- -
- 100%
- +
– Живите, они сказали: «Живите на 115-й», – выдохнула Ханна.
– На 115-й, так на 115-й, – словно сменив маску на дружелюбие, произнесла Марина. И пошла демонстративно проверять мониторы. – Ханне намного лучше. Показатели нормализуются, думаю, через пару дней наш боец уже будет в строю. Как себя чувствуешь, девочка?
Ханна улыбнулась, она всегда была благодарна заботе о себе.
– Странно, – честно призналась девушка. – Я как будто иначе видеть стала. Объемнее.
Чужой
Капитан взял паузу и на несколько дней закрылся в своей каюте. Ему надо было решить, что делать с мирами, если там действительно есть разумная жизнь, пусть это разумная магма или плазма, но все же она разумная. Тем более, если эта разумная жизнь сама создает миры. Он понимал, что заявить о полном провале не получится, тем более Зета-115-К вполне пригодна для жизни по всем показателям, но тогда все увидят и соседние планеты, которые надо скрыть. Значит, нужно добиваться для них статуса заповедника.
Решение было принято и объявлено экипажу. Все поддержали капитана. Тем более, что оно было вполне логично и без странного происшествия с Ханной и предположения, что существует разумная магма.
Еще полтора года ушло на дополнительные исследования, взятие проб в различных зонах, выявление сезонностей, влияние светил и многого другого.
Ханне постоянно было жарко, словно ее грело что-то изнутри. И ей все время казалось, что она не одна, что ее глазами видит кто-то еще. Но осознав отношение окружающих к ее рассказам, девушка закрылась. Она смирилась, приняла и иногда только Эввард удостаивался странных рассуждений, словно и не принадлежавших Ханне, но исходивших из ее уст.
«Кентавр» отправился в путь, домой, к материнской Земле. Они везли отличные новости о планете для жизни и двух планетах-заповедниках. Марина казалось, была равнодушна к решению руководства. Ее работа по тканям была завершена, и она ходила очень довольная, много шутила, подначивала Ханну и Эвварда сделать малыша в космосе. Ей как врачу был очень интересен этот опыт.
Три полетных года ушло на подведение итогов, полный анализ всех полученных данных по планетам.
У Ханны и Эвварда родился малыш Ален, который радовал весь экипаж. Смышленный не по годам, он понимал всё и всех с полуслова. В год уже читал книги и схемы. Марина считала, что это влияние большого объема общения с высокоразвитыми взрослыми, которые все свободное время уделяли малышу. «Это просто космический ребенок», – спорила Алисия. «Это гены…» – мягко вмешивалась Ханна и с любовью смотрела на Эвварда.
На Материнской Земле «Кентавр» встретили торжественной делегацией. Министр освоения космоса пожал руку каждому члену экипажа, произнес пафосную речь о том, что история не забудет своих героев, что они обязательно попадут в учебники, а также вручил каждому сертификат на участок с домом на Земле-3.
Звание Лорда за полет получила Марина, а также докторскую степень за исследования. А Деймосу Карашу предложили с почетом выйти на заслуженную пенсию.
– Деда, – подергал Ален за рукав седого капитана, когда все разошлись. – А зачем мы слушаем этого плохого дядю. Он хочет сломать наш дом. Они уже летят к нам.
Старик удивился:
– А где дом, малыш?
– На Земле-36, – без запинки ответил Ален. – Как Вы его называете. Но мы будем готовы.
Караш глубоко задумался. За 15 лет Земля сильно изменилась. Были приняты новые законы, сделаны новые открытия, многое из этого не приходило в новостях, и к новому распорядку нужно было привыкать. Старые друзья ушли на заслуженный отдых, и понять реальный расклад вещей становилось все сложнее.
В это время к каскаду планет Земля-34, Земля-35, Земля-36 уже 3 года летит «Руно-7».