Наследие. Том седьмой. 2021

Июль

Мы живём! И это наше время!

Время – это только лишь условность,

Это только мера бытия,

Кто придумал время, безусловно,

Гений, а не то, что ты и я…

Есть теперь зато у жизни нашей

И начало, и её предел,

Хоть и жить теперь немного страшно,

Я бы жить, как прежде, не хотел…

Там, где нет ни завтра, ни сегодня,

Где нет прошлого и будущего нет,

Жизни нашей тоже нет, выходит,

Есть одна лишь тьма, один лишь свет…

Мы из бесконечности рождались,

Чтобы в бесконечность вновь уйти…

Но когда-то всё-таки дождались

Миг тот, чтобы время обрести…

И того, кто дал нам с ним надежду,

Кто нам дал минуты, дни, года…

Уходя в безвременье по-прежнему,

Будем знать зато – идти куда?

А теперь нам снова утверждают,

Чтобы мы поверили опять —

Время лишь иллюзия пустая,

Можно хоть вперёд, а можно вспять…

Ну, а жизнь? Что делать с ней теперь нам,

Если все мы только чей-то сон?

…Мы живём! И это наше время!

Слышите курантов перезвон?

У каждого из нас мораль своя

Мораль не в том, чтоб просто быть моралью,

У каждого из нас мораль своя —

Вот я себя среди других прославлю,

Конечно, не забыв при том себя…

Моя мораль – немного аморальна,

Как, впрочем, аморален и наш век,

Я потому в нём чувствую нормально,

Что я для всех нормальный человек…

Немного циник, иногда невежда,

В одном лице и моралист и аморал,

Но не даю напрасные надежды,

А если и беру, то кто не брал?

А кто не врал? Не прикрывался правдой?

Пристойно жил и выглядел всегда?

Зачем тогда мораль? Узнал недавно:

Мораль нужна для Божьего суда!

Но одинокий Бес, как-то при встрече

Сказал мне, что про Страшный суд всё врут,

Тем более и тот, кто врёт, не вечен…

– У нас в судах берут? И там берут!

…Так, что живи себе, мой друг, нормально,

Ведь и мораль давно уж аморальна…

Есть жизнь. Есть смерть…

Есть Жизнь. Есть Смерть. Соперницы две вечные…

Напрасно Смерть Жизнь хочет победить —

Они и есть опора бесконечности,

Без них и вечности не может просто быть…

Единство и борьба их – есть начало!

С времён начала вечность так жила,

А чтобы Смерть совсем не заскучала

В награду ей сдаёт наши тела,

Отжившие свой срок в жизни бессрочной,

Лишь души продолжают вечно жить:

В прекрасной вечности- лишь те, что беспорочные,

И в адском пламени – те, кто решил грешить…

Для вечности и праздники и склоки,

Чей-то позор и слава, всё – ничто,

Но в том ничто у нас зато есть сроки

И знаем мы – зачем мы здесь и кто.

Для нас ни жизнь, ни смерть не безразличны,

Достоинства и недостатки их

Мы принимаем, как свои, как личные,

И жизнь для нас не та уже без них…

Мы разные – не может быть иначе,

Иначе вечности нарушится баланс —

Кто-то из нас всю жизнь о жизни плачет,

А кто-то ищет смерть и каждый раз

Смерть стороной его опять обходит…

Выходит, что дилемму ту решать

Увы, не нам. Мы в этот мир приходим

Лишь для того, чтоб их решенье ждать.

Есть Жизнь. Есть Смерть. А мы лишь инструменты,

Чтоб вечность бесконечную хранить…

…Так будем жить,используя моменты,

Чтобы потом, вернувшись, снова    жить!

Что значит жить?

Меня спросили: а что значит жить?

В чём вижу смысл своего существования?

Конечно, можно самому себе служить,

Всю жизнь прожить на стареньком диване,

Писать стихи, других в них поучать,

А, можно ещё проще – помолчать,

Чтобы другие тоже не мешали…

Не буду ли потом по ней скучать,

Когда отправлюсь сам в иные дали?

Туда, куда не знаю сам пока…

А если бы вы спрашивать не стали,

Я этого бы вам и не сказал,

А вдруг об этом вы всю жизнь мечтали?

А я, как жить не надо, доказал

Своею жизнью. Жаль, что не спросили,

Не задали мне раньше тот вопрос…

И у меня возможности все были,

Вот только сам до них я не дорос,

Чтоб жизнь свою прожить совсем иначе.

Ответ мой прост: во мне не я жил, значит…

…А если ещё проще говорить,

Уж, если я живу – не существую,

Я знаю – эту жизнь не повторить,

И потому сегодня в ней живу я!

И с ней делю всё, что она даёт!

И ничего не требую задаром…

А если вдруг нежданно смерть придёт,

Такая жизнь ей вряд ли подойдёт,

Сама уйдёт. К тому, кто с перегаром…

Лежу в окопе…

Лежу в окопе в том бою убит

На берегу реки, что называлась Луга…

Окопа нет давно, и я забыт,

Но без обид: в бою том было туго

Не только мне, а всем, кто выжил в нём,

Лишь только я земле родной достался

И в ней под перекрёстным артогнём

Навечно в том окопе окопался…

И даже мёртвым я не отступил,

Назад ни шагу, как мне приказали,

Другие же ушли, а я сглупил,

И жить зато, наверное, остались…

Кому-то надо было выживать,

Кому-то надо было лезть под пули,

Погибли бы, кто стал бы воевать?

А выжили – победу нам вернули!

Лежу в окопе под землёй сырой

Ещё один из многих неизвестных,

Простой солдат, какой же я герой,

В первом бою погибший, если честно…

Но это не моя была вина,

И даже смерть мою винить не стоит,

Её призвала, как и нас, к себе война,

Чтобы потом оставить всех в покое…

…И ждать пока поставят здесь звезду

Над тем окопом, где был я когда-то

Есть бесконечность у меня. А вдруг найдут?

А не найдут – поставят всем солдатам…

Шёл первый день июля…

Шёл первый день июля в той войне

И три ещё таких июля будет,

Мы раненых таскали на спине,

А кто победу нам потом добудет?

Не думали о том, как уцелеть,

Как победить – о том все мысли были,

Кому-то в танке суждено сгореть,

Кого-то на глазах у нас убили…

Мы павших не считали – не досуг

Бывало даже и не хоронили,

Когда врагов опять сжимался круг,

Мы за границу их опять теснили…

Ни шагу от границы не ушли

И не было для нас ни дня, ни ночи,

И десять дней, как миг один, прошли,

Хотя нам продержаться час пророчили…

Пока мы здесь – граница на замке,

Пусть думает враг, что мы все из стали…

Последняя граната есть в руке —

В ней – смерть врагам, а наша смерть – за Сталина!

За маму, за детей, за власть советскую

За Родину, за нашу Жизнь и Честь,

За всех друзей, за крепость нашу Брестскую…

…Мы здесь пока. И вечно будем здесь!

Осталось только верить

Жаль, что Вас нет уже давно в живых,

Зато теперь уже не ноют раны,

А мы Вас помним, как на фото, молодых…

Как не хватает нам, Вас, ветераны!

И кто теперь всем сможет рассказать

О той войне всё, как Вам страшно было…

Как молодым сегодня доказать

То, что не просто ими позабылось…

Они войны не знали никогда,

И, дай им Бог, узнать не доведётся,

Но всё-таки тревожно иногда,

А вдруг и им познать её придётся?

Какой её увидят вдруг они,

Но явно не игрой из интернета…

Вернуть бы их хотя бы в наши дни,

Но только не в далёкое то лето…

Отправить их в окопы, хоть на час,

И дать понюхать пороха и дыма…

Жаль только, что не будет рядом Вас,

В одном строю и тоже молодыми…

Осталось только верить, что страна,

Уже не та, и ждать войны не будет…

А если будет всё-таки война,

То опыт ваш, надеюсь, не забудет…

…А молодых научит жизнь всему

И поумнеть всем поздно или рано…

Когда-нибудь они, даст Бог, поймут,

Что значит стать однажды ветеранами…

С гитарой вместе догорал костёр

Растроена гитара – не в те руки

Она опять попала. Ах, как жаль…

А то бы так бы спела о разлуке

И про свою цыганскую печаль,

Что все бы, её слушая, рыдали,

Вдруг вспомнив и себя и табор свой…

Но почему её другому дали,

К тому же и певец едва живой…

Но, что играть, решала не гитара,

Её же с барахолки принесли,

А ведь была любимой Лаутара,

Пока его в тюрьму не увели…

Теперь она рабыня чьей-то сходки,

Пора теперь учить блатной язык,

А музыкант с нетрезвою походкой,

Гитару взял и тут же сразу сник…

Ей повезло на этот раз, похоже,

Чем так играть, уж лучше ей молчать…

Вот выйдет Лаутар на волю, может,

Тогда уж будет некогда скучать…

Опять вернётся в свой цыганский табор,

Опять найдёт знакомый в нём шатёр…

…Откуда-то дымок повеял слабый —

С гитарой вместе догорал костёр…

Цыганские ночи

Цыганские ночи – жаркий костёр…

Цыганские песни – поём до сих пор…

Цыганские танцы – их помнят глаза…

Цыганские клятвы – творят чудеса…

Цыганочки юные – дарят любовь…

Потом забирают себе её вновь…

…Табор цыганский под утро ушёл…

А я за цыганочкой той не пошёл…

Остался сидеть и вздыхать у костра…

О той, что меня так любила вчера…

И сердце, похоже, моё увела…

Была ли любовь? Или только слова?

Солнце взошло и сошло колдовство…

Сижу в поле чистом – вокруг никого…

Прошедшая ночь растворилась, как сон…

Мне снилось, как я был в цыганку влюблён…

Но утро вернуло в реальность меня…

Нет рядом цыганки… Нет рядом коня…

В костре вместо пламени только зола…

Была ли любовь? Ну, конечно, была…

И, может быть, даже была настоящей…

Такой же мгновенной, каким было счастье…

Была и пропала. И счастья не стало…

А, может, оно её табор догнало…

Теперь вместе с ней оно где-то кочует…

И с сердцем моим в её сердце ночует…

Где же ты?

Где же ты,

Разбившая мои мечты?

Я шёл к тебе. Я нёс цветы…

А ты? А ты? А ты?

А ты ждала, но не меня,

Не дождалась всего полдня,

Ведь через час пришёл другой,

Назвав тебя, как я бы, дорогой…

Сказал тебе мои слова,

И мной его ты назвала,

Но разве ты его ждала…

Ждала? Ждала? Ждала?

Зачем ему сказала: мой?

А я ушёл ни с чем  домой,

А вслед за мной ушли мечты,

Где ты, где ты, где ты…

Так, где же ты?

И где теперь мои мечты?

В каком салоне красоты?

…А там другая, но не ты…

Улетела с жизнью красота

У тебя улыбка бога – ты сказала —

Ты такой красивый, словно бог…

Ты меня тем самым наказала,

Видимо, чтоб я забыть не смог

Ни тебя, ни слов тех, твоих льстивых…

И себя вдруг богом возомнив,

Я всю жизнь искал себе красивых,

Потому, что я, как бог, красив!

И красивых было много рядом,

Но никто меня не замечал,

Видимо, красивых, им не надо,

А таких, как ты, не повстречал…

И когда, однажды вдруг случайно

На себя я в зеркало взглянул,

На лице, увидев вдруг отчаяние,

Сам себя в реальный мир вернул:

В зеркале старик – лицо в морщинах,

Улетела с жизнью красота…

– До чего ж, вы, глупые мужчины —

Всё, что ты искал, была мечта…

Красота – в душе, а не в портретах,

Тех, что ты развесил на стене,

А теперь вот вспомнил обо мне,

А меня давным-давно уж нету…

– А ты кто?

– А я была когда-то

Той твоей несбывшейся мечтой…

…Для большой любви нужен богатый,

А зачем ей бедный с красотой?

Столица лохов

Поедем в Саратов? И к лохам заедем

В одну деревеньку с названием Лох,

Попробуем сыра с медком на обеде,

Споём под гармошку – певец я не плох…

Таких деревень нам побольше б в России —

Была бы не жизнь, а малина везде!

А всех москвичей тут же бы попросили

Уехать в Европу по ихней нужде…

Пусть там бы они развлекались в туманах

С такими же лохами, почти, как и мы,

Пока там такими же тоже не станут,

И в нужное русло направят умы…

А мы б ту деревню назвали столицей,

И стали б не лохи в ней, а лохачи!

…Не бойтесь, ребята, мне это лишь снится,

Куда нам без вас? Вы же кто? Москвичи!

Бабочка

На окошко бабочка утром прилетела,

Может, познакомиться просто захотела,

Может быть, искала мотылька заблудшего,

Чтобы жизнь короткая ей была не скучною…

Только зря ты, бабочка, мотылька здесь ищешь,

Там, внизу, на поле, их летают тыщи —

Разных, разноцветных… Жаль, стал я забывать,

Как по мужскому роду бабочку назвать?

В общем, всем понятно, что я хотел сказать,

Вот только самой бабочке никак не доказать,

Что мотылёк – не бабочка, он лишь путан ночной —

Тебе ж, красотка, нужен кто-нибудь иной…

Тут прибежала кошка, бац лапой по окошку,

Поговорить ещё б дала нам с бабочкой немножко!

А тут пришла ещё жена и тоже стала у окна…

…А, может быть, подумала или себе придумала,

Что я тот самый мотылёк… Тогда же, где она?

Атланты с Миллионной

Пора убрать Атлантов с Миллионной —

Они для нас не коренной народ!

Выходит, что стоят здесь незаконно,

Хохлов что ль караулят у ворот-

Они ж их самозванные потомки!

А, может, их к потомкам отпустить?

А, может, Киев превратить в обломки?

А, может, просто взять, и всех простить?

Ведь говорят: в семье не без урода,

А что с них взять на голову больных?

А как иначе доказать народу,

Что все мы с ними из одной страны?

Что все мы русские и со времён далёких,

Нам с ними было нечего делить —

Всё было общее для всех – от бед жестоких

До съездов, где умели похвалить…

Теперь они и похвалы не стоят,

Теперь пора их, видимо, лечить?

Вот только, где лечебницу устроить?

А чтоб не строить – просто замочить

Всех в Чёрном море? Ведь они ж отрыли

Когда-то это море для себя…

А если вдруг об этом позабыли,

Пусть им тогда Атланты подсобят…

…За этот бред меня уж вы простите,

А что сказать, коль вся страна в бреду?

Теперь, видать, делитесь, не делитесь,

Ведь всё равно они уже в аду…

А, как закончить этот ад, не знаю,

И потому в их Киев не спешу,

Пусть сам народ там за себя решает,

А, как решит, потом вам напишу…

А смерти нет…

Часы стучат, как молотом, по нервам,

Звучат в ушах набатом колокольным…

Сегодня я уйду туда не первым

И не последним – будь душа довольна,

Что мы с тобой не будем одинокими

И там найдём опять друзей себе,

И здесь оставив все земные склоки,

Смиренно отдадим себя судьбе…

Ну, а пока мы здесь ещё живые,

Лежим и ждём, когда наступит ночь,

И смерти страх почувствуем впервые,

Как жизнь из нас навек уходит прочь…

Глаза закроем, чтобы тьму увидеть,

Но вместо тьмы увидим снова свет,

И смерть вдруг перестанем ненавидеть,

Хотя б за то, что смерти вовсе нет…

Но на вопрос, что ждёт нас после смерти,

Ответить вам я так и не смогу,

Когда уйдёте, сами и проверите,

А надо будет, я вам помогу…

Часы на стенке отмеряют время,

Лишь им известно сколько и кому…

…Как странно, за окном уже не темень,

А смерти нет… Не знаешь, почему?

Если им всё это надо?

Вместе жили, вместе пили,

Вместе семьями дружили

И Союз вместе пропили…

Стала жизнь, как анекдот:

Президента подменили…

Был Федот – теперь не тот…

Может быть, не тот народ?

Может, сами, что забыли?

Жаль, не знали на Майдане

Обо всё этом заранее!

В общем, жили – не тужили…

Что хотели – получили…

На ошибках не учились…

Думать тоже разучились…

А теперь – всё как в тумане…

Президентом клоун станет…

И пойдёт жизнь – клоунада…

Оказалось, то, что надо…

Жаль, конечно, братьев меньших:

Надо было пить поменьше…

И закусывать не салом…

Но страна, видать, устала

И не только пить. И думать.

Чтобы ей ещё придумать?

Взять Россию в оборот?

Вышло всё наоборот —

Умные пошли налево,

А не умные направо —

Покричать: «Героям слава!»…

Доорались, докричались —

Быстро натовцы примчались —

Свой народ – хоть и урод!

И пошёл в стране разброд…

Сколько лет всё бродят, бродят,

А себя всё не находят —

Был народ и нет народа,

Аж с четырнадцатого года…

А теперь и президента:

Был таким интеллигентом!

Но испортился моментом…

И гадает вновь народ:

Тот ли он или не тот?

С виду вроде тот, а в деле?

Мы такого – не хотели…

Значит, видимо, украли…

Бедный, где-то на Урале

Вкалывает в рудниках?

Может, в Штатах?

Иль в бегах?

А народ вновь в дураках…

Впрочем, наше ль это дело?

Раз страна того хотела,

Я сказал бы так: насрать!

Если будут вымирать,

Это личное их дело…

Постоим потом у тела…

Помянём – таков порядок…

…Если им всё это надо?

А фигу с маслом не хотите?

Европа слишком осмелела,

А, может быть, ей помогли?

То вдруг Печоры захотела,

Потом другой кусок земли

Российской, нашей вдруг захочет,

А почему бы вдруг и нет,

Когда есть сила, между прочим,

Не устоит любой сосед…

Любой, но только не Россия!

Так было и так есть всегда,

Ведь мы вас вежливо просили:

Не суетитесь, господа…

А фигу с маслом не хотите?

Тогда умерьте аппетит…

Иначе, вы уж нас простите,

В ответ вдруг что-то прилетит…

Мечтать не вредно – вредно думать,

Что вся Европа – только вы,

И что все там, как вы, безумны…

А, может, в этом вы правы?

Один такой уже нашёлся

И нас попробовал на зуб

И чем Европе обошёлся

Мечтатель тот? Он просто труп…

Не мы, а вы опять хотите

Витать в мечтах, как в облаках…

…Тогда попробуйте, возьмите,

Но, видимо, кишка тонка?

Вопрос к Минкульту

Сколько в мире Лысых гор?

До сих пор ведётся спор…

Есть гора под Петербургом,

Называется Кирхгоф,

Говорят, там в ночь Вальпургиеву

Ведьм не перечесть, как блох,

У бомжей… И рок тяжёлый

Там гремит аж до утра…

Я и сам туда пошёл бы,

Жаль на смену мне пора…

Но жену мою позвали,

А меня забыли, жаль…

Для приличия назвали

Этот шабаш – фестиваль!

Кроме ведьм теперь народа

Каждый год там пруд пруди,

Вновь на ведьм, похоже, мода —

Что же будет впереди?

Впрочем, Лысых гор всем хватит:

Ведьмам, бесам и чертям…

Пусть приходят, если платят,

Всё для всех найдётся там:

И стихи с вином и даже

Застарелые грехи —

Сколько лет тебе – не важно…

Ну, а как же петухи?

Да, вы, видимо, отстали —

Петухи теперь не в счёт!

Ведь на этом фестивале,

Даже время не течёт,

А бежит, но лишь в стаканы…

До рассвета пей и вой!

…Ну, а то, что утром рано

И с больною головой

Начинать опять неделю,

Не волнует никого…

Ведьмы тоже разлетелись,

Есть вопросы у кого?

Есть вопрос – сказал приятель:

Если этот шабаш – ваш,

То он – культмероприятие,

Если нет – тогда шабаш!

…А потом в Минкульте думали

Аж до будущей весны…

И конечно же придумали:

Отменить в ночь эту сны,

Где-то ж надо веселиться

Ведьмам ночь в стране родной…

Ну, а в северной столице

Зато будет праздник свой,

А не только революции…

…Так и запишем в резолюции!

А так всё было хорошо

Вот до чего дожили мы теперь:

То вводим тихий час для идиотов,

То вешаем замки, чтоб в нашу дверь

Не смог попасть чужой и даже кто-то

Свою квартиру, превратив в тюрьму,

На окна ставит прочные решётки…

Смотрю на это всё и не пойму

В какой стране живём мы, одногодки?

А одногодки, тоже, как и я,

Мне те же задают теперь вопросы —

Была страна – была одна семья,

Теперь у нас остались только слёзы,

Чтобы слезами всё и завершить…

Не плакаться нам раньше надо было,

А надо было всё самим решить

Как надо жить… Чего-то не хватило…

Быть может, храбрости, быть может, силы воли,

Видать, жилось уж слишком плохо нам?

Зато теперь, похоже, всем довольны,

Что вместе все мы не остались там,

Где был у нас великий и могучий…

Где был народ – народам всем пример?

Теперь же закрываем жизнь на ключик,

Боимся всех на западный манер —

Выходит, что живём теперь мы лучше?

А я хочу назад – в СССР,

Чтобы душа и двери – нараспашку,

И чтобы птицы могли в окна залетать…

И чтобы жить, но так, чтобы не страшно,

Чтоб по утрам не смерть, а солнце ждать…

…А так всё хорошо было вначале

И так всё плохо кончилось потом:

Карманы наши тут же полегчали,

Но дело не в карманах. Дело в том,

Что нас в июне просто обманули,

А в августе не те пришли во власть,

Что мы не ждали, то нам и вернули —

Народу – нищету. Себе же – право

Страну и нас до нитки обокрасть…

Есть Русь зато!

Вы переделайте мою страну обратно

В страну, в которой я когда-то жил!

Которой дед всю свою жизнь служил,

Которой жизнь отдал! В чём виноват он?

Быть может, в том, что сделал всё, что смог,

Чтобы страна его могучей стала,

Чтобы никто не думал и не мог

Нас одолеть… И вдруг страны не стало?

А, может, виноват не он, а я?

Что успокоился, как все, уж слишком рано,

Что слишком сильно полюбил себя,

Забыв заветы старых ветеранов

О том, что враг не дремлет никогда…

Выходит, что враг всё-таки дождался:

В кремле уже сидели господа,

И без страны народ чуть не остался…

Но десять лет неволи позади,

Хотя и раньше мы в неволе были,

Но слава Богу, Бога не забыли

И отыскали в прошлое пути,

Где вновь нашли Руси великой силы,

Изгнали ворогов из древнего кремля,

И всем напомнили – жива ещё Россия

И живы в той России ты и я!

Осталось только жизнь вернуть обратно,

Хотя и не совсем, быть может, ту…

Но и не ту, в которой многократно

Народ пытались ввергнуть в пустоту

Чтобы рабов в нас молчаливых видеть…

Нет, господа, что было то прошло,

Когда -то вы могли бы нас обидеть…

А если до кого-то не дошло,

К нам приезжайте, мы вам всё покажем:

Медведей и балет, цирк-шапито…

…А просто так, и не пытайтесь даже,

Союза нет у нас… Есть Русь зато!

Я там уже не я…

Когда-нибудь, когда наступит старость,

И в прошлое всё прошлое уйдёт,

Найду в шкафу из прошлого гитару,

Она, быть может, в прошлое вернёт

В последний раз меня туда, где вместе

Мы снова встретимся, чтоб снова разойтись,

Под перебор гитарный вспомнив песни

В последний раз, про ту, что в прошлом, жизнь…

Про ту любовь, которая промчалась,

Как звуки струн гитарных навсегда,

Жаль, что она в том прошлом потерялась,

Хотя и возвращалась иногда…

Но в этот раз уже не возвратилась,

Да и с гитары кто-то струны снял…

А ты ушла тогда и не простилась,

А я, как часовой, всю ночь стоял…

И ждал и ждал… Но так и не дождался…

Ты тоже, может, ждала там меня,

Где я навек со старостью остался…