

– Но…, Рав сказал…, – Куннка перевела взгляд на тавра, который тоже недоуменно смотрел на Илаю.

– Я думал, она просто должна заглянуть в его сны. Разве нет? – спросил он.

– Уже нет, – ответила девушка и подошла к куннке, чтобы заглянуть ей в глаза. – Верь мне. Только пробудив его, я смогу, наконец, узнать все.

Элиопа внимательно посмотрела на подругу, вероятно решая, стоит ли довериться той, чьи руки судорожно дрожат, глаза воспалены до жуткой рези, а волосы всклокочены.

– Я верю, – кивнула куннка, приняв решение.

Она подошла к телу отца и глубоко вдохнула. Девушка повела шеей, разминая ее и готовясь зачаровывать сны главы клана Каллима. Глаза ее медленно прикрылись, а потом так же медленно открылись. Они уже не были человеческими. Глаза рептилии, издающие слабое зеленоватое свечение смотрели на Ваху. Ровный голос прокатился по залу, произнося непонятные остальным слова. Тело Ваху резко содрогнулось, но больше ничего не произошло. Элиопа изумленно посмотрела на мага, распростертого перед ней, и сказала:

– Это займет больше времени.

Несколько раз куннке пришлось повторить заклинание, меняя голос и его интонации. Сначала сознание Ваху никак не поддавалось чарам девушки, но терпение и настойчивость взяли верх. Глава клана открыл глаза и Киран с Шиасом успели подхватить его тело, прежде чем оно упало на пол.

– Илая! – позвал отец, но девушка не в силах была пошевелиться. – Где моя дочь?

Глава клана озирался по сторонам, и даже натыкаясь взглядом на Илаю, продолжал искать.

– Она упала в воду, – горько сказал он. – Где моя девочка?

– Ему нужно время, – прошептала Элиопа. – Он слишком долго пребывал в кошмаре и пока не осознает, что очнулся.

Илая смотрела на измученное лицо отца и понимала, что он все еще проживает эту муку. Элиопа подошла к Лите, а Илая заставила себя приблизиться к отцу.

– Отец, – неуверенно позвала она, и глаза Ваху обратились к ней. – Отец, я здесь.

Мутный взгляд долго всматривался в лицо дочери. Ваху полулежал на руках Кирана и словно не верил тому, что видит. Илая дала ему время и заметила, как спустя несколько долгих минут взгляд отца начал проясняться. Он снова приобрел суровый вид, о чем возвестила хмурая складка на лбу. Сердце Илаи сжалось, когда она поняла, что прежний Ваху вернулся.

– Где она? – спросил Ваху.

– Я здесь, – печально ответила Илая.

– Тебя я вижу, – сказал Ваху. Опираясь на руку Кирана, глава клана поднялся с пола. – Где эта змея? Где Сия?

– Это я змея? – Голос Сии заставил всех повернуться. – Илая, зачем ты его пробудила?

Глаза самой близкой женщины смотрели на нее, как на предателя. Девушка всматривалась в родное лицо и вновь начала сомневаться. Ее мягкие черты и добрый голос, всегда приносили покой и умиротворение. Сия стала не просто заботливой женщиной, но и подругой для нее. Все эти годы Илая несла ей все свои переживания, тревоги и заботы. Она вверяла Сие мечты и слезы. Эту женщину любила мать.

– Я уничтожу тебя! – Голос Ваху, еще не набравший силу, прозвучал сдавленно. – Ты лживая мерзавка!

– Илая! Я говорила тебе, что он опасен. Почему ты не послушала меня? – Сия смотрела только на нее, и голос ее звучал правдиво. – Он возродил древнее зло и попытался наделить себя безграничной властью!

– Я? – Ваху изумленно воззрился на женщину. – Это я пробудил первородную магию? Остановись женщина, пока не поздно!

– Конечно, он не признает этого, – говорила Сия, приближаясь к Илае, которая усиленно вслушивалась в голоса близких. – Перед ним главы кланов. Он ни за что не признает своей вины.

– Мне нечего признавать! – Ваху говорил все тверже. – Своими обманчивыми речами ты сеешь смуту.

– Илая, – словно не замечая Ваху, продолжала женщина обращаться к ней, – посмотри на него! Этот человек мучил тебя всю жизнь! Он чудовище, жаждущее власти!

Илая сходила с ума от того, что голоса обоих несли в себе истину. Голос Сии звенел правдой и ее обвинения уже не казались настолько неверными.

– Я…, я не понимаю…

Натиск, обрушившийся на ее слух, оказался нестерпимым. Так не может быть! Они оба говорили правду! Совсем недавно она приняла решение и считала его единственно верным, но теперь сомнения вновь заставили ее медлить.

– Только ты могла проникнуть в мои сны…, – тихо сказала она.

– Неправда! Твоя сестра обладает даром впитывать чужую магию! – Сия отчаянно схватила Илаю за руку. – Лита вбирала в себя мои способности. Вот отчего я так болела. Лишенная сил, я теряла и жизнь. Только я долго не могла понять, отчего болезнь прогрессирует, и я не могу пользоваться своей магией.

Илая неуверенно перевела взгляд на приходившую в себя сестру. Она понятия не имела, что Лита обладает подобным даром.

– Теперь ты понимаешь, почему я ненавидела его? Понимаешь, почему я жажду его смерти? Зная это, ты не можешь меня осуждать.

Илая совсем растерялась, переставая опираться на слух. Она видела, как зал заполняется магами, свободно входившими в открытые двери. Главы других кланов не вмешивались в разговор. Они понимали, что решить предстоит Илае. Но как разобраться, когда один яростно нападает, а второй не защищается? Ваху лишь смотрел на Сию, прожигая взглядом. Илая чувствовала, что в его голове происходит что-то важное, важное для него. Он что-то пытался отыскать в собственном сознании.

– Дитя, – голос Луаноса вывел девушку из оцепенения, – вспомни мои слова.

– Ты обладаешь редким даром, дитя, – память услужливо предоставила ей возможность заглянуть в прошлое и вспомнить разговор в Мерцающем городе. – Не удивляйся, я вижу все твои дары. Но только твой «слух» поистине уникален. Ты еще даже не осознаешь, что он может тебе дать. Разум можно затуманить ложью, сердце само по себе глупо, но твой слух никогда тебя не обманет. Такой дар не лицемерит, он чист и пугающе правдив. Вопрос лишь в том, что ты должна научиться его использовать, уметь распознавать, что именно слышишь. Иногда все понятно и ответ приходит сам собой, ты просто знаешь и все, а порой, четко слыша эмоцию, ты не можешь разобрать ее природу. Ты не только читаешь эмоции в голосе. Ты можешь рассказать о самом говорящем, что он за человек, и каковы его стремления. Ты можешь и больше, только нужно позволить дару развиваться. Ты редко используешь его полностью, только поверхностно, стараясь не углубляться.

– Отец! – повернулась она к Ваху. – Почему вашим кошмаром стало мое падение в Приоторну?

Илая застыла, ощущая, как зал погружается в давящую тишину. Ваху не ожидал подобного вопроса, и лицо его стало растерянным. Брови его нахмурились и, казалось, что он ведет диалог у себя в голове, споря с самим собой.

– Потому что, я любил тебя…?! – сказав это, Ваху пораженно замер, словно не веря тому, что произнесли его губы. – Я любил тебя!