Сказка "Лесная свадьба"

В том лесу, где мох — перина,

А сосна — как балерина,

Жил Леший — важный, бородатый,

Вечно хмурый, вечно мятый.

Он любил порядок, тишь,

Чтоб не бегал даже мышь.

Чтоб грибы росли рядами,

Чтоб черника под кустами

Не капризничала, нет —

Зрела ровно, как на свет.

И всё бы ладно, всё бы чинно,

Но однажды, в час утиный,

Когда солнце село в кашу

И закат раскрасил чащу,

Леший шёл вдоль ручейка,

Нёс ведёрко черника.

Шёл, ворчал: «Опять сороки

Разбросали вдоль дороги

Шишки, палки, три листа

— Ну и беспорядок.

Ай-ай-ай. Не красота».

Вдруг — шаг, другой — и слышит: смех.

Не трескучий, не как у всех.

Словно капельки по стёклам,

Словно зоренька промокла,

Словно клюква на болоте

Подсказала: «Ну, нагните!»

Смех звенит, летит, хохочет,

Аж в груди у Лешего что-то… стучит.

Ну, ёкает, короче.

Он крадётся, словно лось

То есть очень осторожно,

Чтоб не выдать, что пришлось

Подглядывать за девицей

— Ай-ай-ай, какой резон!

Раздвигает ветви он.

И — замирает. Прямо у болота,

Где обычно квакает кто-то,

Где туман ползёт лениво,

Где вода темна, шумлива —

Пляшет кто-то! Ну и ну!

Леший прошептал:

«Ко-ко-ко-ку-на…

Не могу подобрать слова…

То ли жар-птица, то ль тетеря,

Только… кто ж такая?

Потерял я берега!»

А на кочке, на пеньке,

Вся в зелёном пиджачке,

В юбке из кувшинок мятых,

Волосы — из травы свитых,

Светят светлячки в глазах,

На ногах — роса в лаптях —

Кикимора хохотала,

В ладоши звонко ударяла,

Притоптывала ножкой,

А вокруг лягушки — брошкой —

Подпевали, квакали,

В такт болото шлёпали.

— Эй, подружки! — вдруг кричит.

— Хватит квакать! Пусть звучит!

Кто со мной плясать пойдёт,

Тот счастливым в дом придёт!

Раз-два-три — болото, грязь!

Я — зелёная ,как князь!

Я — царица этих мест,

У меня в короне — хвост!

Ну, не хвостик, так — хвоща,

Очень модная веща!

И пошла, пошла кружиться —

Болото аж пошло дымиться.

Ряска в стороны летит,

Сом от страха в тишь стоит.

А она хохочет, пляшет,

Над водой ладошкой машет,

Брызги — радугой в туман,

В общем — чистый ураган!

Леший стоит за кустом,

Забыл, что смотрит —

И с открытым ртом.

Ведёрко выпало из рук,

Черника — в мох, всё вокруг.

У него внутри — пожар,

Сердце — словно самовар.

Он влюбился. Вот так раз.

В первый раз, в последний час.

— Ой, — шепнул он, — пропадаю.

Я ж её такой не знаю.

Я ж порядок, я ж без чувств,

А она — сплошной безумств!

Но стоит — и не уйти.

Ну, привязало, чёрт возьми!

Кикимора вдруг остановилась,

В воду носом окунулась,

Обернулась, посмотрела

Прямо в куст — и замерла.

— Ты чего там, дядька, прячешься?

Или думаешь — не плачешься?

Выходи, не бойся, Леший,

Я кусаюсь, но не слишком.

Хочешь — плюхнись в тину, брат,

Будет весело, девчатам!

Леший покраснел так, что даже

Мох на нём завял с подложки.

Он шагнул — и прямо в кочку,

Чуть не сел на гриб на точке.

Кашлянул, поправил мох,

И сказал: — Я… это… вздох…

Увидал вот… ну… плясунью…

Дай, думаю, гляну — врут ли басни,

Что ты — самая прекрасна…

Кикимора удивлённо моргнула,

А потом как засмеётся —

Аж болото содрогнулось:

— Ой, не могу! Леший, ты — поэт?

У тебя в бороде — обед!

Ты смотри, не урони ведро,

А то черника вся ушла в нутро!

Леший замялся, ногу поджал,

Глаза в землю, как бы невзначай,

И сказал совсем несмело:

— Можно мне… прийти… на чай?

Я принесу сушёной мяты,

Шишки, ягоды, заплаты

На болото если надо,

И… ну… мне с тобою — радость…

Кикимора затихла, склонила голову,

Светлячки в глазах — и молвила:

— Ну, приходи. Но знай, дружок,

Чтоб не скушать пирожок

— Принеси орехов, мёду,

И не бойся непогоду.

А ещё — не будь сердитым,

А то буду я сердитой!

И уйду опять плясать.

Ты готов меня спасать?

Леший кивнул, как мальчишка,

И прижал к груди … пустое ведро… и шишку.

— Я готов, — сказал он хрипло.

— Даже если очень склизко.

Даже если всё болото

Скажет: «Ну и ну, работа!»

Я приду. Я научусь.

В общем… я в тебя… влюблюсь.

И над болотом — тишина.

Только где-то квакнула волна.

Кикимора улыбнулась:

— Ну, смотри, не обманулась.

Приходи на чай, чудак,

Я сварила кипяток.

Будет весело, вот честно.

Даже слишком… интересно.

Леший шёл домой, как пьяный,

Чуть не врезался в поляну,

Ведро нёс, а в нём — черника…

Ни одной! Всё в мохе дико

— Но он пел, не замечал:

«Как же я её встречал…

Ай да Леший! Ай да я!

Будет свадьба! Вот так… я!»

Встало солнце над тайгой,

Лес умылся бирюзой.

Леший встал — не спал, трясётся,

Сердце — пташкой в клетке бьётся.

Причесал он мох на лбу,

Снял росу с седого лба.

В руки — мята, три былинки,

Ведро — пусто, лишь слезинки.

Шёл он лесом, шёл он бором,

Шёл он тайным разговором.

Где ступал — цветы вставали,

Где вздыхал — ручьи бежали.

Только думал об одном,

Только нёс в душе огнём:

«Лишь бы мне не оплошать,

Лишь бы чай не расплескать».

Вот болото. Тишина.

Спит кувшинка, спит волна.

На пеньке, в венке из тины,

В свете утренней рябины,

Кикимора восседает,

Чай с малиной заваривает.

Увидала гостя — вспыхнула,

Бровью чёрной тихо двинула.

— Ах, явился! Ну, дал Бог!

Проходи на мой порог.

Не споткнись, гляди под ноги,

Убери свои тревоги.

У меня тут — светляки,

У меня тут — пироги

Из кувшинок и тумана,

Из улыбки великана.

Леший шаг — и прямо в тину,

По колено в ряску двинул.

Самовар рукой задел —

Чай по скатерти взлетел.

Кипяток — на лапоть — плюх!

Леший взвился — аж петух!

Закричал, заплакал, взвыл,

Чуть в осоку не уплыл.

Кикимора — хохотала,

Аж кувшинка увядала:

— Ой, Леший! Вот так гость!

Ты не гость, а прямо гроздь!

Весь в росе, весь в моховине,

Самовар — и тот в кручине!

Ты чего такой смешной?

Ты чего же сам не свой?

Леший сел, как подорожник,

Словно скошенный подножник:

— Я хотел как в сказке, а

Всё пошло не так. Беда.

Компот прокис, пирог пустой,

Мёд не дал медведь — постой.

Я неловкий, я кривой,

Ты уж, милая, не вой.

Кикимора — тихо, ровно,

Заварила чай любовно:

— Пей, не бойся, не тужи,

Под луною полежи.

Ты пришёл — и это дар.

Ты не первая — пожар.

Ты неловкий? Ну и пусть.

От неловких — слаще грусть.

И сидели до звезды,

До росистой до травы.

Чай допили, ночь настала,

Месяц лапоть поднимала.

Кикимора улыбнулась,

Тихо в тину окунулась.

Леший шёл — и сам не знал,

Как он ноги распутал.

Шёл домой, как лунь седой,

С распущенною душой.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.