Детство, на границе СССР и 90-х

– Хорошо, иди, иди, позвоню!

Ба вернулась в дом, Катюша играла в комнате с новыми игрушками и не обращала внимание ни на что, очень увлеклась.

– Детка, ты как себя чувствуешь? Горлышко не болит?

Внучка помахала головой, показывая, что все в порядке.

А в это время скрипнула входная дверь и показались уже давно привычные желтые бантики, а только потом сама Зойка. Соседская девчушка, любимая подружка Кати пришла.

– Здласте, а Катюшя дома?

– Здравствуй, здравствуй Зоенька, дома она, проходи.

Соседка прошла в комнату и села на диван.

– Пливет! А что ты деляешь?

Но, та не ответила ничего, покачала головой.

В эту сцену вмешалась баба Вера:

– Зоя, Катюша сегодня не может говорить, голос пропал. Ты ей говори, а она или ручкой покажет, или головой махнет.

– А потему у нее голяса нет?

– Так бывает, когда сильно испугаешься.

– А она сильно напугалясь?

– Очень сильно, аж голос пропал.

– А можно мы пойдем на катели в пасадник поиглаем?

– Можно, идите, только во двор, где гуси не ходите. Играйте в палисаднике. Там конечно еще забор никто не починил. Опять поросята пролезут соседские через дыру. Но, вроде держится, все дойти никак до соседа не могу. Идите играйте! Катюша посадила куклу рядом с медвежонком на комод, взяла Зою за ручку и вместе вышли во двор. Погода стояла прекрасная, яркое солнышко светило, дул мягкий ветерок. Слышались вдалеке с полей, протяжные "Му!". Где-то кудахтали куры, будто на них напали, сурово в загоне издавал звуки Мартин "Га-га"! Где-то совсем недалеко работали трактора.

В воздухе пахло клевером, свежей травой, ароматными цветами и особой деревенской атмосферой. Катя чувствовала себя в безопасности в гостях у ба, только вот один злодей Мартин, подрывал это ощущение и во двор уже не хотелось выходить.

Девочки прошли по дорожке и свернули в палисадник, открыли калитку, расположились в песочнице. И стали с увлеченно лепить куличи.

И тут, неожиданно услышали рядом с собой гоготание, шипение. В открытую калитку вошли гуси. Катя закричала и от страха залезла на лестницу, которая стояла под черемухой, Зойка за следом. И уже вместе кричали, звали бабушку:

– Ааа, ааа, ба, Мартин опять на меня напал!

Пожилая женщина, как оголтенная выскочила из дома, увидев в окно, как дети сидят на черемухе, а внизу гуси кричат. Схватила прут и в палисадник.

– Ох, неймется же тебе Мартин, ох я тебе покажу. Как ты опять выбрался? Продам тебя "Колточихе" на суп, будешь знать. Пошли отсюда, кыш, давай.

Гуси покорно, но с горделивой выправкой отправились восвояси, при этом громко издавая "Га-га!"

Бабушка угнала их в загон, накрепко закрыла дверь.

А потом бегом бежала обратно в палисадник, чтобы успокоить детей. Они продолжали сидеть на лестнице, боялись спуститься.

– Катюша, яхонтовая ты моя, сладкая ягодка, иди скорее ко мне, не бойся, все закрыла я их на замок. Больше не тронут они тебя. Потапыча попрошу сегодня прийти забор поставить. Ты как? Голос появился? Зоюшка, ты сильно испугалась?

– Ба, а почему гуси такие злые?

– Баба Веля, мне тоже стлашно было. У нас дома нетю таких птишек.

– Они не злые, просто гусыня птенцов высиживает, а он охраняет и видит во всех кругом опасность. На меня порой крыльями машет, но я быстро прут беру и он успокаивается покорно. А ты маленькая вот он и гоняет. Зоенька, мама твоя не любит гусей по этому и не держит их. Все девчонки, успокоились, все хорошо. Враг отправлен за кордон.

Бабушка обняла обеих, посадила себе на колени, вытерла девчонкам слезы, успокоила и никакие опасности больше не угрожали.

– Мои хорошие, а пойдемте обедать, я такой вкусный борщ наварила. С сухариками да со сметанкой… мм… за уши не оттянешь. А на десерт пирог с яблоками.

– Баба Веля, а я люблю борч, он кусный, кусный!

Зоя прищурила свои большие, голубые глазки улыбнулась.

– Да, ты кулема! Кто ж борщ то не любит, все любят!

– И я люблю, ба у тебя самый вкусный в мире борщ, особенно с сухариками. Побежали скорее его есть!

Пожилая женщина засмеялась вместе с девочками, взяла их за ручки и повела в дом.

– Катюша покажи Зое, где у нас рукомойник, ручки помойте перед обедом, а я пока пойду на огород пару огурчиков сорву. Помоете как, бегите на кухню, садитесь за стол и ждите я быстро приду.

– Хорошо ба!

Девчушки весело брызгались водой, звонко смеялись, мыло выпрыгивало из рук, они его ловили, снова намыливали. Настроение немного от этого поднялось.

– Ну вот кулемы нахлюпали тут целое озеро. Ополаскивайтесь и в дом скорее идите. Огурцы помою и приду.

Так же весело, как и мыли руки дети, убежали в дом.

А через несколько минут баба Вера уже по тарелкам разливала вкусный, наваристый, ароматный борщ. Обязательно с ложечкой сметаны и укропом. Еще порезала сочный огурчик, присыпала солью слегка.

– Вот вам угощенье, первые наросли. В этом году что-то запаздывают. Ну хоть начали рост, а то уже думала солить нечего будет на зиму.

– Очень вкусный огурчик! Ба помидорчики когда будут?

– Помидоры еще рано, они только зеленые выросли, в июле, августе наедимся. Ладно кулемы обедайте, не балуйте тут. С едой не играют, поняли. А я позвоню Потапычу, пойду. И не проказничайте, а то пирог Бульке отдам, он тоже сладкое любит.

– Хорошо ба, а Бульке мы вкусный пирог не отдадим!

– Ну вот и славно!

Бабушка вышла в гостиную, а Катя и Зоя остались одни.

– Катюся, а баба Веля плавда Буйке пилог одаст?

– Нет не отдаст, это она так нам говорит, чтобы слушались. Бульке сладкое нельзя у него уши заболят.

На кухню вернулась ба, прервав разговор подружек.

– Ну что мои хорошие, весь суп съели, пирог то будете? Или Бульке нести?

– Будем, будем!

Зоя улыбалась, а Катюша хлопала в ладоши. Обед прошел в теплой, доброй обстановке, а после подружки после играть в комнату, а ба, убирала со стола.

Во входную дверь кто-то постучал:

– Тетя Вера, вы дома? Зоя не у вас?

– Наташ, дома я дома, проходи на кухню, Зоенька с Катей в комнате играют.

– Ох, хорошо, что у вас, а то уже искать собралась идти. Должна быть в палисаднике у вас, глянула, играют в песочнице, ну пошла викторию собирать. Потом смотрю нет никого, думаю, пойду посмотрю где есть да на обед позову.

– Да тут, тут. Не переживай, сама знаешь, если у нас во дворе, то куда она денется. Дети есть дети, глаз да глаз за ними, но все равно этот глаз к ним не приставишь на все двадцать четыре часа в сутки. Дела то кто делать будет, нянек у нас нет.

– Да знаю тетя Вера, вы у нас ветеран труда, после войны по распределению в наш детский садик попали работать воспитателем, цены вам нет. Я и спокойна когда Зоя у вас.

– Да было время, я тогда молоденькая совсем была, когда война началась, восемнадцать лет всего, пошла курсанткой в училище, всю войну прошла зенитчицей, ранений сколько было, как жива осталась не знаю. Но, вернулась, отправили меня сюда по распределению. Родных никого не осталось тогда, погибли. Только сестра старшая, я ее тоже сюда перевезла. Полина до сих пор с фронтовыми ранениями мается. Ни семьи, ни детей. У меня хоть сын да внучка есть. А сейчас уже столько времени прошло на дворе 1987 год.