Сила души. Сказания душ. Книга третья

Флора и фауна планеты тоже в корне изменились. Растения и животные, существовавшие до Глобального краха либо вымерли, либо преобразились до неузнаваемости, подстраиваясь под современные особенности климата. Но свободные места тут же заняли другие, более сильные и приспособленные создания.

Весь былой мир постепенно стирался с лица новой планеты. Кое-где, всё ещё виднелись остовы старых практически исчезнувших городов. Обглоданные развалины некогда величественных зданий словно гнилые зубы торчали из покрытой новым слоем Земли. Пройдёт ещё несколько столетий и Земля полностью избавится от того наследия, коим наградило её безрассудное человечество.

В результате жутких катаклизмов на Земле появились два основных океана – Холодный и Горячий. Полюса поменялись местами, появились новые пять континентов.

Евразия раскололась. Всё что находилось западнее Восточно-европейской равнины ушло под воду. На её восточной части сейчас находится Новый континент. На нём в данный момент и проживали «Возрождённые». Этот континент был достаточно хорошо изучен за последние полторы тысячи лет. На нём располагалось тридцать городов и бесчисленное количество мелких поселений. Континент напоминал по структуре огромный изогнутый остров.

Южная Америка потеряла всё, что было восточнее Анд. Этот континент был прозван Гиблый. На данный момент он находится в стадии новоформирования. Он покрыт действующими вулканами и серными источниками. Там больше всего аномалий и там часто пропадали экспедиции. Отсюда континент и приобрёл своё название.

Северная Америка почти полностью ушла под воду, за исключением северной части Кордильер и Аляски. Сей континент прозвали Неизвестным. Это была загадка. Складывалось такое впечатление, что континент дрейфует. Он то появляется, то исчезает. Что это за мир, никто так и не решился выяснить, поскольку попасть туда можно, а вот вернуться…

Африка уцелела от Каира на севере до озера Виктория на юге, и от Нила на востоке до всего западного побережья. Но из-за слабой инфраструктуры здесь не уцелел ни один из действующих в те годы реакторов. И этот континент, прозванный ныне Ледяным, светится радиацией так, что видно за тысячу миль. Это новый образец Антарктики, да только лёд там необычный. С виду он холодный и прозрачный. Вот только газы, образуемые испарениями этого льда – ядовитые и убивают всё живое. Поднимаясь в атмосферу, газ преобразовывается в кислотные облака и разлетается по планете, ядовитого опадая в виде дождя. Здесь, как и прежде была пустыня, вот только уже не песчаная, а ледяная.

От Каспийского моря на восток до самого Пекина огромная трещина расколола и стёрла в пыль северные Гималаи. Тянь-шаньский хребет исчез, и сейчас на его месте бурлит пролив Туманов, разделяя Новый и Проклятый континенты 15-мильной водной гладью. Камчатку и Амур также поглотил океан. Тибет, Гималаи, а также южную часть Индии перепахало землетрясениями так, что теперь там клыкастая каменная пустошь. Полуостров Индостан, а также Индокитай откололись и исчезли в неизвестном направлении. Теперь это место зовется Проклятый континент. Этот континент находится в прямой видимости от мира «Возрождённых». Его отделяет лишь огромный пролив, названный проливом Туманов. На проклятом континенте обитало самое большое количество «Недостойных». Именно оттуда они совершали свои набеги. Вдоль пролива Туманов стоял многочисленный и хорошо укреплённый гарнизон. Но это не останавливало нападавших. Они обходили гарнизоны по морю и могли напасть в любом удобном для них месте. Попытки прийти к союзу с «Недостойными» оборвал около полутора тысяч лет назад король Йторий Нор. Он был сыном Матария Вара и сделал многое для укрепления и безопасности народа «Возрождённых». А ещё именно в его правление и началась война «За право». В летописях указано, когда Йторий прибыл с посланием мира к «Недостойным», они напали на него и убили половину свиты лишь за то, что Йторий высказал своё мнение относительно происхождения «Недостойных». Он сравнил геномы человека и «Недостойных» и пришёл к выводу, что они идентичны, лишь подвержены мутации.

– Людей на земле нет! Бог отвернулся от них! Теперь это наш мир, теперь это наш Бог! – выкрикнул главарь клана.

По непонятным до сих пор причинам подобное сравнение вызвало у «Недостойных» неистовую бурю ненависти и злобы. Они напали на Короля и убили многих. С тех пор между двумя мирами идёт война.

Возможно, эти создания когда-то и были людьми. Но сейчас, это лишь жалкие крохи выродившегося человечества, которые пытаются выживать. Но и здесь они не могут обойтись без войны.

Оук был практически возле Зала Совета, когда Зан вызвал его по внутренней связи.

– Я сейчас немного занят! – тяжело дыша, ответил Оук.

– Ты не поверишь! – практически криком известил его Зан.

– Что случилось? – настороженно спросил Оук.

– Здесь у меня ещё один посланник, – быстро сказал Зан.

– Откуда? – остановившись, спросил Оук дрожащим голосом.

– Это разведчик, один из бойцов Клауда. Он прибыл не один. С ним… – Зан замялся, подбирая слова. – Я не знаю, что это. Я подобного никогда в жизни не видел.

Оук стоял словно вкопанный. По возбуждённой интонации в голосе напарника он чувствовал, что тот не на шутку испуган и с трудом может выражать свои мысли.

– Зан, – обратился Оук к напарнику. – Отправляй их ко мне. Я уже практически возле Зала Совета.

– Знаешь, я не совсем уверен, что с «этим» целесообразно показываться возле дверей Совета. Тут… Тут как минимум нужен карантин. Это нечто…

Понимая, что напарник под впечатлением уже забыл про установленные правила доклада, Оук резко оборвал его.

– Действуй по инструкции! – приказал офицер Центра безопасности строгим командным голосом. – Я вернусь, как только смогу, но разведчика всё равно отправляй ко мне.

– Приказ понял, – быстро отозвался Зан и отключился.

Оук ещё несколько минут стоял, погрузившись в тягостные раздумья.

– Что, разорви меня Болотный пёс, происходит? – спросил он самого себя вслух.

Оук не был глупцом. За свои сорок пять лет он изучил и прочитал огромное количество всевозможной литературы. Любил историю и искусство. С огромным уважением относился к своему народу, хотя порой и критиковал его за излишнюю слабость и доверчивость.

По рождению Мирис Оук был воином. А посему, все свои увлечения, отводил на второй план, наивно полагая, что так будет правильно. Если бы он избрал иной путь, то смог стать неплохим учёным. Оук хорошо разбирался в психологии и без труда определял порядок ситуационных событий. Он с лёгкостью мог подстраиваться под различные типы поведения и предсказывать итоги поступков. Именно сейчас, ему вдруг стало очевидно, что в мире, где он живёт, назревал какой-то странный кризис, смысл которого был пока сокрыт от понимания. Но со временем, когда все кусочки головоломки соберутся в одно целое, картина этого явления станет более наглядной. Лишь бы осознание этого не пришло слишком поздно.

Оук так погрузился в свои размышления, что не сразу заметил как огромные двери Совета распахнулись прямо перед ним, и бесчисленная армия советников и их секретарей хлынула мимо него словно полноводная река.

Оук отодвинулся к стене и, приподнимаясь на цыпочках, принялся высматривать в толпе его высочество принца Ридериона Тара.

Но толпа чиновников редела, а принца всё не было видно. Терпение Оука не выдержало и он решил сам войти в главный Зал Совета. У входа стояли двое воинов Королевского караульного гарнизона. Оук показал им свой идентификатор и они беспрепятственно позволили ему войти.

Принц в окружении нескольких советников что-то обсуждал за огромным круглым столом в центре зала. Ридерион Тар был ещё весьма молод по меркам этого мира, ему ещё не было и тридцати, но он отличался цепким умом, силой и достоинством, коим должен обладать истинный правитель. Сейчас принц был облачён в обычные одежды, а на его лице отразилась весьма серьёзная заинтересованность в текущей беседе. Рядом с принцем, как и всегда возвышалась огромная фигура его телохранителя Мёрка Волла. Этот монстр был рядом с наследником престола с младенчества.

Об этом суровом воине ходили жуткие слухи. Поговаривали, что ранее, он воевал на отдалённых рубежах. В те годы форпосты постоянно подвергались массированному нападению «Недостойных», и Мёрк был одним из тех немногих, кто сумел уцелеть в той жестокой мясорубке. Поговаривали, что его тело было сплошь покрыто глубокими шрамами. Из-за этого он никогда не снимал своего бронекостюма и ни разу за те годы, которые провёл с принцем, не показывал окружающим своего лица.

С одного взгляда на чёрный костюм Мёрка Оуку стало не по себе.

«Почему он носит чёрный костюм? – задался вопросом Оук. – Все носят белые, а он – чёрный. Он что, особенный? И откуда, интересно, взялись эти жуткие слухи про шрамы? Кто-нибудь может подтвердить их наличие?»

Конечно же, все эти вопросы остались без ответа. Но Оук уже шёл в сторону принца, совершенно позабыв об опасности.

Когда он был уже в непосредственной близости от круглого стола, телохранитель принца Ридериона сделал быстрый шаг в его сторону и жестом вытянутой вперёд руки приказал Оуку остановиться.

– Что тебе нужно, безопасник? – грубо спросил Мёрк.

Оку становился и, глядя на чёрный, полированный шлем Мёрка, ответил:

– Мне нужно срочно поговорить с его высочеством.

– Его высочество занят обсуждением важных государственных дел, – ответил Мёрк.

– Я вижу, – сказал настойчиво Оук, – но прошу лишь минуту…

– Оставьте заявку у секретаря и изложите ему суть вашего прошения, офицер, – безразличным голосом ответил телохранитель.

– Вы не понимаете, моя просьба не терпит отлагательства, – продолжал настаивать Оук.

Он сделал лишь шаг в сторону наследника. В долю секунды резкий и молниеносный рывок Мёрка уложил Оука на пол, а холодное дуло пистолета коснулось его виска.

Шум борьбы привлёк всеобщее внимание.

– Мёрк, что происходит? – спросил, обращаясь к телохранителю принц Ридерион Тар.

– Прошу прощения Ваше Высочество, – простонал с пола офицер Оук. – У меня для вас очень важное донесение. Позвольте мне выбраться и доложить.

– Что может быть такого важного к принцу у простого охранника? – огрызнулся Мёрк. Он надавил на плечо Оуку своим коленом и тот взвыл от боли.

– Мёрк, – крикнул принц. – Отпусти его.

Телохранитель подчинился, и Оук не без труда, но всё же сумел подняться с пола.

– Простите моего телохранителя. Он чересчур усерден, когда дело заходит о моей безопасности, – усаживаясь в кресло и, слегка наклонив голову, вымолвил принц Ридерион. – Что за важная информация заставила вас пойти на риск быть застреленным Мёрком.

Оук размял больное плечо и злобно окинул взглядом чёрную фигуру телохранителя. Затем выпрямился и как положено, поклонился в знак приветствия и уважения к особе королевской крови.

– Ваше Высочество, сегодня на мой пост прибыл странный посланник. Он был ранен и в данный момент находится в реанимации.

– Что-то я пока не улавливаю связи, офицер, – сказал безразличным голосом принц. – При чём здесь я?

Все присутствующие в помещении зала Совета громко рассмеялись.

Оук с достоинством сумел перенести эту насмешку. Он гордо поднял взгляд своих больших глаз и, сохраняя самообладание, спокойным голосом продолжил, —Этот посланник, прибыл с одного из Северных форпостов.

В зале Совета мгновенно наступила гробовая тишина.

– В попытках установить связь с данным боевым гарнизоном я и компьютер системы контроля потерпели неудачу. – Принц Ридерион медленно поднялся со своего кресла и стал двигаться в сторону Оука, обходя круглый стол. – Перед тем как потерять сознание, посланник успел рассказать, что обладает очень важной информацией, которую может сообщить только вам Ваше Высочество.

Принц уже практически вплотную приблизился к офицеру Оуку и, глядя прямо ему в глаза, спросил:

– Что за информация? – казалось, что он сейчас схватит Оука за грудки и начнёт трясти. – Что у него за информация? – выкрикнул принц.

По его испуганным глазам Оук догадался, что эта информация куда важнее, чем он изначально полагал.

– Я этого не знаю, Ваше Высочество, – спокойно и твёрдо ответил офицер Центра безопасности и опустился перед принцем на одно колено. – Об этом вы узнаете, когда посланник восстановит свои силы и будет в состоянии общаться. Медики уверяли меня, что поставят его на ноги к утру завтрашнего дня.

Принц Ридерион не моргая, смотрел на офицера Оука сверху вниз. Казалось, что он ждёт ещё что-то, хоть малую крупицу новой информации, которая смогла бы утолить его томление неведения. Страх и волнение проявились на лице принца словно маска, и Оук это прекрасно видел.

Тем временем возле входа в зал Совета послышалась странная возня. Она сопровождалась шорохом одежд, топотом обуви и лязганьем брони. Все присутствующие в помещении дружно обернули свои взгляды в сторону входа.

– Ваше Высочество, – сказал Оук, уличив минутку, когда внимание всех окружающих было направлено в иную от них сторону. – В руке посланника был вот этот предмет. – Он протянул Принцу маленький круглый знак.

От увиденного молодой наследник едва не вскрикнул. Но лишь усилием воли сумел сдержать эмоции.

– Это… Это бляшка с наплечника доспехов моего отца, – сказал он едва слышно. На него было больно смотреть. Наследника качало словно от сильного неожиданного удара.

Возня возле входа зала Совета меж тем усилилась.

– Что там снова? – прикрикнул телохранитель Мёрк, обращаясь к караульным на входе. Один из них быстро развернулся и, вытянувшись словно струна, доложил:

– Здесь какой-то странный оборванец. Говорит, что он разведчик.

– Пропустите его! – выкрикнул Оук. Он поднялся с колен и быстрым шагом двинулся к входу, проходя мимо ошарашенного такой дерзостью Мёрка. – Если бы вы больше времени проводили в поле, а не протирали свои штаны возле покоев чиновников, то наверняка смогли без труда отличить разведчика от оборванца, – сказал он, подходя к караульным. – Заходи! – сказал Оук, обращаясь к потрёпанному воину в грязной броне.

Воин поклонился офицеру в белом мундире, и вошёл в зал Совета.

– Ваше Высочество, это один из разведчиков Клауда Рора, – представил воина Оук.

Боец в грязной броне сделал несколько шагов по направлению к принцу и опустился перед ним на колени.

– Что ты можешь рассказать его высочеству? – грозно спросил Мёрк.

Разведчик поднял голову, его шлем растворился, исчезая где-то в районе шеи.

Принц был погружён в тягостные раздумья. Дела Совета его уже явно не интересовали. Он стоял в центре огромного зала Совета, опираясь одной рукой на тяжёлый круглый стол, а в другой руке он держал нечто, что с болью в глазах пристально рассматривал.

– Я лучше покажу! – сказал воин в грязной броне хриплым, надорванным голосом. Он поднялся с колен и протянул Принцу свой коммуникатор.

От одного лишь взгляда на экран у Принца от удивления расширились глаза. В них был виден искренний, неприкрытый страх.

Заметив это, Мёрк крикнул своим жутким голосом:

– Вон! Все вон! Убирайтесь, оставьте его высочество в одиночестве.

Все присутствующие бегом, подталкивая друг друга, бросились прочь из зала Совета.

Когда помещение Совета опустело и наступила полная тишина, Принц взглянул на странного грязного воина и неуверенным, дрожащим голосом спросил:

– Это что такое?

Боец было уже поднявшийся, вновь опустился на колени и, склонив голову на грудь, произнёс:

– Прошу прощения Ваше Высочество! Мы не совсем уверены. Точнее сказать, мы совсем не уверены в том, что именно это есть… Но даже если предположить то, что вы видите – правда, последствия этой находки могут быть непредсказуемыми.

В этот момент двери Совета вновь отворились и в них показался странный силуэт маленького, необыкновенного создания. Этот индивид был совершенно непохож ни на одного из присутствующих в зале, да и, наверное, во всём мире. Звали его Одруксон Фив – он был главным инженером во Дворце и невероятно известной личностью.

В момент воссоздания врачи констатировали у него дистрофию, которая впоследствии переросла в полный паралич нижних конечностей. Истинные причины появления болезни так и не смогли установить, и в документах была лишь скромная запись, гласившая что-то о повреждении исходного гена. К пяти годам практически все мышцы тела Одруксона самоатрофировались. Он стал бесполезным инвалидом. Но благодаря своему напористому нраву и невероятному стремлению к знаниям, этот бесполезный член общества сумел за тридцать лет своего существования добиться звания самого гениального жителя столицы и должности Главного инженера королевского Дворца.

Ростом Одруксон был чуть выше ребёнка, поскольку с пяти лет больше не рос, передвигался на кресле с гравитационной подушкой и очень редко появлялся на публике.

Именно поэтому его появление в Зале совета было воспринято с невероятным интересом.

Гвардейцы пропустили Главного инженера беспрепятственно и его кресло бесшумно приближалось к присутствующим, немало онемевшим от увиденного.

– Ваше Высочество! – мягко проговорил Главный инженер, останавливая своё кресло.

Принц смотрел на Одруксона растерянным, полным непонимания взглядом.

– Что ещё? – спросил он усталым голосом.

– Ваше Высочество! – вновь повторил Одруксон Фив. – Отправной маяк. Он словно сорвался с цепи. Пульсация за последние пять часов возросла втрое.

Принц видел, что гениальный инженер растерян. Даже скорее – испуган.

– Приборы фиксируют увеличение циклов пульсации. Подобного мы никогда ранее не фиксировали. Я проверил. За все те годы как был обнаружен сигнал, он никогда не менял своей частоты. Признаться честно, я не знаю, что это значит. Я сразу же решил известить об этом вас. Как знать, быть может, это что-то необычайно важное.

Принц тяжело опустился в кресло. Он окинул взглядом всех присутствующих. Затем отдал коммуникатор разведчику и сказал:

– Немедленно соберите военный совет.