Легенды Сангвиндея. Госпожа Тень

Ещё несколько дней и ночей ушло на поиск прохода. Спуск же оказался лёгким и скорым. Тьма Подземья быстро окутала магов, стремясь поглотить их целиком с мыслями. Но мгновенное движение рукой и пара быстрых фраз, и в нескольких метрах над землёй возник яркий шар. Его магического света хватало на то, чтобы озарить дорогу путникам, а более и не требовалось.

Подземье всегда удивляло своими сюрпризами. Чем глубже ты спускался, тем чаще мог заметить, как мертвая серая глыба переходит в яркие разноцветные кристаллы. Здесь, под землёй, был иной мир: дикий и необузданный, прекрасный и опасный. Местные животные и растения манили обманчивой внешностью, после чего пожирали беспечных путников. Здесь, под землёй, нужно всегда быть настороже.

Грегор не так часто посещал Подземье, основная часть его заказов лежала на поверхности. И всё же, находились и те, кто стремился достать из-под руин истории нечто представляющее ценность. Огромную ценность. Ведь практически все артефакты, даже безделушки, лишённые любого магического потенциала, могли стоить очень много золота. Странно, что корона до сих пор не наложила вето, решив прибрать к своим рукам всё золото. Однако законы в отношении авантюристов в Дейседесе были щадящие, в отличии от большинства остальных.

Шли долгие часы, а маги так же брели по Подземью, стараясь не издавать лишних шумов. Незапланированные встречи с местными обитателями их совершенно не интересовали. Ведь ими могли оказаться как безобидные мейлоки и кра̀усты, так и алчущие твари, таящиеся в темноте. Самыми опасными из них, пожалуй, были никлеры. Это четвероногие существа, приходящиеся обычному человеку по грудь. Спинная часть туловища полностью покрыта хитином, из-за чего лобовая атака имела мало шансов на успех. Лапы же оканчивались сдвоенными копытами, заострёнными к концу, представляя собой опасное оружие, пробивающее стальные панцири на раз. Никлеры охотились по одному-двое, обычно самка и самец. После того, как жертва падала, тварь врезалась длинными жвалами в ещё бьющееся сердце и мерно выкачивала всю кровь. Учитывая все признаки, присущие насекомым, никлеры меньше всего походили на прочих животных, живущих на поверхности. Уязвимым оставалось лишь одно место – пузо, покрытое мягким мехом. Но до него ещё нужно добраться, как-то опрокинув массивное существо.

Именно поэтому Грегор и Даймон шли практически на цыпочках, стараясь лишний раз не сотрясать каменный пол Подземья, ведь любая вибрация может оповестить местных обитателей о приближении добычи. Один час сменялся другим, Грегор уже начинал уставать от напряжённой тишины Подземья, изредка оглашаемой рыком, воем и клацаньем. На редкие реплики, обращённые к нему, Даймон отвечал коротким: «Молчи». Старый маг осторожничал, а может и не зря, может, там, куда они идут, будет ещё опасней. Вот тут то и пригодится вся магия, что у них есть. А до тех пор не стоит растрачивать запасы на всяких мошек Подземья, пусть они и будут громоздкими и опасными. И вот так, прикрываясь глушащими шаги заклятьями, маги пробирались вперёд. В воздухе витал немного затхлый, но отдающий сладкими нотками, аромат. Подобным образом хищные растения заманивали зверьё в свои смертельные объятия.

Когда кристальные леса кончились, а им на смену пришли массивные поросли гигантских грибов, Даймон остановился и шумно втянул воздух через ноздри.

– Скоро будем на месте. Осталось совсем немного.

– Слава Защитнику, кристаллы кончились, я уж подумал, что ослепну.

– Кристаллы есть само сосредоточение магии, если мы найдём способ их использовать, то это откроет совсем иные горизонты развития.

– Вас послушай, так во всём вокруг есть магия, и нам просто необходимо найти способ ею воспользоваться. – Хмыкнул Грегор, но сник, встретив суровый взгляд старческих глаз.

– Учись видеть возможности, Гранди. Пусть каждое существо от рождения одарено даром к магии, мы всё же обязаны преумножать знания, чтобы заранее знать ответы на возникающие вопросы. – Даймона понесло, и он стал вслух рассуждать, позабыв о тишине. – Представь, что в один момент мы лишимся возможности черпать магию изнутри. Что тогда? Ведь для большинства это будет катастрофой. Однако подобное не лишит нас разума и знаний, а если ещё и найдём нечто, что сможет даровать нам нашу «эссенцию». Те же самые кристаллы. Пока что они очень нестабильны, взрываются, если пытаться зачерпнуть из них энергию.

– Думаете, магия может однажды просто исчезнуть?

– Я допускаю вероятность. Мой долг – следить за благосостоянием королевства и народа, в том числе и магическим. А теперь давай тише, мы здесь не одни.

Словно повинуясь словам старого мага, на поляну, расположившуюся между непоколебимыми грибами, выскочили ещё одни неприятные существа – визглосы. Редкие, жадные до солнечного света и страха, их визг, соответственно, в честь которого их и назвали, мог свалить любого на колени, заставляя мучиться в агонии. Если не остановить визглоса вовремя, то голова жертвы взрывалась, украшая окружение ошмётками мозга и кровью. К счастью, визглосы не могли использовать свою особенность постоянно. Им требовалось время на передышку. Самые изощрённые охотники знали одно уязвимое место, при попадании в которое визглос лишался своего пронзительного визга.

Стоит, наверное, отметить, что Грегор не был тем самым «изощрённым охотником». Поэтому он очень сильно удивился, когда перед ним возникли две длинные фигуры, покрытые чёрным мехом. Они немного походили на пантер, живущих на острове Либерсула. Но, пожалуй, на строении тела сходства заканчивались. Ужасающая пасть, укомплектованная острыми клыками, которые были настолько велики, что в несколько рядов выглядывали наружу. Сгибы конечностей получали своё продолжение в толстых шипах, а на плоской морде размещался лишь один большой глаз. Он давал плохой обзор, однако нюх у твари был отменный. Слух либо отсутствовал, либо был очень слабый. Извивающиеся щупальца выходили из спины визглоса, оканчиваясь костяными наростами, уподобляющихся копьям. И вот этими самыми «копьями» они пробивали доспехи, дробили камни и даже могли взбираться по отвесным скалам. Визглосы нередко выбирались на поверхность, ведь тяга к свету в них была столь же велика, как и в других существах Подземья. Как бы там ни было, сейчас Грегору и Даймону предстояло сразиться с этими исчадиями. Ведь бежать от визглосов по темноте Подземья равно смерти.

Встав спина к спине так, чтобы контролировать каждую тварь, маги приготовились к бою. Визглос покрупней, явно самец, решил атаковать первым. Он припал на задние лапы, приценился как будет лучше и прыгнул. Смертоносные лапы протянулись к добыче, но та оказалась не так проста. Словно умелый дуэлянт, Даймон ушёл с линии атаки, бросив в существо заклинание ударной волны. Зверь отлетел, озлобленно поджав шипастый хвост. Он только начинал прощупывать свою добычу. Следующая попытка уже не будет столь проста. В то же время второй визглос, заметив неудачу собрата, решил поступить иначе. Сократив расстояние между ним и добычей, зверь упёрся лапами и воздел щупальца с длиннющими шипами вверх. Всего через мгновение они друг за другом устремились в сторону Грегора. Чародей только и успел, что выставить магический щит. Чудовищной силы напор не останавливался, истощая мага. Но их не зря было двое. Даймон создал огненную сферу, которая сама двинулась на помощь Грегору. Только так старый маг мог помочь своему протеже, не теряя из виду своего противника. Гранди он помог, но его визглос всё-таки воспользовался случаем. Эти твари были весьма умны и учились на ошибках, как своих, так и чужих. И естественно, самец решил применить главное оружие визглосов. Прогнувшись в спине, он утробно зарычал, а затем и вовсе перешёл на визг. Уже совсем скоро в ушах магов поселился звон, давление росло. Первым свалился Даймон, ввиду почтенного возраста он был более чувствителен к любым изменениям окружающего мира. У Грегора оставалось совсем немного времени, прежде чем и его сознание сдавит нестерпимым визгом. Но как поступить? Что можно сделать со звуком? Находясь на грани, юный чародей решился на отчаянный и непроверенный шаг. Сложив пальцы в «козу» на обеих руках, он перекрестил их на груди. Скрепя зубами, Гранди вымолвил слова заклинания: «S’ilentium est omne, s’ilentium bonum est», – и, выбросив руки вперёд, высвободил силу заклятья. Вмиг визг прекратился, хотя зверь так и продолжал стоять, раззявив пасть. Вокруг всего его тела слабо переливался еле заметный прозрачный кокон. Заклинание немоты, или как его иногда называли «тишины», сработало лучше, чем ожидалось: тварь попалась и была в ловушке, не осознавая этого. Звуковые колебания со временем приобрели такую силу, что голова самого визглоса лопнула, словно переспелый арбуз. Грегор отпрянул, но времени на передышку у него не было: самка уже пришла в ярость и спешила отомстить за сородича. Её атаки стали намного яростнее, Гранди с трудом удерживал щит. К счастью, Даймон пришёл в себя и ударил исподтишка, припечатав тварь к земле, а затем пронзив ледяным шипом, взращённым с помощью магии.

С противниками было покончено, и маги, тяжело дыша, умостились на камни. Скоро на запах крови сбегутся падальщики, встреча с которыми тоже сулит мало чего хорошего. Короткая передышка перешла в ускоренный марш-бросок к конечной цели. Крайний раз подкрепившись припасами прямо на ходу, Даймон и Грегор вскоре наткнулись на вход в древнее строение. Стены, изрешечённые узорами, восставали из каменной тверди и уходили в неё же под самыми сводами Подземья. Резьба завораживала своей точностью и простотой. В давние времена это место было очень красивым. Непонятно: было ли оно с самого начала под землёй или же его построили на поверхности. Если уж быть до конца честным, то можно сказать, что именно Крушение послужило причиной появления Подземья. Когда земная твердь разверзлась, весь мир, что был известен до этого, изменился. И потом, после того как огромные плиты сомкнулись обратно, под ними образовались пустующие пространства, которые со временем и стали Подземьем. Причём это случилось повсеместно. Впрочем, бытует и другая теория: якобы Подземье существовало с самого сотворения мира, а Крушение лишь изменило его. Обе теории имеют своё право на истину.

Меж тем, маги прошли внутрь. Несмотря на прорастающие из стен и пола светящиеся растения, царила непроглядная темнота. Даймон поспешил послать впереди себя ещё один магический шар света. Когда стало возможным разглядеть хоть что-нибудь, чародеи двинулись дальше, внимательно изучая каждую пядь резных плит каменного пола. К сожалению, стены не содержали познавательных барельефов, из которых можно было хотя бы понять назначение данного сооружения. Поэтому маги так и брели по прямому узкому коридору, уводящему вперёд. Постепенно пространства стало больше, это могло означать, что маги приблизились к цели своего поиска. И верно, вскоре Грегор увидел впереди слабое сияние, будто исходящее от магических кристаллов, что они видели по пути сюда. Однако в этот раз источником свечения был иной объект. Когда маги подошли к концу длиннющего коридора, то обнаружили огромный зал. Он был пуст, за исключением лишь сферического предмета, лежащего на постаменте в самом центре. Абсолютно правильной формы шар переливался разными цветами: лиловым, огненно-красным, жёлтым… Но свет этот был очень тусклым, будто что-то поглощало всю его силу. Даймон предостерегающе остановил шагнувшего вперёд Грегора.

– Не торопись, сначала нужно проверить на предмет ловушек.

– Думаешь?

– Уверен. В таких местах стоит ожидать подобной опасности. – Даймон прикрыл глаза и сосредоточился. Грегор ощутил будто лёгкий ветерок пробежался по нему и перешёл на каменные плиты в зале. Маг использовал заклинание поиска, осматривая помещение на ловушки. Но юного чародея манил магический артефакт, подбивая скорее ринуться к нему, взять в руки, ощутив жуткий прилив сил.

– Да нет здесь ловушек. – Не выдерживал он после нескольких минут ожидания.

– Терпение, друг мой, терпение. Я только начал, а ты уже лезешь на стены. Лучше принимайся за работу и помоги мне. Ещё много плит нужно проверить. После этого мы проверим и сам артефакт. – Не отвлекаясь от дела, молвил Даймон.

– Для чего все эти сложности?

– Древние строения очень опасны, как и вещи, которые в них хранятся. Особенно, когда речь касается магических артефактов.

Грегор лишь хмыкнул в ответ, но принялся сам проверять плиты на ловушки. Одну за другой он просматривал иным взором, позволяющим проникнуть в само естество. Каждый раз не находя никакого подвоха, Гранди становился всё раздражительней. «Если так важно безопасно извлечь артефакт, то почему бы просто не касаться пола?», – подумал он. Заклинание левитации, сложное и требующее максимальной концентрации, доступное лишь мастерам. Но Грегор долго и упорно изучал всю доступную литературу, чтобы разбираться в заклятьях. Оставив поиски, он сосредоточился на левитации. Сел на пол, сложив под себя ноги, скрестил пальцы на руках, создавая узлы для магических потоков. Левитация относилась к промежуточным заклинаниям, требующих от мага как умения мыслеформ, так и знаний ритуалов и расположения частей тела. Собрав всю волю, Грегор потянул невидимые нити от своих рук к разуму. Пока концентрация держалась, он потихоньку взлетал. Даймон, занятый поиском, совершенно не заметил опрометчивого поступка своего ученика. Тем временем Грегор уже практически добрался до заветного постамента. Ослабив концентрацию, Гранди ступил на каменный пол и выдохнул.

– Вот никого ты не слушаешь! – Прикрикнул Даймон, заметив поступок своего протеже. – Стой там и ничего не трогай!

– Но я уже так близко. – К сожалению, всем вниманием Грегора уже завладел артефакт. Его идеально ровная поверхность и переливающиеся цвета не позволяли отвести взгляд. Несмотря на предупреждение Даймона, Грегор протянул руку к артефакту и прикоснулся к нему.

То, что случилось дальше, произошло очень быстро. Огромный выброс света оставил ожоги на коже двух магов, а ударная волна – трещины на стенах. Руки Грегора притянуло к артефакту, он кричал и дергался, но оторвать ладони от шара не мог. В следующий миг весь свет вокруг впитался в шар, погрузив весь зал в непроглядную темноту. Пропало даже само сияние артефакта. Грегор бесчувственно упал на пол, после чего Даймон кинулся к нему. Юный чародей ещё дышал, но был без сознания.

Ещё раз дивя своей силой и выносливостью для почтенного мага, Даймон на себе вынес бессознательного ученика. Выбрав безопасное место, он развёл костёр и принялся выяснять, что же случилось с юным разочарованием. Тело Грегора было слегка обожжено, ничего серьёзного. Однако, оно было очень холодным, будто он пробыл несколько дней на морозе. Даймон прислушался к ощущениям, расставив раскрытые ладони надо лбом и грудной клеткой юного чародея. Старый маг буквально сразу почувствовал неприятное покалывание. Он постарался уцепиться за ощущение, чтобы выведать больше, но острая боль пронзила его разум. Верховный маг схватился за голову, будто пытался не дать ей взорваться. Когда самообладание вернулось, Даймон тоскливо взглянул на юного мага и придвинулся ближе к огню. После контакта со столь сильным колдовством его старческие проблемы обострились, а холод стал ощущаться гораздо сильней.

Через несколько часов Грегор проснулся. Первым делом он ощутил небывалую пустоту внутри. Будто всё то, что делало его самим собой, исчезло. Он даже потрогал себя, чтобы убедиться, что тело всё ещё при нём. В голове ужасно гудело, а кончики пальцев неприятно кололо и жгло. Заметив старого мага у костра, он вернулся в сидячее положение и придвинулся ближе к пламени.

– Что… что случилось? – Растерянно спросил он.

– Ты ослушался меня, что привело к последствиям. – Хмуро ответил маг, не смотря в его сторону.

– К… к каким таким… последствиям?

– Если я всё правильно понял… – Маг тяжело вздохнул. – То ты, друг мой, проклят. И проклят самым страшным для чародея колдовством.

– Что же это? – Грегор побледнел.

– Ты больше не способен управляться с магией. Ты отрезан от всех потоков.

– Но как же так… Этого не может быть! Нет-нет-нет! – Запаниковал Грегор, вскочив на ноги. – Это же… Как же так!

– Тихо! – Одним криком верховный маг заставил его умолкнуть. – Отставить панику. Проклятье не лишило тебя жизни, не наделило страданиями и агонией, так что успокойся.

– Но какой может быть маг без магии? – Почти через слёзы спросил Грегор.

– Пусть ты теперь и не маг, но ты ещё жив. И у тебя есть задание от самого короля. Задание глобальной важности. Ведь и король, и его сестра обладают немыслимыми силами, доставшимися от Ар… кхм… самого Защитника.

– А они могут излечить меня?

– Не знаю, возможно, если сложат свои силы воедино…

– Но я не могу без магии продолжить свой путь, не могу выполнить столь сложное задание. – В сердцах Грегор хотел запустить в ближайший гигантский гриб огненный шар, но не вышло даже крохотной искры.

– У тебя нет выбора. Хочешь заявиться во дворец и признаться на всё королевство, что зазнайка Грегор Гранди стал не удел? – Последние слова подцепили гордость юного… теперь уже не-чародея.

– Ни за что, я не дам и повода усомниться в моих умениях!

– Но ты ведь теперь не маг?! – Наигранно воскликнул Даймон.

– Я найду иной способ.

– Отлично, а теперь нам нужно отдохнуть. Обратный путь на поверхность будет долог. И так как ты испортил наш единственный способ напасть на след похитителей, придётся искать новые решения.

Как и было сказано, соратники улеглись спать. Короткая передышка, а после неё марш-бросок к поверхности. Несколько дней они брели по своим же ориентирам, после чего поднялись. Оттуда ещё несколько дней до города. Самым тяжёлым испытанием было провести эти недели в глухом молчании. Грегор закрылся в себе, не способный думать ни о чём ином, кроме как о своём проклятии. Даймон его прекрасно понимал: утратить дар к магии для мага ужасный удар. Мир знал подобные происшествия, но это были события из разряда случавшихся раз в столетие. Так и брели они, молчаливые и удручённые, до тех пор, пока на горизонте не показались высокие шпили городских башен.

– Вот мы и пришли… – Хмуро подтвердил Даймон. Лицо его обветрилось, кожа местами стала шелушиться. Он повернулся к своему спутнику. – Что будешь делать дальше?

– Мне… мне нужно подумать. – Ответил Грегор, до сих пор упрямо разглядывающий белый снег под ногами. – Отправлюсь домой и там уже решу.

– Пошлёшь мне весточку, когда наберёшься мужества идти дальше. До сей поры я не буду посвящать короля в подробности нашей вылазки. Если я найду способ выйти на след похитителей, то сразу сообщу. Надеюсь, ты будешь готов. – На этих словах Даймон развернулся и, прихрамывая, зашагал в сторону города. А Грегор свернул в другую сторону и направился домой.

Дядя принял его как всегда с улыбкой, но, заметив настрой своего родственника, поник вместе с ним. Долгое время тишину в доме разбавлял лишь бой старинных часов. Лишь через час Грегор решился всё рассказать. Аранис выслушал его спокойно, не задавая вопросов и не перебивая. Затем медленно отпил из своей кружки.

– Так значит, ты больше не маг. – Будто пробуя на вкус, протянул он.

– Да. И без моих сил и навыков я больше не удел. Как выполнить поручение короля? Я ведь не могу так просто сдаться!

– Почему?

– Я признаюсь, что растерял всё своё могущество, все будут торжествовать, ведь они, наконец-то, одержали верх. Я не могу этого допустить!

– Ну, в таком случае тебе придётся делать как мы, не сведущие в магии.

– То есть?

– Учиться сражаться, используя оружие и кулаки, Грегор. Как раз то, чему ты не хотел учиться всю свою жизнь.

– Нет, дядя, только не это….

– Ты видишь другие варианты? Будет тяжело, очень. Если ты не валял дурака на наших тренировках, то не пришлось бы сейчас начинать с азов. – Аранис встал из-за стола и направился к выходу. – А сейчас иди отдыхать. Начнём завтра с рассветом.

Грегор лишь успел тяжко вздохнуть, после чего встал и побрёл к своей комнате. Отворив дверь самого родного места в доме, он увидел, что здесь ничего не изменилось. Всё та же полка с его наградами, всё те же доспехи, подаренные отцом, пылились в углу. На старом комоде, опираясь на иссохшую ножку, стояла одна единственная картина: портрет Грегора и его родителей. Вот слева его дорогая матушка, альбасианка, представительница состоятельного купеческого рода. Её рыжие, словно само пламя, волосы спадают ниже плеч, а на лбу закреплены резным обручем из серебра. Её милая, чудная улыбка навевает воспоминания, тепло и чувство заботы. Справа от Грегора его отец. Суровый высший эльф, с рождения предрасположенный к освоению магии, но ушедший в военное дело с головой. Даже на портрете он в доспехе. Лицо испещрено шрамами, но в глазах, несмотря на пережитые ужасы, по-прежнему горит живой огонь. Грегор с тоской взглянул на портрет, взял его в руки и уселся на кровать, которая приветственно скрипнула под весом владельца.