- -
- 100%
- +
– Он там же был, но от страха не мог ни говорить, ни двигаться, глаза из орбит лезли… ничего он объяснить не смог, а после вовсе отключился, – следователь стряхнул пепел с сигареты. – Детки всё же успели настучать ему по голове, по этой причине его тоже забрали в больницу, а там после оказания медицинской помощи врачи его ещё успокоительными средствами обкололи. Вчера с ним весь день разговаривали: психолог, медики, а потом я. И никто не смог ни одного слова из него вытянуть, о том, что случилось в том туалете. Парень действительно умён не по годам. Он рассказал мне про жизнь до приюта и после, но как только я про этот инцидент с ним заговорил, парня аж затрясло, глаза навыкате, дышит порывисто и поскуливает. Врачи меня попросили оттуда уйти, хоть им и самим было интересно, что там произошло, учитывая, что случилось с Аней.
Следователь вдруг нахмурился, с легким подозрением посмотрел на гостя – по-видимому, действие заколдованной воды скоро прекратиться.
– После я поехал в детдом, поговорил там с другими детьми, в том числе и с теми, кто тоже его иногда задирал…
– А как мальчика зовут? – перебил следователя гость. – И как он выглядит?
– Зовут его Павел. Славянские черты лица, волосы тёмно-каштанового цвета, а вот глаза ярко-голубые, я таких глаз не у кого не видел. Мелкий он и очень худой.
– И что это вся история? Больше вы ничего не узнали? – взволновано, даже с неким осуждением осведомился потрясённый чародей.
– Ну да, меня же только назначили. Говорю же, ещё разбираться надо, – следователь стряхнул пепел с сигареты и развёл руками.
«Ну, хоть что-то я узнал, пусть и немного» – поразмыслил гость. От этого рассказа, ему стало не по себе, он совсем не был готов услышать что-то подобное.
– Вы не в курсе за ним ничего странного не замечалось – за мальчиком?
– Что именно? – удивился хозяин. – Мальчишка как мальчишка.
– Неважно, – выдохнул Денис Александрович и с озадаченным видом подошёл к окну. Он посмотрел на улицу, там уже совсем стемнело, только уличные фонари и автомобильные фары не дают всему утонуть во мраке.
«Павел» – подумал он и тяжело вздохнул. Вопросов у него значительно прибавилось, а ответ пока совсем нет.
Как девятилетнему ребёнку удалось подобное? Взять разум обычного человека ненадолго под контроль нетрудно, а ребёнка и того легче (дети не обладают достаточно-сильной волей, чтобы противится этому). Но даже маленького ребёнка невозможно заставить навредить себе, ведь инстинкт самосохранения способен пересилить чары контроля. Чтобы провернуть подобное нужно быть невероятно могущественным заклинателем. Может это сделал кто-то другой? Нет. Кристоф изучил магическую энергию в том детском доме – соверши это преступление опытный маг, он бы без труда это установил. Да и кому бы это понадобилось?
Погружённый в свои мысли гость обернулся и устремился вон из комнаты. Хозяин квартиры встал и направился следом. Несколько секунд спустя они оба остановились в прихожей.
Гость уже собирался уйти, как вдруг его разум пронзила неожиданная мысль, вызвавшая самые неприятные чувства. Он обернулся и спросил:
– А что стало с зачинщицей, Аней? Вы сказали, что с ней что-то случилось и что это заинтересовало врачей.
Следователь вдруг что-то вспомнил и тут же занервничал.
– Так вот это самое непонятное – у девочки исчезли глаза.
Лицо гостя вытянулось, волосы встали дыбом, он оглядел следователя.
– Ч-Что это значит? – понизив голос, спросил он. – Ей их что вырвали?
– Нет! У неё будто и не было никогда глаз, глазницы пусты и полностью кожей затянуты, хотя сама девочка и все кого успели допросить, в один голос утверждают, что ещё три дня назад они у неё были, и её фотографии это подтверждают. Не знаю что думать. Самая настоящая чертовщина.
Дениса Александровича, будто ледяной водой окатили. Он судорожно сглотнул, неверующим взглядом уставился на мужчину перед собой.
– Вы видели её? – в полголоса просил гость, когда к нему вернулся дар речи.
– Да сегодня. Жуткое зрелище, я такого и представить не смог бы. С ума она сходит, но понятное дело плакать больше не может: слёзных желез у неё нет.
Денис Александрович преодолел оцепенение. Услышанное потрясло и напугало его, но словам веры нет, он должен сам убедиться. Напрягая свою память, припомнил нужные чары, затем быстро сложил руками последовательность магических жестов. Коснулся рукой лба собеседника. Чары сработали, и чародей проник в разум следователя. Перед ним предстал пугающий образ девочки без глаз и век. Следом возникли образы искалеченных детей в реанимации. Те лежат неподвижно, головы их забинтованы окровавленными бинтами, вокруг снуют врачи.
«Тёмная магия» – с ужасом понял чародей, отводя руку ото лба хозяина. В ушах гостя зашумело, кровь застыла в жилах. Его будто вырвали из реальности.
Следователь зажмурился, затряс головой, отступил назад, хватаясь за стены и покачиваясь на нетвёрдых ногах.
Ничего не соображая и ничего не видя перед собой, чародей на автомате вышел из квартиры, ступил во мрак, сделал всего пару шагов и остановился. Дверь за ним закрылась. Ошеломлённый, бледный как призрак он остался один в темноте, утопая в непомерном ужасе. Руки опущены, тело не движется, страшные мысли толкаются в голове. Кое-как вернув контроль над ослабленным страхом разумом, он повернулся к лестнице вниз, сделал пару шагов и вновь замер, но уже на ступеньках.
Прошло несколько секунд. Вдруг скрипучая входная дверь подъезда раскрылась, послышались чьи-то шаги. Стройная женская фигура впорхнула в подъезд. Сделав пару шагов, незнакомка подняла голову, увидела его и ойкнула от неожиданности. Он на миг очнулся от своих мыслей, медленно передвигая ноги, спустился по ступеням. Минуя незнакомку, вышел на улицу, сразу судорожно глотнул холодного воздуха. Разум его немного прояснился, а вот тело задрожало, может от холода, может от волнения. К нему вернулись силы. Понуро опустив голову, быстрым шагом направился обратно в магазин Кристофа.
В голове уже нет мыслей, внутренний голос молчит, только образы, всецело завладев его вниманием, плавают в сознании. Вдруг на полпути его осенило жуткое осознание правды. Он наткнулся на эту мысль, словно корабль на рифы. Мысль страшная, но логичная, она растекается как яд, заполняя собой трещины и пробелы в этой истории. Нутро его сжалось, он остановился посреди улицы. Прохожие с полным равнодушием обходят его по обеим сторонам, совсем его не замечая.
Лишь спустя время он двинулся дальше, не обращая внимания на хлынувший дождь и лица людей. Вторая половина пути показалась ему мимолётной. Добравшись до магазина, обнаружил, что тот уже закрыт. Обойдя здание, поднялся в квартиру этажом выше, в которой живёт Кристоф. Подошёл к двери, дважды позвонил в дверной звонок. Те несколько секунд, что дверь была закрыта, показались ему невероятно-долгими.
Кристоф с улыбкой открыл дверь, глянул на него и тут же сменился в лице.
– Что случилось? – с тревогой спросил Кристоф.
Денис Александрович ничего не ответил, с потрясённым видом он зашёл в прихожую, закрыл за собой дверь и в изнеможении рухнул на стул при входе.
– Что с тобой? – спросил Кристоф, широко раскрыв свои серые глаза.
– Что ещё ты знаешь об этом мальчике? – подняв мокрую от дождя голову, спросил Денис Александрович.
– О мальчике? – переспросил Кристоф. – Ты про детдом? Всё, что я узнал, я рассказал тебе сегодня. А что случилось, что ты выяснил?
Денису Александровичу потребовалось несколько секунд, чтобы собраться с силами. Придя в себя, он посмотрел на друга и мрачно сказал:
– Этот мальчишка, вовсе не чародей, как ты думал.
– А кто он тогда? – нахмурился Кристоф.
Денис Александрович снял обувь, поднялся со стула на налитые свинцом ноги и направился в гостиную. Вошёл в комнату, по-хозяйски достал из старого серванта бутылку коньяка и налил себе порцию в небольшой стакан. Затем сделал несколько шагов, опустился в ближайшее кресло, оттёр с лица влагу и наконец, позволил себе желанный глоток. Всё ещё озадаченный Кристоф сел в кресло напротив.
После пары минут нервы слегка успокоились.
– Так что случилось? – осторожным вкрадчивым голосом переспросил взволнованный Кристоф. – Что тебе рассказал следователь?
– Ты сказал мне, что засёк использование магии в нехарактерном для этого месте? – спокойным, но тоскливым голосом спросил Денис Александрович.
– Так и есть, в детском доме.
– Ты сказал, что магию использовал кто-то из детей?
– Ну, а какие ещё были варианты? Детский дом я изучил и побывал на месте преступления – магию применяли только в том самом туалете, других следов магии там нет, правда, следы от магии очень странные. Посторонних там точно не было. После я попробовал навестить пострадавших детей, но к ним меня не пустили однако находясь там я не почувствовал у них магической сигнатуры. Поэтому я предположил, что магию использовал единственный непострадавший.
– Его зовут Павел, – Денис Александрович сделал ещё один небольшой глоток. – И он пострадал, пусть и меньше остальных.
– Ясно, – Кристоф подался вперёд. – Что ещё ты узнал?
– Что это точно сделал он.
– А что он сделал? – насторожился Кристоф.
– Эти подростки издевались над ним, и видимо три дня назад он сумел взять разум каждого из них под полный контроль, а потом – велел им убить самих себя.
– Как? – растерянно выдавил из себя ошеломлённый Кристоф.
– Без труда, – с горестным видом глядя в пустоту, изрёк Денис Александрович.
– Не понимаю. Кто же научил его этому? Чтобы заколдовать детей много сил не надо, хотя самоубийство – даже ребёнок такому не подчиниться. Нужно обладать невероятной магической силой и огромным опытом в подобной магии.
– Ему этого не требовалось, – Денис Александрович сделал ещё один глоток, а затем с нескрываемой тревогой во всех деталях пересказал весь рассказ следователя. Закончив, он почувствовал себя невероятно-уставшим, нервное напряжение вновь возникло внутри, и слабая дрожь вновь пробила тело.
Кристоф пришёл в ужас, застыл словно оглушённый. Они просидели в полной тишине минут десять, всё это время Денис Александрович не сводил глаз со своего друга. Наконец Кристоф встал с кресла, подошёл к старому серванту, налил себе немного коньяка, сделал глоток, а затем опустил взор и задумчиво стал рассматривать оставшуюся в стакане жидкость.
– Ну и вляпались же мы, – с горечью в голосе и отчаяньем в глазах изрёк Кристоф. – И как нам из этого выпутаться?
– Не знаю. Я заглянул в воспоминания следователя, и увидел эту девочку и других детей… – начал Денис Александрович, но закончить не смог.
Друг никак на это не отреагировал, лишь допил до конца алкоголь.
– Всё ровно я не понимаю, – через минуту с хмурым видом произнес Кристоф. – Он же ребёнок… такое… я не знаю, кто смог бы сделать подобное.
– Ты знаешь, кто способен на такое, – понизив голос, спокойно выговорил Денис Александрович.
Кристоф дрогнул, кинул на него хмурый взгляд.
– По словам следователя у мальчишки славянские черты лица, невероятно красивые глаза ярко-голубого цвета и он уже способен использовать тёмную магию. – Денис Александрович поднёс стакан к губам и обнаружил, что тот уже пуст. – Кто лучше всех подходит под это описание?
– Говори прямо, – насторожился его друг.
– Я думаю… нет, я уверен, что этот мальчишка – ведьмак.
Кристоф чуть открыл рот, но вновь промолчал. Подумав несколько секунд, он подошёл, взял у него стакан, вернулся к серванту и вновь потянулся за бутылкой.
– Это единственное разумное объяснение, – продолжил Денис Александрович, вглядываясь в спину друга. – Я все варианты обдумал. Сам мальчишка точно не мог это сделать, а вот его «тёмной половине» такое вполне под силу. Со стороны мальчика нужно было только желание.
Кристоф замер с бутылкой в руке. Пару мгновений спустя он опустил стеклянный сосуд на полку, затем обернулся к нему, подошёл, безмолвно протянул наполненный на половину стакан, а сам понуро опустился в соседнее кресло.
– Раз так, то придётся идти прямо к владыке, – подал голос Кристоф. По выражению его лица понятно, что ему это удовольствия не доставляет.
Денис Александрович разделяет его не радость: они оба служат одному владыке и оба не желают лишний раз попадаться тому на глаза, а тем паче с плохими новостями. Но сами решить эту проблему они не смогут.
Нервное напряжение и неуверенное молчание повисли в воздухе. Каждый погряз в своих раздумьях. Вдруг спустя время в голову гостя пришла одна мысль:
– А ты разобрался со свидетелями этого инцидента?
Кристоф отвлекся на его слова, но, кажется, не расслышал вопроса.
– Со свидетелями? А-а, да я сразу разобрался с ними: наложил на них заклятия. Они не забудут этот случай, но им никогда в голову не придёт мысль об этом кому-то рассказать. Позже я приму меры посерьёзнее. А там уже походу и официальное расследование скорректирую. Следователи получат необходимую им правдоподобную картину событий, чтобы быстрее дело закрыть.
– А журналисты, про них ты не забыл?
– Нет, не забыл, – друг едва не вспылил. – Я поставил там зачарованные печати. Если кто-то из журналистов решит сунуть свой нос в это дело, то печати сработают, и интерес их тотчас пропадёт. Я все эти дни потратил, заметая следы, чтобы больше никто об этом не узнал. Я сам вернулся сюда минут за двадцать до тебя.
– Хорошо, – со слабым облегчением выдохнул Денис Александрович.
Вновь наступило долгое тягостное молчание, а с ней за компанию неясная тоска затопила скудно-освещённую комнату. Внезапно Кристоф цокнул языком, прикрыл глаза, а спустя пару секунд нетерпеливо мотнул седовласой головой.
– Я никогда с подобным не сталкивался, – с досадой признался друг, – мне не приходилось иметь дело с такими детьми… Я даже не знаю, что сказать владыке.
– Может они уже знают о нём? – предположил Денис Александрович. – Ты же сообщил в ковенант. Наш владыка тоже ведьмак – разве ведьмаки не чувствуют друг друга даже на расстоянии?
– Может, знают, а может, нет… – Кристоф резко выдохнул, рывком поднялся с кресла, спешно вышел из гостиной. Спустя пару минут он показался в прихожей.
– Я отправлюсь к владыке, – надевая пальто, решительно заявил Кристоф. – Если проголодаешься, то можешь опустошить мой холодильник.
– Может, будет лучше, если я это сделаю или давай вместе отправимся? – взволновано предложил Денис Александрович, переживая за друга.
– Нет, – горько улыбнулся друг. – Я справлюсь. Он мне этот участок доверил, мне за него отвечать, – Кристоф ободряюще похлопал его по плечу.
– Ты всё запомнил?
– Да, всё. Не переживай за меня, – с этими словами Кристоф вынул из кармана зачарованную монету и подбросил её воздух. Всего одна звонкая секунда в воздухе и монета упала в раскрытую ладонь Кристофа. Друг мгновенно исчез вместе с ней.
Взволнованный Денис Александрович вернулся в гостиную, но не нашёл в себе сил усидеть на одном месте. Тревожное ожидание сильно действует на нервы, покалывает изнутри. Вопреки своему желанию он вновь вернулся мыслями к случившемуся. Хотел бы он убрать из памяти кровавые образы изувеченных детей.
До самой ночи Денис Александрович не мог найти себе места. Когда сутки назад Кристоф связался с ним и попросил помочь никто из них не мог и помыслить такого. Они оба думали, что нашли обычного юного чародея, неспособного в силу своего возраста контролировать свои магические способности – несчастный случай, только и всего. Действовать нужно было быстро, поэтому Кристоф попросил его о помощи, пока сам всеми силами предотвращал распространение информации об этом инциденте. Денису Александровичу достался пресловутый допрос следователя по делам несовершеннолетних, после этого он должен был поговорить с остальными участниками этого инцидента и самим юным чародеем. А теперь получается, что они с самого начала жестоко ошибались.
Он принялся блуждать по пустой квартире, нерешительно скрипя в тишине половицами, но нигде он не смог найти покоя. Куда не кинься, о чём не думай всё ровно не получается отпустить от себя рвущие сердце образы тех детей – они так и стоят перед глазами застилая собой всё остальное. Сам не заметил, как оказался за большим столом в просторной кухне. Он уже давно ничего не ел, но сейчас чувство голода не испытывает, вряд ли ему вообще кусок в горло полезет. Тошно ему. Алкоголь в пустом желудке уже давно должен был ударить в голову, но такое сильное волнение ничем не взять. Лицо его в зеркале и вовсе бело как мел, словно он совсем не пил. Хорошо бы лечь и забыться сном, но какой тут сон?
Чувство тревоги не даёт покоя – их владыка отличается суровым нравом и всегда был не особо приятен в общении, а теперь Кристоф вынужден идти к нему на поклон. Один неверный жест, одно неправильное слово и их жестоко накажут.
Валерий – немолодой ведьмак, которому они с Кристофом служат большую часть своей жизни. Их владыка (которому они в своё время присягнули на верность) суров, безжалостен и вовсе не умеет прощать. Их двоих он ещё никогда не наказывал, но однажды они стали свидетелями наказания их коллеги – страшное было зрелище. За годы службы до них много раз доходили тревожные вести о новых наказаниях, потому за эти годы страх перед Валерием только нарастал.
Переполняемый чувствами Денис Александрович нетерпеливо встал со стула, шагнул к окну. Глядя в черноту за окном, он невольно зашмыгал носом – нечего было игнорировать дождь. Отвлёкся от мыслей, ринулся к чайнику. Несколько минут и горячий чай готов. Первый робкий глоток вернул из желудка привкус алкоголя. Ещё пара глотков и горячий напиток согрел ему нутро.
Чародей вновь прильнул к окну, опустил руки на подоконник. Эта промозглая холодная погода за окном, эти тяжёлые капли дождя, что омывают улицы, всё это словно наводит его на безнадёжную мысль.
«Ещё один ведьмак, будто мало их на этом свете» – подумал он.
Когда Денис Александрович услышал историю про маленького сироту с чародейскими способностями, то сразу проникся к нему сочувствием, но сейчас он уже не понимает, что чувствует. Он надеялся на встречу с будущим чародеем, чью жизнь он круто изменит, возможно, в лучшую сторону.
Будь мальчик чародеем, его бы доверили кому-то на обучение, возможно Денис Александрович сам бы взялся его учить. У него ещё никогда не было учеников, поэтому он находил эту мысль довольно заманчивой. Ему бы хотелось стать тем, кто откроет этому ребёнку целый магический мир, где ему самое место.
Но с ведьмаками всё иначе, они не чародеи, они даже не люди, хотя и выглядят также. Между их могуществом и силами обычных чародеев колоссальная разница. Их возможности огромны, а мощь непомерно велика, поэтому чародеи у них в служении, поэтому весь мир сам того не зная подчиняется им уже не одну сотню лет. Они всё ровно, что короли и императоры. У каждого из них есть под контролем свои территории, свои ресурсы и свой ковенант. Они стоят на вершине магической иерархии, потому смотрят на всех свысока и ни с кем не считаются. Уважают и боятся они только друг друга.
Раньше их были лишь сотни, а теперь уже тысячи. Они перекроили мир, поделили его и теперь играют с ним и с теми, кто в нём живёт.
Всю жизнь, глядя со стороны на Валерия и других ведьмаков, он много раз задавался вопросом: как они к этому приходят, с чего всё начинается? Эти властолюбивые, алчные, высокомерные люди – с чего они начинают, рождаются они такими или становятся потом?
«Путь этого маленького ведьмака уже начался с крови, которую ничем не смыть» – с тяжёлым сердцем подумал он.
Одно дело неконтролируемый всплеск интуитивно-накопленной магии, а другое дело искрение желание убить обидчиков. Выходит даже будучи детьми, ведьмаки не ведают милосердия? Те глупые дети поступили ужасно, но разве заслужили они настолько жесткого наказания, справедливо ли калечить их?
Если этот мальчишка и правда ведьмак, то какой будет его жизнь? Кем он в итоге станет? Неважно кем он был до этого, он уже испробовал свои силы и вкус чужой крови – прежним он уже не будет. Наверняка, как и все остальные ведьмаки, он будет расти в атмосфере полной вседозволенности. Скоро он вырастет, и уже новое поколение чародеев преклониться перед ним. Они будут служить ему, будут вынуждены идти на смерть по его воле, чтобы не закончить как те дети.
Его замутило от этих мыслей, сердце заболело. За этими раздумьями он провёл всю ночь, так и не сомкнув глаз. Сам не зная почему, но он продолжил сидеть на кухне и бессмысленным взглядом смотреть в пустоту. Мозг выжат как губка, сил не осталось, однако он не позволил себе отдых, продолжая терзаться мыслями, словно наказывая себя сам не зная за что.
Кристоф вернулся ранним утром. Забыв про усталость, Денис Александрович слегка пошатываясь на негнущихся ногах, спешно вышел к нему на встречу.
– Я всё рассказал владыке. Он был не в курсе того что случилось, – спустя пять минут рассказал Кристоф, попивая с ним на кухне горячий кофе.
– И что теперь? – затаив дыхание спросил Денис Александрович, чувствуя, как внутри всё дрожит от волнения.
– Теперь ждать. Владыка отправился на встречу с самим Рагнаром и другими ведьмаками. Вместе они решат, что делать дальше с этим ребёнком.
При упоминании этого имени от сердца Дениса Александровича отлегло: Рагнар мудрый и справедливый ведьмак. Друзья обменялись радостными взглядами.
– М-м, – вдруг простонал Кристоф, едва не захлебнувшись глотком кофе, – ты был прав: мальчишка, действительно ведьмак. Валерий это подтвердил. Он даже успел взглянуть на него через магический шар.
– А он объяснил, как мальчишка это сделал? – чуть погодя спросил гость.
– Ну, он сделал предположение, только и всего, – Кристоф накинулся на печенье. – Он мне ничего толком не объяснил. Уточнил лишь, что если бы мальчишка хотел их убить, то никто бы не выжил. Про девочку он ничего не сказал. Но строго между нами, я думаю, он сразу всё понял, просто нас это не касается.
– Он не разозлился? – с сомнением спросил Денис Александрович.
– Нет, скорее заволновался, может, поэтому поспешил к Рагнару на всех порах, чтобы тот, будучи канцлером Круга за него решил эту проблему. Хотя прощаясь с ним, я разглядел радостные огоньки в его глазах. Последний раз я видел такое, когда он при мне собирался заключить выгодную для себя сделку.
Через пару часов с ними связался Валерий.
– Мальчишку забирают, – поведал Кристоф, закончив разговор с владыкой. – Один из ведьмаков Круга согласился усыновить его. Я должен сегодня-завтра оформить все документы. А когда я закончу, тебе предстоит забрать мальчика из больницы и отвести его к его усыновителю.
– И куда? – спросил напряжённый Денис Александрович.
– В Лондон. И на этом наша работа закончиться.
Денис Александрович без энтузиазма встретил это поручение.
Последующие два дня прошли в нескончаемых хлопотах, ибо им выпало много бумажной волокиты – магия тут помогает крайне редко, зачастую она и вовсе бессильна перед бюрократией. Зато теперь для мира простолюдинов этого мальчика не существует, он в нём родился, но больше с ним не связан. Он не исчезнет, про него просто все забудут и нужно сделать так, чтобы никто и не думал о нём вспоминать – особенно государственные структуры. Рабочие схемы на подобные случаи у магов уже давно отлажены. Мир простонародья, как и мир магический тоже подчиняется ведьмакам, а значит этот мир, может по воле своих хозяев забыть об одном человеке, тем более о таком маленьком.
Кристоф бы и сам справился с этой задачей (не в первый раз же он это делает), но Денис Александрович просто не мог сидеть, сложа руки, и напряжённо ждать. Он сам вызвался помочь, однако вскоре об этом пожалел: эти два дня он непрерывно думал о малолетнем чёрном маге и с каждым часом этот ребёнок вызывал у него всё меньше сочувствия. Нечто похожее на неприязнь стало зарождаться в нём – постыдные чувства, недопустимые для взрослого человека, но как ни пытался остановить он это не смог. Возясь с документами, он в какой-то момент даже почувствовал себя соучастником преступления.
На третий день пришла пора ему лично познакомиться с зачинщиком этих событий. Сонный и уставший с тяжёлым сердцем он покинул квартиру Кристофа и быстрым шагом двинулся в больницу, откуда завтра этого Павла будут выписывать.
Сейчас на часах половина первого. Погода сухая, но пасмурная. На душе неспокойно, оттого брови нахмурены и настроение ужасное. Билеты на самолёт до Лондона уже куплены, документы оформлены и ждут своего часа.
«Лучше бы это поручили Кристофу – подумал Денис Александрович, – вот кто не стал бы переживать и накручивать себя по этому поводу».
Сегодня утром они чуть не поссорились, именно поэтому Денис Александрович уже не первый час ходит взвинченный. Непрошеные мысли сами лезут в голову и с каждой секундой лишь ускоряют его шаги. Дело в том, что вчера он узнал, шокирующее известие: той ночью, когда он ждал Кристофа в пустой квартире, один из пострадавших детей едва не скончался – мальчику резко стало хуже и врачам едва удалось его спасти. Узнав об этом, чародей не выдержал и направился в больницу. Заколдовав несколько человек, он сумел добраться до врачей и выведать у тех информацию и прогнозы на будущее. Прогнозы оказались неутешительными.