Мастер темных Арканов 2

Глава четвертая

Москва. Академия

Часть 2

После моих слов повисла напряженная тишина. Пару минут Андрей Плещеев старательно переваривал сказанное мной, явно оказавшееся для него сюрпризом. Похоже, за всю жизнь этого козла с ним так никто не разговаривал. Его спутники, кстати, не мешали предводителю «обтекать», с нетерпением ожидая его реакции. И она последовала.

– Я вызываю вас на дуэль, невежа! – выпалил тот, слегка побагровев. – С отсрочкой! Три минуты!

После этих слов я поймал на себе сочувствующие взгляды не только зевак, но и, к моему удивлению, одной из девушек. Той, которая помоложе. Интересно…

– Не вопрос, – кивнул я шустрому аристократишке. – После тестов я в вашем полном распоряжении.

– Ждите секундантов! – бросил Плещеев и вальяжно удалился. За ним последовали и его спутники.

Зеваки, поняв, что больше ловить здесь нечего, стали расходиться, громко обсуждая предстоящую дуэль и при этом совершенно не обращая внимания, что один из её участников стоит совсем рядом с ними.

– Вы меня удивили, Павел, – внезапно призналась Инесса, и в её глазах я впервые увидел нечто похожее на уважение. – Вы что же, действительно не знали, кто такой Плещеев?

– Не знал, – честно признался я ей, – но даже если бы знал, мало бы что изменилось.

– Дуэль с сыном Плещеева… – Варвара только щелкнула языком. – Хорошее начало учебы.

– Да кто бы сомневался! – Игорь, наоборот, выглядел радостным. – Сделает он этого Плещеева.

– Даже если сделает, всё равно наживёт себе врага, – качнула головой Гронштейн. – Впрочем, без врагов жизнь скучна! – она вдруг подмигнула мне, чем реально удивила. Да не такая уж и стерва, судя по всему, а вот Громова… Вспомнив её выходку, я повернулся к телохранительнице.

– Павел, я… – начала было Анна, приняв виноватый вид, но, покосившись на сразу навостривших уши Волконских и Инессу, я решил оставить неприятный разговор на потом.

– Вечером поговорим, – коротко ответил я девушке, и мы наконец заняли место на травке, куда и целились изначально.

Я вообще перестал обращать внимание на Громову. Честно признаюсь, даже появилось желание отправить её домой, к тому же пункт о досрочном закрытии контракта по согласованию сторон в него совершенно точно был включен. С другой стороны, сначала надо поговорить.

Через полчаса появилось несколько здешних служителей в одинаковой сине-зеленой форме, что принялись громко зазывать народ на построение. Вместе со всей толпой мы отправились к тому самому зеленому полю. На нем уже стояло с десяток длинных столов, и около каждого толкалось по три-четыре человека. На каждом из столов расположился какой-то странный предмет. Большая коробка, где горел багровый огонек.

– «Артефакт силы», – восхищенно шепнула Варвара на мой немой вопрос. – Они хранятся у инквизиторов и выдаются только во время экзаменов в академии, после чего их сразу забирают! И, кстати, серьезно охраняют. Вон, видишь около каждого стола по инквизитору?

Я пригляделся. Ну да. Рядом с коробками, затерявшись среди нормально одетых людей, стояло по одному лысому человеку в какой-то то ли рясе, то ли сутане.

– А что такого в этих артефактах-то? – не понял я. – Чего их выдавать и забирать?

– Они определяют уровень силы мага. В процессе артефакт анализирует не просто уровень силы, но и учитывает карты твоей колоды, твое умение ими пользоваться и еще много чего! Правда, такие исследования разрешено проводить только инквизиторам и больше никому. Именно они составляют ежегодные рейтинги родов.

– И что, эти рейтинги играют серьезную роль?

– Ну ты даешь, Павел, – вмешался в разговор Игорь. – Рейтинг значит очень много. Например, высокорейтинговым родам скорее одобрят кредит или же заключат более выгодный контракт… И это далеко не всё.

– И как же они определяют могущество рода? – поинтересовался я.

– Там сложная система, куча пунктов… – скривился Волконский. – Одно время я даже пытался разобраться, но бесполезно. У инквизиторов целый департамент этим занимается. Все рода, которые хотят попасть в рейтинг, высылают специально заполненные анкеты, в которых содержится вся информация – начиная от прибыли и активов клана и заканчивая участием в дуэлях. И ничего здесь не припишешь. Все данные строго проверяются.

– И вы их заполняли?

– Этим обычно управляющий занимается, – пожал плечами Волконский. – Но вообще да.

Интересно, а мой гном заполнял подобные бумаги?

– Вряд ли, – хмыкнул Игорь, будто прочитав мои мысли, – но ты спроси.

Кстати, телохраны вновь столпились метрах в пятидесяти от нас. Я так прикинул… Поступающих не меньше двух сотен. И, как мне объяснила до этого Варвара, сегодня первый день. Всего на прием и тесты для факультета Боевой магии отводилось два дня. Фактически на первый курс академии поступало примерно четыреста-пятьсот человек, вот только оставалось из них всего сто двадцать. Именно из этого числа затем создадут три группы по сорок человек. Да уж, конкурс весьма серьёзный. Самое странное, что, как я понял, из Владимира были и ещё поступающие, однако Варя о них даже слышать не хотела, гордо заявив, что никакие конкуренты нам не нужны. Они, мол, сами по себе, мы – сами.

Ну а когда наконец пёстрая толпа абитуриентов изобразила более-менее ровную шеренгу, перед нами появился высокий, дородный человек с коротким ежиком седых волос. С одной стороны позади него стояла высокая, статная, красивая женщина лет тридцати – её огненно-рыжие волосы рассыпались по открытым плечам длинного свободного платья, с другой стороны застыл суровый мужик с квадратным лицом и военной выправкой.

– Петр Петрович Ожегов. Ректор академии, – шепнула мне Волконская. – А за ним, наверное, кто-то из преподавателей…

Тем временем ректор внимательно оглядел галдящих абитуриентов своими холодными синими глазами.

– Господа! – голос его наверняка усилили, поскольку обычный человек не мог говорить так, будто внутри него стоял мощный динамик.

Над полем повисла тишина.

– Итак, господа, – голос говорившего стал тише, но все равно расходился по полю, – приветствую вас на тестах. Я князь Ожегов Петр Петрович, ректор Московской академии магии. Наша академия, могу сказать без ложной скромности, самая престижная не только в Российской империи, но и в Европе… – голос его стал торжественным. – Поэтому, если сегодня вы сдадите тесты и будете зачислены на первый курс, знайте, что вы стали студентом учебного заведения, после окончания которого все двери перед вами будут открыты. Диплом московском Академии магии – это лучшая рекомендация на любую работу и на любую должность. В нашей академии не меряются уровнем рейтинга. Студент Московской академии магии – только студент! И больше никто! Помните, что в наших стенах все равны!

Признаюсь, я еле сдержал смех. Вот насчет равенства сильно сомневаюсь. Декларировать – это одно, но, судя по таким кадрам, как Плещеев, в реальности все совершенно иначе.

– …Никогда не забывайте об этом. А сейчас перейдем к делу, – Ожегов сделал жест рукой, и его спутники шагнули чуть ближе, – хочу представить вам руководителей факультета. Профессор Елена Ивановна Раскольникова, декан факультета Боевой магии и преподаватель Общей магии.

Рыжая кивнула уставившимся на нее абитуриентам и неуловимо улыбнулась. Мне, правда, почему-то показалось, что её улыбка была угрожающей. Блин, показалось, что ли?

– Также хочу представить, – продолжил ректор, – заместителя декана, князя Строганова Сергея Петровича, одного из преподавателей Практической магии. Вам сильно повезет, если он будет назначен преподавателем вашей группы.

Петр Петрович выдержал паузу и снова заговорил:

– Елена Ивановна и Сергей Петрович будут главными наблюдателями во время сдачи тестов. Советую расслабиться и, – взгляд его вдруг стал жестким и колючим, – не пытаться обмануть «Артефакт Силы». Подобные случаи уже были, но это всегда плохо заканчивалось для тех, кто пытался провернуть подобное. Как вы уже могли заметить, на тестах присутствуют наши гости из Ордена Инквизиторов, поэтому не советую рисковать репутацией ваших фамилий. Это будет первый тест. Ну что ж, на этом хочу закончить и пожелать всем удачи.

Ожегов удалился, и его речь продолжила Раскольникова, что изящно достала из висевшей на плече небольшой сумки несколько листков.

– Итак… – голос ее тоже был сильным, но, в отличие от тембра ректора, приятным. – Я буду называть номера, которые выдали вам, а следом – номер стола, куда нужно подойти. Надеюсь, всем понятно это нехитрое действие?

Судя по всему, недружный ответ, прокатившийся по шеренге, её устроил. И тут началось. На самом деле тесты шли на удивление быстро. Вызванные номера подходили к нужному столу, клали правую руку на артефакт и некоторое время стояли, закрыв глаза, под внимательным наблюдением инквизитора и сидящих за столом экзаменаторов. После они проходили вперед и выстраивались в новую шеренгу уже за спинами экзаменаторов. Совсем скоро настала и наша очередь. Мы с Варварой и Игорем двинулись одновременно, только к разным столам.

– Имя? – спросила у меня пухлая девка лет тридцати. Вот явно не аристократка: пожалуй, то была первая увиденная мной в этом мире некрасивая женщина. Ну да… с простолюдинами-то я не общался, а как уже давно понял, среди аристократов некрасивые отсутствовали как класс.

– Князь Павел Черногряжский, – сообщил ей, но она даже не подняла голову, просто записав мои данные в толстую тетрадь.

– Кладите руку, молодой человек, на артефакт, – сухо приказал лысый инквизитор, и я, невольно вздрогнув, положил ладонь. Совершенно ничего не почувствовал, кроме тёплой поверхности артефакта.

– Закройте глаза и расслабьтесь.

Закрыл. Расслабился. Внезапно по телу прошла какая-то холодная волна, сменившаяся горячей. Миг – и всё исчезло.

– Открывайте глаза, – я вновь услышал Инквизитора, только теперь почему-то казалось, что в его голосе сквозит удивление.

Открыл глаза и понял, что все сидящие за столом вместе с Инквизитором смотрят на меня с нескрываемым любопытством. Блин…

– Что-то не так? – поинтересовался я, слегка напрягшись.

– Все в порядке, князь, – успокоил меня служитель ордена. Да не, вроде лицо у него невозмутимое. – Проходите вперед и ждите решения.

Я последовал приказу и присоединился к негромко переговаривающейся толпе. Через несколько минут рядом со мной уже стояли Варвара и Игорь.

– Ну как? – первым делом поинтересовалась у меня девушка.

– Да кто его знает, – проворчал я. – Тоже хотел бы знать. Они ж ничего не говорят.

– Точно, – согласился со мной Игорь. – Очень интересно, сдали мы или нет.

– Ну, ждать недолго… – добавила Варвара.

Как выяснилось, она заблуждалась. Сначала нам пришлось прождать час, пока пойдут все абитуриенты, а потом ещё час – пока закончится отбор. Столы с артефактами поставили в кучу и обступили их со всех сторон. Более того, к этому «совету» присоединился еще и ректор.

Как только всё закончилось, Раскольникова вышла объявлять результаты. Она не называла тех, кто прошел. Наоборот. Она перечисляла тех, кто должен был покинуть Академию. И, честно признаюсь, ручеек расстроенных и унылых аристократов оказался достаточно полноводным. Однако же, больше всего меня порадовало, что мы втроём поступили. Как, впрочем, и толстяк Плещеев, которого я заметил в полсотни метров от себя. Правда, на этот раз он вел себя не столь нагло, как в нашу первую встречу. Надо же, прямо-таки другой человек. Впрочем, учитывая, что сейчас к поступившим было приковано всё внимание ректора и преподавателей, эта хитрая скотина прикидывалась скромной и послушной. М-да. Мне ещё с ним на дуэли драться. Но почему-то факт предстоящего поединка с задержкой меня совершенно не пугал.

– Итак, господа, – когда на поле остались только люди из списка поступивших, перед нами вновь появился ректор, – поздравляю всех с поступлением. Пожалуйста, номера сто семьдесят два и сто девяносто, подойдите к столу номер шесть. Какие-то проблемы с платежами.

Двое парней буквально побежали исполнять приказ.

– Ну а остальных я жду послезавтра в этих стенах. Вам надо обустроиться, так как уже в понедельник начнутся занятия. Возьмите с собой вещи… Памятку вам пришлют на моб. Напомню, что студенты проживают в общежитии академии. Для телохранов существует отдельное общежитие напротив. Доступ в вашу комнату им разрешен двадцать четыре часа в сутки. Но сразу оговорюсь, что лично я считаю традицию иметь телохранителей устаревшей и ненужной! Однако же, это моё мнение, и оно никак не может влиять на устав академии. На этом всё. Все правила будут изложены в присланном вам сообщении. Через два дня мы проведем отдельное собрание для студентов. Сейчас можете быть свободны. Советую насладиться последним днем беззаботной жизни. В следующий раз вы сможете покинуть академию только в выходные, да и то не все. Подробнее об этом в правилах. Еще раз поздравляю вас.

Народ начал расходиться, к нам устремились наши телохранители. Варвара и Игорь, судя по их отрешенным взглядам, пребывали на седьмом небе от счастья. Я отреагировал на события без лишних эмоций. Наверное, просто был уверен в себе. Остерман постарался внушить мне эту уверенность. Вдруг снова зазвучал голос ректора:

– Номер сто двадцать четвертый. Прошу вас, задержитесь!

– Хм… это я вроде, – вырвалось у меня.

– Странно, – в глазах Волконской мелькнула тревога. – Чего это тебя отдельно вызывают?

Ответа на её вопрос ни у кого не нашлось. Под взволнованные взгляды моих спутников и любопытные от остальных я отправился к ректору.

– Князь, не волнуйтесь, – вдруг улыбнулся тот. – Прошу простить, но нам надо кое-что перепроверить. Это займет буквально пять минут.

Он вновь подвел меня к одному из столов, около которого стояли еще один инквизитор, артефакт и Раскольникова вместе со Строгановым. На этот раз инквизитор выглядел немного иначе. Во-первых, у него были волосы. Пусть короткий чёрный ежик, но он был. Во-вторых, я точно не видел его около столов во время сдачи тестов.

– Вы князь Павел Черногряжский, – утвердительно произнес он.

– Да.

– Я старший инквизитор Афанасий Метров. Помощник куратора Инквизиции от Академии. Возглавляю бригаду для проведения и контроля тестов, – представился он.

– Какие-то проблемы? – осведомился я. Вся эта канитель мне откровенно не нравилась. Что-то здесь не так.

– Нет, конечно же, нет, – заверил меня Метров. – Не могли бы вы еще раз положить руку на артефакт. Необходимо кое-что проверить, – его черные глаза смотрели на меня не отрываясь. Да и пусть смотрит. Что, собственно, происходит? Не из-за Темной же колоды…

Я вновь прислонил руку к артефакту и закрыл глаза. Все ощущения, что и в первый раз, повторились.

– Странно, – теперь на лице инквизитора было написано нескрываемое удивление, а вот ректор и преподы светились довольством.

– Теперь вы видите, что обмана не было? – торжествующе осведомился у Афанасия Ожегов. – Темная колода не может дать такого результата. Вы и сами знаете.

Я невольно вздрогнул, услышав последние слова, но инквизитор, к моей радости, отреагировал на них совершенно спокойно.

– Знаю, – кивнул тот. – В парнишке нет ни следа некромантии, а Темная колода… Что ж, можно сказать, он вытянул счастливый билет. В конце концов, он не должен отвечать за своего предка. А вам, уважаемый ректор, судя по всему, повезло. Ладно, юноша, – он повернулся ко мне, – не смею вас больше задерживать. Ну и нам пора, – с этими словами он развернулся и отправился к коллегам с сутанах, что в это время осторожно паковали артефакты. Тем временем на поле откуда-то появилось еще три десятка инквизиторов, часть из которых была вооружена винтовками.

– Не переживайте, князь, – ободряюще похлопал меня по плечу ректор, – это бригада охраны артефактов. Вас, я вижу, ждут?

На том месте, где стояла толпа студентов, осталась только четверка моих спутников, терпеливо меня ожидающая.

– Извините…

– …Петр Петрович, – улыбнулся ректор. Улыбка мягкая, а глаза холодные. Вообще мутный товарищ, задницей чую.

– Петр Петрович, а что сейчас вообще было?

– У вас очень высокий потенциал, молодой человек. Я, конечно, встречал подобное, но крайне редко. Об этом мы с вами ещё поговорим. А сейчас ступайте, Павел. Всему свое время. И мой вам настоятельный совет: не слишком бравируйте этим. Дар не просто получить, его еще надо развить. Но преподавателей я предупрежу.

Глава пятая

Экскурсия

Ожидающая меня компания прямо-таки излучала жадное любопытство.

– Что там было-то? Сам ректор! О чём он с тобой разговаривал? – глаза Варвары горели огнём.

– Странно, что он вообще на тебя внимание обратил, – задумчиво добавила Инесса, разглядывая меня так, будто впервые увидела. – Мало того, ты ещё и со старшим инквизитором разговаривал. Это очень необычно, Павел…

– Не знаю, чего здесь необычного, – пожал плечами я, – просто пришлось пересдать тест.

– В смысле пересдать? – уставились на меня четыре изумленные пары глаз.

– Да хрен его знает. Чего-то не понравилось. Похоже, когда в первый раз сдал, они мне не поверили.

– Что значит не поверили? Расскажи! Интересно же! – вскинулся Игорь.

– Вот-вот, – подтвердила его сестрица, – не то слово.

– Пойдем уже, – фыркнул я и отмахнулся, – а то мы здесь как три тополя на Плющихе стоим…

– Три тополя на чем? – не поняла Варвара. И, судя по удивленным взглядам, не поняла не только она одна.

– Пошли к летту. По пути расскажу! – проигнорировал я её вопрос.

По пути пришлось коротко пересказать свой разговор с ректором и с инквизитором.

– Офигеть! – только и смог выдать Волконский.

– А я всегда знала, что Паша лучший! – радостно заявила Варя. – И всегда в него верила! Всегда!

Телохранители шли за нами молча. Громова выглядела виноватой, а Инесса – задумчивой. При этом я всё чаще ловил на себе её взгляд.

Мы добрались до нашего летта. Рядом с ним сиротливо стоял с десяток его собратьев. Все, что осталось от множества машин, практически полностью занимавших стоянку во время нашего прибытия днем. Сейчас же мы фактически оказались самыми последними.

В летте, уже по пути в гостиницу, Варвара с Игорем наконец дали волю своему ликованию! Я чуть не оглох от их бурной радости. Хорошо ещё, про мой разговор с ректором они вроде как забыли. Правда, зная Варвару, это ненадолго. Кроме того, мне сильно не нравился взгляд Инессы. Та теперь смотрела на меня слишком заинтересовано. Может, я, конечно, зря опасаюсь, но интуиция обычно подводит меня редко. Сейчас же она буквально кричала о том, что с этой Гронштейн будут проблемы.

Как выяснилось, предусмотрительная Варвара заранее забронировала столик в ресторане гостиницы. На моё ехидное замечание о том, что было бы, не сдай мы тест, она спокойно заявила, что тогда напилась бы с горя, да и дело с концом.

Кстати, несмотря на сумасшедший блеск в глазах, Игорь, похоже, до сих пор так и не поверил, что поступил! Однако же сестрица быстро вернула его на землю, после чего тот весело заметил:

– Представляю, что отец скажет. Не поверит, наверное! Это все благодаря тебе, Павел, – повернулся он ко мне. – Если бы не ты, я никогда бы и не решился поступать!

– Ну, во-первых, не я, а Остерман, – возразил я ему, – а во-вторых, ты и сам потенциально крут, коли поступил.

– Ничего ты не понимаешь, – Волконский покачал головой. – Магов, как ты говоришь, потенциально крутых, хватает. Но вот главное – это раскрыть потенциал до такой степени, чтобы могли взять в академию! Тот же Остерман, насколько я знаю, вообще никого в ученики не берет, а те учителя во Владимире, которые могут с ним сравниться… Один вон, между прочим, год назад Варвару тренировал, но на таких у меня просто не хватит денег. Да и отец уже поставил на мне крест и не стал бы платить. Так что нет, Павел. Это не только Остермана, но и твоя заслуга! И я у тебя в долгу!

Голос Волконского звучал торжественно. Ну а я просто кивнул в ответ.

– Так что? – тем временем Варвара явно загорелась идеей, – звоним отцу? Порадуем?

– Звоним, – кивнул Игорь. – Мне очень хочется услышать его реакцию. Только звони ты и поставь на громкую связь!

Инесса, сидевшая за штурвалом, с интересом поглядывала на своих подопечных. Громова же просто смотрела в одну точку перед собой.

Варя не стала тянуть время и набрала номер. Волконский-старший ответил сразу. Известию о том, что поступила любимая дочь, он не удивился, но поздравил, сообщив, что она молодец, а вот новость о поступлении Игоря заставила его на пару минут замолчать. После он все же пришел в себя и уточнил, не шутка ли это. Когда папаню заверили, что над ним никто не шутит, он только и смог выдать, что приятно удивлен, и попросил, чтобы, разместившись в академии, дети снова ему позвонили. Однако же, пару слов о том, как гордится своими отпрысками, владимирский судья всё же сказал. Разумеется, про меня не спрашивал, чему я только обрадовался.

Когда добрались до гостиницы, то сначала разошлись по номерам, договорившись встретиться в ресторане. Едва мы с Громовой остались наедине, как девушка сразу взяла быка за рога.

– Павел, – она посмотрела на меня в упор, – извини меня. Ты просто не так меня понял. Я не хотела, чтобы ты заработал себе проблем сразу. О Плещеевском сыночке неоднократно писали в Интернете. Как и о самом Плещееве. С этой семейкой лучше не связываться…

– То есть, – нахмурился я, – если бы он оскорбил тебя, ты бы смолчала?

– Ну… – замялась моя собеседница, – я – это другое дело…

– Слушай, Ань, – остановил я её, – давай мы сразу расставим все точки над «и». Я вот, честное слово, до конца так и не понял, зачем в академии телохран. Если только для престижа, но не знаю, есть ли в этом смысл. По мне, так сегодня ты, наоборот, должна была меня поддержать, а не советовать утереться. К тому же это не смертельная дуэль!

– Извини меня, Павел, – потупилась девушка, – просто очень за тебя переживала. Я была не права. Больше такого не повторится!

– Хорошо, – улыбнулся я, – надеюсь.

– А насчет того, зачем здесь телохран… – сразу ожила девушка, – это не только престиж. Ты же не будешь сидеть в академии безвылазно. А в городе с охраной спокойнее. Уж поверь мне.

– Ладно, проехали, – махнул я рукой, – пошли уже.

Спустившись в ресторан, мы присоединились к уже сидевшими за столом Варваре, Игорю и Инессе. Ужин прошел в, как принято говорить, дружеской атмосфере. Да-да. Именно в дружеской. Даже Инесса как-то изменилась. Стала не такой отмороженной и более живой, что ли. Правда, Варвара не пришла ко мне и этой ночью. Похоже, бдительный цербер не пускает… Да и вообще, сдается мне, с сексуальной жизнью в академии сложно. Ну, это если верить словам Гронштейн, которая, как выяснилось, знала о заведении больше, чем все мы вместе взятые. Плюс ко всему у каждого студента была индивидуальная комната. Вот завтра и посмотрим.

На утро я вновь лицезрел на завтраке мрачную Варю. Ее телохран же, как обычно, была спокойна и невозмутима. Мало того, учитывая, что сегодня у нас выдался свободный день, она сама предложила нам прогуляться по Москве. Точнее, полетать. Даже маршрут продумала. Я только головой покачал. Волконская, окинув презрительным взглядом свою охранницу, пробурчала, что ей все равно. Больше никто не возражал. Мне, например, было очень интересно посмотреть на здешнюю Москву. Тем более меня заверили, что центр её разительно отличается от всего остального города. Через полчаса мы загрузились в летт и отправились на поиски приключений, то есть на экскурсию.

Экскурсия началась с того, что мы приземлили нашу машину на одной из стоянок поближе Кремлю и прошлись на Красную Площадь. Вскоре из-за стен домов показались Кремлевские башни, такие же, как в моем прошлом мире. Понятно, что никакого Александровского сада и Исторического Музея здесь и в помине не было, зато уже с Тверской улицы открывался вид на огромную площадь перед Кремлевскими стенами.