Код хаоса: Право на игру

Глава 8. Заземление

Миро и Лита сидели в гостиной, где утренний свет падал на дубовый стол широкими золотыми полосами. Лита, не особо заботясь о манерах, сметала блюда одно за другим, её голод был таким, словно она неделю разгружала вагоны, а не просто «дышала» у окна. Миро, напротив, едва прикоснулся к своей еде. Он вертел в пальцах тонкую чашку, от которой поднимался сложный аромат: терпкий кофе, мята и что-то неуловимо лесное.

— Лита, — его голос обрел бархатные, почти рокочущие нотки. — То, что ты видела — твоё сияние кожи — это лишь робкая искра. Твой поток становится мощным, он начинает гудеть внутри. И если ты не научишься заземляться, ты просто выжжешь свои тонкие каналы. Превратишься в оголенную жилу под напряжением в миллиард вольт. Одно неловкое движение и пшик! Только горстка пепла на ковре.

Лита зависла с ложкой во рту. В памяти некстати всплыл образ бывшего, вечно недовольного, ноющего из-за криво установленной розетки в ванной, которую «некому было прикрутить».

— Заземляться? — она подозрительно прищурилась. — Ты сейчас серьезно? У меня в той жизни мастер три часа возился, чтобы стиралку заземлить, а то она током билась при каждой стирке. Ты что предлагаешь? Привязать к ноге медную проволоку и воткнуть её в горшок с фикусом? Или мне просто пойти и обнять холодильник, чтобы меня не закоротило?

Бровь Миро медленно поползла вверх. В его глазах отразился целый спектр эмоций: от искреннего ужаса до едва сдерживаемого хохота.

— Стиральную… что? — переспросил он, смакуя незнакомое слово. — Лита, я говорю о связи с ядром планеты. О сбросе избыточного потенциала в плотную материю, чтобы твой разум не улетел в стратосферу при первой же вспышке озарения. При чем здесь техника для полоскания тряпок?

Он выдержал паузу, пытаясь осознать масштаб её бытового сравнения, а затем расхохотался так бурно, что напиток чуть не пошел носом. Лита завороженно смотрела на него. Это был первый раз, когда великий наставник, хозяин невозможного замка, превратился в простого, живого мужчину, которого можно до колик рассмешить обычными земными странностями. В этот момент он перестал быть «магической функцией» и стал… настоящим.

Миро наконец пришел в себя, вытер слезы внезапно возникшей в руке белоснежной салфеткой и серьезно посмотрел на неё:

— Лита. Еда, вот этот самый завтрак. Секс. Тяжелая физическая работа. Спорт. Или просто прогулка босиком по настоящей, влажной земле — это и есть «заземление» для мага. Чтобы не сойти с ума от собственной божественности, нужно иногда позволять себе быть просто «стиральной машинкой», которая надежно и устойчиво стоит на полу.

Лита опустила взгляд на стол. Горячий хлеб с хрустящей корочкой, домашнее сливочное масло, истекающие соком стейки, ломти жирной рыбы… Она вспомнила времена, когда ударилась в «духовность»: йога в шесть утра, смузи из сельдерея и зеленого яблока, вечное жевание салатного листа и ощущение, что ты прозрачный призрак, которого может унести сквозняком. Её передернуло от этих воспоминаний.

— А как же… — она запнулась. — А как же духовность?

— Не понял, — Миро наклонил голову. — А что для тебя тут не так?

— Ну, мясо… — Лита замялась, вспоминая посты гуру из соцсетей. — Это же тяжелая пища. Гормоны стресса, паразиты, энергия смерти… Я много занималась развитием, я знаю про «звездные души11», про высокие вибрации и.… и… Просветле…

Она осеклась, увидев, как вытянулось лицо Миро. Он отставил чашку, подался вперед и заговорщицки понизил голос:

— Лита, детка… А кто тебе в голову этот мусор насовал?

Лита гордо вскинула нос, пытаясь удержать остатки «просветленного» достоинства, но Миро не дал ей опомниться:

— Если ты хочешь проводить через себя молнии, тебе нужны железные нервы и плотные, живые мышцы, а не вялый салатный лист. Мясо — это энергия Земли в её самом концентрированном виде. Чтобы не улететь в астрал навсегда, тебе нужен вес. И физический, и энергетический. Плотность, Лита! Без плотности ты просто галлюцинация.

Он придвинул к ней блюдо с дымящимися стейками.

— Ешь, моя Звездная Душа. Просветление на пустой желудок — это не святость, это бред от истощения. Настоящий свет рождается только в сытом и сильном теле.

Лита выбрала самый аппетитный кусок. Первый же укус отозвался в теле почти экстатическим стоном. Вся её «высокая духовность» капитулировала перед ароматом жареного мяса и специй. Желудок буквально заурчал от восторга, предавая все идеалы сыроедения. Это было самое вкусное, что она ела за последние годы — еда имела вкус самой жизни.

— Ну что? — хищно улыбнулся Миро, наблюдая за её преображением. — Понизила вибрации?

Лита не могла ответить, она была слишком занята стейком, но в её глазах появилось то, чего не было раньше — хищный, живой блеск.

— Запомни, — добавил Миро, откидываясь на спинку стула. — Вибрации зависят не от того, что ты ешь, а от объема Силы, которую ты способна удержать и не расплескать. Без мяса и заземления твои «высокие вибрации» превратят тебя в короткое замыкание на ножках. Ты просто сгоришь, не успев даже понять, что произошло. А нам нужно, чтобы ты жила.

Лита молча кивнула, потянувшись за вторым куском. Она вдруг поняла: быть «стиральной машинкой» — это не так уж и плохо, если при этом ты чувствуешь себя настолько живой.

Довольный как кот, стянувший сметану, Миро проговорил:

— Теперь ты не сгоришь. Теперь ты — полноценный Проводник. Пойдем, я покажу тебе, ради чего мы всё это затеяли.

И поправив свою одежду, протянул Лите её плащ.

Глава 9. Свобода воли

Миро помог Лите набросить и закрепить плащ, взял её за руку и произнёс:

— Лита, сегодня ты закроешь очень важный, как у вас это называется… Гештальт12!

— Куда мы отправимся?

— На экскурсию. — ответил Миро, и в этот же момент Лита и Миро шагнули в портал.

В этот раз перемещение было по ощущениям чуть дольше обычного, но Лита обрадовалась, что обошлось без состояния расчлененки, и её не тошнило, после такого шикарного завтрака это было бы очень обидно.

Лита осмотрелась. Она словно попала в свой привычный человеческий мир, но будто в прошлое время, все выглядело так, словно это девяностые годы. Она и Миро стояли возле большого краеведческого музея сразу за толпой детишек. Пока дети галдели, бесились и выводили учителей из себя, Миро потащил Литу в здание музея.

В самом начале Лита начала ощущать себя странно, словно за ними кто-то наблюдает, и притормозила. А когда присмотрелась — по всему музею и территории ходили явно голодные тени. Вот одна из них подходит к веселому пацану хулигану и что-то шепчет на ухо: он меняется в лице, и резко, со всей дури, толкает в спину девочку в милом платье в горошек. Девочка падает, разбивает коленки, её платье в грязи, а хулиган начинает наигранно громко смеяться, и все дети вокруг сразу же подхватывают и начинают показывать на нее пальцами. Девочка начинает рыдать, и только Лита и Миро видят, как в этот момент от девочки тянутся несколько энергетических ниточек прямо…

Прямо в рот тут же стянувшихся возле неё теней…

— Миро! Что это?! — спросила Лита.

— Это тоже завтрак, детка, как видишь, это не просто музей. Это ферма. Гигантская, циничная ферма по сбору детских слез и обид.

Миро продолжил уже очень серьёзно:

— Ни в одном мире нет «пустых» действий. Каждая эмоция — это чья-то еда. И если ты не осознаешь свою силу, ты просто превращаешься в «блюдо».

Лита сильно занервничала, она видела, как поникла та плачущая девочка, над которой смеялись, никто даже не подал ей руки. И резко дернулась в её сторону.

— Лита, стой! — сказал Миро, и его голос стал холодным, как лед нижних Этажей.

— Ты не имеешь права нарушать их танец. Если ты спасешь её сейчас без её воли, ты просто перевесишь её долг на себя. Она должна сама захотеть изменить реальность.

Лита молча смотрела на малышку в слезах, а Миро продолжил:

— Ты не просто «добрая фея», ты — Сила, которая ждет резонанса. Наблюдай! И сфокусируйся на своём свете!

Лита продолжала смотреть на девочку, которая села в сторонке на лавочку, окруженная тенями, и тут их взгляды пересеклись. Лита сияла для девочки как маяк. Девочка, наконец, увидела её, она искала спасения.

Как только их взгляды пересеклись — контракт заключен. Теперь Лита имела право действовать. Теперь это не вмешательство, это Отклик.

Миро холодно произнёс: «Действуй, интуиция подскажет как».

Лита посмотрела на этих тварей, они обернули свои пустые лица к ней, Лита задумалась на мгновение, а затем глубоко вдохнула и выдохнула в их сторону луч света, и тут они задрожали, картинка словно поплыла, а тени лопнули, как мыльные пузыри. Девочка продолжала смотреть на Литу во все глаза.

Миро спокойно произнёс:

— Природа этих существ не выносит присутствия Света и истинной Силы, которая осознала себя. — тут он осекся и сказал, — А теперь смотри! Это уже про тебя.

Между Литой и девочкой возникло нечто похожее на зеркало-портал, через искаженный проем которого Лита увидела себя: маленькую, у школьной доски, словно на эшафоте перед публичной казнью, окруженную этими тенями. Тени смотрели оттуда на Литу сегодняшнюю, с сияющей кожей, в плаще и не отводящую от них взгляд.

Лита снова глубоко вдохнула, выдохнула и голос той маленькой Литы, декламирующей стихотворение, стал тверже и чище, её взгляд больше не блуждал, ища одобрение одноклассников и учителя, она закончила свое выступление. Тени лопнули и рассеялись, в классе воцарилась тишина, никто не посмел смеяться или осуждать.

Пока Лита пыталась осмыслить произошедшее, портал исчез. Остался Миро, который смотрел на Литу с восхищением.

— Теперь ты видишь разницу между жалостью и Силой? — спросил он.

— Да, Миро, вижу.

— Запомни, Лита, ты не имеешь право играть в спасателя, ты лишаешь другую душу её урока. Любое вмешательство — только в ответ на запрос.

Лита обернулась и увидела остальную территорию музея, теперь ей казалось, что это больше не храм культуры. Это мясокомбинат.

Вот женщина с озлобленным лицом шипела на мужа, и тени облепили их шеи, как жирные черные шарфы, а мужчина лишь отрешенно смотрел куда-то в сторону и молчал.

Вот подростки издевались над слабым парнишкой, явно младше них, громко выкрикивали оскорбления в его адрес, и тени раздувались от их ядовитого смеха и его беспомощности.

Лита искала в глазах жертв хотя бы искру осознания, хотя бы немой крик: «Помоги! Я не хочу так жить!». Но… его нет. Там только азарт боли, привычное самобичевание или глухая ярость. Им нравился этот процесс, пусть и бессознательно, они в нем живут, они сами кормят своих демонов и получают от этого извращенное удовольствие. Хоть и не осознают этого.

Лита наблюдала за этим, ощущая приступы ярости, тошноты, и.… бессилия.

Миро взял Литу за локоть и потянул ее к выходу. Он подошёл ближе, взял её лицо в свои ладони и сказал:

— Смотри, Лита, — и в его голосе совсем не было жалости. — Они выбрали этот рацион. Если ты сейчас сожжешь их теней, они завтра же вырастят новых, потому что не знают, как жить иначе. Ты не можешь спасти того, кто считает свой ад домом. Пойдем. У нас слишком много Света, чтобы тратить его на тех, кто хочет оставаться в тени.

Миро смотрел Лите прямо в глаза:

— Ты больше не часть этой пищевой цепочки. Мы уходим.

Лита последний раз обернулась, дернулась, но Миро крепко сдерживал её под локоть, и они вдвоём покинули это место через портал.

Лита и Миро вернулись в замок. Все еще тяжело дыша, Лита задала вопрос, который тревожил её больше всего:

— Но Миро… Неужели они все обречены? Неужели никто не может им помочь, раз они сами не видят этих теней?

Миро остановился, сбросил свой плащ, и посмотрел на неё уже мягче:

— Помочь можно тому, кто ищет выход. В твоем мире есть те, кто хранит Знание. Те, кто проводит чистки, ставит защиты, проводит сеансы психотерапии, вырывает людей из пасти этих сущностей. Это тяжелый и почетный труд. Но, Лита, запомни: Мастер берется за работу только тогда, когда человек принес ему свой «запрос» и свою готовность платить временем, силами или осознанием, и наконец деньгами, у вас это главное мерило обмена. Мы не бегаем по улицам, навязывая спасение. Мы как берег, к которому должен приплыть тонущий.

Лита возмутилась:

— Ну, а зачем мы тогда, если мы их просто оставили? Они не могут выдать этот запрос, они же слепые!

— Лита, не каждый должен быть электростанцией. Большинство людей — это лампочки. Если лампочка перегорела или её залило грязью, ей нужен Мастер. Самостоятельно лампочка себя не почистит, у неё нет для этого ни рук, ни понимания схемы.

Миро продолжил:

— Когда человек осознает, что он тонет, и идет к помогающему практику, это и есть его первый шаг к спасению. Это и есть тот самый «запрос». До той поры ему чаще всего нравится его вот это заигрывание с тенями, ведь так живут большинство.

Миро посмотрел куда-то в пустоту, и тяжело вздохнул:

— Помогать можно и нужно, Лита. Но только когда человек пришел к дверям твоей мастерской и сказал: «Я больше так не могу. Очисти меня». Тогда ты берешь на себя роль проводника Высшей Воли. Ты антивирус, который вызвал сам пользователь. Сааам. Понимаешь?

Лита молчала. У неё все ещё не укладывалось в голове, как люди могут выбирать так жить.

Миро ответил на её немой вопрос:

— А ты вспомни себя? Ты же сама выбирала страдать и унижаться, пока не дошла до края. Теперь ты здесь, и проходишь обучение, чтобы стать тем, кто сможет откликнуться, когда запрос поступит. Не «феей», а квалифицированным специалистом по энергетической Безопасности. — Тут он улыбнулся.

Миро подошёл к Лите, внимательно посмотрел ей в глаза:

— Я защищаю тебя, чтобы ты научилась защищать себя и других, тех, кто увидит в тебе эту силу и придёт за помощью.

У Литы защемило в груди, она боялась задать свой вопрос: неужели её пребывание в мире Миро временно?

Лита промолчала. Она ещё не поняла, как же громко она промолчала в этот раз.

Глава 10. Всё не то, чем кажется

Вечерние тени уже накинули свой полог на стены замка, в гостиной было тепло и уютно от живого огня камина, Лита и Миро сидели там уже долго, Миро молчал, Лита гладила своего кота, второй паршивец, конечно же, лежал на коленях Миро, довольно урча.

Лита постоянно возвращалась мысленно и раз за разом обдумывала произошедшее на экскурсии: ей все ещё было очень больно за тех, кто остался во власти теней. Её гамма чувств разгонялась от жалости до гнева. Ей так хотелось вернуться и устроить теням их персональный ад.

Но она помнила слова Миро, про выбор, в своём мире она не раз слышала о свободе воли. И только сейчас поняла, какое это и благо, и одновременно проклятье в масштабах людей.

— О чем ты сейчас думаешь, Лита? — взгляд Миро и тон его голоса успокаивали.

— Я думала о свободе воли.

— Мммм, и что?

— Я только сейчас поняла, что это и дар, и проклятье одновременно.

— О, Лита… — Миро вздохнул и посмотрел словно сквозь неё — Ты размышляешь над грандиозной задумкой игры под названием жизнь, это одна из самых крутых шуток создателей всех миров.

— Да разве это шутка, это какое-то рабство!

Миро приподнял одну бровь:

— Да почему же рабство?

— Те люди, мы могли им помочь, но просто ушли, ведь свобода воли и бла-бла-бла… А мы могли их освободить!

— Лита, — голос Миро был и мягкий, и серьёзный, одновременно, — Мы же уже обсуждали, что они могут обратиться за помощью.

— А почему же не делают этого?

— Потому что в этом тоже свой опыт, урок, посуди сама: если не познать это на своей шкуре, то не начнёшь искать ответы.

— Да некоторые так и живут всю жизнь, не ищут они ничего, никакие ответы, так и помрут…

— Неспасенные? — перебил Литу Миро.

— Неспасенные… — вздохнула Лита, обняв кота покрепче.

— Давай так, — Миро подошёл и сел рядом с Литой, от него исходила такая волна тепла, что Лита поежилась от мурашек, которые пробежались по её коже, — Чуть позже я расскажу тебе, почему одни души делают выбор спастись или обратиться за спасением, а другие так и помрут, как ты выразилась.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

1

Mirror (англ.) — зеркало, отражение, отражать

2

Доктор Стивен Стрэндж — супергерой вселенной Marvel, блестящий нейрохирург, ставший мастером мистических искусств.

3

Утверждение о том, что объективной реальности не существует, а есть лишь интерпретация наблюдателя, активно обсуждается в контексте квантовой механики и философии.

4

Синдром дефицита внимания и гиперактивности (СДВГ) — это неврологическое и поведенческое расстройство, характеризующееся трудностями с концентрацией внимания, гиперактивностью и импульсивностью

5

МКАД — Московская кольцевая автомобильная дорога

6

«По машинам!» — фраза, которую сказал герой Николаса Кейджа в фильме «Угнать за 60 секунд», стала популярной в социальных сетях.

7

«Патрики» — это популярное разговорное название одного из самых престижных, модных и дорогих районов в центре Москвы, расположенного вокруг Патриарших прудов в Пресненском районе. Это место известно высокой концентрацией ресторанов, баров, бутиков, элитной недвижимостью, а также богемной атмосферой, где часто встречаются знаменитости.

8

«Экспекто патронум» (лат. Expecto Patronum — «жду защитника») — это одно из самых мощных и сложных защитных заклинаний во вселенной «Гарри Поттера», используемое для вызова патронуса — магической сущности из позитивной энергии

9

Осознанный сон (люцидное сновидение) — это измененное состояние сознания, при котором человек понимает, что спит, находясь непосредственно внутри сновидения. В этом состоянии можно управлять сюжетом, действиями персонажей и окружающей обстановкой. Это гибрид быстрого сна и бодрствования, возникающий, когда разум просыпается, а мозг продолжает видеть сон.

10

Стихотворение А. С. Пушкина «Увы! Язык любви болтливый…» (1828) — это элегия о несовпадении искреннего чувства и его словесного выражения

11

«Звездные души» — это эзотерическая и метафизическая концепция, а не научная теория. Она утверждает, что некоторые люди являются воплощенными сущностями из других звездных систем или измерений.

12

В психологии и повседневной жизни гештальт обозначает завершенную ситуацию, потребность или опыт.