Ураган в Пензе

Глава 1. Первый внук

26 октября 2007 года родился мой первый внук Игорь. Ему сейчас семнадцать, но я до сей поры не могу забыть тот страшный день 2011года. С первых дней жизни младенцу не повезло. Он чудом не умер при родах, когда пуповина матери захлестнула его шею, и чуть не удавила младенца. Роды были очень тяжёлыми, в мозг младенца во время рождения не поступал кислород, и ребёнок сильно пострадал от этого, что сказалось на его дальнейшем развитии. До двух с половиной лет ребёнок не разговаривал вообще, не мог научиться собирать пирамидку, да и поведение ребёнка, если мягко сказать было странным. Внук не желал ходить по дорожкам, и всё вырывал руку, стремился пройти по бордюру. Ножки внук почти не поднимал, а загребал ими землю при ходьбе. Реакция на выполнение любого действия, у ребёнка, была очень замедлена.

Жили мы с бабушкой отдельно, в Железнодорожном районе города Пензы. Старший сын Олег, сноха Галя и грудной внук жили на окраине Арбеково, в микрорайоне Запрудном в панельной "хрущёвке". Олег ездил на работу с Арбекова в Пензу на общественном транспорте, Галя сидела дома с ребёнком.

После рождения внука, мы с женой предложили молодым переехать в нашу трёхкомнатную квартиру, 86 серия в кирпичном доме, и пожить вместе. Бабушка у меня уже была на пенсии и могла помочь молодёжи ухаживать за ребёнком. Но они почему-то отказались. Тогда мы предложили молодым разменять их квартиру, на квартиру рядом с нашим домом, в кирпичный дом, тоже "хрущёвка", правда дороже, но мы нашли деньги на доплату. Откуда до работы сына меньше километра. Тогда бы сын, за тридевять земель, с шести утра не добирался на работу общественным транспортом, да и бабушка помогла бы молодой маме по уходу за ребёнком.

Мать Гали не ушла на пенсию, посчитала, что воспитывать своего внука, ниже её достоинства. Ребёнок после рождения всё время плакал, и часто болел. В детской консультации считали малыша больным и недоразвитым, и лечили, каждый врач по-своему. Какой-то горе невролог, чтобы ребёнок не плакал, посоветовал покупать в аптеке упаковки травы пустырника, заваривать их кипятком, а когда вода простынет в течение месяца, купать ребёнка ежедневно на ночь. Это не считая успокоительных микстур. Меня с бабушкой к внуку не допускали, считали, что мы старые и занесём инфекцию, хотя, насколько, я понимаю, иммунитет у ребёнка должен быть сильнее, чем у взрослых. Бабушка умудрялась всё-таки раз в месяц посещать внука, когда снохе лично надо было сходить к врачу или в салон.

31 декабря 2009 года я вернулся с работы раньше. После того, как я искупался, мы с бабушкой решили навестить внука, посмотреть, чему его научили наши дети. Шесть часов предновогоднего зимнего вечера, мы с женой отряхиваем снег со своих пальто у дверей квартиры детей. Жена нервничает:

– Мы без приглашения, может, ребёнок спит, ещё напугаем его. Он тебя такого старого не видел, начнёт реветь, детям Новый год испортим, – запричитала бабушка.

– Брось, ты! Кто спит перед новым годом. Если, что скажете, что я Дед Мороз с подарками, я подарок отдам да уйду, – успокоил я бабушку.

Я звоню в дверь, тишина, потом слышим за дверью, как быстро по коридору шлёпают тапочки. Не спросив, кто, и не посмотрев в глазок, сноха открывает двери квартиры.

– Вот так и происходят грабежи и убийства в предновогоднюю ночь, когда не глядя хозяева открывают дверь, и в квартиру легко проникают грабители, подумал я, заходя в квартиру.

Галя словно прочитала мои мысли:

– Ой, это вы? Здравствуйте! Мы думали папа, он с работы едет и везёт нам красивую ёлочку, только что звонил.

С наступающим Новым кодом! Это вам от нас подарок, – сказал я и передал снохе сумку с гостинцами. Бабушка в свою очередь обняла сноху.

– Вы раздевайтесь, мойте руки, а я пойду Игоря подготовлю, он в комнате играет, – сказала Галяя и ушла с сумкой на кухню.

Когда мы пришли с санитарной комнаты, то наши игрушки из подарка для внука, были рассортированы на столе. Половина игрушек, была отставлена в сторону.

– Эти игрушки ему ещё рано, подрастёт, тогда и с ними будет играть, – сказала с грустью сноха.

Только три небольшие резиновые игрушки разрешили нам взять в комнату: кота, белку и собаку.

Мы прошли в комнату. На полу, сверх паласа, было послано ватное одеяло. На нем сидел мальчик с тёмными густыми волосами, не стриженными от рождения, в красном шерстяном костюмчике. Перед ним стояло несколько, слонов из пластмассы приличных размеров, они были окрашены в яркие цвета.

– Игорь к тебе дедушка и бабушка пришли! – Сказала сноха.

Мальчик повернул в нашу сторону голову. Лицо малыша было красивым. Правильные черты, алые губки на бледненьком худеньком личике, темные волосы уменьшали его несколько великоватые ушки, и большие голубые глаза, посмотревшие мимо нас, в некуда, сделали внука в моих глазах блаженным. Было видно, что этот ребёнок мученик, он полностью отречён от внешнего мира, будто невидимая божья пелена предостерегала его от очередной боли, и чего-то ему ненужного. Мы сели с бабушкой на диван напротив и стали наблюдать за мальчиком. Он решил поменять слонов местами. Скорее всего, слона большего размера, он хотел поставить ближе к себе. Ручки ребёнка были неуклюжи. Он неправильно брал в руки слона. Вовремя переноса, игрушка выпадала из рук ребёнка, на стоящих на одеяле слонов, и все они, из положения стоя, оказались лежащими на одеяле. Тогда внук клал большого слона на место, откуда взял, вместо того, чтобы поставить его первым, поднимал и ставил упавшие игрушки. Только после установки слоников размером поменьше, Игорь возвращался к большому слону и снова ронял его при переносе. Проделав это раза три на наших глазах, ребёнок устал и заплакал от неудачи. В это время пришла мама, забрала ребёнка и позвала нас на кухню.

– Пойдемте, может он при вас покушает, без слёз и не будет мне мотать нервы, – сказала сноха и усадила ребёнка за детский столик.

Куда там, ребёнок разревелся, за всё кормление во рту внука оказалось не более трёх ложек манной каши. Расстроенная Галя, сняла с шеи с ребёнка большую салфетку и влажной салфеткой вытерла лицо внука. Затем она взяла доску с дырочками. Это были пазлы. Маленькими кнопочками была собрана желтая уточка по картинке. Галяя быстро разобрала и собрала жёлтую птичку. Сейчас разбери кнопочки сам. О боже, ребёнок за всё время нашего пребывания не произнёс ни единого слова. Он выковырял только несколько кнопок и то с помощью мамы, а потом показывал маме пальчиком, куда надо вставить кнопки и та вставила их.

В это время дверь в коридор стали открывать ключом. Внук протянул маме руки, чтобы та сняла его со стула. Было слышно, как открыли дверь в коридоре и положили ёлку на пол. Сноха сказала:

– Это наш папа пришёл с ёлкой, – и закрыла дверь кухни, потому что с коридора потянуло холодным воздухом.

Малыш уже сдвинул густые чёрные брови и собирался заплакать недовольный маминым поведением, но ситуацию спасла бабушка:

– Мама правильно сделала, папа и ёлка с улицы, они оба холодные. Пусть они в квартире согреются, и ты потом пойдешь наряжать ёлку, а пока с дедом пособирайте пазлы. Я взял доску и сказал:

– Уточка, Игорь старался, собрал тебя, скажи ему, спасибо, на своём утином языке, если ты этого не сделаешь, то я это сделаю за тебя, но тогда ты будешь наказана, мы разберём тебя и соберём котика, и он поблагодарит нас, – внук в знак солидарности со мной, кивнул вниз головой.

Вот я говорю спасибо за уточку:

– Кря! Кря! Кря! – Затем разбираю пазл, а малыш смеётся.

После уточки, та же учесть постигла кота и собаку. Вот мама открывает дверь и снимает Игоря на пол. Тот впервые видит сосёнку, она лежит на полу, и внук маленькими шажками, труся, крадётся к спиленной сосёнке. Потом он дотрагивается до иголочки пальчиком и тихонечко шепчет:

– Коля иголи.

– Иголки колки, – громко поправляет его речь сноха.

После этого малыш смелеет и гладит ветку сосны в нужном направлении и произносит:

– Ёля, ёля.

– Ёлочка, хорошая, – тихонечко поправляет его речь Олег.

Мне, наблюдавшему этот момент из жизни родных людей, стало очень тревожно за судьбу моего внука, как сейчас модно говорить интерактивного ребёнка. Потом мы с внуком наряжали ёлку, её установил Олег в зале у балконной двери. После нового года Галя вышла на работу, а я ушёл на пенсию. Тогда мы с бабушкой зимой каждый день ездили к внуку и сидели с ним, пока родители не придут с работы.

Глава 2. Жизнь у дедушки с бабушкой.

В том году весна наступила рано, я стал ездить на дачи, а жена до мая месяца всю рабочую неделю ездила рано утром в Арбеково, и сидела с внуком. В выходные она ездила со мной на дачи. Наступило лето. Игорь подрос, окреп. Родители каждый понедельник стали привозить внука к нам домой на все рабочие дни. От нас, к себе домой, Игоря забирали только в пятницу после работы. Внуку у нас очень нравилось. Мы с бабушкой за это время Игоря многому научили, двадцать шестого октября ему будет три года. Сейчас внук, медленно подбирая каждое слово, пытался разговаривать. Здорово продвинулся в моторике рук. Знал всех домашних и многих диких животных, и какие звуки они издают, играл со мной в машинки и зоопарк. Считал до десяти, и самое главное он стал не равнодушным и добрым. У него не было врагов, но были свои любимые занятия и свой выбор: что кушать, во что играть, куда ходить. Вначале он играл во дворе с мальчиком с таким же недугом. У того мальчика была хорошо развита моторика рук, но в отличие от Игоря, мальчик не учился разговаривать, был распущенным и злым. Отец и мать были крутые бизнесмены, но к этому моменту были в разводе, отец ушёл из семьи из-за болезни сына. По первому требованию у ребёнка была любая игрушка. До полутора лет, мальчик поменял десяток нянь, которых он, наверное, считал тоже игрушками. Его лексикон состоял из нескольких глаголов: дай, купи, принеси, не хочу, не буду, уйди. Мы с дедушкой мальчика были знакомы. Дедушка, увидев меня с таким же, ещё более непутевым ребёнком, как и его внук, сказал:

– Мой внук таким родился, из-за приёма дочкой каких – то дорогих укрепляющих лекарств, которые назначили, ей в положении, таких детей сейчас много в Пензе народилось, врачи долго говорили, что всё в норме. Сейчас няни к нам не идут, вот я его раз в день и выгуливаю, хорошо, что на пенсии. Раньше мы дышали только в нашем дворе, я смотрю, ты не стесняешься везде с ним ходишь, пусть они играют вместе, – попросил мой знакомый

Я спросил у Игоря:

– Хочешь ли ты играть с мальчиком? – Внук в знак согласия кивнул головой.

Первые три дня дети между собой не вздорили, а потом тот мальчик вдруг, ударил котёнка, с которым они играли. Костя смотрел на мальчика большими не понимающими глазами, вскоре они заполнились слёзками, тогда он подошёл к нам, взял меня за руку и увёл домой. Больше внук никогда не подошёл к этому мальчику, и мы стали ходить на детскую игровую площадку. На площадке я качал его на качелях. С этого дня внук, как хвостик, ходил за мной повсюду. Вначале с бабушкой мы брали его на старую дачу в СНТ «Пограничное». Добираться туда было удобно. Остановка у самого дома. Ни одной пересадки. Мы садились у окошка, Игорь у меня на коленях, и малыш часто, повторял заученную фразу:

– Дед, что это? – Показывая пальчиком в окошко.

Когда ехали по городу, я часто с первого раза не угадывал, что интересует внука за окном. Тогда он с трудом на своём одному мне понятном языке говорил:

– Нет, – и добавлял непонятные для окружающих фразы, а когда я догадывался, что хочет ребёнок, то малыш хлопал в ладоши от радости, тогда я объяснял внуку то, что его заинтересовало.

Когда мы проезжали по селу Арбеково, то встречали много домашних животных за окном. Тогда внук переходил на колени к бабушке, тоже сидящей у окна, и сам объяснял старенькой, какие животные за окном, и как они разговаривают, по сходству с игрушечными.

– Гусь: га – га – га.

– Петух: Кукареку!

– Корова: му …, му…, му…,

– Собака: гав, гав, гав.

Мы сходили на остановке «Свинокомплекс». Малыш сразу забирался мне на плечи, свешивал ноги на грудь, и крепко обхватывал ручонками меня за лоб, после чего произносил:

– Но лошадка!

Дед – лошадка, придерживая наездника за ноги, бежала по тропинке метров восемьдесят через посадку до железной дороги. Там лошадка останавливалась, снимала наездника на землю, и мы поджидали, отставшую бабушку. Если встречались поезда, то мы пропускали их, маша руками машинисту. Железную дорогу мы переходили вместе с бабушкой, взяв внука с двух сторон за руки.

Дальше дед снова превращался в лошадку, а внук в наездника. Мы снова неслись по дорожке через посадку, до средины первого дачного участка. Там наездник лошадку останавливал, после чего я спускал его на землю. Игорь подходил к забору и звал козу, свою подружку:

– Ме…, ме…, ме…, до тех пор, пока та не подаст голос и не направится к забору.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.