Месть Черной Вдовы

Глава 1. Ворон и Звездочёт

Пурпурный бархат. Не самый удачный выбор для декорации стен в обычной гостиной, где люди встречаются по вечерам, сплетничают, читают газеты, ссорятся и мирятся, любят и ненавидят, мечтают о будущем и грустят о прошлом у мирно горящего камина.

Но мы с тобой, мой дорогой Читатель, находимся в необычной гостиной. По обоюдному согласию Чёрного Ворона и Белого Звездочёта на заре начала всех времен был выбран непроницаемый пурпур – цвет волшебства.

Как оказалось, это лучшее решение для бесследного поглощения непрерывных криков и стонов жителей волшебной шахматной страны, сражающихся в вечном бою.

Мягкий бархат приглушает адский грохот, звон и скрежет погибающих империй в Стране Вечных шахмат. Поэтому ужасы непрерывной войны не беспокоят двух шахматистов, увлечённых игрой.

В один из долгих вечеров затянувшейся зимы ничто не нарушало уютной атмосферы в жарко натопленной комнате. В комнате было светло, как днем. Точно по центру высокого потолка прямо над огромной шахматной доской во Вселенской люстре яркими всполохами мерцали сотни известных и неизвестных миров.

Тихо шуршали дрейфующие айсберги Земли, шелестела ледяная пыль Млечного пути, чуть слышно звенели хрустальные россыпи пока еще безымянных звезд и планет.

В громадном Вечном Камине ярко пылали синие языки пламени, жадно пожирающие только что поверженную Вороном прекрасную страну Лавландию. В огне беззвучно плавились сторожевые башни Дома первых свиданий. С тихим треском рвались розовые нити, соединяющие влюблённых в разных мирах. Рушились мосты Объятий и Поцелуев.

Через минуту агония закончилась. Понемногу огонь потух, и вскоре не осталось ничего от чудесной страны. Плотный дождь из мертвых бабочек тихо сыпался на ещё дымящийся пепел.

Звездочёт снял запотевшие очки, устало потёр слезящиеся глаза и вытянулся в кресле. В последнее время спина болела немилосердно. Три дня и три ночи он отчаянно отбивался от наступающих сил противника, но всё-таки проиграл этот ход.

– Сегодня древние Боги на твоей стороне, Ворон, – тихонько проворчал он.

Затем склонился к небольшому резному столику рядом с креслом и налил себе новую порцию кофе из серебристого кофейника. Долго и тщательно выбирал пирожное из десятка сладостей на ажурной вазочке и выбрал шоколадное с малиновой начинкой.

– Лавландия уже давно обречена. Любовь не спасёт мир. Я говорил тебе об этом сотни раз, – самодовольно ответил Ворон.

Он протянул тощее уродливое крыло к костяной табакерке и набил свою невероятных размеров курительную трубку душистым табаком. Щёлкнул хрустальной зажигалкой и сладко затянулся.

– Любовь бессмертна. Она всегда возродится из пепла. Так было, и так будет, – сказал Звездочёт, поглядывая на зияющий чёрной дырой камин.

– Ты прав. Духи потомков твоих Великих царей пока еще сильны, но Тёмные силы не дремлют. Поверь, ты не успеешь прикончить эту порцию пирожных, как моя партия будет выиграна, – сказал Ворон, выпуская замысловатые кольца дыма в сторону жизни, уже зарождающейся в Вечном Камине на ковре из мёртвых бабочек.

Сотни поколений духов Великих царей самоотверженно взялись за привычную работу. Да, им не привыкать. Тяжёлый и изматывающий труд, после которого целыми днями болели все мышцы и кости, которые могут быть у духов.

Духи потомков Петра Первого, Александра Невского, Изабеллы Испанской, Джорджа Вашингтона, Авраама Линкольна и другие, избранные Судьбой, трудились в поте лица внутри Вечного Камина, спасая только что сожжённую страну Лавландию.

Таково было их предназначение в Книге Судеб – спасение гибнущих империй. Великая шахматная партия должна продолжаться, пока кто-нибудь из Тёмных или Светлых сил не будет достаточно силен, чтобы разорвать крепкие звенья цепи в Кольце Равновесия.

Пока этого не случилось, миллионы лет дымится серебристый кофейник Белого Звездочёта и кружатся, исчезая под потолком, кольца из трубки Чёрного Ворона.

Миллионы лет империи Тёмных Разрушителей и Светлых Мирозданцев сражаются и погибают, чтобы вскоре вернуться из огня и построить свой мир заново – уже на новой клетке волшебной шахматной доски.

– Принцессе Лии придется туго посреди твоих гниющих болот. Боюсь, её нежная кожа покроется зудящей чесоткой, если Бешеные Болотницы атакуют её во время утренней прогулки. Так жаль, ведь она такая красивая девушка, – озабоченно сказал Звездочёт, хмуро вглядываясь в очертания проявляющихся линий на шахматной доске.

В замечательной стране Лавландия жили очень милые жители – Светлые Мирозданцы, ответственные за любовь, сочувствие, милосердие и прочие нежные эмоции в многочисленных мирах во Вселенской люстре.

Маленьким островным государством в форме сердечка управляла королевская наместница Принцесса Лия. Каждый раз, когда Ворон наносил удар, мёртвые бабочки, как символ сгоревшей любви, покрывали выжженную землю.

Жители, привычные к периодической гибели своих с любовью выстроенных домиков, магазинчиков и мостов, пережидали апокалипсис в подземных пещерах. Затем духи потомков Великих царей подавали знак о спасении, и Лавландцы принимались за грандиозную стройку. За пару недель они восстанавливали посёлки и города на новой земле, где им суждено было жить, согласно правилам игры, вплоть до нового разрушения.

Сейчас страна снова медленно возвращалась к жизни в самом глухом углу игрового поля. Теперь вместо живительных соленых вод Моря радости, её окружали со всех сторон жуткие топи, пропитанные смертоносным воздухом и населённые весьма вредными тварями Бешеными Болотницами.

Лавландцам придётся хорошенько позаботиться о своем здоровье в этих болотных краях. Ведь без их участия люди на Земле перестанут влюбляться, в кольце Сатурна оборвется эстафета взаимопомощи, а в далёком спутнике Меркурия умолкнут песни матерей, пытающихся уложить спать своих непослушных детей.

Кто и когда придумал такие правила игры – никто не знал. Ворон и Звездочёт по старости лет уже и не помнили, с чего все началось, но хорошо знали эти правила. Они отлично понимали, что кофе всегда должен быть горячим, табак и пирожные свежими, а Вселенская люстра из сотен далеких миров всегда должна быть яркой.

Вселенская люстра миров должна хорошенько освещать для игроков поле великой битвы между теми, кто когда-то создал и поклялся вечно хранить эти миры, и теми, кто миллионы лет пытался их разрушить.

Глава 2. Лиза

Лиза стояла на самом краю скользкого парапета Исаакиевского собора и смотрела на мерцающие огни ночного Санкт-Петербурга. Ледяной ветер больно хлестал прямо в лицо, отчаянно пытаясь сбросить вниз на бездушные камни продрогшую до костей девушку, прежде чем она сама решится сделать свой последний шаг.

– Как я здесь оказалась?

Суровые каменные ангелы собора безучастно промолчали в ответ.

В огромном мегаполисе жизнь протекала своим чередом. Ночные гонщики привычно носились по Невскому проспекту. Полицейские машины привычно носились за гонщиками. В ночных клубах и барах мужчины и женщины охотились друг на друга, чтобы провести ночь вместе и наутро расстаться без надежд и сожалений.

Где-то в эту минуту в муках рождались дети, в горьком одиночестве умирали старики. Каждый проживал, как умел, свою маленькую жизнь, и никому не было дела до отчаявшейся неудачницы, балансирующей на скользком парапете Исаакиевского собора.

– И всё-таки, что я здесь делаю?

Свинцовое питерское небо ничего не ответило.

Отрывки смутных воспоминаний выжигали огненные полосы в замутнённом сознании.

Отчим, придя с работы, часами сидит в компьютере и играет в свои бесконечные компьютерные игры. Мама, кое-как побросав посуду в посудомойку, бесцельно зависает в социальных сетях.

В последнее время в доме стояла гробовая тишина. Взрослые уже давно не общались друг с другом и с Лизой. И, конечно, они ничего не знали о её беде.

А беда была в том, что Лиза никак не могла найти себе места в этом, как казалось, враждебном ей мире. Все больше и больше она чувствовала оторванность от реальности и убивающее её одиночество.

С детства она зачитывалась приключенческими романами и грезила рыцарскими сражениями. Она хотела быть такой же прекрасной леди Ровеной, чтобы за её сердце сражался доблестный рыцарь Айвенго. Смелый, решительный, сильный и успешный мужчина.

Но горькая правда жизни была в том, что за её сердце не сражался Никто и Никогда.

Да и было бы за что сражаться? С виду Лиза была неприметной, маленькой рыжей девушкой с яркими веснушками на бледном лице. Старомодная коса за спиной и полное отсутствие косметики никак не украшали её скучный образ. Стеснительный ботаник, она годами отрешённо обитала в своих вымышленных мирах, в то время как её сверстницы расхватывали женихов еще в институте, как горячие пирожки.

С ранних лет многочисленные бабушки и тетушки ей внушали, что скромность – это главное достоинство для девочки. Всю свою сознательную жизнь она прятала красивые от природы изумрудные глаза за суровыми очками в роговой оправе, а тонкую изящную фигуру нещадно заматывала в бесформенные балахоны и деловые костюмы.

Будь умницей, будь отличницей, и будешь счастлива, говорили ей. Два высших образования: блестящий финансовый аналитик и талантливый программист. Кроме того, фанатка восточных единоборств, военной стратегии и истории искусств. И что в итоге? Полный провал в личной жизни. Тридцать шесть свиданий за последний год. И ни одно первое свидание не стало вторым. Есть от чего взвыть от тоски в свои неполные двадцать пять лет. Да еще и финансовые проблемы настигли её в самый неподходящий момент.

В обеденные перерывы на своей ненавистной и скучнейшей работе в офисе огромной корпорации по производству детского питания она придумала и разработала гениальную, на её взгляд, компьютерную игру «Путь воина». Она взяла приличный кредит на её продвижение в сети, но так и не смогла продать ни единой версии игры за целый год, так как не обладала бульдожьей хваткой своих конкурентов и постоянно терпела фиаско на любых переговорах с клиентами.

Настало время отдавать кредит, а денег совсем не было. Друзей, чтобы занять в долг, тоже не было. У родителей таких денег тоже не было – это она знала наверняка. Коллекторское агентство доставало её весь последний месяц. Мужчины, который мог бы протянуть ей руку помощи, – не было, и нет. Да и откуда ему было взяться? Слишком умная, слишком серьёзная, да еще чёрный пояс по каратэ. На фига им такое счастье?

Вот так ей паталогически не везло, и однажды она решила, что выносить все это нет больше сил. Сплошные неудачи, и никакого просвета впереди. Один шаг – и она избавится от этой непутёвой жизни. И все-таки, минуточку, разве поэтому она здесь?

Ей казалось, что дело здесь нечисто. Как будто кто-то специально преследует её и подводит жизнь под смертельную черту.

Почему отчим и мама стали такими равнодушными и нелюдимыми, ведь еще недавно все было хорошо, семья как семья? До сих пор непонятно, кто оставил у дверей их квартиры загадочный презент с двумя шикарными смартфонами и годовым набором компьютерных игр? Было написано почерком Лизы, что это её подарок, но она, хоть убей, не помнила этого…

Почему все свидания проходили по одному сценарию? Знакомство через интернет, встретились в кафе, поговорили. Потом приходит сообщение на телефон: «Извини, но мы не подходим друг другу». На все её попытки позвонить и что-то прояснить каждый номер оказывался заблокированным.

Почему вместо шикарной презентации чудесной игры на её компьютере в самый ответственный момент однажды включился неизвестно откуда взявшийся порнографический клип. Потенциальные инвесторы здорово рассердились тогда и выгнали её с позором.

Почему никто не встретил её здесь, как было обещано в анонимном письме, которое она получила вчера по электронной почте: «Приходи завтра в полночь на крышу Исаакиевского собора. Дверь на крышу будет открыта. Ты найдёшь ответы на главные вопросы». Никто не пришёл, и вопросов было больше, чем ответов.

Кто и почему доводил Лизу до жизни такой? Или ей просто не везло?

– Как я докатилась до такой жизни?

Тишина. Лиза посмотрела в сторону туманной акватории Невы, словно ища ответ в тёмных водах. Тишина.

Хотя нет… Не совсем тишина…

– Фыр-фыр-фыр… шу-ууу… шуххх-шуххх… асмиляяя …бей …бей…

«Слуховые галлюцинации – первый признак безумия», – угрюмо подумала Лиза и невольно огляделась вокруг в поисках источника странных звуков.

– Шуххх-шуххх… холодно… Эй, есть прикурить?

В двух шагах от неё, свесив костлявые ноги с парапета, сидела древняя египетская мумия, зябко кутаясь в нечто, подозрительно похожее на холст старинной картины.

«Зрительные галлюцинации – второй признак безумия», – даже не удивилась Лиза, похоже, смирившаяся с тем, что тонкая нить реальности уже порвана, и, возможно, её уже нет в живых.

– Не курю, – устало ответила она, – простите, а вы кто?

– Я – Па-кеш. Начальник службы охраны египетского фараона и по совместительству его придворный жрец. Жаль, нет прикурить. Ужасно хочется. Я тут уже два дня торчу, все жду, когда явится Девятый вал, – ответила мумия и зевнула, с хрустом распахнув жуткие челюсти.

– Простите, но ведь я вас, кажется, знаю. Па-кеш – это тот самый, что лежит в саркофаге в Эрмитаже, – опешила Лиза.

– Как видишь, я там уже не лежу. Надоело. Никто больше не заглядывает в мои прекрасные глазницы в поисках ответов на вопросы о прошлом. Никто не восхищается волшебным цветом моих костей. А ведь это уникальный цвет ржавчины после лёгкого утреннего дождя… Надоело… Бегут, бегут куда-то. Толпы туристов бегут мимо, лишь на мгновение бросают расфокусированный взгляд в мою сторону и снова утыкаются в свои смартфоны, докладывая друзьям, как они круто проводят время в Эрмитаже. Надоело, сваливаем отсюда сегодня с Девятым валом, – проворчала мумия и поёжилась худыми плечами, кутаясь еще плотнее в обрывки старинного холста.

– Ага, ну конечно, Девятый вал. Айвазовский. Русский музей. Ему тоже надоело торчать на стене в музее? – на полном серьёзе уточнила Лиза.

– Да, верно, надоело. Говорит, что никто больше не восторгается его высотой и красотой. Слепят бесконечно вспышками своих гаджетов и бегут мимо, быстрее на Невский проспект, посидеть в кафе, выпить чашечку кофе и разослать фото всем, кому не лень, с отчётом: «Как я культурно отдохнул в музее». Гаджеты – это зло. Я уже давно это понял. Валим туда, где их нет. А ты чего здесь? Ты с нами?

– Я? С вами? – растерялась Лиза. – А куда?

– Мы направляемся в Страну Вечных шахмат. Мой бывший работодатель – фараон Древнего Египта давно меня приглашает на службу спасения погибающих империй в Вечный Камин, где он трудится уже около трёх тысяч лет. Говорит, работа сложная, но отпуск длинный и высокооплачиваемый. Можно после трудовых будней от души понежиться в сказочных водопадах Аквитании и повеселиться в огненных барах Вулкании. Все интереснее, чем терпеть равнодушных туристов, захваченных властью своих мобильных телефонов. А Девятый вал рвётся на просторы Дикого моря сражаться с Водными Гигантами, а то на них управы никакой нет. Две тысячи кораблей увели в рабство за последние десять лет…

– Все это очень интересно, – перебила Лиза, – но, кажется, мне с вами не по пути. Судя по всему, скоро появятся суровые люди в белах халатах и повезут меня в специальное медицинское учреждение. Вот туда мне и дорога.

Вдруг со стороны Троицкого моста послышался глухой, быстро нарастающий шум. Лиза обернулась и остолбенела. Сметая все на своем пути, быстро надвигалась высокая волна, в точности повторяя грозную мощь Девятого вала с эпического полотна Ивана Айвазовского.

На глазах у замерших в мгновенной пробке водителей и потрясённых туристов, слоняющихся по сонным гранитным набережным Невы, разворачивалось невиданное зрелище. Огромной высоты волна разнесла в каменную крошку крылья разведённых мостов, оказавшихся на её пути. Затем захлестнула и повалила древние статуи с дворцовых комплексов Эрмитажа, погасила пенными шапками полыхающие огни на Ростральных колоннах и утянула в страшный водоворот шпиль Петропавловской крепости и непотопляемого Медного всадника вместе с постаментом.

Каким-то необъяснимым образом все свидетели стихийного бедствия оставались целыми и невредимыми. Вода словно разбивалась о зеркальные оболочки, защищающие обалдевших людей, и не причиняла им никакого вреда, в то время как исторический центр Северной Венеции разваливался на куски у них на глазах. В бешеном кружении волны погибали молчаливые сфинксы с Университетской набережной и ничего не успевшие понять молчаливые ангелы Исаакиевского собора. Вскоре ледяная вода захватила Лизу и её странного собеседника и безжалостно потащила в чёрную воронку небытия.

«Ну, вот и конец, слава богу…», – подумала Лиза, пребольно ударившись напоследок о вытянутую руку Медного всадника.

Сквозь помутившееся сознание она увидела фантастическую картину. Тёмный рыцарь, весь в чёрном одеянии, отчаянно сражался с монстром в серых одеждах, преодолевая бурные потоки воды. Лиза отчётливо видела бездушные пустые глазницы серого монстра, его звериный оскал и длинные, покрытые серыми шрамами руки. Беззвучно сверкали в мутной воде обнажённые клинки, борьба была не на жизнь, а на смерть. Тёмный рыцарь побеждал. С диким рёвом серый монстр оставил поле боя и скрылся в волнах.

Сильные мужские руки подхватили начавшую терять сознание девушку и в кромешной тьме водной стихии потащили наверх – к спасительному глотку воздуха.

«Кофе? Обалдеть, как вкусно пахнет кофе… Сорт Робуста, средней прожарки… И руки такие сильные… Если это дорога в ад, то я совершенно не против…», – успела подумать Лиза, прежде чем отключилась насовсем, вцепившись в широкий торс своего спасителя.

Глава 3. Охота на диких зубров

По заснеженной пустыне, взрывая огромные ледяные вихри, неслась обезумевшая от ярости и боли стая диких зубров. Многие из них уже были ранены огненными стрелами с отравленными наконечниками, и брызги крови летели в разные стороны, оставляя яркие следы на белом снегу.

Двое молодых охотников, закутанные в меха с головы до пят, гнали зверя с рассвета, от самого устья замёрзшей реки. Их ручные роботы-драконы из рода Механических Монстров не знали усталости и уверенно вели обречённых зубров в ловушку – низину, усеянную стальными клинками, равнодушно глядящими в серое небо.

Несколько часов продолжалась эта жестокая травля, и вдруг случилось необъяснимое явление. Почти ослепший от безумия вожак стаи, который нёсся на всех парах, вдруг остановился как вкопанный. Десятки его сородичей со всей скорости врезались в его огромную тушу и повалились кубарем. Вожак был силён. Он стоял, как стальная гора, раздувая огромные ноздри, из которых вырывался горячий пар. Медленно развернул и наклонил он свою гордую голову и со смертельной ненавистью взглянул на оторопевших охотников. В следующее мгновение он рванулся из последних сил и накинулся в отчаянном прыжке на одного из них – тонкую, высокую женщину, закутанную в чёрные меха. Еще мгновение, и она была бы мертва, но другой охотник вовремя занёс свой кинжал и быстрее молнии вонзил его прямо между глаз дикого зверя.

…Лейла быстрым движением тонкой руки сорвала кожаный шлем с головы и нетерпеливо тряхнула гривой роскошных чёрных волос.

– Ты вовремя, милый, ещё секунда, и он разорвал бы меня на куски, – улыбнулась она своей неповторимой коварной улыбкой, убирая шлем от новой виртуальной игры «Убей зубра» в сторону.

– Запах. А вернее отсутствие его. Вот что остановило зверя. Он понял, что перед ним машина и решил, что он сильнее, – ответил высокий и элегантный молодой мужчина, ласково поправляя выбившиеся пряди со лба любимой женщины.

– Тебе нужно доработать этот момент. У твоих роботов-драконов должен быть запах. Например, немного серы и горящего масла. Тогда дичь будет их бояться, и охота будет успешной, – сказала Лейла и посмотрела своими фантастическими глазами вдаль на зеркальную гладь раскинувшегося перед ними искусственного озера.

Запах… Уже целый год, с того самого дня, как он познакомился с ней, любые запахи, кроме её духов, перестали для него существовать. Он больше не чувствовал запаха ветра и цветов, дождей и листвы. Только запах её духов – смесь дикой орхидеи и мускуса – пьянящего и лишающего воли.

Принц Айкон был потомственным правителем самой современной и продвинутой страны во всей империи Светлых Мирозданцев. Его любимая Техносфера ударом Чёрного Ворона была заброшена в опасные земли Темных Разрушителей сотни лет назад. С востока и севера тянулись бескрайние и опасные степи, а с запада и юга в хорошо охраняемые пограничные гарнизоны бились неудержимые штормы бурного Дикого моря.

За эти годы армия бездушных роботов-работяг по велению своего правителя выстроила непробиваемое защитное поле, словно стеклянный купол накрывающее маленькую страну и оберегающую её от нашествия Диких Ордынцев, – отчаянных степных жителей и неумолимых Водных Гигантов, нападающих с морских просторов.

Несмотря на изоляцию, страна процветала и развивалась бурными темпами, обеспечивая технический прогресс всех обитаемых миров, пока не появилась Она. Женщина с чёрными, как непроглядная ночь, глазами.

Он не знал, кто она и откуда родом. Он не помнил, как она появилась в его жизни, и не знал её настоящего имени.

– Сегодня называй меня Лейла. А завтра я буду Луной, – мягко говорила она, обволакивая его тягучим и сладким голосом.

Она появлялась в его покоях на рассвете с первыми лучами восходящего солнца. Стояла, улыбалась ему, покачивая обтянутыми в чёрный шелк бедрами, прижимая к упругой груди тонкие пальцы в чёрных кружевных перчатках. Загадочная женщина, Ниоткуда и Никто. Как сон, как призрак, как наваждение.

– Завтра жди меня на рассвете, – шептала она ему, исчезая, словно мираж, в тот же миг, когда последний луч света догорал за озером, и ночь вступала в свои права.

Её появления и исчезновения были для него необъяснимой загадкой. Десятки его преданных телохранителей, которые всегда находились на страже у дверей его спальни, лишь изумлённо пожимали плечами в попытках разгадать эту тайну.

Никто из них не видел, как она приходила и куда она уходит. Она словно просто растворялась в воздухе, оставляя после себя легкий запах духов, такой же сладкий, как её объятия и поцелуи.

Родные и близкие были давно встревожены состоянием Принца Айкона, которое можно было бы охарактеризовать двумя словами. Влюблён и невменяем. Принц проводил со своей загадочной возлюбленной дни напролет. Он забросил дела королевства и заботы о глубоко преданном ему народе. Министры и армия открыто выражали недовольство. Народ роптал, опасаясь, что черноглазая женщина разрушит всё, что было выстроено на протяжении столетий.

До её появления в жизни и сердце Принца страна богатела быстрыми темпами. Придворные маги-ученые, техническая элита всего королевства Светлых Мирозданцев успешно продвигали на рынки многочисленных миров все новые и новые продукты. Они честно трудились во имя технического прогресса мировых экономик, сотрудничая с теми, кто занимал важные посты в самых продвинутых компаниях всех обитаемых цивилизаций.

Техносфера стабильно получала искусно скрытый от незнающих глаз один процент от прибыли крупнейших корпораций во всех развитых обществах. Это приносило в казну Мирозданцев добрую треть всех общих доходов. Перспективы развития были радужные, пока не появилась Она. Эта странная женщина с непостижимыми чёрными глазами.

По неясным причинам были приостановлены все новые проекты в развитии медицины и генной инженерии, и было приказано сосредоточить все умы и силы на социальных сетях и виртуальных играх, которые зомбировали любое общество и все больше разобщали разумные расы.

Особым спросом стали пользоваться виртуальные игры, полностью погружающие игроков в вымышленную реальность. Марсиане предпочитали «Гладиаторские бои», жители далекой звезды Альфа Центавра поголовно были помешаны на «Подводной Одиссее», а Земляне прочно подсели на «Танковые баталии».

В обществе во всех мирах резко сократилась рождаемость, увеличился процент разводов. Одиночество стало нормой. Институт семьи рушился, как карточный домик. Искусство, религия, технический прогресс – уже ничто не интересовало и не радовало жителей обитаемых миров. Нависла угроза полного их отупения и дальнейшей деградации. И виной всему была Она. Женщина из Ниоткуда, властно пожирающая остатки разума еще вчера блестящего правителя.

Катастрофа надвигалась медленно, но верно. И никто пока еще не понимал причины происходящего. Никто ничего не понимал, кроме преданной служанки, ежедневно убирающейся в покоях Принца Айкона.