Каждый День Как Пятница 13-е

Нина Федоровна, несмотря на произведенный шум, продолжала спать.

– Та, выходыты вы от селя чи ни, злыдни, – зашипела на них Степа, – чи пока усих ни поднимаете ни угомонитыся?!

– Все, все, нас уже здесь нет, – шепотом прокричала Женька, выталкивая обернувшуюся в дверях на шум Дашку.

На кухне, устроившись со всеми возможными удобствами, восседала Елена и с нескрываемым удовольствием попивала из огромной кружки кофе, доедая, судя по нарушенной симметрии аппетитной горки из расположенных на огромном блюде бутербродов, не первый и даже не второй.

– Ну и чего застыли? Я вам тоже кофе сварила…

– То есть не поленилась нажать на кнопку «старт» в кофемашине? —

поинтересовалась Дашка, ловко перехватывая из-под Ленкиной руки бутерброд с рыбой.

– Ой, уже позавидовала, – возмутилась Елена и преспокойно взяла себе с колбасой. – Мне еще за рулем сидеть, а потом еще в домашних боевых разборках участвовать. Давайте решать, кто сегодня поедет ко мне. Я не выдержу прессинг одновременно со стороны мамы и со стороны кота. Так что решайте, а то рискуете меня потерять.

Препирательства длились недолго. Планы дальнейших действий были

разработаны и согласованы до того момента, как они допили кофе. Основные решения заключались в следующем: Дарья оставалась дома оказывать посильную помощь Степаниде Матвеевне, но ее самая главная задача – это не мешать и держать подруг в курсе происходящих событий. Нужно не забывать, что в доме, пусть не в нем самом, а в бане, точнее, в предбаннике, произошло убийство. Кто, кого и за что, пока оставалось тайной. Поэтому осторожность не помешает.

– Если что, у меня есть электрошокер, – таинственным шепотом сообщила Дарья, окинув подруг гордым взглядом.

– Ты так это произнесла, будто у тебя переносной зенитный комплекс под кроватью спрятан, – хмыкнула Женька, – хотя если подумать, электрошокер – это лучше, чем ничего.

– Не отвлекаемся по пустякам, – решительно возмутившись, прервала их Елена. – Итак, мы с Женькой едем навестить Мишку. Наша цель – не только зацеловать его до смерти…

– Главное – встретиться с хозяйкой этой дачи и договориться, чтобы ребенок там остался до конца лета, – уточнила задачу Евгения, – а ты, Даша, постарайся здесь не маяться «тоской зеленой», а займись полезным для общества делом – пообщайся с адвокатом на интересующие нас темы.

– Жень, потом поедем ко мне, поболтаем, и ты остаешься у меня ночевать. Ведь правда? – у Ленки в голосе были отчетливо слышны слезливые нотки. – Если что, я тебя завтра на встречу к этому

Константинычу отвезу.

– Я у тебя переночую, но утром съезжу к себе и переоденусь. Хотелось бы все-таки соответствовать грядущему моменту, тем более он сам обещал заехать.

– О-о-о-о-о-о!!!!! – дуэтом изобразили свою высочайшую степень

изумления Дарья с Еленой.

– Никаких «о», – тут же пресекла Евгения их нездоровый энтузиазм, – я второй день хожу в одной и той же футболке. Разговор предстоит серьезный. Мужика необходимо убедить, что это было не самоубийство. Следовательно, что? Правильно! И одежда должна к этому предрасполагать. А я сейчас выгляжу так, будто грядки собираюсь полоть.

Несмотря на все старания подруг доказать, что такую красоту, как она, испортить нельзя, им ее переубедить не удалось. Быстро расправившись с перекусом и допив кофе, Елена и Женя уехали, провожаемые укоризненным взглядом Степаниды: она категорически не принимала подобного, в ускоренном режиме, приема пищи.

Все складывалось удачно. Они застали хозяйку дачи Софью Валентиновну на рабочем месте, а именно в кабинете, который напоминал светлицу из терема русской сказки. Около пятидесяти, моложавая, несмотря на седые волосы, уложенные в пышную прическу, с беспомощными из-за близорукости и очень добрыми глазами. Вид заведующей вызвал у Жени ассоциацию со сдобным кексом, густо присыпанным сахарной пудрой. Внимательно выслушав посетителей, она достала из кармана спрей с нитроглицерином и сделала себе пару пшиков под язык.

– То, что вы рассказали, Евгения Павловна, – это ужасно. Миша, безоговорочно, может остаться здесь до двадцать седьмого августа. Просто в этот день у нас заканчивается договор на аренду здания. Бесплатно я, к моему большому сожалению, не могу его здесь держать, но мы снизим оплату на треть – это будет реально допустимая сумма, если у вас возникнут финансовые затруднения, мы сможем оформить кредит. Я согласна с вами, что никто не должен знать истинную причину происходящего, и никому не расскажу о том, что случилось с Мариной Владимировной, для всех она в больнице. Болеет. Единственная просьба. У нас будет родительский день, и, как вы понимаете, Мишенька не должен быть один.