Мастер Порталов

Это было мне понятно и без его пояснений. Поэтому я протянул руку, которую тот тотчас пожал.

– Правильный выбор, братан! Ща мы все устроим!

И на минут сорок Саня пропал в астрале. Физически он продолжал находиться рядом со мной, а головой – в переговорах с огромным количеством людей одновременно. Он звонил, писал, отправлял голосовые сообщения. В его речи постоянно проскакивали такие имена, как Арсен, Гога, какой-то Артурчик и Шамиль, к которым добавлялись еще персонажи, имеющие только прозвища – Сиплый, Зыря, Кнопка и Шустрый.

С кем-то он говорил почтительно, кого-то крыл матом, одни говорили в ответ очень громко, так что даже я их слышал, а другие шептали тихо-тихо, заводя моего консильери.

Все это могло бы меня напугать, не знай я Саню и то, что он меня не сольет. Да и как-то, выражаясь его языком, западло было бояться бандитов после чудовища-мутанта и гигантского робота.

– Потом поговорим, – отрезал посредник разговор с очередным собеседником и наконец повернулся в мою сторону. – Ну че, Свят, дядя Саша все устроил! Через два часа у нас стрела с одним человечком, который выслушает тебя за историю камешков и проверит товар. Если с ним все норм, к вечеру будем неприлично богатыми, если ты сечешь, о чем я.

Ехать, к счастью, пришлось не на противоположный конец города, а в спальный район неподалеку. Там мы поднялись на седьмой этаж панельной пятнадцатиэтажки, где меня представили средних лет мужчине в вельветовом пиджаке серого цвета и толстенных очках, через которые его глаза смотрелись как рыбины в аквариуме.

– Прошу проходить, молодые люди. Меня предупредили о вашем визите, – тоном экскурсовода Вернисажа произнес он, пропуская нас в типовую двушку с ушатанной в хлам мебелью. Когда-то она, может, и была хороша, но еще в те времена, когда наша страна называлась по-другому, а папа за мамой только начал ухаживать.

Саня изобразил на лице важность и прошествовал внутрь, я же последовал за школьным товарищем без воодушевления. Что-то мне говорило, что человек, способный купить алмаз с горошину, не будет жить в такой квартире.

– Покаж ему, – толкнул меня Санек.

Я, подавив еще один вздох, протянул демонстрационный образец.

Мужчина в очках тут же сменил свои окуляры на еще более мощные гляделки, настоящий мини-бинокль, который наставил на камешек. При этом кристалл он держал откуда-то извлеченным пинцетом.

– Хм… Это… Это, пожалуй, интересно… – бормотал он себе под нос, напрочь забыв о нас с Саньком. – Такого размера, но, определенно, не технический. Это странно.

Стянув окуляры и подняв на меня близорукие глаза, он произнес:

– А могу я спросить, откуда он у вас, молодой человек?

– Нет, – твердо ответил ему я.

– Поймите, я задаю этот вопрос, потому что камень, которым вы владеете, он, как бы это сказать… очень крупный.

– Я знаю.

– А камни подобного размера, они, как правило, все находятся на учете. Если вы сейчас скажете, что нашли старые драгоценности своей прабабки, которые она спрятала на даче еще до революции, то буду вынужден вас разочаровать и эту невинную ложь в качестве объяснения не приму. Видите ли, юноша, огранка камней царской эпохи имеет характерные приметы, которые я у этих камней не нахожу. Более того, тот, кто гранил этот камень, ничего не знал и о современных методах. Но лишь по причине того, что его методика куда более совершенна. При этом камень не искусственный и не технический.

– А…

Санек поплыл. Столько слов, столько непонятных ему терминов, да еще и отсылочек – немудрено. Тут ведь не за деньги говорили, хотя предмет их и касался напрямую.

– Док, – наконец выдавил он самое уважительное, что смог припомнить. – А можно по-русски? Паленые камни?

– Боюсь, я не смогу этого сказать со всей определенностью до тех пор, пока не услышу историю вашего друга.

Одноклассник тут же обрел почву под ногами. Главное он услышал.

– Эт, Свят, давай колись, где камни щимнул?

– Нашел, – я постарался произнести это максимально убедительно. Спокойно, взвешенно, как человек, которому нечего скрывать. Но, кажется, мне не поверили.

– Юноша, послушайте меня внимательно, – произнес этот замызганный ювелир. – Очень серьезные люди поручили мне проверить качество товара и его легенду. Если вы будете по-прежнему стоять на своей маловразумительной версии, боюсь, я буду вынужден рекомендовать отказаться от сделки. Очень прибыльной для вас сделки, молодой человек. Так что давайте вы хорошо подумаете и ответите на мой вопрос еще раз. Откуда у вас эти камни?

– Свят, ты че такой? – подключился теперь уже и Саня. Он уже ощутил тяжесть денежных пачек в своих руках и не желал упускать шанса. – Вишь, че Док говорит – нет истории, нет денег. Давай, колись уже! Никуда дальше не уйдет, верно, Док?

И вот что мне было им отвечать? Наверное, стоило чуть раньше этим вопросом озадачиться. Я почему-то думал, что история с кладом прокатит, но кто ж знал, что у этих камней еще и огранка по эпохе различается? Боюсь, любой предложенный мною вариант будет этим «доком» отвергнут с той же легкостью, как и история с бабушкиным наследством. Не говорить же, что я их с робота в другом мире снял?

С робота… Кстати… Что там Система говорила про эти кристаллы? Банки памяти и оружейные? Оружейные… лазеры? Для лазеров же нужны камни, преломляющие свет или что-то такое, да?

Говорить я начал до того, как вся история сложилась в моей голове во что-то четкое и логичное. Так у меня было нечасто, но состояние это я уже знал. И называл его озарением. Иногда под влиянием обстоятельств оно накатывало на меня, заставляя придумывать так вдохновенно, что люди в большинстве своем верили мне безоглядно.

– Вы правы, – произнес я, глядя на ювелира пристально и твердо. – Вы правы, это не наследство от бабушки. Оно от дедушки.

Саня не выдержал и заржал. «Док» же нахмурился, решив, что я над ним издеваюсь.

– Более того, насколько я понимаю, эти камни гранили не для украшений, а для использования в качестве оружия.

Смесь правды и правдоподобного вымысла – гремучая. Тут главное – самому все не рассказывать, дать слушателям додумать за тебя. Они это сделают лучше, проверено.

– Лазеры? – уточнил ювелир, в глазах которого скепсис быстро менялся на интерес. – Ваш дедушка был к этому причастен?

– Я так думаю…

Больше сомнений в голосе, больше! Я ведь сам точно не знаю. Просто копался в дедушкиных вещах… а кто у нас дед? Служил в КГБ, да? Пойдет! Просто копался в его вещах и нашел эти камни. Да, я слышал семейные истории, там говорилось, что дедушка был связан с какими-то секретными разработками оружия, из-за чего – вот это хороший штрих! – его семья была невыездной. Потом Союз распался, проект, вероятно, закрыли, а наработки остались. А алмазы дед забрал.

Ничего из этого я не сказал вслух. Только помялся и выдал, что дед был чекистом. И замолчал. Со значением.

Все остальное ювелир сделал сам. Достроил, сложил, умножил и развил. И еще раз приложился окулярами к камню.

– Хм… Возможно-возможно… Если подумать, это сечение как раз и выдает способность камня таким образом преломлять свет, чтобы он… Господи, это что же, все правда? Наши смогли это сделать?

В его голосе читался такой восторг, словно он был не плешивым задохликом, а маленьким мальчиком, которого обещали взять в отряд космонавтов, когда он вырастет. Ну, или сделать блогером с полной медиаподдержкой, если на современную систему ценностей переводить.

А вот Саня из истории выпал. Смотрел то на меня, то на «дока» и не понимал, что за ерунду мы тут несем. Потому и поинтересовался несмело:

– Док, так че? Камни норм или порченые?

Ювелир ответил ему, поняв заданный ему вопрос через призму своих мыслей:

– Нет-нет! Они прекрасны! В них нет ни крошечного изъяна, и я теперь понимаю почему! Ведь, если бы он был, высокие температуры разорвали бы его при первом же использовании! Огранка необычна, но и только. Мои… кхм… наниматели будут заинтересованы этим товаром. Может быть, даже больше, чем изначально.

– О, зачет! – оживился мой одноклассник. – Док, а сколько один такой может стоить?

– Если продавать как украшение, игнорируя его функцию? Ну, он довольно крупный, правильной формы, пластично впишется в любое обрамление… Полагаю, его рыночная стоимость в пределах трех-пяти миллионов рублей.

Саня завис с открытым ртом. Я прямо видел, как сейчас происходит его мыслительный процесс. Сперва деление – на два. Никто же не даст полную цену за камни неизвестного происхождения. Потом вычисление своего посреднического процента. Секундное замешательство, которое я безо всякой телепатии прекрасно понимаю и незаметно для ювелира показываю ему четыре пальца. И, наконец, умножение.

Все это заняло у школьного товарища не больше пяти секунд, после чего он расплылся в довольной улыбке. А я почему-то подумал, что в школе учителя просто не смогли Саню нормально мотивировать. Тогда, возможно, и не тащили бы его на трояках, чтобы не портить статистику класса отчислением.

– То есть будут брать? – уточнил он у дока.

– Я буду рекомендовать это сделать.

– Огонь! Тогда звоните, док. – И, придвинувшись, шепнул мне на ухо: – У тебя все четыре с собой?

– Ага, – так же тихо отозвался я.

Ювелир тем временем набрал кого-то и коротко сообщил, что его устраивает как качество камней, так и их происхождение. После чего повернулся к нам и развел руки.

– Что ж, молодые люди, свою часть работы я сделал.

– Мы вам что-то должны? – спросил я его, так как был не в курсе, как работал бизнес по подпольной продаже драгоценностей.

– У меня свои взаимоотношения с вашими покупателями, – чуть вымученно улыбнулся он. – Не смею вас задерживать. Вам позвонят.

Телефон Сани завибрировал, стоило только покинуть квартиру ювелира.

– Да, – ответил он в трубку. – Да, мы можем прямо сейчас. Да, с собой. Хорошо, ждем.

«Вот это скорость!» – подумал я.

Еще вчера днем я был уверен, что данная авантюра затянется надолго, а тут середина дня – и мы уже готовы к сделке. Три с лишним миллиона рублей – у меня таких денег никогда не было! Однако сегодня они будут моими! Моими!

На улице Саня нарезал круги возле меня, я же старался не двигаться, чтобы не выдать охватившего меня возбуждения. А то смешно это будет выглядеть – подъедет машина покупателя, а мы тут друг за другом бегаем, как кошка за своим хвостом.

Ждать пришлось недолго. Уже через двадцать минут, которые мне показались часами, к подъезду подкатил тонированный джип. Японец, свежий «крузак». Оконное стекло со стороны водителя открылось.

– Запрыгивайте на заднее, – приказал нам крепкий, но совсем не бандитского вида мужчина лет сорока пяти. – Нас ждут.

Ехали долго. Мелькнул за окном выход из станции метро «Кунцевской», позже – Крылатское, наконец, вообще за МКАД съехали. Я напрягся. Еще не глушь, но явная промзона, как-то я иначе себе представлял место, где стану богаче.

Остановились. Водитель, не покидая своего кресла, велел выходить, и мы с Саней оказались на улице.

– Как-то стремно… – поморщился я.

Прибыли мы на какую-то рембазу. Пеналы боксов, ржавая техника, здоровенные фуры, разбитые дороги.

– А че ты хотел? – хохотнул друг детства, но, как мне показалось, тоже довольно нервно. – Клиент светиться под камерами не хочет, а их щас в Москве только что в задницы не вставляют!

Ну, тоже верно, был вынужден признать я. Сделка, как ни крути, неофициальная, можно даже сказать – противозаконная. Разумно, что покупатель озаботился мерами безопасности. А вот, к слову, и он!

К нам, потешно перепрыгивая через лужи, шел невысокий, но толстенький мужичок. Одет он был обычно, не сказать, что имеет при себе столько денег, сколько я себе уже навоображал. И в руках, что характерно, не держал чемодана с наличностью.

Его сопровождал другой персонаж – взрослая, даже постаревшая копия Сани. Не в том смысле, что они были родственниками, а в том, что вот так годам к сорока пяти и будет выглядеть мой однокашник. Короткие седые волосы, злая улыбочка с непременной фиксой, нервные движения и отчетливая аура опасности матерого уголовника.

– Показывай, – главным был толстячок, он и обратился ко мне. Время на представления он решил не тратить.

– Сперва деньги, – как мне казалось, твердо произнес я.

Уголовник ухмыльнулся. Быстро шагнул ко мне и ударил в живот.

Боль была жуткая, дыхание перехватило. Из глаз против воли полились слезы, а Система, будто издеваясь, вывесила перед носом табличку: «Получено повреждение организма – трещина нижнего ребра с левой стороны. Начаты восстановительные процедуры».

И – чудо! Почти сразу дышать стало возможно, а боль утихла до вполне умеренной. Да и мозг начал соображать.

– Вы че?! – пока я валялся, Саня решил встать на мою защиту. – Че за фигня?! Не по понятиям!

«Значит, он не на их стороне! – подумал я, не спеша выпрямляться. – Это хорошо!»

Толку, правда, от его заступничества было немного. Забытый нами водитель подошел к Сане сзади и огрел по голове короткой битой. Одноклассник без сознания повалился на землю. С макушки по лбу потекла кровь.

– Сам достанешь или помочь? – прозвучал голос толстяка.

Прежде чем я успел что-то ответить, пинок по заднице отправил меня на землю. Развернувшись, упираясь руками и ногами в землю, я оказался лицом к лицу с троицей уголовников. Больше на рембазе не было ни души.

«Барыга хренов! – металась в голове мысль. – Здесь тебя и похоронят на хрен! Изи мани, Свят, да? Придурок!»

Пытаясь отползти подальше от бандитов, я перебирал руками и ногами до тех пор, пока под правой ладонью не оказалось что-то твердое и продолговатое – похоже, кусок арматуры. Схватив его, я поднялся и замахал железякой перед собой.

– Не подходи!

Уголовники на миг замерли, а потом стали ржать. И прекратили резко, буквально через десяток секунд. В руке у фиксатого появился пистолет.

– Дурак ты, пацан, – с некоторым сожалением даже бросил он. – Мог бы жить…

И начал поднимать ствол.

Между мной и троицей бандитов было около двух метров. Я не смогу ничего сделать арматурой, просто не успею! Или успею?

Не знаю, может, это Система помогла, но я в панику почему-то не впал, вместо этого вспомнил, что у меня же имеется способность. Да, я ее никогда не испытывал еще, но что я сейчас теряю?

«Малый портал!» – произнес я мысленно. И тотчас Система повесила передо мной две небольшие метки. Одну я усилием воли разместил прямо перед собой, а вторую – на затылке у щербатого.

– Не надо, пожалуйста! Я все отдам… – протянул я.

Дождался, пока ствол пистолета опустится вниз, а лицо уголовника скорчит презрительную мину. И резко опустил арматуру.

Бил от плеча, где ее и держал, а точка входа «малого портала» располагалась в районе пояса. Эффект превзошел все мои ожидания. Бандит дернулся и свалился, как тряпичная кукла.

– Серый? – толстяк недоуменно повернулся в сторону подельника. Туда же посмотрел и водитель.

Я же переместил точку выхода к голове последнего, еще раз размахнулся и ударил. Потом повторил операцию с толстяком. После чего упал на колени – ноги вдруг отказались держать – и быстро-быстро пополз к пистолету, выпавшему из руки этого самого Серого.

«Я их убил! Я их убил! – стучало в голове. – Меня посадят! Посадят! Что же делать теперь?»

Паника владела мной недолго. Вспомнив, что уже не просто безработный журналист, а эквит, расправившийся с тремя разбойниками своей способностью, я быстро взял себя в руки. И стал думать, что делать дальше.

Душевных терзаний смерть трех упырей у меня не вызывала – куда больше страшила возможность оказаться в тюрьме. Чтобы этого не произошло, нужно избавиться от тел. К счастью, мне не нужно было уподобляться Декстеру Моргану, пилить их на части и топить в Москве-реке. У меня был портал. И суточный откат у него обнулился сегодня утром. А сейчас уже хорошо за полдень.

Не тратя времени, я приступил к действиям. Активировал межмировой портал и стал затаскивать туда тела бандитов. Уложился впритык. Только заволок третьего, самого тяжелого, как портал исчез.

Мне снова предстояло сутки куковать в чужом мире.

«Соединение с сетью „Консул“ установлено. Добро пожаловать, эквит!»