- -
- 100%
- +
Паша помолчал, подумал.
– Хочешь спросить ещё что-нибудь? – осведомился Соломон, когда молчание затянулось. – Не стесняйся, я отвечу на любой вопрос.
– Что стало с Золотыми королями? – Паша быстро нашёл новую тему.
– Их династия просто прекратила своё существование. Из-за Предвечного.
– Какого ещё Предвечного?
– Так называют существ, природа которых до сих пор неизвестна. Никто не знает кто они, и откуда пришли. Внешне выглядят они как люди, но существовали они ещё до появления людей, и будут существовать после. По своему желанию они могут изменить своё телосложение, возраст, расу и даже пол. Хотя они неспособны к размножению. Нет ничего, чтобы могло бы навредить им. Их нельзя убить, нельзя ранить. Есть мнение, что их существование привязано к законам мироздания. Неуязвимые бессмертные создания из глубины времён. Самыми известными из их числа были: Великий Буйвол, Корвинус и Инир. Именно эти трое отметились в истории, о других Предвечных можно отыскать лишь упоминания.
– И они уничтожили Золотых королей?
– За это ответственен только Корвинус и он не уничтожил их, но он был причиной того почему династия оборвалась. Корвинус на протяжении нескольких столетий охотился на ведьмаков. Он по одному уничтожал целые семейства. Детей он не трогал, но лишь пока они оставались детьми, поэтому эти юные ведьмаки в ужасе ждали своего совершеннолетия, но даже если он о них забывал они всё ровно, всю жизнь жили в постоянно страхе. Иногда он неожиданно для всех впадал в спячки и столь же непредсказуемо пробуждался. Он убивал всех ведьмаков, что попадались ему под руку. По этой причине его называли Белым Жнецом или Смертью ведьмаков. Он держал в страхе весь мир, пока однажды его не остановили.
– Как же его остановили? – шёпотом спросил ошеломлённый Паша.
Соломон отвёл взгляд, отложил в сторону дымящуюся трубку.
– Чтобы остановить Корвинуса последний Золотой король пожертвовал своей жизнью, но, к сожалению, перед этим он не отдал Наследие Золотых королей, своему приемнику. Таким образом, Золотая династия прервалась.
Павел вновь задумался и спустя время сказал:
– «Наследие» – я уже не раз натыкался на этот термин в книгах.
– Это силы, знания, опыт, воспоминания или мысли одного ведьмака добровольно переданные его наследнику. Видишь ли, даже если ты ведьмак, это не значит, что твои дети и внуки тоже будут таковыми. Иногда конечно выходит так, что один за другим в семье рождаются ведьмаки, но это крайне редкий случай и причины этого явления не установлены. Чаще всего выходит, что в потомстве ведьмака рождаются чародеи или простолюдины.
– А как же династии вроде Золотых королей?
– Ведьмаки часто усыновляли и усыновляют детей, таким образом, продолжая свои династии. А когда приходит время, главы семейств заклинают свои знания, опыт и силу, а затем передают их своему наследнику.
– Как передают?
– Есть древнейшие чары, которые это позволяют. Например: я могу вложить свои кулинарные знания в слово, произнести его тебе, после чего ты сможешь применять их без какого-либо обучения. Так же можно передать и своего Тёмного.
– Серьёзно?
– Да. Иногда ведьмак зачаровывал иной предмет и отдавал его другому ведьмаку или сильному чародею. Как только наследник касался предмета, все заложенные знания и навыки переходили к нему, а сам ведьмак их терял навсегда.
– Ты сказал – чародею? – Павел изумился.
– Именно.
– Не ведьмаку, а обычному чародею? Но зачем тогда усыновлять ведьмака, если можно передать свою силу и своего Тёмного чародею и сделать его ведьмаком?
– Это хороший вопрос, – улыбнулся ведьмак. – Помнишь, что я говорил тебе о духовной силе и силе воли? У всех прирождённых ведьмаков эти величины огромны, но у чародеев всё иначе, найти чародея с необходимыми данными намного сложнее, чем отыскать ведьмака. У меня есть книга о ведьмаковских династиях. По-моему я где-то здесь её оставил, – Соломон огляделся. – Так вот же она.
Ведьмак встал, протянул руку к каминной полке и вдруг настороженно замер. Спустя мгновение, он решительно повернул голову в сторону двери.
– У нас гость, – проронил он и быстрым шагом покинул гостиную.
– Соломон? – бросил ему в спину Паша. Но ведьмак его не услышал. Мальчик растерялся. Он не слышал, чтобы дверной звонок звучал. А есть ли вообще дверной звонок в этом доме? Мучаясь от неопределенности, соскочил с дивана и с неуверенностью направился к дверному проёму.
Вдруг послышались голоса. Он замер на месте, прислушался. Ему интересен не сам разговор – он пытается понять, что там происходит. Минуту спустя Павлу надоело вслушиваться, он осторожно выглянул из-за дверного проёма. В холле напротив Соломона стоит высокий молодой человек, лет двадцати пяти. Волосы светлые, стрижка короткая, с пробором. Лицо бледное, болезненное и отдаёт мокрым блеском. Щёки впалые. Брови светлые немного вздёрнуты вверх. Под глазами виднеются мешки. На незнакомце надет длинный серый плащ-накидка, похожий на те, что носили мужчины в викторианской Англии.
– Почему он послал тебя? – с подозрением спросил Соломон, держа в руках некую коробку серого цвета.
– Этого я не знаю, – слабым голосом ответил незнакомец. – Мне лишь велели передать посылку лично вам в руки.
– Что он ещё сказал? – Соломон пристально рассматривает гостя.
– Сказал, что арендовал апартаменты в гостинице, для вас.
– Благодарю за старания, – выждав паузу, кивнул Соломон.
Внезапно незнакомца затрясло, он зашатался на месте, того и гляди сейчас рухнет вниз в болезненном припадке. Ведьмак мгновенно схватил гостя за плечо и припадок неожиданно остановился. Гость попятился, а затем резко осел на диван в холле. Спустя полминуты он привёл своё дыхание в нормальный ритм.
– Вижу, что приступы твои ещё продолжаются, – с участием сказал Соломон.
– Иногда отпускает. Простите, сейчас пройдёт. Спасибо вам владыка, – он попытался встать, но Соломон ладонью усадил его на место.
– Ты когда отдыхал в последний раз? – с суровым видом спросил ведьмак. – Судя по лицу, минимум дня три не спал?
– Я не могу…
– Нет, – оборвал его Соломон. – Даже не пытайся меня обмануть.
– Я боюсь спать, – на лбу молодого человека заблестели капли пота, а глаза полезли из орбит. – Я боюсь своих снов владыка.
– Всё ясно, – Соломон встал во весь рост. – Побудешь пока под моим присмотром.
– Нет, владыка… – взмолился гость.
– Не спорь, – решительно оборвал его Соломон. – Ты уже на грани.
Павел услышал быстрый топот со второго этажа.
– Соломон, что случилось? – это Эммануэль спустился с лестницы. – Ты звал меня? Я услышал твой голос в своей голове… Гюнтер Влор? Что с тобой?
– У него очередной приступ, – сообщил Соломон. – Свяжись с Луизой, пусть возьмёт его к себе и полечит недельку.
– Сейчас сделаю, – Эммануэль быстро рванул в библиотеку.
– Владыка, – взмолился Гюнтер. – Меня ждут. Он наверняка…
– С ним я поговорю. Павел вместо того, чтобы подслушивать, лучше прояви любезность и принеси мою шубу из гостиной.
– А? Сейчас! – несмотря на неожиданность, Павел быстро среагировал и уже через считанные секунды предстал перед Соломоном с шубой в руках.
– Спасибо. Вот возьми эту посылку и положи на столик в гостиной.
– Ладно, – Паша взял коробку в руки, ощутил, насколько она тяжела.
Соломон едва успел накинуть на плечи шубу до возвращения Эммануэля.
– Она ждёт нас, – поведал чародей.
– Замечательно. Павел мы скоро вернёмся, пожалуйста, присмотри за домом.
Эммануэль помог Гюнтеру подняться со стула, тот выглядит плохо, но, несмотря на сильную дрожь, уверенно держится на ногах. Парадная дверь открылась, и они втроём вышли из дома в холодную ночную пустоту.
Прошло минут двадцать. Павел сидит на диване в гостиной, гипнотизируя взглядом пресловутую посылку на журнальном столике. Мальчику скучно, он не знает чем ещё себя занять – время позднее, обычно он бы уже давно спал, хотя сегодняшние события вряд ли дадут ему уснуть. Паша встал, сделал несколько кругов по гостиной. Затем он зашёл в пустую столовую, потом заглянул в кухню, далее вышел в холл и в конце вернулся обратно.
Спустя время в холле зазвучали голоса. Мальчик вскочил с дивана, уставился на дверной проём. Первым в комнату решительно зашёл Соломон.
– А что за коробку он принёс? – спросил Эммануэль, зайдя следом за ведьмаком. Чародей сразу уселся на диван, недалеко от Павла.
– По словам Гюнтера, она от Рагнара.
– А зачем Рагнару отправлять сюда Гюнтера? Он боевой маг, а не посыльный. Рагнар же видел, в каком тот состоянии. Такое равнодушие не присуще главе Круга.
– Рагнар доверяет Гюнтеру, поэтому прислал именно его. Он не хочет, чтобы посторонние узнали, что внутри этой коробки.
– Быть может он рассчитывал, что ты не отпустишь парня в таком состоянии?
– Думаешь, он следы заметал? – лукаво улыбнулся ведьмак.
– Скорее понадеялся на твоё добросердечие.
Соломон взял коробку в руки. Яркая огненная вспышка и от обёрточной бумаги не осталось и следа. В руках Соломона оказалось нечто похожее на цельный металлический слиток.
– Как и ожидалось, здесь защитные чары, – сказал Соломон. Мальчик не понял по его лицу, заинтересовало это ведьмака или расстроило.
– Сейчас, подожди, – поняв что-то, воскликнул Эммануэль. Он быстро сложил руками магические знаки, взмахнул рукой, и вдруг на журнальном столике прямо из воздуха материализовался небольшой керамический таз.
Соломон выпустил металлический слиток из рук, но тот не упал на пол, а самостоятельно подлетел к тазу и навис над ним. Ведьмак положил руку на слиток, что-то прошептал и через мгновение металл раскалился добела. Горячие струи потекли вниз прямо в керамическую тару.
– Деревянная шкатулка? – удивился Эммануэль, когда металл истёк.
– Она самая, – ведьмак взял лакированную шкатулку в руки.
– Соломон, нам оставить тебя одного? – спросил Эммануэль.
– Нет. Ты и Павел можете остаться. Хм, интересный тут замок.
– А где ключ? – почти не дыша от волнения, спросил Паша.
– Он не нужен, это головоломка, – с улыбкой сообщил ведьмак.
Соломон покрутил несколько металлических дисков на крышке, на которых изображены разные символы. Эммануэль, пристально следивший за действиями ведьмака, вздрогнул, когда шкатулка со щелчком открылась.
– Не понимаю. Медведь, меч, солнце? – изумился чародей.
– Всё просто: «…он спит, вождь бриттов, он спит. Там, где вечное солнце стоит…», – с улыбкой молвил Соломон.
– Не может быть, – не поверил чародей. – Это слишком просто.
– В этом как раз и весь подвох.
Соломон раскрыл шкатулку, достал из неё конверт. Все замерли в тишине.
– … и вновь шепчущее пламя опишет круг, и голоса друг к другу воззовут, – мистическим полушепотом зачитал ведьмак конец письма.
– И что это означает? – спросил Эммануэль.
– Это означает, что через пять недель состоится заседание Круга.
– Ты был прав, – сказал чародей. – А где оно будет проходить?
– В Пронде.
– Ха, – усмехнулся чародей. – И когда поедешь?
– Скоро. Нерешённых дел у меня там имеется предостаточно.
– Тогда, как насчет встречи с Софией? – оживился чародей. – Может всё же, выкроешь немного времени для неё?
– Посмотрим. У нас с Павлом и без того забот будет с лихвой.
– Я тоже поеду? – подал голос оторопелый Паша.
– Да поедем вдвоём. Самое время «вывести тебя в свет», – на лице ведьмака вновь возникла улыбка. – Там ты воочию сможешь увидеть, что собой представляет магический мир. А заодно я проверю, как идёт строительство будущего терминала.
Глава IV. Пронд
В это утро Павел проснулся раньше, чем обычно и не проспал положенных часов, что нехорошо, поскольку сегодня, поздним вечером они с Соломоном отправляются в чародейский город Пронд. Сама мысль об этом будоражит без меры, потому лишь пробудившись от сна, он уже не смог закрыть глаза. Это сказочная мечта, маленькая искорка радости во мраке вечной печали. По словам Эммануэля Пронд один из самых красивых городов когда-либо созданных магами. Подробные рассказы об этом мегаполисе в ярких красках обрисовали в голове мальчика образы прекрасных зданий, невероятно красивых парков с редкой растительностью неприсущей миру простолюдинов. Эммануэль говорил, что в основном город населён чародеями, но там так же встречаются народы из мифов и легенд.
Долго пролежав в кровати без сна, он убедился, что заснуть уже не сумет, а потому решил не тратить время впустую. Встал, оделся, застелил постель и в этот момент к своему изумлению услышал за окном птичий крик. Ему и раньше случалось его слышать, но саму птицу он ещё не видел.
Залез на кровать, открыл окно и, вглядываясь в небо, стал разыскивать источник звука. На улице стоит прекрасная летняя погода, с нежной утренней прохладой. Мальчик искренне рад этому – утро является самой любимой его частью дня. Летние рассветы и закаты с самых малых лет вызывают у него неподдельный восторг. Однако после смерти дедушки даже они не могли хоть немного поднять ему настроение. И только недавно он снова научился радоваться солнцу, пусть не так как раньше, но всё же, солнце по утрам вновь вызывает на его лице улыбку.
Он достаточно долго любовался прекрасным утренним небосводом, пока не увидел там, в небе, некое пятно. Присмотрелся, разглядел большую птицу. Она летит достаточно высоко, а вот уже опускается вниз прямо к морю. Птица пролетела над водной гладью и снова взмыла вверх.
«Что это за птица? – подумал мальчик. – Вряд ли она обычная, в моей нынешней жизни больше нет ничего обычного».
Паша наблюдал за диковинным небесным скитальцем, пока крылатое создание не возвысилось так высоко, что стало совсем невидимым. Он закрыл окно, ушёл в ванную комнату. Умылся, почистил зубы, вернулся обратно. С того дня как он поселился здесь его комната обставилась новой мебелью. Он ничего не просил и был готов довольствоваться тем, что было, однако Соломон был иного мнение и со временем по мере необходимости, в комнате мальчика стали появляться новые предметы. Это коснулось и одежды. На следующий день после его переезда сюда Соломон подарил Павлу целый гардероб, к которому нерешительный мальчик не сразу притронулся. Свою старую одежду, которую он привёз с собой он так и не вытащил из своего чемоданчика – по его мнению, именно эту старую одежду он может назвать по-настоящему своей. Старые обноски, но это его обноски.
Хоть он и прожил здесь уже достаточно времени, чтобы привыкнуть к этому месту, его до сих пор не покидает чувство, что его настоящий дом далеко отсюда. Его разум осознаёт, что он больше никогда не вернётся туда, но сердце не желает мириться с такой правдой. И этот небольшой чемоданчик с поношенными вещами это, то единственное, что связывает его с домом. Потому эти вещи уже стали для него некой опорой в столь тяжелый момент его жизни. И чтобы не случилось с ним в будущем, эти вещи у него точно никто отнимать не станет.
Паша подошёл к шкафу, приоткрыл дверцу, скрепя сердце посмотрел на свой чемодан. Смесь печали и страха закрутилась в нём. Он хочет открыть его и вновь посмотреть на то, что внутри, но не может: вместе с этим чемоданчиком в шкафу он спрятал часть ещё живых воспоминаний и чувств, и страшится снова их открыть. Помимо одежды там есть важные его сердцу вещи, то немногое, что он смог забрать собой из дедушкиной квартиры. Но даже мимолетное воспоминание об этом причиняет ему нестерпимую боль. Поэтому он как может, противится этому. Желая унять печальные мысли, он глубоко вздохнул, собрал всю волю в кулак.
«Сейчас не время грустить» – мысленно сказал он себе.
Окончательно справившись с чувствами, спустился в холл, а оттуда прямиком в гостиную. Зайдя в комнату, обнаружил, что половина окон в гостиной открыта, дверь в сад настежь распахнута, и утренний ветерок гуляет по комнате. Мальчик посмотрел в окно – солнечный пейзаж снаружи так и заманивает на улицу. В местном саду нет маленьких кустиков с цветами, геометрически-подстриженных растительных оград, содовых гномов и тому подобного. В этом саду растут деревья, в том числе фруктовые: яблони, апельсиновые, абрикосовые, черешневые и так далее. Вместо цветочных кустов кусты ягодные. Иногда в теплую погоду Соломон и Павел отдыхают здесь после обеда, а несколько раз даже проводили здесь вечера.
Дойдя до середины сада, Паша с удивлением обнаружил шубу и рубашку Соломона надетыми на плечи одной из женских скульптур. Лакированные туфли ведьмака так же лежат рядом, но их владельца нигде не видать.
«Странно, – подумал Паша, – в доме его невидно, но без шубы он никуда не выходит, значит должен быть поблизости».
Женская скульптура улыбнулась и подмигнула ему – здешние произведения скульптурного мастерства имеют обыкновение иногда оживать. Как же он был напуган, когда впервые столкнулся с подобным открытием.
Паша прогулялся по саду. Своей свежестью здешний воздух ничем не уступает дыханию леса. Вокруг природная красота, но особенно красиво этот сад выглядит в темноте: благодаря магии растительность иногда светится лунным светом. Но больше всего ему полюбилось высокое дерево с густой кроной, которое произрастает в конце сада. По неизвестной причине ночью светлячки окружают это дерево, создавая вокруг него кольцеобразное свечение.
Павел развернулся на месте, бросил свой взгляд на дом, в котором живёт. В свете утреннего солнца здание выглядит очень живописно. Первый этаж сложен из каменных блоков тёмного цвета. Мальчик подозревает что второй и третий этажи тоже, вот только они заштукатурены, покрашены и декорированы деревянным каркасом – это придаёт особняку облик присущий средневековым каркасным домам. Начиная со второго этажа, можно обнаружить несколько эркеров, самый большой из них располагается со стороны сада, растягиваясь на два этажа, он освещает все лестничные пролёты внутри дома. Окна местами витражные. Крыша высокая, чёрная, острая, гребень скошен под углом.
Вдруг Павел что-то почувствовал, обернулся и вновь увидел уже знакомое пятно в небе – оно приближается, становить всё больше. Тёмная хищная птица поистине огромна и летит прямо сюда, летит прямо на него! Мальчик всерьёз испугался, инстинктивно решил бежать обратно в дом, но ноги не слушаются.
Птица уже рядом. Вдруг прямо на подлёте крылатый хищник широко раскинул свои крылья, выпустил когтистые лапы вперёд. Всё случилось очень быстро. Паша даже не успел разглядеть, как птичьи лапы превратились в человеческие ноги, как крылья стали руками. Всего за секунду птица обратилась – Соломоном. Приземлившись с закрытыми глазами, раздетый до пояса ведьмак сразу наколдовал себе солнцезащитные очки, надел их и только тогда посмотрел на него.
– Доброе утро, – приветливо сказал Соломон.
Павел всё ещё ошеломлён увиденным превращением, оттого он не сразу понял, что к нему обратились. Соломон с недоумением на лице взглянул на своего воспитанника, а спустя пару секунд быстрым шагом направился к нему. Резкие шаги ведьмака заставили поражённого Пашу встрепенуться и инстинктивно отступить назад. Ведьмак не выглядит агрессивно, но мальчик отчего-то боится.
– Павел, ты меня слышишь? – миролюбивым тоном спросил удивлённый Соломон. Опустившись на корточки, он помахал рукой перед его глазами.
– Что? – не чувствуя своего языка пролепетал мальчик.
– С тобой всё в порядке?
– Да… Соломон, а ты сейчас был птицей?
– А-а, – с радостью выдохнул ведьмак, – Так вот, отчего ты в ступоре. Я и забыл, что в птичьем облике ты меня ещё не видел. Вместо пробежки я по утрам летаю по небу. Прости, если я тебя напугал.
Только сейчас Паша обратил внимание на большую чёрную татуировку на теле ведьмака – величественный олень, раскинулся на половину торса. Предплечья обеих рук так же покрыты татуировками с непонятными символами. Вдруг татуированный олень зашевелился и мальчик дрогнул.
– Этот олень, – начал ведьмак, заметив его интерес, – на самом деле запечатанная на моем теле сильнейшая формула – атакующие чары способные одним ударом убить кого угодно. Это один из моих секретных приёмов, веский аргумент в схватках с опасными противниками.
Соломон опустил руки вниз. Его белоснежная рубашка тут же самостоятельно соскользнула с женских плеч мраморной скульптуры и немедля налезла на его тело. Следом и чёрная шуба плавно разместилась на плечах владельца, словно счастливый кот в предвкушении ласки, улёгшийся на тёплые колени своего хозяина.
– Который сейчас час? – спросил Соломон, надевая обувь.
– Шесть часов и двадцать две минуты.
– Та-а-к, – протянул мужчина, застёгивая пуговицы на рубашке. – Значит, это не я, летая по небу, забыл о времени, а просто кому-то не спится. А почему так?
– Я проснулся полчаса назад, и как не пытался, снова уснуть не смог, – пролепетал мальчик, чувствуя себя виноватым.
– А точно пытался? – ведьмак на секунду смерил его строгим взглядом, но затем тепло улыбнулся. – Ладно, понимаю твоё нетерпение, сам когда-то был ребёнком. Пошли в гостиную, обсудим кое-что.
– Соломон, а твоё превращение – как ты это сделал? – спросил мальчик.
– Предрекая твой вопрос, отвечу: да, ты тоже так сможешь, у всех ведьмаков есть врождённая предрасположенность к полиморфизму, но всему своё время.
– Ты не ответил, – Паша решил, что если он не расспросит об этом сейчас, то потом уже не осмелиться. – Как ты это сделал?
– И что ты не умеющий колдовать собрался делать с этим знанием?
Мальчик смолк, подумал, улыбнулся. Вернувшись в гостиную, он сразу сел в кресло. Ведьмак коротко взмахнул рукой, и все распахнутые окна сами закрылись.
– Хочешь сладкого? – Соломон открыл одну из серебряных шкатулок со сладостями, которые всегда стоят на столике и всегда полны угощениями.
Паша не отказался.
– Сейчас я покажу чародейское приветствие, – сказал ведьмак, встав напротив Павла. – Смотри и запоминай: кончиком среднего пальца ведущей руки, ты касаешься, примерно середины свой грудной клетки, а затем этим же пальцем касаешься своего лба. Когда ты приветствуешь кого-то, таким образом, ты как бы говоришь ему: «Вы были в моём сердце, а теперь вы в моих мыслях». Это значит, что всё твоё внимание теперь всецело обращено к твоему собеседнику. Понял?
– Понял.
– Прощаясь, ты повторяешь этот жест в обратном порядке, то есть: «Из моих мыслей, вы возвращаетесь в моё сердце». Этим ты как бы обещаешь сохранить воспоминание о нём и о вашей встрече.
– А рукопожатия у магов не пользуются популярностью?
– Рукопожатия тоже в ходу, но нормы этикета ты должен знать.
Минут десять Соломон и Павел обсуждали нормы поведения присущие чародейскому сообществу, благо они оказались несложными.
– И вот ещё на будущее: всегда будь вежлив с взрослыми ведьмаками, если не хочешь, чтобы тебя проучили за неуважение. А особую вежливость проявляй к пожилым ведьмакам. Никто, запомни, никто не смеет отказывать им в должном почтении. Я знаю, что ты человек воспитанный, но на будущее знай: грубить им нельзя, такое преступление тебе никто не спустит. В чародейском мире это непросто обязательная вежливость, а негласный закон. Всё понял? Есть вопросы?
– Вроде нет. Хотя нет, есть один вопрос, но он не по теме.
– Спрашивай.
– Ты вчера, когда про магию говорил, не раз упомянул своего усыновителя.
– Да, – Соломон чуть помрачнел. – Я звал его Корвином. Он меня усыновил, вырастил и воспитал, магическим основам тоже он меня обучил.
– А где он сейчас?
– Его больше нет, – с каменным лицом ответил ведьмак.
Паше стало неловко, его с детства приучили не преставать к людям с вопросами и держать своё любопытство при себе. Однако Соломон поощряет его пытливость, особенно когда дело заходит о магии. Мальчик уже привык, что каждый вечер после ужина они уходят в гостиную и сидя в удобных креслах, разговаривают о магии. Постепенно темы разговоров меняются, и иногда Паша рассказывает что-то из своего прошлого. Почему-то, чем больше он рассказывает, тем легче ему становится. После смерти дедушки он жил в постоянном напряжении, страшась чего-то. Даже во сне его не покидало чувство тревоги. Но за последние несколько недель проведённых с Соломоном он успокоился.
Ведьмак стал вызывать у мальчика симпатию. Благодаря их каждодневным беседам Павел всё больше и больше проникается доверием к ведьмаку и с каждым днём они становятся всё ближе друг к другу. Паша сам не заметил, как стал ему послушен. Соломон помогает ему изучать мир магии, мир столь невероятный, что временами поверить в его реальность бывает трудно. Паша продолжает каждый день читать книги по истории и очень часто от переизбытка информации у него в голове начинается настоящая путаница, лишь обсуждение прочитанного с Соломоном по вечерам вносит некое подобие порядка. Иную часть знаний мальчик получает из рассказов ведьмака – этот способ куда интереснее прочих, хотя и не обладает той же полнотой знаний, что дают книги.