Великолепный демон Данте

– Ты знаешь, кто я? – Вергилий задал второй вопрос, выслушав ответ на первый.

– Наследник престола Вергилий. Данте. Сын Адама и Евы, – девушка говорила несвязанно и медленно. Сказывалось действие зелья. Суккуб, вероятно, пыталась сопротивляться действию зелья, но оно оказалось намного сильнее.

– Кто убил моих родителей? – прежде, чем задать этот вопрос, Данте глубоко вздохнул.

– Она. Алисия Крайтон,– девушка слегка повела головой, словно вспоминая или пытаясь еще больше сопротивляться зелью. Но все было напрасно, – Адам и Ева Вергилии заключили договор о перемирии с домом Пелагас. Их первенец, Данте Вергилий, должен был жениться на мне. Но они нарушили этот договор. За нарушение договора была предусмотрена смерть. Я привела приговор в исполнение.

– Зачем ты нас перед этим подставила? Без трона смысла в свадьбе нет, – Данте задумался, – дом Пелагас бы не получил мой трон, в случае моего заключения или убийства.

– Мы считали, что одному из вас поверят и заключат под стражу. Второй взойдет на престол и станет королем. И наш план продолжит осуществляться. Изгою бы не поверили все равно. А тебе, первенец Адама, поверили бы. Но ты меня отверг. Адам и Ева тоже меня отвергли. Им смерть, – девушка стала говорить однотипно и Данте снова её заткнул. После он открыл рот и второй, – а тебе, Алисия Крайтон, чего не хватило? Зачем ты убила моих родителей?

– Я просто исполняла приказы. Это я повинна в смерти Адама и Евы. Я пыталась убить вас. Это я виновата, – заплакала девушка и больше ничего не говорила. Только молча плакала, глядя на стену.

– Вот и отлично. Сегодня в полночь вас обеих казнят. Можете проживать свои последние часы жизни, – Данте сплюнул и вышел из камеры. Он направился в сторону семейного склепа. По пути к нему присоединился Люцифер.

– Я видел, как ты увел в подвал двух девушек, коих мы поймали на мельнице. Они что-то рассказали тебе? – поинтересовался названный брат, с нетерпением ожидая ответа.

– Обе говорят, что они убили родителей. Одна исполнитель, другая заказчик, – пожал плечами Данте, – я им не верю. Но искать виновных, у меня уже нет сил. Казнить этих двоих и дело с концом. Все равно поиск истинного убийцы не поможет отцу и матери.

~ И чем ты будешь казнить этих девчонок? Они потом вернутся. Всё равно, – Люси пожал плечами, остановив брата.

– Вернутся? О чем это ты? – удивилась Фредегонда, слушая разговор демонов. Сколько раз учили Безликую сражению с демонами, никто ни разу не говорил о том, что после смерти демоны могут вернуться.

– Когда демон умирает, то он попадает в место, которое можно назвать тюрьмой. То есть смерть для нас что-то вроде заключения под стражу. Ты же замечала, что от многих демонов остаётся горстка пепла? – Фреда кивнула, Люцифер продолжил, – так вот. И демон после этого попадает в тюрьму. Это не Ад и не Чистилище. Это нечто иное. Неизведанное. И считается, что это всего лишь легенда. Тем более, что я ещё не встречал демонов, которые после своей смерти бы вернулись обратно.

– Тогда получается, что Адам и Ева могут вернуться? – Фредегонда подняла бровь вверх, переводя взгляд с Данте на Люцифера, в поисках ответа на свою догадку.

– Нет. Они умерли окончательно. Тем более я хоронил не пустые гробы, а их скелеты. Так что они не вернутся, – вздохнул Данте, – ладно, я за мечом. Гномы обещали мне выковать новый меч. А я за ним так и не пришел.

– Как скажешь. Тогда я пойду, подготовлю все к казни. Чтобы всем все было хорошо видно, – Люцифер поклонился, – мой король.

Люцифер быстро ушел, чтобы успеть все подготовить к главной церемонии. Демон Данте оставил Фредегонду и Фауста наедине, создал разрыв между двумя мирами и прошёл в него, оказавшись прямо в главном зале перед королём гномов. В кресле сидел бородатый король Гийом, который явно был не слишком рад появлению демона в своих владениях. Но, после короткой беседы, лично проводил в свою кузню.

– Я уже думал, что ты не придёшь за ним. Знаешь, это самый лучший меч, который я ковал для демонов. Даже лучше, чем тот что я выковал для твоего отца, – похвастался гном, – но объясни одну вещь. Кузнецы у тебя не сказать, что плохие. Многие учились у меня. Так почему ты не попросил их сделать тебе меч?

– У тебя искусные кузнецы, а жар печей моей кузни ничего не даст. Ведь что было выковано гномами, не уничтожено демонами, – ответил Данте, – к тому же я уверен, что лучше обратиться к самому мастеру за этим, чем просить ученика.

– Ты мне сейчас льстишь, Вергилий? Я знаю вас, демонов. Ты же делаешь это ради своей выгоды, я прав? По глазам вижу, что прав. Правда, не могу понять, ради чего ты именно меня просишь обо всем этом, – Гийом вздохнул, почесав свою густую бороду, – идём за мной. Покажу тебе твой меч.

Они пошли вглубь замка гнома. Длинный коридор казался пустым, но за каждой дверью слышалось движение и непрерывная работа гномов. Гийом, молча, шел впереди, чуть покачиваясь из стороны в сторону словно медведь. Они спустились вниз по ступеням, и вошли в огромный зал, наполненный кузнечным печами. Тут было просто невыносимо жарко, так что Данте тоже почувствовал этот жар. Гийом тем временем подошёл к одной из печей.

– Я помню, как твой отец пришёл к нам за помощью. Я тогда лично выковал для него меч. Нерушимый клинок, разрезающий любой материал как масло, – Гийом посмотрел на печи и улыбнулся. Вокруг суетились гномы, собирая детали будущих мечей воедино. Данте заприметил готовый меч, лежащий на наковальне, и взял его в руки, – ведь именно с его помощью, – Данте повертел меч в руках, взялся аккуратно за плоскую часть лезвия и проверил его на гибкость, – Адам Вергилий убил, – раздался треск стали. На пол упали пару осколков. В руках у Данте остался кусок лезвия и рукоятка меча. Демон сделал вид, что он тут не причем и вернул обломки меча на наковальню. Туда же подошёл гном с молотом. Гном и Гийом посмотрели на осколки меча, – Уриэля… – закончил Гийом. Повисла долгая пауза, нарушаемая ударами молотов о сталь, – да разрази тебя гром, Вергилий! Какого… Как… с какой целью ты сейчас это сделал? Меч был не готов!

– Он сломался еще до того, как я его взял, – пожал плечами демон, слегка прокашливаясь, – так что ты там говорил про мой меч?

Закатив глаза, гном повел демона дальше, к последней печи. Гномы вынесли полуторный меч королю, обернутый в промасленную ткань, а он положил меч на стол перед Данте. Разворачивая меч перед демоном, Гийом стал рассказывать о готовом оружии. Демон осторожно взял в руки меч и стал его осматривать. Проверять на излом, как предыдущее оружие он не рискнул. Чтобы случайно не вызвать гнев гнома. Ещё раз:

– Теперь самое главное, – гном посмотрел на Данте, пока тот рассматривал меч. Полуторный меч с остроконечным остриём и обоюдозаточенным лезвием. Крестовина была выполнена из той же стали, что и лезвие, но с добавлением большого красного камня в центре совмещения основания лезвия и самой крестовины. Данте не стал спрашивать, откуда такой камень и кому он принадлежал раньше. Рукоятка была деревянной, обмотанная кожаной лентой, верхняя гарда была совмещена с красивым яблоком, что в совокупности придавало мечу грозный вид, – этому мечу нужна жертва. И первый кто пожертвует крови этому мечу и возьмет его в руки станет истинным его владельцем. Так что теперь тебе нужно лишь дать ему жертву.

Задумавшись, Данте протянул руку над красным камнем. Видимо что-то почувствовав, камень начал словно светиться. Демон превратил палец в демонический, с длинным когтем, надрезал вену и кровь потекла на камень. Алая жидкость стекала по красивому камню к месту его крепления и постепенно пропадала, всасываясь в этот самый камень. Он стал ярче, после, впитав достаточно крови, свечение прекратилось. Но по крестовине, рукоятке и яблоку меча проползли красные нити, связанные друг с другом. Демон усмехнулся, его рана затянулась, и Данте взял меч в руку.

– А он стал легче, – демон осмотрел его со всех сторон, подкинул в руке, поймал и сделал пару выпадов в сторону незримого противника, – но я чувствую его мощь, силу и ощущение, что он действительно…

– Сможет разрезать любой материал. Да для тебя он лёгкий как пёрышко, но не смотря на это, сила удара противником будет очень ощутимая, – кивнул Гийом, – только прошу, не испытывай его здесь, ладно? Мне хватило сломанного меча для Герольда.

– Я и не собирался…

– И запомни, – прервал его гном, подняв ладонь, – в облике истинного демона меч становится сильнее, это факт. Но пожирает твою плату. А это значит, что камень после поглощения твоей крови, будет потреблять твои жизненные силы. И в дальнейшем может сломаться, – гном вздохнул, – этот меч особенный ещё и тем, что ему не нужны ножны. Твоя демоническая сила создаёт их сама. И в облике истинного демона и в человеческом обличии меч будет грубо говоря, в твоей коже. Но есть один плюс, так сказать, в облике человека ты можешь его скрыть. А в облике Истинного Демона он станет больше за счёт магии. Если ты этого захочешь.

– Хорошо, – Данте ещё раз поиграл с мечом, взмахнул им, и приложил меч к спине. Буквально через мгновение он почувствовал как его демоническая кожа оплела меч, прижав его плотнее. А еще мгновение спустя меч и вовсе пропал. Но вес меча Данте все же ощущал.

– Смотрю, он признал в тебе хозяина. Видишь, теперь тебе не нужно боятся потери оружия. Только не забывай его снимать с плеча перед сном. Он может и исчез, но это просто магия, – гном улыбнулся сквозь свою густую бороду, а глаза стали ещё хитрее, – жду оплаты да свою работу. И за сломанный тобою меч, который мне теперь переплавлять придется.

– Сегодня пришлю к тебе казначея, – улыбнулся Данте, уходя к себе сквозь разрыв.

Он появился как раз рядом с Фредегондой и Фаустом, которые что-то обсуждали между собой.

Провинция Фель

Столица Фель-Дарпан

– Фредегонда, верно я помню? – обратился Фауст к девушке, оставшись наедине, – простите меня за бестактность, но меня все же мучает один вопрос. Вы не похожи на демона или эльфа. Судя по вашим рефлексам и стойкости к ударам, вы чем-то напоминаете демонов. Но, по сути, вы же человек, верно?

– Человек. Очень упорно пытающийся жить, – пожала плечами Фредегонда, посмотрев на Фауста, – а к чему такое любопытство к моей персоне? Вроде как повода не давала.

– Прошу меня извинить, – по-доброму улыбнулся Фауст и чуть поклонился, – не каждый день мне удаётся побывать в окружении демонов. Данте вызывает меня в те моменты, когда нужна помощь в лечении серьезных заболеваний или тяжёлых травм, которые требуют больших усилий для восстановления. И не каждый день увидишь живого человека в окружении демонов. Мастер Вергилий хороший правитель и я знаю, что ко всем расам он относится хорошо. Просто… мне стало любопытно. Вот и всё. Я веду почти жизнь отшельника. Редко куда хожу сам. Поэтому многие вещи мне любопытны, – Фауст подошёл ближе к Фредегонде и взял её ладонь в свои руки, – я заметил это раньше, а сейчас рассмотрел ближе и мои догадки оказались верны. Вы часто держите оружие в руках. Это хорошо, – он поцеловал тыльную сторону ладони девушки и отпустил её, – это в качестве извинения. Не хотел вас обидеть.

Фредегонда почувствовала, как слегка покраснела от такого, но все же улыбнулась в ответ:

– Что же, вы прощены. Но теперь думаю, что тоже имею право задать вопрос вам. Кто вы? На некроманта непохожи, они более… мрачные, – Фредегонда хотела затронуть вопрос бледности кожи Фауста, но осеклась, оставив только качество мрачности.

– Весьма закономерный вопрос. Моя профессия заключается в изучении трав и эликсиров. Знаю некоторые полезные для работы руны, – улыбнулся Фауст, – меня могут называть по-разному: лекарь, травник, бледный, странный парень… но я не против. Я заметил, что вы обратили внимание на бледность моей кожи. Это все из-за того, что я никогда не выхожу под прямые лучи солнца. Оно… вредит мне. Понимаете, с детства развилась болезнь, о которой до сих пор ничего не известно. Я пытаюсь найти лекарства или записи о ней. Но так и не нашел даже названия.

– Вредит, говоришь, – задумчиво сказала девушка, с любопытством рассматривая парня, – я тоже солнечный свет не особо люблю. Кожа очень страдает, – честно призналась она. Да, мои руки очень сильно выдают тот факт, что я часто пользуюсь оружием. Как-то не подобает простой и красивой девушке, верно? Дело в том, что я наемник. Выполняю работу за плату. Живу неплохо на заработанные деньги. Да и жизнь так веселее, – ответила Безликая, пожимая плечами.

– Да, я слышал, что Вергилий держит под своим крылом наёмника. Но он не говорил, что это именно вы, – Фауст покопался у себя в сумке, – вот, попробуйте эту мазь. Её осталось немного, но мозоли на руках пропадут, а также кожа станет мягче. И, кстати, можно попробовать вот этот эликсир, он поможет коже не страдать от солнечного света. Жаль мне он не помог. Но вот вам, – Фауст улыбнулся, – думаю, вполне поможет.

Фредегонда слегка ошарашенно посмотрела на парня и даже слегка покраснела. Он что, заботится о ней? Так непривычно, но… приятно?

– Спасибо, – тихо, лёгким полушепотом, проговорила девушка и осторожно взяла предложенные ей лекарства. Ей было немного не по себе, ведь уже очень давно за ней так никто не ухаживал. И она боялась, что одно неловкое движение может испортить ту магию, которая царила в этой комнате. Магию заботы, о другой которую, он и знать не знает. Открыв небольшую баночку с зеленоватой мазью, Фредегонда нанесла ее на кисти рук, принюхалась:

– Лаванда и хвоя? Пахнет приятно, – приятно удивилась Фредегонда.

– Рад, что вам понравилось. Уверен, вы не будете в этом разочарованы, – улыбнулся Фауст и обратил внимание на Данте, внезапно появившегося позади них, – Мастер Вергилий. Вы вернулись. Я тут предложил вашей спутнице немного крема.

– Да, я вижу. Спасибо, – кивнул Данте, – Фреда, родная, оставишь нас наедине с мастером трав? Хочу обсудить с ним одну важную вещь.

– Боюсь, ты не можешь мне указывать, любимый, так что я пожалуй останусь и тоже послушаю. Мне, как твоей будущей жене нужно знать о твоих делах, – мило улыбнувшись, сказала Фредегонда, подыгрывая Данте, – обещаю, от меня никто ничего не услышит. Я не из болтливых знаете ли .