Идеальный мир для Социопата 2
- -
- 100%
- +
Аа, понятно… – пробормотал я. Только мне ничего не понятно.
Потом мне внезапно стрельнула мысль в голову.
– Только не говори мне, что я еще и… – договорить она мне не дала, рассмеявшись.
– Нет, ты не спал с Катькой, – успокоила она меня.
Наверное, это был бы перебор.
Говорят, что одну дурь можно выбить только еще большей дурью. Наверное, они правы. Я сейчас воспринимаю Полину совершенно нормально, и признаться, это было необычно.
Меня опять бросило в пот. Как же я ненавижу алкоголь. Он всегда раскрепощал меня, приводя в самые нелепые ситуации. Правда, если бы не он, то моя сексуальная жизнь была бы, мягко говоря, никакой. Алкоголь, млять, двигатель секса в моей жизни.
Вроде мужики в своих рассказах упоминали, что такая ситуация называется «попался». Я в тот момент не совсем понимал, в чем смысл этого выражения, но теперь, кажется, ко мне стало доходить, насколько сильно я попался. О чем и свидетельствовала довольная Полина под боком.
– Пора, наверное, вставать, – зевнула она и потянулась, – пойду приготовлю что-нибудь вкусного нам на завтрак.
Голая девушка грациозно поднялась с постели и стала медленно одеваться, ни капельки не смущаясь и, как будто специально дразня меня своими аппетитными формами.
Мелкие и Катя сейчас спят вместе во второй спальне, которую мы выделили Кате с дочерью. Система, что же они обо мне теперь подумают. Стоп!
Дождавшись, пока Полина выйдет, я тоже стал одеваться. Провел беглый осмотр своего тела, и не обнаружил даже следов от шрама. Нога отлично зажила, и теперь я опять боец. А после сегодняшнего события мне точно следует развеяться и вдоволь поохотиться, при этом хорошенько обо всем подумать.
Ну, Прапор! Самогоночка у него есть… Отличный продукт, говорил он мне. Память напрочь отшибло.
Потом я оделся и опрокинул в себя зелье лечения. Надеюсь, что моя головная боль пройдет, а то регенерация, мягко говоря, в шоке.
Полина уже была на кухне и гремела там вовсю тарелками, когда я уселся за стол в гостиной, думая, стоит подождать завтрак или пойти сразу на охоту?
Да, Игорь, отличная идея пришла тебе в голову, поступить как мужик и сразу сбежать, это точно прибавит тебе баллов в глазах Полины.
Черт, совсем плохо мозги соображают. Достаю зелье лечения и, откупоривая крышку, вливаю еще одно в себя.
Как бы я не хотел отсрочить эту встречу, но она произошла намного быстрее, чем мне бы хотелось. Из второй спальни вышли остальные жильцы моей квартиры.
Катя загадочно улыбалась. Лиза хитрым взглядом окинула меня, чему-то деловито кивнула, а потом сразу перешла в наступление.
– Теперь я точно буду называть тебя папочкой, – туше… – О, ты вроде даже не застыл, молодец, – показал маленькая егоза мне большой палец.
И правда не застыл. Наверное что-то изменилось во мне.
А следом за ней удар пришел и с другой стороны.
– Не обижай папу, – ущипнула ее за плечо Аня.
Если Лиза была маленьким ураганом, то Аня – полной ее противоположностью, тихой и скромной.
– Ммм… – Катя удивленно посмотрела на дочь, а потом звонко рассмеялась. – А что, мне нравится, хороший выбор доченька, – и обняла ее за плечики.
Мне в этот момент захотелось научиться обращаться с огнестрельным оружием и застрелиться. Чтобы точно не промазать. Вот он – минус лука, застрелиться с него не выйдет.
– Есть хоть маленький шанс на то, что моя жизнь теперь не станет сложнее? – в надежде на положительный ответ задал вопрос им.
Те весело переглянулись, и отрицательно покачали головами.
Ну да… а на что я надеялся? Хотел интересной и веселой жизни? Получай Варг, вот она.
– Может взятка, а? – пошел с козырей.
– Не думаю, – улыбнулась Катя, разглядывая меня. – Анька уже выбрала тебя, значит быть тебе папой.
– Эй! – это уже Лиза.
– Тебе что, жалко? – нахмурилась девушка. – Ты не хочешь, чтобы Анька стала твоей сестричкой?
Вот тут Лиза задумалась, и я понял, что тут все давно решено без меня.
– Конечно мне нужна сестричка, – после некоторых раздумий ошарашила она меня.
– Застрелите меня… – устало прохрипел я, уронив голову на стол.
***
Район строителей находился в двух часах ходьбы от общаги, и кишел зомби. Сегодня мне предстоит хорошенько пройтись огнем и мечом по нему, а все дело в том, что я хорошо запомнил рассказ Прапора, хотя и был изрядно пьян. Он поделился со мной, что очень переживает за сына и внучку, которые сейчас находятся у себя дома в городе, не имея возможности выбраться оттуда. В самом начале происходящего хаоса он не успел попасть к отцу, а ведь тот его не раз предупреждал, чтобы он все бросал и мчался к нему. Теперь сюда уже не так легко пробраться гражданским людям, да еще с детьми.
Мне стало жалко Прапора, я хорошо понимаю его отцовские чувства. Жить с мыслями, что можешь больше никогда не увидеть своих родных, очень тяжело. А во время апокалипсиса это самый вероятный исход. Сделать в данной ситуации он ничего не может, только надеяться, что их группа скоро станет достаточно сильной, чтобы спасти его родных.
Сыну Прапора было сорок лет, по профессии военный инженер. Он с дочкой жил в небольшом доме. За все это время, по словам Прапора, он успел обойти все квартиры вокруг, собрав еду и убив зомби. Ему повезло, что он получил навык от системы «повелитель камня».
С помощью приобретенного навыка он забаррикадировал все входы и окна каменной породой. Навык его, хотя и был силен, однако несет скорее оборонительный характер, чем боевой. Прапор меня не просил о помощи, и даже не намекал. Усталый старик просто поделился со мной своими переживаниями, показывая фотографию сына с внучкой. А я вчера мимоходом узнал у него адрес, и теперь направляюсь туда. Он говорил, что уже два дня не разговаривал с сыном по телефону после пропажи электричества, и боится, что тот уже мертв.
В городе я прыгал блинками, своим излюбленным способом, по балконам и крышам, попутно отстреливая зомби. Временами встречал выживших, но на контакт не шел. Нафиг они мне надо. Вдалеке виднелся массивный столб дыма, где-то возник пожар, а тушить его некому.
На моем маршруте попадалось очень много зомби, и теперь я сомневаюсь, что смогу легко спасти родных Прапора. Но в любом случае надо попытаться, может хотя бы коробки с едой им оставлю, если вывести их будет затруднительно. Или могу девочку забрать. Не знаю, как точно работает мой навык, но странностей хватает. Если я дотронусь к ребенку, он станет невидимым, а если к взрослому человеку, то фиг мне, а не невидимость.
Обновлённый лук показывает себя с отличной стороны, он жестче натягивается, так что скоро можно будет стены насквозь прошивать, если найду подходящие стрелы. Пока мне без разницы, чем убивать зомби, даже стрелы с костяными наконечниками подойдут. Броня тоже претерпела ряд изменений, она стала шире, и теперь защищала, как плечи, так и бедра. Как раз то, чего мне так не хватало в прошлый раз. Наручи и ботинки совершенно не изменились, ну разве что стали прочнее.
Перемещаясь блинком на очередной балкон, едва не угодил в ловушку, только чудом в последний момент заметил ее. Это что еще за хрень?! От дома к дому, через дорогу, были натянуты едва заметные прозрачные нити. Хм… Что-то это мне напоминает.
Достаю копье и бью по ближайшей нити, которую раньше чуть не зацепил своей головой. От удара она издает металлический лязг, по звуку как струна, но остается целой. И тут из окна выползает огромный мерзкий паук с красными глазами. Жуткая тварь. Он своими лапами впивается в каменные стены дома, как в мыло. Ого, он что, из железа сделан, мутант хренов.
Все это я уже наблюдаю из безопасного места, натягивая лук, так как сразу блинком ушел назад.
Тварь машет головой во все стороны, и жутко клацает то ли лапами, то ли щупальцами, ища свою очередную жертву. Первую стрелу загоняю пауку в голову, и попадаю в глаз. Он дергается от боли, но не падает. Ну и чудище, мать твою… Продолжаю пичкать его стрелами, но подыхать он не собирается, даже две стрелы легко отбил.
Достаю хрустальную стрелу, и запускаю прямо в брюхо. Стрела входит точно в цель, а тварь громко визжит на всю улицу. На этот зов со всех сторон бегут зомби. Но из-за того, что паук висит высоко на своих нитях, те не могут его достать.
Меняю тактику и стреляю в место сочленения мохнатого тела с лапой, и та с хрустом обламывается. Паук теряет равновесие, и летит камнем вниз, где его разрывают на части зомби. Но не все так просто. Тварь еще жива, и из последних сил сражается с зомби, откусывая им головы и разрубая тела пополам своими острыми, как бритва, лапами. Как итог, победили зомби, но в неравном бою потеряли "человек" двадцать. Зато те, кто выжил, довольно чавкают.
Надо своим сообщить о такой херне, да и самому быть поосторожнее. Дальше до нужного дома добрался без приключений.
Найти здание было легко, так как его окружала каменная преграда. Даже залюбовался, рассматривая забор, сделанный Петром. Камень рос прямо из земли на метра два вверх, не давая зомби перебраться, и даже заглянуть туда. Здесь нужен прыгун или громила, о пауке даже думать не хочу, мерзкая тварь.
Судя по всему, здесь что-то сейчас происходит. Взором вижу, что у сына Прапора большие проблемы. А может он мазохист, который сам себя избил и приковал наручниками к батарее, а потом позвал друзей для того, чтобы они смотрели на него и ржали. Еще заметил, что в углу сидит сгорбленный ребенок, и рыдает в поджатые колени. Рядом ублюдки вовсю веселятся, допрашивая пленного, а тот молчит, только из-под лба хмуро смотрит на них одним открытым глазом.
Я думал, что сегодняшнее утро поменяло мое отношение к людям, и я стану добрее, что ли… Но нет. Кажется, я стал еще злее. Любой умрет в то же мгновение, как только перейдет мне дорогу.
Я что, зря проделал такой путь сюда, чтобы увидеть, как какие-то непонятные мудаки просто убивают его? Да еще при ребенке?
Картина заплаканной девочки, при которой избивают отца, сорвала последнюю планку в моей, и так в не совсем нормальной голове. Хищно ухмыльнувшись, я иду убивать.
Глава 3
Какие они жалкие и слабые! Издеваются всей толпой над одним человеком, радуясь своей безнаказанности. На восемь человек у них один ствол, но чувствуют себя довольно уверенно. Они еще не знают, что я пришел за ними и, наверное, не успеют этого узнать.
Тот, у которого был пистолет, умер первым. Стрела вышибла ему мозги, вместе с жизнью. Он как раз в этот момент что-то говорил Петру, не забывая при этом пинать его ногами.
Жестокие ублюдки, как же я ненавижу таких. Они источают агрессию и вседозволенность, которая сжирает их изнутри. Они могли бы спокойно убить их и стать сильнее, а могли взять в плен. Однако им этого мало, вначале они должны показать свое превосходство, издеваясь над двумя слабыми людьми, один из которых маленький ребенок.
Второй отправляется на тот свет, когда поворачивается к своему товарищу, и тут же получает стрелу прямо в лоб. Еще двое сидят в комнате на полу, копаясь в личных вещах мужчины. Меня они не видели, но это изменится через пару секунд. Убить их выстрелом из лука я не могу, так как стреляю с карниза под углом, и боюсь, что промажу. А потому блинк, и я уже в квартире. Бегу в невидимости с копьем в руках к мудакам, которые еще не поняли, что произошло.
Размашистый сильный удар, и голова рыжего слетает с плеч. Быстрый разворот корпусом, и копье протыкает грудь другому парню. От жуткой боли он начинает неистово визжать. Окей! Провернем копье, и увеличим звук. Недолго он орал, а жаль. Мне понравилось смотреть в его глаза, полные ужаса, а еще он испортил воздух. Морщась, скидываю его с копья.
Так, а где остальные? Опа, вижу, что двое стоят в подъезде и караулят вход, а еще двое бегут сюда. Вот один сейчас ворвется сюда… через – три – два – один – выстрел. Стрела вошла в него ровно в тот момент, как только он появился на пороге, распахнув дверь. На мгновение я залюбовался своей тонко проделанной работой.
Блин… А второй мудак уже не спешит ко мне, увидев, как отлетел назад его товарищ с пробитой головой. Ищу его взором, он спрятался за стеной, и что-то орет стоящим парням в подъезде, при этом судорожно сжимает в руках свою биту. А интересная у него бита, он на нее намотал скотчем гвозди, для того, чтобы дырявить зомби. Подумать только… дырявить зомби. Как он смог додуматься до такого, неужели не хватило мозгов понять, что такое работает только в сраных фильмах.
– Эй, может выйдешь сам, и мне не придется тебя искать? – громко спрашиваю парня, прячущегося за стеной.
А Петр в шоке, и не понимает, что здесь происходит. Прямо из воздуха вылетают стрелы, убивая его мучителей. А теперь еще кто-то разговаривает совсем рядом, голос звучит непонятно откуда. А вот девочка за все это время даже не подняла головы, только покачивается из стороны в сторону, не обращая внимания на внешний мир. Это плохо… Не люблю, когда по вине взрослых страдают дети.
Ладно, с эти разберемся позже, а пока опять фокусируюсь на оставшихся противниках. Двое из подъезда перебежками подбираются к третьему. Дам им время, пусть все вместе соберутся. Наблюдаю, как они перешептываются, прижавшись к стене. У одного в инвентаре оказался пистолет, и он сейчас держит проем на прицеле.
– Петя, сука, выходи! – кричит парень дрожащим голосом.
– Мы тебя, гниду, прикончим, а потом твоя соплячка будет молить нас о смерти, – пытается вывести он из себя Петра. Идиот думает, что это он прикончил его друзей.
Петр молчит, и сосредоточенно смотрит в ту сторону, где, как он думает, я нахожусь. Хм, кстати, он пытается что-то создать из камня. Ай да, Петя… Он старается сделать ключ к наручникам.
Не надо Петя, не будь дураком. Только помешаешь мне.
– Петя, последний раз говорю! Выходи, по хорошему! —не сдаются уроды, но лица у них уже не такие уверенные, какими хотят казаться на самом деле.
Ого, а это что такое? Один из них, самый смелый, готовится ворваться. Хм…
Он берет разбег, при этом удобнее перехватывает меч рукой, и начинает, как умалишённый бежать. Взором заметил, что перед забегом у него на мгновение засияли ноги, значит какой-то необычный навык. Он сейчас бежит быстрее раза в три обычного человека. Круто! Вот только реакции у него нет никакой. На полном ходу его грудная клетка встречается с моей ногой и …минус один. Теперь хорошо вижу, насколько сильнее я стал, даже не пошатнулся толком. А Петя в шоке. Только что его противник насмерть расшибся об невидимую стену.
Сука… Петя, не смей открывать наручники, и бежать.
Выйдя с невидимости лишь на пару секунд, показываю ему «тихо», приставив палец к губам, и опять пропадаю.
Теперь Петр открыл рот от удивления. Блин, он же сейчас увидел, как из воздуха появился парень в кожаных доспехах и с копьем в руках, приказал ему не шуметь и пропал.
Интересный навык у скоростного парня был, жаль, навыки не выпадают после смерти. Они выпадают, но очень редко, один раз я же получил так навык, правда, больше такого не повторилось.
Интересно, на что он рассчитывал? Что влетит, и быстро завалит Петю? Ну да… они наверное думают, что у того лук, и поэтому в ближнем бою будет преимущество, а теперь он лежит мертвый, а его товарищи пытаются сбежать, но кто им даст? Точно не я.
Разобравшись без проблем с оставшимися двумя, мой инвентарь увеличился лишь на двадцать килограмм, и это было даже слегка обидно, я то уже привык к цифрам побольше.
– Ну что, болезненный ты наш, расскажешь мне, как докатился до такой жизни? – спросил у Петра, выйдя из невидимости.
– Ты кто? – он даже пытался храбриться, но боковым зрением поглядывал на дочь, готовый в любой момент скинуть наручники, и напасть на меня.
– Прапора знаешь?
– Так ты от отца? – удивление перерастает в понимание.
– Ага! – киваю ему, и кидаю зелье исцеления. – На, выпей. Тебя хорошо отделали эти ублюдки.
Петр крутит пузырёк в руках, недоверчиво смотря на меня.
– Что это?
– Не тупи, мужик. Пей, и не задавай глупых вопросов. Думаешь, у тебя сейчас есть право выбора?
Понимая, что я прав, он под моим суровым взглядом выпивает зелье.
– Вот и молодец! – улыбаюсь, – это зелье исцеления, и оно поможет тебе очень быстро справиться с травмами. Нам предстоит трудная дорога домой.
– Спасибо, – сдержанно кивает, не до конца доверяя мне. Хотя странно, зачем тогда зелье выпил?
– Мужик, ты чего тупишь? Бегом к дочке, и приведи ее в чувство, – он только и ждал моей команды.
Девочка никак не реагировала на наш разговор. Однако стоило ему подбежать и обнять ее, она вздрогнула. Потом он начал ее успокаивать, и она разревелась. Как же сложно с ними. А ведь мне еще их надо до базы довести.
– Петя, – обращаюсь к нему, заставляя оторваться от дочери. – У тебя есть полчаса на сборы всего самого ценного. Вопросы будешь задавать потом. Понятно?
– Да – выдержав мой взгляд, кивает в ответ.
Мужик вроде боевой, но видно, что подустал. В прошлой жизни он, конечно же, скрутил бы меня в бараний рог, а вот сейчас у него нет никаких шансов. Да и не Комбат он, далеко не Комбат, вот того я и сам побаиваюсь… временами.
Пока Петр занимается сбором вещей, я, пожалуй, займусь лутом. Заберу с собой шипастую биту, и покажу дома Прапору, пусть поржет. Два пистолета, и совсем простой меч тоже заберу. А больше у тупиц ничего ценного не было. Грустно…
Очень странно, почему у них ничего нет, и как они спокойно ходили среди зомби. Возможно, и эти из банды Шипов, а весь лут оставляют на базе. Походил по квартире, оценивая ее размеры. Пять комнат, старый дом, в котором потолки по четыре метра. Не похож и близко на мою бывшую конуру.
Спустя десять минут Петру удалось успокоить дочь, и они начали собираться. Узнаю сына Прапора… Вещей у него было очень много, надеюсь, они все влезут в мой инвентарь.
Пока он занят своим делом, я выхожу на балкончик. Стоит основательно уменьшить тут количество зомби, а то не сможем даже выйти из дома. Стрельба из лука меня всегда успокаивала, а стрельба по живым мишеням вдвойне, принося свою порцию азарта. Выстрел… еще выстрел… и еще… Они прут, я стреляю, математика здесь простая. Одна стрела – один труп. Каждый раз, наблюдая за тем, что осталось от живых людей, при этом не испытываю ни капли жалости или сострадания. Хотя когда-то они действительно были людьми, каждый со своей историей. Все такие разные, но всех их постигла одна участь – стать ходячими мертвецами. Самое неприятное для меня – это стрелять в зомби-детей. Однако, эти твари самые опасные. Их маленький рост дает им огромное преимущество. Они незаметно могут подкрасться в толпе к живым и все, смерть и участь зомби гарантирована.
Как же приятно убивать этих тварей пачками, уже целая гора трупов. Главное, не забыть, для чего я здесь, а то увлекусь, отстреливая зомби до позднего вечера. Не могу понять, откуда их здесь столько. Завалил уже не меньше сотни, но постоянно подходят новые, беря дом в осаду. В некоторых местах защита, выстроенная Петром, начала потихоньку сдавать свои позиции.
Взором проверяю соседние дома, но не вижу, откуда они идут, вроде все, как всегда. А вот в соседнем красивом и старинном доме нашел летающих зомби, которые сейчас спят на крыше. Вот кому-то будет сюрприз, кто решит укрыться там. Может пойти и перебить их? Не… ну нафиг, слишком рискованно, проще нижних выкашивать.
Петя не вписался в свои полчаса, но все равно довольно быстро собрался. А сейчас вертел головой в разные стороны, пытаясь найти меня.
Ладно, вроде зомби стало поменьше, пора нам выходить из дому.
– Кого-то потерял? – неожиданно появляюсь за его спиной, заставляя подскочить от испуга.
Петр сжимает кулаки от злости, но молчит. После небольшой паузы говорит:
– Мы готовы. У тебя есть план, как нас вытащить отсюда? – а я уже думал, что он и не спросит.
– План есть, но он тебе не понравится, – улыбаюсь. – Впрочем, он и мне не нравится, – улыбка пропадает с моего лица.
Нормальный мужик, но он так смешно злится на меня, а сказать ничего резкого не может. Наверное, понял, на что я способен, и что с ним будет, если будет брыкаться.
Следующие четыре часа могу описать одним словом – скука скучная. Мы передвигались, как хромые черепахи. Хорошо, что я успевал собирать лут, а то было бы совсем печально. Я зачищал дорогу, выбирая самый безопасный маршрут, а они медленно шли, вернее сказать, Петр шел, неся дочку на руках. Пару раз приходилось сокращать дорогу напрямик через квартиры, так как встречались пробки из зомби. Мне даже показалось, что они дружно вышли на митинг, только транспарантов не хватало.
Внезапно останавливаю их, подняв руку вверх.
– Впереди вижу людей, а рядом с ними, на соседней улице тьма зомби. А еще там вижу собак-зомби, вот с ними я реально встречаться не хочу, – кривлюсь от воспоминаний про тех адских гончих. – Надо подумать, что делать дальше.
Мужчина морщится, потом переводит взгляд на дочку.
– Наверное, нам надо подождать пока они уйдут, и потом пойдем дальше, – предлагает он.
– Ну, не знаю… Они там, кажется, мародёрствуют, да и база у них там совсем рядом, – выручает меня взор в который раз. – Проблема в том, что я не знаю, нападут они на нас или нет.
– Тогда может первыми нападем? – а он оказывается не трус, и не прочь запачкать руки.
– А если они обычные люди, которые стараются просто выжить в этом мире, а мы их укокошим, разве это будет нормально? – без тени эмоций на лице спрашиваю у него.
Тот вновь смотрит на дочь, потом его взгляд возвращается ко мне.
– Для меня нет ничего дороже дочери в этом мире, – решается он. – Если ей будет грозить хоть малейшая опасность, я убью их без всяких раздумий.
Его тактика мне понятна и близка. От этого даже становится немного не по себе. Сейчас я тоже готов также поступить ради Полины и Лизы, а вот раньше мне было абсолютно безразлично. Кажется, я начинаю вешать на людей ярлыки «свой – чужой».
– Видишь красный дом? – очень странно, если не видит, ведь он тут красного цвета один на всю улицу. – Идите и там меня ждите, я скоро приду.
Петр согласился, и без пререканий пошел к дому, а я направился к людям.
Насчитал их человек десять, а еще неизвестно, сколько в их главном здании. К сожалению, мой взор туда не дотягивается, зато прекрасно вижу, что само здание выглядит достаточно укреплённым. А этих, наверное, отправили на дело, и они шастают по домам, выискивая разные ценные вещи. Как поступить с ними, я уже для себя решил, убивать их не стану. Вроде они нормальные, поэтому убийцей невинных людей я становится не собираюсь. Но мне и не надо их убивать, достаточно просто договориться с ними, пусть не мешают нам пройти здесь.
Подхожу поближе, примерно на расстоянии выстрела. Два мужика тащат тяжелый комод, наверное, на дрова. Достаю лук и стреляю в комод, стрела со свистом вонзается в него. Жду реакции. В первый миг они не понимают, что произошло, и оглядываются по сторонам. Мою стрелу они не замечают, странно. Они что, идиоты? Как можно не заметить стрелу? Ладно… Опять стреляю, но в этот раз посылаю сразу две стрелы.
Ооо… – наконец-то сообразили. Бросают комод, и быстро убегают. Потом наблюдаю, как остальные начинают выбегать из домов, и бегут в свою берлогу. А ты, идиот, почему не бежишь, думаешь, если прикрылся щитом, то он тебя спасет? Ага, да у него какой-то навык есть, вот глаза засветились зеленым и…не понял, что за навык. Ладно, некогда ждать, ускорим его, и послал стрелу прямиком в щит.
И сразу выругался вслух. Блин. Чуть не убил его… Щит, что ли картонный? Как стрела могла почти полностью пробить его? Зато как он побежал, аж приятно смотреть.
Подождал еще пять минут, чтобы убедиться, что они сидят в своем доме, и не скоро выйдут из него. Пару раз кто-то из них пытался высунуться из окна, но мои стрелы заставляли их спрятаться. Потом я вернулся за Петром, и мы двинулись дальше.
– Петя, не нервничай, все будет хорошо, – успокаиваю его из невидимости. – Тебя никто не тронет, я за этим слежу.
– Легко тебе говорить, когда ты невидимый, – бурчит тот.
– Разговорчики, солдат, – попытался спародировать Комбата.
Опасный участок прошли без проблем. Проблемы нарисовались чуть позже, когда по неосторожности Петр зацепил стоящую на тротуаре машину, сработала сигнализация, и та завыла на всю улицу. Пришлось бежать очень быстро.
– Петя, ты мудак, – отдышавшись, сказал ему, когда было относительно безопасно.
– Прошу прощения, – опустил тот глаза.
Увидав стены общаги, я спокойно смог выдохнуть. Наконец-то они в безопасности. Всю дорогу переживал за них, как бы я смотрел в глаза Прапору, если бы с ними что-то случилось.
– У вас здесь так чисто, и зомби почти нет, – удивленно сказал он, рассматривая территорию перед общагой.
Ага, чисто… Увидел бы он, что творится дальше по улице, куда вояки скидывают гниющие трупы. Там картина явно не для слабонервных.