Невеста для Чудовища (криминального авторитета)

Глава 1

– Роз, сходишь сегодня со мной в магазин? Хочу посмотреть новое платье, – спрашивает Оля после пар.

Я не могу придумать предлог, чтобы отказаться. Не скажешь ведь лучшей подруге, что сейчас у моего отца нет денег… А те гроши, что я получаю, подрабатывая официанткой, – уходят на еду.

Эх, поскорее бы папина фирма вышла из своего кризиса. Так хочется вернуться к нормальной прежней жизни. Когда можно просто ходить в университет и не думать о том, на что жить. Подруга все понимает по моему лицу:

– Понятно. Не хочешь. Тогда, может, в кафе?

Я быстро встаю, начинаю собирать свои вещи:

– Нет, слушай, Оль, не обижайся, я забыла, мне нужно в библиотеку.

При упоминании библиотеки Оля морщится, как будто лимон проглотила. Я все ещё не понимаю, как ее занесло на наш филфак.

– Ладно, до завтра, – Оля целует меня в щеку, – и Владу привет передавай.

Блин, точно. Влад… Мы же договаривались с ним сегодня после пар встретиться в парке.

Я прощаюсь с Олей и делаю вид, что иду в библиотеку, когда подруга скрывается из виду, я поворачиваю и бегу к другому выходу. Как мне надоело врать друзьям, но что поделать? Жизнь такая… Я не виновата.

Когда я прибегаю, Влада уже нет…

Грустно вздыхаю и иду к остановке. Когда сажусь в автобус, мне приходит гневное сообщение от него:

– Я узнал, что ты работаешь официанткой! Олег тебя видел. Почему мне не сказала, что нуждаешься? У нас с тобой точно серьёзные отношения?

Я прикусываю губу. Вот этот день и настал. Да, надо было ему самой все рассказать. Я не права, конечно, что хотела решить все свои проблемы самостоятельно. Но как же бесит эта его черта: обсуждать все наши разногласия через переписку в телефоне! Нет бы встретиться – поговорить, как нормальные люди. Может, он вообще не приходил в парк? Обиделся… Посмотрите на него!

И ещё как будто сам не знает, насколько серьёзные у нас отношения. Зачем спрашивать? Следующим летом мы собираемся пожениться… А этим летом я хочу лишиться с ним девственности.

Да, думаю, двадцать лет – хороший возраст. И три года отношений – приличный срок. Вот только он сын известного в городе прокурора, а я теперь работаю официанткой… Вот так резко стала ему не парой.

А, глупости! Знаю, что Влад позлится день и простит. Он всегда так делает. Может, поможет финансово (хоть я и не хотела взваливать на него мои семейные проблемы). Неудобно брать деньги у парня… Не муж ведь.

Я еду домой и счастливая смотрю в окно, уверенная в том, что мы с Владом скоро помиримся. И все будет хорошо… Он решит мои проблемы. Зря я ему сразу не рассказала. Пыталась учиться и работать одновременно…Это оказалось очень сложно.

Подъезжаю к остановке, которая находится через дорогу от моего дома, и уже из окна автобуса вижу странные припаркованные машины рядом с нашим забором. Черные, с тонированными стеклами… Крутые какие-то. Папины друзья вроде на таких не ездят.

Выбегаю из автобуса, перебегаю дорогу… Захожу как будто не к себе домой. Вещи разбросаны, трое здоровых мужиков в кожаных куртках рыскают по нашим шкафам. У всех одинаковая прическа – почти лысые. Все высокого роста, из-за этого они мне кажутся близнецами.

– Кто вы? Что вам нужно? – громко спрашиваю.

Они вообще не обращают на меня внимания, только один из них бросает на меня скучающий взгляд.

– Девочка, иди куда шла, не мешай нам работать.

– Я здесь, вообще-то, живу! Как вы проникли в дом?

Интерес в его глазах возрастает, он подходит ко мне:

– Тогда, может, время нам сэкономишь? Ценные вещи у вас есть? Может, знаешь, где деньги?

– Объясните, что происходит! Сейчас же! Или я позвоню в полицию.

Они хором смеются, как будто я сказала глупость.

– Твой отец задолжал моему господину крупную сумму, мы пришли возместить хотя бы часть убытков.

Господину? Кто так говорит в 21 веке?

– О чем вы говорите! Мой отец… не брал…ни у кого денег.

Я останавливаюсь, вспоминая, как папа неделю назад радостно поделился со мной «хорошей новостью»:

– Я нашёл способ преодолеть кризис! Роза, скоро все будет хорошо!

Неужели он, правда, взял в долг у кого-то денег?

Мужик усмехается, я отхожу в сторону, чтобы позвонить. Набираю номер отца, слышу длинные гудки. Никто не берет трубку. Нехорошее предчувствие зреет в душе.

– Где сейчас мой отец?

– Отбывает наказание, – нехотя отвечает один из «близнецов».

У меня все внутри стягивается в узел, я сажусь на диван:

– Что? Он в тюрьме?

Все втроём смеются, как будто я сморозила глупость, как меня это раздражает… Я им тут не шутки рассказываю, почему они все время ржут? Один спустя время отвечает:

– Лучше бы в тюрьме, чем на крючке у Адамова.

При упоминании этого имени все внутри меня холодеет. Какие дела у моего отца могут быть с известным криминальным авторитетом в городе?

Все называют его «чудовищем». Есть разные версии, откуда пошло такое прозвище: некоторые говорят, что его настоящая фамилия Чудов – отсюда созвучие, а другие считают, что он весь в шрамах, чудовищно страшный и изуродованный… Якобы получил травмы давно, пока служил где-то или воевал.

Я не верю, что мой мирный отец мог связаться с таким человеком. Любой житель нашего города знает: с Игорем Адамовым лучше не связываться… В нем нет ни капли человечного. Сколько историй я слышала… Разорил чужой бизнес, подставил, посадил невиновного в тюрьму. А самое ужасное – ходят слухи, что у него есть собственная «тюрьма»: место, где он жестокими методами издевается над людьми, которые ему чем-то не угодили…

Как мой отец мог оказаться у него в лапах?

– Так деньги в доме есть? Или мы зря время теряем? – спрашивает у меня один из бандитов Адамова.

– Нет, у нас ничего нет… Я не знаю.

Они игнорируют мои слова, продолжают разносить наш дом. Открывают шкафы, ящики, вышвыривают из них вещи на пол. Я передвигаюсь на край дивана. Что делать? Звонить в полицию бесполезно. Адамова боится даже мэр нашего города… У него везде связи. Но я слышала, что этот криминальный авторитет не трогает обычных людей, чем ему помешал мой отец? Может, это какая-то ошибка?

Я вскакиваю, подхожу ближе к этим бандитам:

– Умоляю! Отвезите меня к своему господину. Я с ним поговорю… Уверена, что произошла какая-то ошибка. Мой отец – хороший человек.

Глава 2

Меня везут за город. Трое бандитов. В огромной чёрной машине. Сердце стучит, как у маленького запуганного кролика.

По большому счету я и есть кролик среди злых хищников. Скоро я встречусь с настоящим чудовищем. Что я скажу ему? Что я смогу сделать? У меня ведь нет денег.

Машина останавливается как будто посреди леса. Я зажмуриваюсь. Ну, все. Сейчас меня просто здесь закопают…

Но слава богу, нет. Проезжает другая машина, и мы сворачиваем на узкую поселковую дорогу. Игра продолжается, пока я еду дальше… Я мну пальцы от волнения, ладони холодные. Я судорожно думаю, что скажу Адамову, и не могу ничего придумать.

Я смотрю в окно. Деревья сменяются лугами. Мы далеко уехали от города. Не думала, что здесь кто-то живет…

В конце узкой дороги мы выезжаем на трассу, а там дальше что-то похожее на элитный посёлок, в центре которого огромный дом.

Ну, вот, Роза, теперь ты знаешь, где живут бандиты, меня точно не оставят в живых!

Спокойно! Я делаю вдох-выдох. Я все равно ведь не могла поступить по-другому. Речь идёт о моем отце… Он у меня один из родных. Мы с ним вдвоём остались на Земле, Мать умерла, когда я была еще ребенком. Бабушка ушла в прошлом году…

– Пойдём, – бандит вытаскивает меня из машины, хватает больно за локоть, тащит к дому.

Мы заходим, и я просто останавливаюсь в замешательстве.

Я ожидала увидеть логово зверя, а тут все как в музее. Стены из мрамора, огромная круглая люстра с висюльками, как в театре, зеркала, изысканная мебель. А еще играет классическая музыка.

Вот что за странность? Я как будто попала в аристократическую гостиную девятнадцатого века… Даже бандит, который тащил меня сюда, заметно преображается. Вытягивает шею вверх, вежливо говорит:

– Подожди здесь.

Он проходит комнату, открывает дверь в конце и заходит внутрь. Звуки классической музыки затихают…

Эмм.

Неужели это была настоящая игра на фортепьяно? Очень профессионально. Ну, ничего себе. Современные криминальные авторитеты, оказывается, ещё те интеллектуалы.

Да…Будет что рассказать Оле, если я, конечно, выживу.

Я слышу, как бандит неумело пересказывает мою историю:

– В доме ничего ценного нет. Его дочь вернулась домой… Очень требовала с вами поговорить.

– И ты притащил ее сюда без моего ведома? Яр, ты до сих пор не научился пользоваться мобильником?

– Виноват, господин.

– Ладно, пусть проходит.

Бандит выходит, опустив плечи… Если уж он его так боится, то что делать мне?

Я иду к двери мелкими шагами. Оттягиваю момент своего провала. Он меня сейчас сожрет и не подавится за то, что я его побеспокоила. Оторвала от игры на фортепиано.

Я захожу, тихо закрываю за собой дверь. Поднимаю глаза и снова удивляюсь, как окружающая обстановка не вяжется с атмосферой… Он же криминальный авторитет, зачем он живет в таком «замке»?

Я вижу рояль, длинный стол, накрытый только на одну персону, зажжённый камин.

Эта комната выглядит более современной, но все равно отдаёт аурой аристократии.

Мужчина стоит ко мне спиной, у окна, в руке у него бокал, он пьет, как будто не замечая моего присутствия.

– Что ты хотела? – раздается на всю комнату грубый голос.

И он даже не удосуживается ко мне повернуться.

Вот это манеры у него… Зато на рояле играть умеет.

Еле слышно шепчу (голос как будто пропал куда-то):

– Мой отец попал к вам по ошибке, уверена, он ни в чем не виноват.

Адамов усмехается, ставит бокал на подоконник.

– Все мы думаем о своих родителях лучше, чем они есть на самом деле… Но нет, твой отец провинился. Взял у меня очень ценный товар. Из Венеции. Обещал продать и разделить прибыль пополам… А вместо этого он все уничтожил.

– В каком смысле уничтожил?

– Я не буду обсуждать с тобой подробности. Зря ты сюда пришла.

Я сглатываю. Я понятия не имею, о каком товаре идёт речь. Мой отец владел магазином, но там они вместе со своим партнером продавали разные вещи для дома и интерьера: посуду, скатерти, вазы… Какой товар мог дать ему этот бандит?

Я кашляю от волнения. Мне неуютно так разговаривать, когда он стоит ко мне спиной, я прошу его:

– Вы не могли бы повернуться ко мне лицом?

– Мой ответ от этого не изменится. Твой отец будет отбывать у меня наказание.

– Что вы с ним сделали?

– Тебе необязательно знать.

Я злюсь, из меня вырывается:

– Да что вы за человек такой! Из-за какого-то товара калечить жизнь человеку! Правду про вас говорят. Вы чудовище!

Адамов поворачивается, смотрит на меня, делает пару шагов вперёд. Выходит на свет, прямо под люстру.

Я вижу с левой стороны обгоревшую кожу на шее, а ещё шрам на половину лица…

Значит, все слухи… это правда… про увечья.

Меня жуть от него берет с первого взгляда, хочется убежать. Но пугает меня вовсе не его физические недостатки, нет, нельзя сказать, что он невозможно уродлив… Но в совокупности со шрамом у него очень суровые черты лица, а еще он смотрит на меня как зверь. Так люди не смотрят на других людей… Из-за этого мне страшно.

– Ты права в своих словах, а теперь иди. Тебя отвезут домой.

– Я не смогу без отца… Вы не можете так со мной поступить! Пожалуйста.

– Сколько тебе лет?

– Двадцать.

– Значит, сможешь без отца, уже взрослая.

Не знаю, откуда во мне появляется смелость, но я топаю ногой по полу:

– Я не уйду без него. Я так не могу…я отдам за него долг. Я выплачу. Только отпустите его! У него больное сердце.

Адамов снова поворачивается ко мне спиной. Проходит к столу, наливает себе новый бокал, спрашивает спокойно, но холодно:

– У тебя ничего нет. Что ты можешь мне предложить?

– Я буду работать, постепенно выплачу ваш долг.

– Тебе не хватит на это жизни.

– Но…

– К тому же, мне это неинтересно. Деньги у меня есть.

Сглатываю. У меня нет больше вариантов, опустив голову, я спрашиваю у него тихо, мой голос ужасно дрожит:

– А что будет вам интересно? Я на все готова.

– Не бросайся такими словами. А то я решу проверить…

– Я не бросаюсь, я говорю правду! – горячо убеждаю его.

Мне кажется, у меня появился шанс пробить эту толстую стену равнодушия. Повторяю:

– Я готова на все…

– Даже выйти за меня замуж? – он поворачивается и хмуро на меня смотрит.

Я знаю, что выгляжу в этот момент испуганно. Ничего не могу с собой поделать. Я была готова к любому предложению… Только не к предложению руки и сердца!

Я судорожно думаю: что делать?

Затем нахожу один вариант, почти радостно сообщаю:

– У меня есть парень. Мы собирались пожениться… Как видите, я не смогу стать вашей женой.

– Ты с ним спала?

– Что, простите?

– Спала с ним? – повторяет он спокойно, а у меня лицо краснеет и покрывается пятнами (я чувствую).

Отвечаю:

– Конечно.

Адамов тут же возражает:

– Врешь… Поэтому плевать мне на него.

Я молчу. Поверить не могу. Как он понял, что я вру? Ведь не написано у меня на лбу, что я девственница.

– Так ты согласна? – спрашивает.

У меня немеют руки и ноги, я не могу пошевелиться и тем более ответить.

Меня отрезвляет громкий бас:

– Не согласна? Тогда уходи!

Я не хочу уходить. Но и от его предложения я в шоке, лепечу что-то нечленораздельное:

– Зачем вам невеста?

Он снова приближается ко мне, подходит почти вплотную. Непроизвольно я пячусь назад, но Адамов как будто не замечает, какой эффект на меня производит, говорит:

– Зачем мне невеста? Чтобы стала моей женой, конечно. Родила детей… Была рядом.

– Но я здесь при чем? Выберете себе другую жену, я вам не подхожу.

– Идеально подходишь, – он начинает загибать пальцы (издевается?):

– Ты хотела забрать долг отца. Его долг пожизненный. Я могу его заменить на узы брака. Тоже пожизненные. Это во-первых, а во-вторых, ты красивая. К тому же девственница. Мне подходит… Сам я себе жену не найду, ты, наверное, заметила мои недостатки. А у тебя будет мотивация быть рядом и быть благодарной.

Я молчу. Не могу понять: он серьезно сейчас?

Некоторое время мы пристально друг на друга смотрим. Затем он машет на меня рукой:

– Не надо было врать, что на все готова… Может, ты рассчитывала, что я возьму тебя на одну ночь? Нет, твой отец уничтожил настоящие сокровища. Поэтому мне нужна жена. Навсегда. Не нравится? Тогда уходи. Не отнимай больше мое время. Мой человек тебя проводит.

Он снова отворачивается, отходит к окну. Сердце быстро стучит, я не знаю, что делать. Действую чисто на эмоциях, подбегаю к нему, хватаю его за руку, говорю:

– Хорошо. Я стану вашей женой! Вы отпустите моего отца? Обещаете?

Он поворачивается ко мне той стороной щеки, на которой шрам, но цепляет меня другое, я замечаю, какие у него необычные зеленые глаза. Они завораживают… не по-хорошему манят, что мурашки бегут по коже.

– Хорошо подумала? Уверена? Я ведь не шучу. Не думай, что удастся от меня сбежать или обмануть. Не выйдет.

– Я не сбегу. Только отпустите моего отца.

Кажется, Адамов удивлён. Его брови нахмурены, он не ожидал такой реакции.

Но что я должна сделать? Я хочу спасти отца…

– Хорошо. Договорились, – отвечает и полностью ко мне поворачивается, берет мою ладонь и пожимает ее, как будто мы с ним два бизнесмена, только что заключившие выгодную сделку. Выглядит нелепо…

– Как тебя, говоришь, зовут? – спрашивает.

Он даже имени моего не знает, а собрался жениться…

– Роза…

Он усмехается:

– Идеально, Роза украсит мой дом, – пока он это говорит, заносит руку и прикасается к моей щеке. Проводит пальцами, как будто наслаждается нежностью моей кожи.

Глава 3

Я начинаю дрожать, не знаю, куда деть свой страх… Я знаю, что только что согласилась на настоящее безумие. Чувствую себя так, как будто подписала свой смертный договор. Какая я ему невеста? Я его вижу первый раз в жизни, к тому же боюсь до чертиков.

Но если моего отца отпустят, то я готова… Наверное.

И все равно у меня не получается сдержать свой страх, я отступаю назад, чтобы он меня не трогал, спрашиваю:

– Значит, мы договорились? Где мой отец? Мы вместе сможем вернуться домой?

– Ты останешься здесь.

– Ээ… В каком смысле?

Уголки его губ ползут вверх, возможно, для кого-то это выглядит как улыбка, но для меня это сейчас как звериный оскал:

– Роза, все просто. Ты теперь моя невеста. Значит должна жить в моем доме.

– Нет. Я не могу!

Судорожно думаю, какую причину ему назвать, и выдаю первое, что приходит в голову:

– Надо же вещи собрать!

– Мои люди все соберут и привезут. А ещё лучше – я куплю тебе новое.

– Не надо новое! Я хочу свои вещи. И вряд ли ваши люди умеют собирать вещи! Они только разбрасывать умеют. Знаете, какой бардак устроили у нас дома? Мне надо все убрать, – я тараторю без умолку, пытаюсь скрыть своё волнение.

«Чудовище» смотрит на меня изучающим взглядом. Как будто первый раз видит. Его взгляд скользит вниз: к моей груди, бедрам и ногам… Мне становится совсем нехорошо. Неужели он оценивает меня? Смотрит, какой «товар» сегодня получил?

Быстрым шагом Адамов проходит мимо меня, открывает дверь и даёт распоряжение тому бандиту:

– Вернитесь в ее дом. Все там приберите, что разбросали… И соберите ее вещи.

– Можно я поеду с ними? Я сама соберу свои вещи! Прошу, – я подхожу и хватаю его руку. Совсем сумасшедшая! Чувствую внизу его ладони грубую кожу, неужели и там у него ожоги? Но руки почему-то не отнимаю.

Адамов смотрит на меня в раздумьях, затем опускает взгляд вниз и рассматривает мою руку, которая держит его. Я смущаюсь и убираю руки за спину.

Он едва заметно кивает. И даёт новое распоряжение, выглядывая в коридор:

– Девушка едет с вами. Глаз с неё не спускать. Она теперь моя… женщина. Будущая жена. Понял?

– Ээээ. Понял, конечно.

В этот момент я тоже прохожу в коридор и вижу, как лицо бандита удивленно вытягивается, но он молчит. Адамов уходит, а этот Яр (так вроде?) провожает меня до той же самой машины, на которой меня сюда везли. Но теперь он очень вежливо со мной обращается. Открывает мне дверь, дает руку (которую я не принимаю).

Пока мы едем, бандиты переговариваются между собой:

– Он надумал жениться, – сообщает Яр.

– На самом деле я ему давно говорил. Не помешает ему женщина в доме, а то совсем одичал. Одна сицилийская семья хочет отдать ему свою дочь… Вот бы он выбрал ее. Там такая семья! В Италию бы часто ездили… а может, навсегда туда бы перебрались, а?

– Он выбрал ее, – тот, что затеял разговор, кивает в мою сторону.

Все оборачиваются и рассматривают меня, как будто я диковинная вещь.

– На фига? Она же малолетка, – выдает тот, что сидит рядом со мной.

– Зато ничего так по округлостям… Мордашка милая, блондиночка… Глаза вон посмотри: голубые, фигура есть. Вряд ли сицилийки такие же, как наши. Я бы тоже выбрал ее. Ха-ха-ха.

Я хочу ответить «Прекратите обсуждать меня! Я же сижу здесь!»

Не успеваю.

Яр бьет своего дружка по голове:

– Женщину господина обсуждать нельзя. Ясно?

– Ясно, Яр, извиняй!

Мы подъезжаем к моему дому. Я сразу же направляюсь в свою комнату, один из бандитов следует за мной. Я хочу закрыть дверь в свою комнату. Но он не даёт:

– Сказано, не оставлять одну.

– Мне некуда бежать… Я всего лишь хочу переодеться.

– Нет.

Не знаю, какой бес в меня вселился, но я начинаю пользоваться тем, что я поняла в машине… Они все боятся своего «босса», которого даже господином называют.

Я выдаю:

– Оставьте меня одну или я пожалуюсь Игорю…

Он сначала хлопает глазами, а потом послушно выходит.

Сработало! Я выдыхаю. Быстро кидаюсь в ванную, запираю дверь. Набираю номер Влада. Мне больше некому звонить.

– Роза? Ты на часы смотрела? Уже поздно… и я все ещё злюсь на тебя.

– Влад! Это срочно.

– Что у тебя с голосом? Что-то случилось?

– Твой отец ведь прокурор?

– Да? А что?

– Мой отец попал в неприятную ситуацию, мне нужна помощь. Его держат взаперти.

– В какую неприятную ситуацию? Напиши адрес, мы с отцом попытаемся помочь. Он в изоляторе, что ли?

– Нет…Он связался с криминальным авторитетом Адамовым…Может, ты знаешь такого?

В трубке повисает тишина. Я зову «Влад, Влад, Влад». Никто не отвечает.

Спустя время я слышу:

– Тут вряд ли можно помочь. Прости.

– Что ты такое говоришь? Неужели на него нет никакой управы? Почему все его боятся? Мы же не в девяностых!

– Есть причины. Он тоже необычный бандит… У него есть компромат на каждого! Я подозреваю, что и связи чуть ли не с правительством. Он тесно общается с криминальным миром за рубежом… Ты представляешь его масштабы? Я вообще не понимаю, зачем он живет в нашей дыре.

– Перестань мне про него рассказывать! – прерываю я Влада. Меня бесит его тон: он что, им восхищается?

Ещё раз спрашиваю с надеждой:

– Ты поможешь мне или нет?

– Мой отец уже пересекался с ним, еле вышел сухим из воды! Я знаю, что он больше не захочет с ним связываться…

– Попроси его!

– Не могу.

– Даже ради меня? – я собиралась быть сильной, но теперь я плачу. Слёзы капают на пол… я думала, Влад мне поможет. Я так на это надеялась.

– Послушай, Роза…Успокойся. Приезжай ко мне.

Сквозь слезы я выдавливаю:

– Какой смысл? Ты все равно не хочешь помогать моему отцу!

– Я позабочусь о тебе, любимая!

– Больше не надо обо мне заботиться. Я выхожу замуж.

– Что? В каком смысле?

– Адамов хочет, чтобы я стала его женой…

Я слышу удивлённый вздох, затем звенящая тишина и гудки…

Влад бросил трубку? Парень, с которым я встречалась три года, отвернулся от меня за одну минуту. Потому что я связалась с Чудовищем. Все его боятся… и никто не сможет мне помочь.

Я осталась одна. И кажется, другого выхода нет: мне действительно придётся выйти за него замуж.

Глава 4

Я вытираю слёзы, выхожу из ванной. Достаю чемодан из шкафа и начинаю собирать свои вещи. Я решила так: пока я поживу в доме криминального авторитета, ведь свадьба будет не завтра! У меня есть время выпутаться из этой ситуации…

Главное – пока не злить Адамова… Буду делать, как он говорит, и он вернёт мне отца, и там… Ну, я подумаю об этом потом. Сейчас голова просто раскалывается!

Я складываю вещи, а слёзы все текут и текут. Как может жизнь перемениться за одну секунду? Ещё вчера я и этот криминальный авторитет были как две параллельные линии, которые никогда не должны были пересечься, и вот уже сегодня – я попала в его «клетку».

Когда чемодан собран, я выхожу из комнаты и с удивлением озираюсь по сторонам: все сверкает! Вещи больше не валяются где попало. Я открываю первый попавшийся ящик и проверяю… сложено, конечно, неидеально, но ведь сложено.

Может быть, я сплю? Разве бандиты способны убираться? Как это возможно… Или они до такой степени боятся своего босса, что на время готовы стать даже поломойками, если он прикажет? Да, наверное, второй вариант. Они такие послушные, потому что не хотят оказаться в «тюрьме у чудовища», как мой бедный отец.

Яр подходит ко мне и выхватывает мой чемодан, говорит:

– Провожу вас до машины.

Я еле сдерживаюсь, чтобы не сморщиться от его напыщенней вежливости. Хорошо, хоть «Госпожой» меня не называет.

Залезаю в машину, и снова та же самая дорога за окном. Только теперь у меня внутри не осталось ни малейшей надежды, что этот день закончится хорошо…

Когда мы приезжаем, бандиты провожают меня до двери вместе с моим чемоданом, а сами уходят. Видимо, они живут в другом доме… А он один в этом особняке?

Я мнусь в прихожей, не знаю, что делать. Куда идти?

Открывается дверь той самой комнаты, выглядывает Адамов:

– Чего стоишь, проходи, будем ужинать.

Сглатываю и хочу последовать за ним, но он выставляет вперёд руку:

– Стой. А более подходящей одежды для ужина у тебя нет?

– Что? – спрашиваю и оглядываю свою одежду.

Да, я как была в университете в джинсах и майке, так и осталась…Но все равно не понимаю, какая «подходящая» одежда на мне должна быть?

– Ладно, пошли, – бросает мне и все-таки открывает передо мной дверь.