- -
- 100%
- +
Самое большое препятствие – Страх. Самая большая ошибка – Пасть духом. Самый опасный человек – Лжец. Самое коварное чувство – Зависть. Самый красивый поступок – Простить. Самая лучшая защита – Улыбка. Самая мощная сила – Вера.
Эта книга состоит из трех глав: Диалог, Раздумья, Откровенья. Каждому найдется рассказ по душе. В этой книге моя жизнь, мои переживания, эмоции, рассуждения. Порой, я перечитываю что-то, и мне становится легче, ведь там сказаны правильные слова, которые способны подбодрить или что-то объяснить мне же, если я забыла.
Все рассказы располагаются в хронологическом порядке. Но читать можно начинать абсолютно с любого места, однако, если вы хотите понять меня как личность, то стоит прочесть все от начала и до конца в заданном порядке.
Вы увидите, как я менялась, как росла в своих мыслях, и как порой менялось мое мнение. Довольно много прошло с 2014 года, и многое изменилось во мне внутри, а ведь все отразилось тут.
Глава Диалог – это рассуждение на важные темы (для меня) двух людей М. и С. Кто это такие, решать вам, каждый, кто читает мои произведения, представляет этих ребят по-разному, у меня тоже не до конца есть ответ на этот вопрос.
Глава Раздумья – это монолог, рассуждение, описание чего-либо.
Глава Откровенья – это мои переживания. Здесь явно не все из того, что я писала, потому что есть что-то очень личное. Но спустя время я их открываю, понимая, что я поменялась, а значит теперь это не запрещено видеть другим.
Если вы знакомы со мной лично, то есть вероятность, что вы найдете в этой книге свои прототипы или ситуации, в которых мы были с вами вместе и сможете полностью погрузиться в то время и еще раз побывать на том месте с теми людьми. Если же вы ни разу со мной не общались, то эта книга все равно будет полезна вам. Она может заставить задуматься о чем-то или наоборот ответить на какие-то давно волнующие вас вопросы. Для себя я нахожу на этих страницах много мотивации, которой, порой, мне не хватает у себя внутри.
Приятного прочтения, я очень надеюсь, что кому-то эти рассказы помогут изменить жизнь к лучшему.
P.S. Просьба не воспринимать все рассказы буквально, здесь допущена частичка вымысла
2015
Мозги есть у всех, просто не все разобрались с инструкцией.
©Хью Лори
Они шли вместе по улице. Зима. Холод проникал даже под теплую куртку, а глаза слезились от мороза, который только крепчал.
– Почему ты не гуляешь? – обратился С. к М.
– У меня нет времени, – коротко ответила она.
– Если бы я не гулял, я бы помер со скуки. Как ты умудряешься сидеть дома?
– Я не сижу дома. В отличии от некоторых я занята постоянно действительно важными делами, а не шатаюсь по улицам из-за скуки.
Внутри что-то сжалось в комок. «Действительно, почему я не гуляю? У меня нет друзей, с которыми я могла бы весело проводить время, а у него есть. У меня нет времени, потому что я всегда занята, а у него есть. Какая несправедливость! Бросить бы все и уйти подальше, где тебя никто не найдет, где не будет постоянной суматохи, и ты не будешь спешить сделать очередные дела. Как все надоело… хочется заплакать, закричать от безысходности, что все люди свободны, а ты привязан к одному месту. Что они могут делать все, что они захотят, а ты живешь по заданному плану. Но нельзя. Надо быть сильной и не показывать своих настоящих эмоций». Поэтому она начинает находить оправдания: « Я повзрослею, и у меня будет хорошая работа, а у него нет, потому что он ничего не делает сейчас для этого. Я буду с хорошей фигурой, а он нет, потому что он не занимается спортом. Я буду…» сотни мыслей пролетают в голове, М. пытается найти оправдания, зачем она живет так. Но все рассуждения складываются лишь в одну фразу и то, сказанную ни ей.
– Тот, кто может быть счастливым в одиночестве, является настоящей личностью. Если твое счастье зависит от других, то ты раб, ты не свободен, ты в кабале. Так сказал один известный философ.
– Возможно, но я так не могу.
– Я…
М. хочется повторить то же самое, но не может признаться себе в своей слабости. И выдавливает такие тяжелые слова:
– А я, я могу.
А внутри все рвется, становится нестерпимо больно, но исправить нельзя.
– Я могу, – повторяет она еще раз, но пытаясь уже себя убедить в этом.
Мы раздражаемся по пустякам, когда задеты чем-нибудь серьезным.
©Уильям Шекспир
Горячие слезы струятся по щеке, а потом медленно падают на футболку. Вытирать руками не охота. А зачем? Какой смысл? Меньше ведь их все равно не станет.
– Почему ты постоянно плачешь? – подсаживается рядом с ней С.
– Я, я, – М. захлёбывается в своих рыданиях и не может ничего произнести внятно.
– Эх, все вы девчонки такие, плачете по пустякам.
Капли перестают бежать ручьями, девочка поворачивается и глядит распухшими красными глазами.
– По пустякам? Знал бы, почему я плачу, может быть, и понял.
– Возможно, – соглашается он.
– Я не плачу никогда от боли, я умею терпеть… но когда мне задевают душу, то даже не хотя этого, у меня начинают идти слезы. Сами, остановить я их не могу, как мне иногда этого хочется… А потом я начинаю вспоминать кто и как меня обидел, мне становится противно, до боли в груди, меня начинает разрывать изнутри, и чтобы мне стало хотя бы чуть-чуть легче, я начинаю плакать сильнее. Теперь мне остановиться будет намного труднее.
– Эм.
– Не знаю, – продолжает она, не обращая внимания на него. Периодически всхлипывая между словами, – иногда мне кажется, что я просто ищу повод, чтобы поплакать. У меня накапливается внутри что-то большое, громоздкое, что мешает мне смеяться, радовать и от этого надо избавиться, – М. отворачивается и глядит прямо перед собой, в пустоту. – Мне трудно жить с этим, поэтому рано или поздно наступает такой момент, когда у меня все выплескивается наружу. Окружающие не понимают, почему же я плачу? Вроде такой пустяк, а рыдает. Странно. Но слишком долго все омерзительное накапливалось во мне, а я держала это, не давая уйти, говоря, что я сильная, и что не должна плакать, особенно при всех, – и снова поток слез хлынул из глаз. – Но это не так! – чуть ли не вскричала она. – Никто даже не подозревает, что творится у меня там, в глубине, как там все бурлит, а потом резко взрывается с большей отдачей, чем могло это было быть, если бы высвободилась от всего дрянного раньше. – М. замолкает. – Я не плачу по пустякам, по ним я рыдаю внутри, а то, что вырывается наружу лишь малая доля от них.
Она закрыла лицо руками и опустила голову на колени. С. был потрясен услышанным. «Мы так мало знаем друг о друге, что не вправе судить его лишь по поступкам, не зная, что чувствует он на самом деле». Он обнял ее, и еще долго его тело потрясали всхлипы потихоньку успокаивающийся девочки, такой сильной, но слабой одновременно.
Человек, следующий за толпой, обычно дальше толпы и не продвигается. А тот, кто прогуливается в одиночку, имеет гораздо больше шансов найти себя там, где еще не ступала нога обычного человека.
©Алан Эшли-Питт
Первая дверь поддается с трудом, после нее обдает теплым ветерком, вторая дверь открывается легче. После метро улица кажется холодной, но приветливой реальностью, не то, что было пару минут назад. М. запахивает пальто сильнее, чтобы порыв ветра не пробрался внутрь. Она медленно поворачивает свое лицо к С.
– Чудесный день, не правда ли?
– Ну, если считать тучи хорошими, то да.
– Ты ничего не чувствуешь, когда выходишь из метро?
– Нет, а что должно быть?
– В такие часы, когда в метро вроде и не час-пик, но и не мало людей, как в выходные утром, мне даже страшно спускаться вниз.
– Что же меняется? – вялым голосом поинтересовался С.. М. зашагала чуть быстрее.
– Меняется? Возможно ничего, но в настроении да. Во мне все меняется только при виде лиц людей, идущих рядом. Они идут, спешат, опаздывают, их ничего не интересует вокруг, только дорога и увернуться так, чтобы тебя не сбили случайно. Их лица ничего не выражают, невозможно прочитать по ним их настроение, дела, заботу. И выглядит это как толпа роботов, которых запрограммировали на что-то, вот они и исполняют свою миссию. Но ведь это неправильно! Мы люди, мы должны что-то обозначать, пусть это будет плохое, пусть огорчение, но не каменный взгляд, от которого пробегают мурашки по телу, из-за которого хочется кричать или спрятаться куда-нибудь подальше, где он не достанет. Метро в такое время – большой единый организм, вот с чем он у меня ассоциируется. А люди – это органы, точнее составляющие органы, и если что-то пойдет не так, кто-то запнется, упадет или просто зазевается, то все пойдет наперекосяк. Организм встанет и прекратит свою обычную деятельность. Вот здесь начнутся эмоции: ругательства, обвинения в том, что ты никак все, что ты другой! Но вскоре все прекратится и пойдет заново, все те же безмолвные лица и глаза, в которых прочесть ничего невозможно.
– Разве такое только в метро?
– Хаха нет, конечно. Такие люди повсюду! Просто в метро меньше места и это лучше заметно. А так все одинаково. Идешь ты радостный по улице, разглядываешь людей, а смотреть та не на что, все копии одного и того же и редко, когда увидишь такого же человека как ты. Только один взгляд, и понятно сразу все. Все, что творится у него в душе. Это испуг, недоумение, надежда, горе, разочарование. Да все что угодно! Главное глаза у него живые, а не стеклянные, в них можно смотреть и видеть что-то, не то, что в других…
М. замолчала. Тяжелые мысли грузом проплывали в голове С.:«Я никогда не задавался таким вопросом, возможно, я не способен видеть большее, чем дано, а она может. М. понимает многое, что объясняет, но и усложняет жизнь. Она права и на сей раз. Мы копии друг друга, а надо оставаться личностью в любой ситуации». Ветер раздул тучи, и выглянуло солнце, такое приветливое и радостное, согревающее своим теплом многие души людей.
Все хорошие книги сходны в одном: когда вы дочитаете до конца, вам кажется, что все это случилось с вами, и так оно навсегда при вас и останется
© Эрнест Хемингуэй
Последний луч заходящего солнца появился на покрывале одеяла. М. лежала на животе, подперев руками голову, и внимательно смотрела на раскрытую книгу на последней странице. Раздался стук в дверь и вошел С.:
–Чай будешь?
– Ага, последняя строчка…, – прошло несколько секунд, и М. перевернулась на спину. Ее лицо выражало задумчивость, радость, и разочарование. Удивительно сколько эмоций может передать выражение лица. С. присел рядом на кровать.
– Дочитала?
–Если честно, то так жалко, что она закончилась, больше не будет такой интересной.
– Ты говоришь так после каждого прочитанного произведения, – заметил С.
– Да, но ведь это правда, я каждый раз права. Каждая книга хороша по-своему, в одной нет того, что есть в другой. Если бы все были одинаковы, то было бы не интересно читать. Не так ли? Может быть, я читаю и на одну тематику: фантастика, любовь, но в каждой есть своя изюминка, которую я стараюсь извлечь, рассмотреть внимательно и понять, что именно имел автор, говоря об этом. Но есть такие занудные книги, в которых идет постоянное описание, мне такие не нравятся, меня интересуют действия, быстрые смены событий.… Это так захватывающе, ты читаешь, погружаешься в тот мир, ты становишься одним из героев, следуешь по пятам за персонажами, переживаешь, радуешься событиям, которые с ними произошли. Но ты так же совершенно не представляешь, что же будет дальше, на следующей странице. Случится там что-нибудь плохое, ужасное, или герой обретет нового друга. Непредсказуемо. Когда книга заканчивается, даже если все хорошо: все счастливы, то все равно остается какая-то пустота внутри, что эта, вторая, параллельная жизнь закончилась, а продолжение, ты можешь додумать только сам, что не так естественно.
– На вкус и цвета товарища нет, – усмехнулся С..– Книги должны быть о том, к чему лежит твоя душа, иначе тебе действительно будет неинтересно. Может быть те книги, которые идут в школьной программе, действительно увлекательны, мне даже сюжет нравится, но только не для нашего возраста. Они написаны как бы другим языком, понять который до конца мы пока не в силах, мы не способны окунуться в тот с мир с головой, потому что у нас недостаточно жизненного опыта, который помог бы ощутить то, что чувствовали те люди, живущие далеко в прошлом.
М. перевернулась на бок, чтобы видеть лицо С.
– Правда, нам надо дорасти до полного осознания смысла таких книжек, но это наша история, мы обязаны ее знать, поэтому их включают в школьную программу. А все остальное мы можем прочесть самостоятельно, по-моему, справедливо. А еще бывает так обидно, когда главный герой умирает, ты долго спрашиваешь себя: «Как мог поступить так автор?».
– Это очень грустно, но это больше похоже на реальность, к сожалению, мы не вечны, автор хочет подчеркнуть это, убив персонажа.
– Ужасно, писатель не думает о своих читателях, как нам плохо из-за этого.
– Не все принимают близко к сердцу, – С. замолчал. – Помнится, я предлагал чай.
– Ах, да, – вспомнила М.
А в голове все проигрывались последние мгновения книги, которая сейчас лежала закрытая, но так много значащая для девушки и так затронувшая ее душу.
Дружить – не значит знать кого-то очень долго. Это значит принять в свою жизнь того, кто никогда из неё не исчезнет.
©Мадагаскар
Звонок с урока, оглушительный, он режет слух, но в то же время радует, наконец, урок закончился.
С. подходит к М.:
–Пойдем в столовую.
– Ага, как вчера погуляли?
–А пошел дождь, и пришлось разойтись.
–Жаль, – только и смогла произнести М.. Но в голосе не слышалось какого-то сочувствия, там присутствовала нотка радости, которую девочка постаралась запихать как можно дальше, чтобы другие не услышали этой интонации.
–Почему ты с нами не пошла?
–Ты же знаешь, у меня тренировки, которые я не могу пропустить,– теперь под слоем равнодушия скрывалось отчаяние, горечь и долгие слезы, которые она скрывала ото всех. Как же ей хотелось бросить все, забыться и быть только со своими друзьями, которые ей так дороги, но есть в жизни обязательства. К сожалению, человек обязан выполнять то, что ему совсем не по душе, но для будущего стоит, некоторые плюют на это, не учатся, к примеру. Они считают, что им надо жить лишь в свое удовольствие, раз им это не нравится, значит, им это не надо делать. Но это не так, надо перебороть себя, заставить, научиться терпеть, не показывать другим свои искренние чувства, когда-то это помогает, а когда-то только становится хуже. Нужно учиться, учиться, не только в школе, институте, нужно учиться жить, строить взаимоотношения, забывать про свои проблемы, когда другому плохо, это не изучают на уроках, и это дается гораздо сложнее, нежели выучить таблицу умножения.
–По-моему, мы вчера довольно неплохо выступили? Мне понравилось, и зал аплодировал, значит, у нас все же получилось, – С. искренне улыбнулся.
–Да, мы – молодцы, – согласилась М.. Она отогнала от себя мрачные мысли, лучше вспоминать хорошие моменты, которые заставят тебя улыбнуться, засмеяться и почувствовать себя свободнее, не скованной цепями обязательств, своей пока еще не до конца налаженной жизни. – Мне так нравится последняя песня, она на меня почему-то влияет больше всего, именно в этот момент, я понимаю, как люблю свой класс и людей, которые меня окружают.
–Не уже ли? – ухмыльнулся С.
–Да, если честно, это странное чувство, – она запнулась, припоминая те ощущения, которые испытала вчера на репетиции. Тепло, которое зарождается где то внутри, а потом распространяется по всему телу, неся с собой удовлетворение, удовольствие и осознание того, что ребята, стоящие рядом уже превратились для тебя в настоящую семью, которую потерять будет очень сложно. Ты их так любишь, что хочешь подойти и каждого обнять и сказать ему какие-нибудь ласковые слова, чтобы он знал, что тебе не безразличен.
–Чего застыла? – прервал воспоминания мальчик. – В буфет идем?
–Конечно, – улыбнулась так ласково и нежно М., понимая, что придет время и придется уйти, и видеться с друзьями реже, а может и забыть о них вовсе.
Многие люди никогда не сделают прорыв в своей жизни, потому что они отказались выйти из зоны комфорта и сделать шаг в неизвестность…
© Наполеон Хилл
Тишина. Солнце не светит, над местностью повисли небольшие тучки, хоть час уже не ранний, но на улице светло. Бор. Сосновый лес пронизан звуками. Птицы заливаются в необычных для человеческого уха песнях, где- то вдали потрескивают деревья. М. с другом сидела на корне большого дерева, под ее ногами был большой и крутой обрыв. Она болтала ими, и маленькие камушки слетали вниз по склону.
– Тебе нравится здесь? – осведомилась она у С.
– Как-то неуютно, – признался тот.
– Да? А мне хорошо. Который раз убеждаюсь, что мы с тобой совершенно разные люди,– вздохнула М. – разве тебе не нравится сидеть вот так в тишине по середине леса, вслушиваться в его звуки, такие непривычные и забытые нами.
– Я привык к шуму машин, что постоянно что-то движется, идя к какой-то цели, а здесь ничего этого нет. Непривычно как-то.
– Природа хранит в себе такие тайны, которые может понять и осознать не каждый, значит мне это под силу, а тебе требуется более длительный срок.
Она откинулась назад, иголки устилали землю, но этот ковер был очень приятен.
– Когда я была маленькая, мне мама говорила, обними дерево, закрой глаза, а теперь почувствуй тепло и энергию природы, которая может собраться даже в такой маленькой ее частичке. С годами я подобрала более ясную характеристику того, что я чувствую, какое-то счастье, оно легкое невидимое и непонятное другим людям, и лишь немногие могут разделить его вместе со мной.
– Ну а как же почувствовать это?
– Не знаю это должно идти изнутри. Но могу сказать только три слова. Пойми. Запомни. Насладись. В этом вся суть.
Иди вперед до самого горизонта. Дойдёшь – откроется новый
© Дж. П. Морган
– Стой, давай передохнем чуть-чуть, я так устал, идти уже совсем не могу, – крикнул запыхавшийся С. он стоял около дерева, облокотившись на него спиной и глубоко дышал.
– Не можешь? – переспросила его М.. Мальчик покачал головой. – Шагни еще раз, пожалуйста, – он повиновался, нехотя, но проделал несколько шагов до следующего ствола и по нему скатился на землю.– Нет, ты можешь, – теперь уже утвердительно сказала девочка. – Тебе рассказать, что значит «Не могу»? – в ее голосе слышалась грозность, нервозность и гнев, конечно, он там присутствовал, скрываясь под усталостью. М. опустилась на траву рядом, сняв рюкзак и достав оттуда воду, протянула ее С..– Когда ты идешь по жаре, солнце печет, от него никуда не спрятаться, воды нет, за плечами тяжеленный рюкзак, а позади ты оставил не один десяток километров, половину из которых ты пробежал по пересеченной местности. Ты стоишь, по середине поля. Тебе кричат, тебя подбадривают, уже ругают, из-за того, что ты стоишь, как истукан по середине. Ведь до спасительной тени осталось совсем капельку. А ты не можешь, именно НЕ МОЖЕШЬ передвинуть ногу, она не поднимается, и никакие крики не помогут, если ты не соберешь всю свою силу в кулак и не сделаешь эти последние шаги, которые от тебя требуют другие. Вот что значит «устал», вот, но ведь потом ты смог, ты смог дойти до леса, ты смог, ты преодолел себя. И нет слова «не могу». Иногда стоит забыть про эти слова, но иногда не получается, – девочка глубоко вздохнула и упала на траву. – Собери все силы, побори себя, и ты станешь таким человеком! Ты формируешь себя, те голоса, которые будут кричать издали, они лишь напоминают тебе о препятствии, о том, что тебе надо перешагнуть, но не более, ТЫ заставляешь себя сделать это.
Тишина повисла над ребятами. С. лежал с задумчивым лицом, пытаясь, что-то додумать. А у М. выражение менялось, морщинки из-за того, что она хмурилась, разглаживались и взгляд становился все более спокойным, безрадостным, но удовлетворенным.
– М., но ведь когда я решаю какие-нибудь задачки в школе, я их не понимаю, и я не могу их решить, но не получается у меня. Получается, все-таки есть слова «не могу»?
– Нет, – вновь отрезала девочка, – нет слов «не могу», ты сам сказал: «не понимаю», а это значит, что ты недостаточно хотел решить ее, было бы желание, ты бы стал искать в справочниках, интернете, спросил у друга, но нашел бы информацию, отыскал бы ее, осознал бы свою ошибку.
– Мне кажется, что сравнивать умственные способности с физическими, все – таки не очень правильно.
– Возможно, но ты заметил, что слова «не могу» подходят и к тому, и к тому, а это что-то да значит. «Тренировки», тоже мы употребляем в разных значениях, но смысл остается тот же – усовершенствовать свои навыки в чем-либо. А теперь подъем, – скомандовала такая хрупкая, но оказывается, намного сильнее своего друга, девочка. Сила духа – необычное свойство, доступное не каждому, но развить которое под силу любому.
Жить, покоем дорожа —
пресно, тускло, простоквашно;
чтоб душа была свежа,
надо делать то, что страшно.
©Игорь Губерман
– Фух, вот это тропа была, прямо тропа страха какая-то, – уселся на траву С.
– Страх, – повторила М., присаживаясь рядом. – Это все так абстрактно. Ведь как такого понятия нет.
– А что же это было? Я шел по какой-то совершенно непонятной дороге, я боялся, мне было страшно, чего же здесь абстрактного?
– Ты боялся потому, что ты никогда это не пробовал.
– Тебе разве не было страшно? – удивился мальчик.
– Было, – согласилась собеседница.
– Ну и что же тогда, – недоумевал он.
– А то, что я шла не в первый раз по этой дороге, но я не была до конца уверена в себе, в своих силах. Ты каждый раз переходишь через дорогу в городе, а ведь это не менее опасно, просто ты знаешь, что здесь машины затормозят и тебя пропустят. Ну а что же здесь? Ты не знаешь, что же именно будет.
– Хорошо, но вот если провести параллель, к примеру, с контрольной или экзаменом, там я, в принципе, ничего не боюсь, но мне страшно?
– На подсознательном уровне ты боишься получить плохую оценку, что будет задачка, которую ты не решишь, но вот если тест легкий, ты похожие решал раз сто, подготовлен отлично, то, конечно, ты не будешь бояться, как я уже говорила: «Ты уверен в своих силах», только уже не в физических, а умственных.
– А выражение «Перебороть страх»?
– Ну, лично я считаю, что это сделать невозможно. Да, можно сконцентрироваться на чем-то другом, забыть на какое-то время о вещах, которых боишься, но полностью побороть страх не возможно, не почувствовав то, чего боишься. Это как бы маскировка, убеждение себя и окружающих в обратном, кому-то помогает такое, а кому-то легче несколько раз почувствовать страх, чтобы потом он перестал тебя донимать.
– Пойдем, – поднялся С.
– Куда? Давай еще посидим.
– Нет, идем, я хочу именно побороть свой страх, а не спрятать его глубоко внутри себя. Я хочу именно побороть его.
М. нежно улыбнулась и встала. «Люди, которое не хотят мириться со своими изъянами – прекрасны».
– Пойдем.
Мы научились летать в воздухе, как птицы, плавать в воде, как рыбы, теперь нам осталось научиться только жить, как люди.
© Антуан де Сент-Экзюпери
Яркий свет заливает комнату, она маленькая, здесь почти ничего нет, прямо в уголке уместилась маленькая кроватка, напротив шкаф и стол. С. и М. сидели на кровати и разговаривали.
– Я сегодня поняла одну очень важную вещь, – промолвила девочка. – Не все люди думают также как я.
С. фыркнул, но удержался и не рассмеялся.
– Для тебя это покажется смешным, о да, но вот эту простую вещь я осознала только сегодня, до этого я как-то не замечала. У каждого человека есть свое мнение, мысли, дела, они совершенно не совпадают с твоими. Вот, к примеру, ты идешь по улице из магазина, холодно, мороз, снег под ногами трещит, и вдруг ты видишь собаку, которая лежит вот так просто на земле, чтобы ты сделал?
– Я бы прошел мимо, – ничуть не смутившись, заявил С..
– Мимо, – повторила она его слова, – а я бы подошла и дала бы чего-нибудь поесть.
– А вдруг эта собака заразна, – возмутился тогда мальчик.
– Почему мы так относимся к бездомным? У них и так плохая судьба, а мы при этом еще и нагнетаем, собака в данном случае – беззащитное животное, она, скорее всего, не по своей воле оказалась на улице. Если бы она была агрессивна или болела бешенством, то она не лежала бы вот так под лавкой и не просила бы у прохожих еды своими измученными, голодными глазами. Вот видишь, твое мнение совершенно другое, хотя вопрос был очень прост, и ты думал, что так поступит каждый, ты просто не рассматривал других вариантов. А я вот была очень удивлена твоим ответом.