Бриллиантовый код смерти

Эдуардо гневно прошелся по комнате и пнул ногой ни в чем не повинного медведя. Луиза Фернанда вздохнула. С одной стороны, она понимала, что нежелание рассказывать кому-либо об их встречах выглядело по-детски смешным. С другой – она с легкостью могла представить реакцию Николаса, когда тот узнает, что они с Эдуардо являются любовниками. Она уже сейчас почувствовала его гнев и сжалась от страха. Заметив, каким растерянным стало лицо девушки, Эдуардо печально усмехнулся.

– Ну, не тревожься, – сказал наконец он и прижал Луизу Фернанду к себе. – Я знаю, что Николас может быть очень жестоким. Но он не господь бог, чтобы вмешиваться в жизни людей. Мы полностью подчиняемся ему в работе, но наша личная жизнь ему неподвластна.

Луиза Фернанда утвердительно кивнула и тут же прошептала:

– Но мы все равно никому не скажем о нас. По крайней мере, не сейчас.

– Тогда уговори меня молчать, – так же шепотом ответил Эдуардо и расстегнул молнию на ее платье.

– Мы же опаздываем, – засмеялась Луиза Фернанда, помогая ему снять пиджак.

– Глория, перестань вести себя как светская львица, – недовольно протянула Луиза Фернанда, пытаясь устроиться на неудобном диване. – Выхаживаешь передо мной, как хозяйка великосветского салона. И вообще, где остальные?

Приехав к Глории, Луиза Фернанда удивилась, обнаружив, что Макс и Эдуардо еще не появились. И если Макс мог задержаться в дороге, то с Эдуардо они расстались полчаса назад. Он уже давно должен был быть на месте.

– Луиза, – мягко проговорила Глория, – не нервничай. Да, наши мужчины опаздывают, как барышни, но это не повод, чтобы злиться. Или у тебя что-то случилось и поэтому ты такая взвинченная?

– Во-первых, мне не нравится, что вы все зовете меня по-разному. Мое имя – Луиза Фернанда. И я не люблю, когда меня зовут Фернандой, Луизой или еще того хуже Лу. Меня это раздражает! Во-вторых, я ненавижу, когда люди опаздывают. Время встречи назначают именно для того, чтобы все собрались вовремя. В-третьих, я голодна до такой степени, что если ты не дашь мне бутерброд или еще что-нибудь, я встану и уйду ужинать в первый попавшийся ресторан. И, в-четвертых, твой ужасный диван сводит меня с ума. Он создан какими-то садистами, которые сейчас сидят в мягких удобных креслах и смеются над ненормальными вроде тебя, купившими этот «дизайнерский шедевр».

Глория, откинув голову назад, заливисто рассмеялась.

– Ты невыносима! – воскликнула она. – Кардинал Альбицци был прав, сказав, что ты – сущее наказание господне.

– А ты, по всей видимости, милость божья! – Луиза Фернанда ехидно посмотрела на веселящуюся Глорию. – И когда же, интересно, Армандо сказал это?

– В нашу последнюю встречу.

– Вы недавно виделись?

– Нет, мы встречались несколько месяцев назад. Почему спрашиваешь? Ведь ты прекрасно знаешь, когда я ездила к кардиналу.

Ее голубые глаза ласково засветились, и Луиза Фернанда поняла, что Глория врет. Возможно, другой человек и не заметил бы, но только не Луиза Фернанда. Будучи сама опытной лгуньей, она прекрасно знала обо всех уловках, созданных для того, чтобы ввести в заблуждение. Плавность речи, мягкость тона и неподдельное удивление в голосе говорили, что Глория искренна. Но едва заметная пауза перед ответом и неловкий жест рукой сказали, что Глория не была готова к вопросу.

– Глория, – начала Луиза Фернанда, собираясь продолжить допрос, потому что ей была непонятна причина этой лжи, но раздался звонок.

Глория, мило улыбнувшись и, как показалось Луизе Фернанде, облегченно вздохнув, направилась к двери. Луиза Фернанда поняла, что момент упущен и Глория больше не даст ей вернуться к этому разговору. Она выругалась про себя и, сбросив босоножки, забралась с ногами на неудобный диван. Взяв с журнального столика фотографию Глории, она вгляделась в прекрасное лицо подруги. Черные струящиеся волосы, голубые глаза, ослепительная улыбка – Глория была потрясающе красива. И все же мастер не смог уловить самое главное. Это была картинка с застывшей улыбающейся женщиной, но она ничего не стоила в сравнении с настоящей нежной Глорией.

У входной двери послышался громкий смех, и через минуту в гостиной показался Макс, держащий в руках два больших пакета.

– Привет, красавица моя, – быстро сказал он, подставив щеку для поцелуя.

Луиза Фернанда улыбнулась и поправила его взъерошенные волосы.

– Не порти мой внешний вид!

– Тебя ничем не испортишь, – ответила Луиза Фернанда.

– Конечно, – низко рассмеялся вошедший Эдуардо, – природа так усердно поработала над Максом, что его нельзя ни испортить, ни приукрасить.

– Согласен, что не все рождаются красавцами. – Макс поставил пакеты на пол. – Однако каждый при желании может стать таковым. Спроси хотя бы Глорию о том, сколько она сделала пластических операций.