Ревизор: возвращение в СССР 14
- -
- 100%
- +
– Понятно. А клетку для мальков, в смысле для цыплят, из чего у вас делают?
– Да кто из чего. У меня вон сетка от старой кровати для этого в сарае всегда лежала. Стенки сантиметров пятьдесят высотой по размеру кровати. Каждый день на новое место на травку ставишь, цыплят выпускаешь, сеткой накрываешь. На ночь их домой забирать надо, пока совсем маленькие.
– Сетка от кровати! – рассмеялся я. – Это ж надо додуматься. Прямо на металлическом каркасе?
– А что? – с недоумением посмотрел на меня дед. – Нормально.
– Отдай нам эту кровать, – сразу сообразила Никифоровна.
– Отдам. Она мне не нужна. Если только песок просеивать.
– Цыплята вырастут, мы тебе вернём, – пообещала бабушка.
Уже и забыл, как это было. Ничего не выбрасывалось, даже мелочи, винты, гвозди, гайки бережно собирались и хранились. В хозяйстве всё пригодится.
Вечером искали с Галией кота. Она беспокоилась, как же он бедненький на ночь на улице останется. Ходили, ходили, звали, звали. Пропал кот. Жена расстроилась, начала придумывать, что его собаки деревенские задрали, он к Тузику привыкший, собак не боится…
Пообещал ей, как рассветёт, сразу пойдём искать этого рыжего обормота. Загулял, небось, просто. Весна, девочки…
С утра я и правда обошёл участок, прошёлся по улице. Кот как сквозь землю провалился.
Воскресенье прошло в строительных хлопотах. Пётр с Трофимом притащили верх от кровати. Вдвоём тащили, тяжёлый оказался.
– И как бабушки будут переставлять загон? – спросил я их.
– Да им же чуть передвинуть, а не тащить, как нам. – ответил Трофим отдышавшись. – Я помогу.
Сколотили загон на две доски в высоту, пока цыплята маленькие. Потом дед обещал надставить со временем.
– Всё готово. – заявили мы бабушкам во время обеда. – Клетка есть, можно приносить цыплят.
А курятник за майские доделаем. Заказали деду машину этого шлака.
Вернулись сразу в гараж. Петра отпустил, сам машину загнал. Эх, обидно как… Я же водитель с огромным стажем, куда там Петру до того, что я умею. А вот оно как получается, вынужден изображать из себя новичка…
Прошлись с женой пешком до дома. Кота мы так и не нашли. Успокаивал жену тем, что следующие выходные длинные. Может, нагуляется и придёт ещё.
* * *Гагаринский райком. Кабинет второго секретаря РК КПСС.
Герман Владленович был в прекрасном расположении духа, получив хорошие новости с меховой фабрики. Даже не хорошие, а замечательные.
Настолько замечательные, что собрал внеплановое совещание своей команды. Гончарук и Белов уже прибыли, ждали только Самедова.
Вскоре явился и Рашид Фархатович.
– Добрый день, товарищи, – оглядел он всех изучающим взглядом, пытаясь понять, чем вызван столь неожиданный вызов к начальству. Но, заметив довольную ухмылку второго секретаря, успокоился и расслабился. Ложная тревога, – сказал он сам себе.
– Ну, все в сборе товарищи. Можно начинать, – произнёс Герман Владленович и повернулся к Виктору Владимировичу. – Вам слово, расскажите ещё раз, какую информацию с меховой фабрики вы сегодня получили.
– Наш человек меня сегодня в обед свой вызвал, – начал доклад Белов. – Посчитал, что эта информация может нас заинтересовать. Я тоже считаю её полезной.
– Да что за информация? – перебил его Гончарук. – Выкладывай, мы сами разберёмся.
– Тихо, тихо, – повысил голос второй. – Слушайте.
– В четвёртом цеху скорняжки начали отшивать очень подозрительную партию ушанок, – продолжил Виктор Владимирович, зло зыркнув на Гончарука. – Заказчика в заказ-наряде нет, технические бумаги держат в секрете. Но главное, это сами шапки. Они там что-то такое придумали! С виду ушанка из норки, а разворачиваешь – кролик.
– Как это? – усмехнулся Самедов.
– Ну, вот так. Берёшь в руки собранную шапку – норка, разворачиваешь, а внутри кролик.
– Ерунда какая-то… – возразил Самедов. – Кому нужны такие шапки? Много их шьют?
– Пятьсот штук.
– Вот! – поднял большой палец второй. – Надо спрашивать не «кому нужны», а «кому это выгодно».
– Ну, и кому это выгодно? – усмехнулся Самедов.
– А вы подумайте? Что это может быть за схема такая? Какие есть варианты?
– Ну, так навскидку, – задумчиво сказал Гончарук. – Хотят впарить кому-то эти полунорки вместо нормальных норок. Но тут надо, чтобы эту лабуду ещё заказчик принял… и ни у кого претензий не было.
– Ты хочешь сказать, что в их схеме заказчик какая-то государственная контора? – удивлённо уточнил Герман Владленович.
– Только так, – согласился с этим выводом Виктор Владимирович. – Кто за свои кровные купит эту карикатуру на шапку. А если это гособеспечение, то дареному коню, как говорится…
Самедов скептически хмыкнул и взял слово:
– Да какая госконтора! О чем вы? Кто на такое пойдет? Здесь все проще, я думаю. Это же элементарная схема. Собирают остатки норки, докупают или вообще списывают копеечного кролика, до которого никому дела нет, и шьют себе шапочки. Стоят копейки, а продаются за большие рубли и разлетаются, как горячие пирожки при нашем-то дефиците. Сейчас обкатают, рынки сбыта нащупают… А плохо ли, деньги делать из официальных отходов? Никаких затрат.
– А, кстати, да, – вспомнил Герман Владленович. – Где-то я читал, чем меньше изделие, тем выше прибыль. На манто сколько шкур надо? А тут пары обрезков хватит. И рублей за шестьдесят такая шапочка уйдёт. А?
– Уйдёт. – пожал плечами Самедов. – Почему нет?
– Ну, они молодцы! – стукнул рукой по столу второй. – Всё гениальное просто. Риск минимальный. Прямо, жалко такую схему светить!
– Главное, контроль над фабрикой установить, – возразил ему поспешно Гончарук. – а там уже со схемами разберёмся. Я звоню Терещенко, Герман Владленович?
– Естественно! Ему нужен был сигнал? Вот, пусть подавится! И пусть организует все так, чтоб по полной программе расследование: команда опытная, документы, – откинулся второй в своём кресле, довольно потирая руки. – Ну, что, поздравляю вас! Одна голова хорошо, а четыре лучше! За это можно и выпить! А? Мы их прижучили! – постучал он возбужденно по столу.
* * *В понедельник бегал весь день в хлопотах. По приезду жена сказала, что мне уже раза два звонил кто-то.
– Я спрашивала, что передать, но он сказал, что перезвонит, – оправдываясь, доложила она. – Очень серьезный такой голос! Очень!
– Ничего, – устало ответил я. – Кому надо, те дозвонятся. Даже обладатели очень серьезного голоса.
Минут через двадцать, и в самом деле, раздался звонок.
– Павел Тарасович? – услышал я в трубке уверенный голос, подумал, что это из КГБ. Уж больно интонации похожие у тамошних офицеров. Так, и чего им от меня надо?
– Да, слушаю вас. – подтвердил я. – Добрый день.
– Коннов Николай Сергеевич, член идеологической комиссии ЦК КПСС. – представился он. – Хотим пригласить вас на совместное заседание с агитпропом.
– По какому поводу? – ошарашенно спросил я.
– По поводу вашей инициативы «Бессмертный полк». Просим вас выступить на заседании. – сказал он так, что воспринималось это исключительно, как приказ.
– Хорошо. Когда?
– Седьмого мая. В 11.00.
– И какой объём доклада?
– Кратко. Минут на десять. Суть инициативы и небольшой отчёт о первом проведении этой акции. Планируем потом распространить, так что просьба все грамотно излагать.
– Понял. Продиктуйте адрес, пожалуйста, и как вас найти?
Пришлось сделать очередную запись себе в ежедневник. Это будет вторник. Опять учёбу пропущу. Может выпендриться, попросить справочку в университет о причине отсутствия на занятиях? – подумал я и тут же сделал себе еще одну пометочку в ежедневник.
Точно, обязательно справочку стребую. Двух зайцев одним выстрелом получится хлопнуть: и от прогулов отобьюсь, и у деканата очков к репутации себе добавлю. Думаю, после такой справки они вообще зарекутся на будущее спрашивать, почему меня нет на занятиях. Чтобы не нарываться…
Попрощался с ним и сразу задумался, откуда ноги растут у этого поручения? Вряд ли Сатчана рук дело. Точно, ему еще расти до таких товарищей масштабом. Тогда кто? Межуев? Скорее всего, он. Некому больше. Ладно, потом об этом поразмыслю, а пока что надо подумать над будущим докладом.
Куда там! Как говорится, хочешь насмешить бога, сообщи ему о своих планах. Только дошел до кухни, и жена спросила, тот ли этот важный звонок был, которого мы ждали, как новый звонок.
О! А вот и по-настоящему строгий голос. Капитан Румянцев из КГБ!
– В общем, ждем вас, Павел Тарасович, завтра в 15.00 будет ваш доклад. Специально назначили время, чтобы ваш студенческий процесс не прерывать. Цените?
– Ценю! – не совсем искренне ответил я. Лучше бы в учебное время назначили, был бы чудесный повод пару лекций прогулять на законных основаниях. Устал я уже от предметов, в которых разбираюсь лучше преподавателей… И от предметов, в которых вообще нет смысла разбираться, наподобие Истории КПСС…
– Ничего с собой брать не надо, доклад, что вы подготовили, распечатан, с десяток минут дадим его заново перечитать. Значит подходите к 14.40. – резюмировал капитан.
Отошел от телефона, а тот тут же снова зазвонил. Уже и Галия изумленно с кухни высунулась…
– Смольный, блин! – проворчал я по-стариковски, беря трубку.
Сатчан позвонил:
– Слушай, меня тут в комиссию райкомовскую включили по подготовке празднования Девятого мая. У нас, как раз, заседание в среду. Я предложил включить в повестку доклад по твоей инициативе «Бессмертный полк».
– Это дело хорошее. – сказал я одобрительно и, вместе с тем, немного нервно.
– Ты докладчик. – торжественно сказал Сатчан, ожидая, по всей видимости, от меня возгласа ликования.
– А когда у вас это заседание? – изумленно поинтересовался я.
– 7 мая с десяти до двенадцати надо быть. Пустим тебя третьим или четвертым. Цени! Это большой шанс засветиться на достаточно высоком уровне!
Не, ну как два разных человека могли в одно время попасть так изящно… Или радоваться тому, что хоть КГБ тоже на это время мою лекцию не назначило?!
Глава 15
г. Москва. Квартира Ивлевых.
Признаться ему, что меня в это же время в Кремле ждут? Ну, без этого никак.
А говорить ли про то, что устраиваюсь на работу в Верховный Совет? Сложный вопрос! А если проверку какую-нибудь не пройду и с канцелярией Верховного Совета пролечу? Как это всё будет выглядеть? Размечтался, расхвастался… на пустом месте.
Хотя… Обидится потом, если все же устроюсь туда на работу, а он постфактум узнает. Кажется, это прекрасный повод эту тему и поднять, и обсудить.
– Извини, друг, но 7 мая до обеда никак не смогу, – ответил я Сатчану. – Я примерно в это же время выступаю по схожей теме в идеологической комиссии ЦК КПСС. И там еще Агитпроп будет. Не совсем знаю, что это такое…
Сатчан вначале помолчал, а потом вдруг рассмеялся в голос.
– Ну ты тезка и шутник! – заливался он. – Да еще таким серьезным голосом сказал… Я аж на пару секунд купился!
– Да какие уж тут шутки, – озабоченно ответил я. – Дело серьезное. Коннов Николай Сергеевич звонил. Может, знаешь такого?
– Знаю, – ответил озадаченно Сатчан. – Вернее, слышал только. Не мой уровень. Так ты что, не пошутил?!
– Нет, конечно. Мне не до шуток. Организация серьезная, сам понимаешь, так что надо приготовить серьезный доклад…
– А с чего вдруг тебя пригласили, не знаешь? С чьей подачи?
– Наверное, в связи с тем, что мне предложили устроиться референтом в Верховный Совет, и я сейчас проверки прохожу.
Сатчан подозрительно долго молчал. Потом все же сказал каким-то странным голосом:
– Наверное, нам лучше лично все это обсудить. А то у меня уже ум за разум заходит. Давай, завтра встретимся после твоих занятий?
– Не вопрос, – согласился я.
Ну вот и раскрыл свои карты перед Сатчаном… Ладно, все равно бы он узнал.
* * *Москва, квартира Сатчанов.
Римма сидела, поджав ноги на диване перед телевизором с вышивкой в руках, прислушиваясь одновременно и к телевизору, и к разговору мужа по телефону. Что-то явно случилось, голос у мужа такой озадаченный. – поняла она, и когда Павел сел рядом с задумчивым видом, спросила:
– Всё нормально?
– А? Да-да, – поспешно ответил муж. – Не могу понять просто, в голове не укладывается… – Римма не перебивала, давая мужу собраться с мыслями. Мама так всегда делала, когда говорила с отцом. – Как у него так получается?!
– У кого?
– У Пашки Ивлева. Я хотел ему сюрприз сделать, устроил ему выступление у нас на райкомовской комиссии по празднованию девятого мая. А он знаешь, что мне ответил? – Римма терпеливо ждала, что же тот ответил. – сказал, «Извини, не могу, в Кремле уже выступаю». А? Вот как так?!
– Ну, мало ли, заметили как-то… – дипломатично ответила жена, хотя тоже весьма впечатлилась услышанным. – Понять бы еще, как…
– Да вот и я тоже спросил, как так получилось. – каким-то надорванным голосом сказал Сатчан. – И он мне ответил… Лучше бы не отвечал…
– Да что там такое? – спросила одолеваемая любопытством жена.
– Мол, устраивается на работу в Верховный Совет… При этом явно не шутит. Он никогда по серьезным вопросам не шутит. Да и трезвый. Впрочем, он практически всегда трезвый… Ему же семнадцать… Высшего образования еще нет даже. И в Верховный Совет???
Потрясенная новостью Римма больше не стала ничего говорить. Зато почему-то вспомнила, как отец однажды сказал, что если бы Ивлев был лет на пять постарше, то лучше бы он выдал Римму замуж за него, а не за Сатчана… Отец у нее людей словно насквозь видит, это надо признать. А она-то, дура – поверила той секретарше, и так опозорилась, так опозорилась… Одна надежда, что Ивлевы тот скандал все же забудут…
* * *На вечерней прогулке со мной гулял только Родька, Григория не было, и это отсутствие показалось мне очень подозрительным.
– Как вы, с отцом ездили сегодня на стрельбы? – поинтересовался я.
– Неа. Папу вызвали куда-то, он уехал еще до обеда. Ругался сильно… – беззаботно ответил мальчишка.
Похоже, дошло письмо несостоявшейся тёщи до Министерства обороны.
– А сейчас он где? Дома? – обеспокоенно спросил я.
– Не, ещё не приезжал.
Вот так так… Эх, блин!
Проводил Родьку до подъезда и пошёл к себе. Поднимаясь на третий этаж, услышал мужские голоса где-то наверху в подъезде. Нетрезвый разговор… А голоса показались знакомыми.
Быстро закинул домой Тузика и пошёл вверх по лестнице. Так и есть. Прямо на ступеньках сидели Николай с Григорием и курили, как два паровоза. Ну так и есть, как и думал, когда знакомил – что корефанами станут…
– Гриш, – медленно поднимался я по ступенькам. – Что?
– Всё. – развёл он руками и состроил пьяную рожу, которая должна была обозначать пшик. – Дома остаюсь…
– Почему? – присел я на корточки перед мужиками и поздоровался с ними за руку. – С какой формулировкой?
– Моральный облик, недостойный советского офицера. – почти без запинок ответил он.
– Твою дивизию!.. – вырвалось у меня, поднялся и сам не заметил, что начал ходить туда-сюда перед лифтом.
– Не мельтеши перед глазами. – велел мне Николай. – Голова от тебя кружится.
– Мне так думается легче. – отмахнулся я. – Да и не от меня у вас головы кружатся. Закусывать просто надо. Пошли в квартиру. Будем решать, что делать дальше.
Помог им встать и проводил в хату. Игоря не было. Видимо, домой уехал. Мужики уселись вокруг по-мужски простого, но далеко не пустого стола.
– И что теперь? Куда тебя? – спросил озабоченно я.
– Решают… – развёл руками подполковник.
– Сочувствую, друг!
– А-ай. – махнул рукой подполковник. – Может, оно и к лучшему, больше шансов до отставки дожить.
– Тоже верно… – удивленно взглянул я на него. Он что же, специально не стал суетиться? – Но с переводом не бросай все на самотек. – попытался я привлечь его внимание, тряся за плечо. – Гриш! Твой командир дружит с командиром части в Лосином острове. Поговори. Пусть тебя переведут туда. – пытался я достучаться до нетрезвого сознания друга. Пока я свой спич толкал, мужики налили себе ещё выпить и мне плеснули. Не дожидаясь меня, выпили. А я продолжал: – Тебе немного дослужить осталось до сорока пяти. Пенсию заработаешь, а там уже подумаешь, что делать, служить дальше или не служить.
Григорий молча, морщась от выпитой водки, показал мне большой палец вверх. Я так и не понял, о чём это он, водка такая вкусная, или мысль мою одобрил.
Но понял одно точно – бесполезно сейчас с ним разговаривать. Завтра надо будет ещё раз к этому вопросу вернуться. Выпил одним глотком пятьдесят капель, что они мне плеснули. Мне ещё доклад готовить по «Бессмертному полку». Сразу, пока мысли бурлят по этому поводу, надо и поработать.
– Давай, Гриш, не раскисай. Увидимся. – поднялся я из-за стола. – И дома появись. А то твои думают, что ты всё ещё на службе.
Попрощался и ушёл к себе.
* * *Москва. Дом Ивлевых, однокомнатная квартира на шестом этаже.
Услышав в подъезде мужские голоса, Лина сначала не обратила на них внимания. Но в какой-то момент ей показалось, что она узнаёт один из них. Не поверив собственным ушам и ругая себя за навязчивые мысли о бывшем, Лина тихонько приоткрыла дверь и начала прислушиваться.
Но, оказывается, она не ошиблась. Один из собеседников был сосед с седьмого этажа, капитан, от которого жена сбежала. А второй Гриша! Она узнала бы его голос, сколько бы он ни выпил. Лина внимательно прислушивалась через приоткрытую дверь и чуть не пропустила момент, когда мимо по лестнице пробежал наверх Пашка с третьего этажа. Она едва успела дверь прикрыть. Потом опять приоткрыла и начала прислушиваться.
Пашка очень кстати спросил, чем вызвана эта пьянка. Она услышала с ужасом, что Григорию закрыли выезд за границу. У Лины всё поплыло перед глазами.
Что теперь со мной будет?! – закрывая дверь, прошептала она.
* * *Сел за доклад, накидал тезисы. Выделил три основных момента и расписал их на пункты. А дальше крепко задумался. Очевидные понятия никак не хотели принимать форму слов. Этот мужик из идеологической комиссии просил оформить мою речь в виде доклада, чтобы они потом могли распространить его. На местах Сатчан получит его первым, усмехнулся я.
Написал, в первую очередь, о сохранении памяти. Это сейчас ветераны живы и активны, а пройдёт несколько десятилетий и спросить о войне из первых уст будет уже не у кого.
Потом писал о преемственности поколений, о воспитании патриотизма и об осознания будущими поколениями своего героического наследия и долге перед отцами и дедами, отстоявшими для них свободу и право на жизнь.
Это больная для меня тема. Вспомнил, как в будущем на Западе всякие грантожоры старательно будут переписывать историю. Договорятся до того, что японцы оправдают американцев за Хиросиму и Нагасаки, будут говорить: что так было надо…
Поэтому написал, что данную инициативу необходимо всеми силами распространять во всех странах Варшавского договора и, желательно, в странах Западной Европы. Чтоб эти тоже не забывали…
Ну, время у меня ещё есть, если мысли какие ещё будут появляться, допишу, возьму с собой в университет завтра.
С утра Григорий опять не вышел на прогулку. Интересно, как он? Наводящие вопросы Родьке ситуацию не прояснили. Узнал только, что «папа дома, спит, как убитый». Ну, учитывая, в каком он вчера был состоянии, не мудрено… Ладно, загляну к нему вечером.
* * *ВНИИ синтетических и натуральных душистых веществ.
Лина не находила себе места и с самого утра позвонила матери на работу.
– Мам. – простонала она в трубку. – Гришу отстранили от загранкомандировок. Что теперь будет? Мне придётся работу менять, мам…
– Не спеши увольняться! Раньше времени… – расстроенно проговорила Инга Леонтьевна. – Попробую ещё раз со старым поговорить. Не реви, слышишь! Я сегодня же в Москву поеду.
* * *На парах дописывал свой доклад, вот не зря говорят, утро вечера мудренее. Целый тезис добавил. Боюсь, что десяти минут мне будет мало. Но не разбежишься, придется резать под это требование…
Ну а затем – в КГБ. Там меня уже ждал прямо на входе Румянцев. Одобрительно кивнул мне, когда я вошёл точно в 14.40. Сунул в руки распечатанный доклад и повел в зал.
Зал был на пару сотен мест, и он был полон. Людьми в белых марлевых повязках, капитан не шутил. И я этому был очень рад – не нужно мне знать, кто тут кем является…
– Не будет смущать, что все в таком виде? – заботливо спросил капитан.
Это мне смущаться? Я выжил в эпоху ковида. Два гребанных года в масках! Среди таких же других бедолаг. Мне это зрелище более чем привычно. Такой фигней меня из колеи не выбить.
– Вот если бы они без масок сидели – вот тогда бы я точно волновался… – улыбнулся я. – А так, меньше знаешь – крепче спишь!
Капитан только хмыкнул от такого ответа. И пригласил меня присесть пока на первом ряду и освежить в памяти тезисы собственного доклада. Разобравшись с этим, я ему кивнул. Он попросил меня подождать еще пять минут. Подождал. Наконец, время пришло, и я по его сигналу пошел к трибуне. Шепотки в зале стихли, и я начал доклад.
– Товарищи! Среди угроз со стороны Запада я выделил внутренние и внешние. Позвольте начать с внешних…
От текста доклада я не отходил. Не та организация, где это стоит делать. Честно отбарабанил все, как было написано. Конечно, уже и новые мысли за прошедшее с момента подготовки доклада время появились, но ничего не поделаешь…
Закончив, поблагодарил за внимание. После чего сказал:
– А теперь, товарищи, буду рад ответить на ваши вопросы!
– Вы говорили, что есть угроза от продажи наших сырьевых ресурсов Западу. Но мы же не будем их отдавать за гроши, а только за свободно конвертируемую валюту. Неужели она нам не нужна? – тут же задал вопрос мужик с первого ряда. Лет так под сорок, судя по седым вискам.
– Не совсем это я имел в виду. Я говорил о том, что это опасная зависимость. В первые годы советской власти, продавая сырьевые товары в западные страны, на полученную валюту покупали новейшие станки и оборудование для модернизации экономики. Такой вариант меня устраивает. Но я говорил о рисках того, что сейчас мы можем решить, что существенную часть валюты можно пустить на ширпотреб и покупку продовольствия. Покупать зерно, джинсы, туалетную бумагу и все то, что сами вполне способны произвести, чтобы удовлетворить спрос со стороны нашего населения. СССР полон нефти и других полезных ресурсов. По моей оценке, в ближайшие годы эти ресурсы подорожают в несколько раз. Валюта хлынет к нам рекой, и это может нас расслабить. Мы можем начать тратить ее бесхозяйственно. Но чем больше мы будем закупать на эту валюту продовольствия и ширпотреба, тем в большую зависимость попадем от Запада. Он может продать его нам, а может и перестать продавать, если захочет создать нам проблемы. И кроме того… А вдруг цены на ресурсы снова упадут, а мы уже привыкнем обеспечивать серьезные потребности населения этими импортными товарами? Валюты станет мало, товары уже не купить в прежнем объёме, сами понимаете, что это плохо отразится на советской экономике и вызовет разочарование со стороны населения. Вот чего нам нужно избежать. Следующий вопрос!
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.