Взрослые сказки четвёртого измерения. Мотивационные повести (сборник)

В бочку меда – ложку дегтя… или наоборот!

Посмотрите вокруг: тихий ветерок качает яркие венчики великолепных сказочных цветов, журчание ручейка наполняет хрустальным звоном прозрачный воздух, напоенный запахами меда и луговых трав. Давайте подойдем к одному из цветков и заглянем в один из этих бутонов. Кто это?

Толстый человечек с обвисшими щеками, в пестрой, плотно обтягивающей жирное тельце одежде, на кривых ножках – чулки и мягкие туфли с загнутыми носками и бубенчиками на концах, на голове – остроконечный колпак и вялые желтоватые крылышки за спиной. Он полулежал в самом центре бутона и из длинной трубочки, утопленной в самую сердцевину цветка, пил нектар.

Не отрываясь от своего занятия, он скосил на нас узкие глазки, раздраженно подергал остроконечными ушками и нервно замахал на нас рукой, явно требуя немедленно удалиться и не мешать ему, что мы с удовольствием и делаем – мерзкое зрелище!

Да, вы угадали: мы в стране эльфов, и это не самый приятный экземпляр. Если внимательно приглядеться, увидим – в воздухе, как пчелы снуют разноцветные человечки в ярких нарядах, а звон бубенчиков на их башмаках мы приняли за журчание ручейка.

В стране эльфов, как и в нашем родном мире, есть классовое деление, – кто-то работает в поте лица, собирая нектар и свежую росу и обменивая его у пчел на мед, а кто-то составляет стратегические планы культивирования новых площадей медоносных цветов. Есть эльфы, торгующие на специальной эльфийской бирже. Ну и конечно, верхушка – самые умные эльфы со светлыми головами, которые сколотили надежное состояние и сделали такие запасы нектара и меда, которые вполне способны подорвать экономику какой-нибудь заморской эльфийской державы.

Так вот, наш рассказ пойдет именно о них. Нет-нет, того толстяка, которого мы видели в бутоне прекрасного цветка, нельзя отнести к элите, это просто обыкновенный лентяй и невежда. Я вам расскажу историю двух самых богатых эльфов этой сказочной страны.

Они были мастерами своего дела, на них трудились тысячи обыкновенных эльфов, как я уже и говорил, запасы нектара и меда превышали все возможные пределы. Каждое утро специальный эльф пудрил их крылышки золотой пудрой, обозначая таким образом их принадлежность к элите. Когда они летали (конечно, они могли летать, и если вы их представляете себе такими шариками из жира, то ошибаетесь, ежедневная игра в сквош поддерживала их волшебные тела в тонусе, а крылья были яркими и упругими), так вот, когда они летали, то вокруг их крыльев мерцали веселые солнечные зайчики.

Всякая экономика подвержена спадам и подъемам, и эльфийская страна не исключение. Случилась страшная засуха и в этой сказочной стране, а так как экономика зависела именно от цветущих медоносных растений, в эльфийской стране начался жестокий экономический кризис. Запасы нектара и меда таяли на глазах. И в конце концов наши сказочные богачи разорились.

Первый раз в жизни они не управляли ситуацией и не имели в запасе ни грамма меда или нектара, все рабочие разлетелись кто куда. Судебный пристав наложил арест на их дома и даже, какой наглец, щеточкой счистил остатки золотой пудры в пользу погашения долгов. Какой ужас!

Один из бывших богачей впал в страшное уныние, день и ночь проливал слезы, вспоминая свои несметные богатства, жалел себя и проклинал судьбу, засуху да и всех эльфов в придачу. Он даже срезал звонкие бубенчики со своих башмаков, чтобы они своим веселым звоном не отвлекали его от мрачных мыслей. Но что же делал второй герой нашего волшебного рассказа?

Оценив ситуацию и посмотрев вокруг, он… весело и облегченно улыбнулся, с хрустом потянулся, пожужжал крылышками, ставшими необычайно легкими без золотой пудры и, наконец, весело от души расхохотался! Судебный пристав, который в этот самый момент выносил последний мешочек с драгоценными семенами из дома нашего героя, удивленно посмотрел на него и спросил:

– Чему ты радуешься? Я уношу твое последнее богатство, ты – нищий!

На что наш сказочный эльф ответил:

– Наконец-то я избавился от последнего якоря, который удерживал меня от дела моей мечты! А я всю жизнь хотел выращивать душистый виноград и делать из него самое лучшее во всей сказочной стране вино, но финансовые дела моей империи не позволяли мне все бросить. Спасибо случаю! – Он опять весело засмеялся и, звеня бубенчиками, устремился ввысь.

Судебный пристав проводил его своими раскосыми глазами, подключил волшебное зрение, чтобы определить направление его полета, – так на всякий случай, по служебной привычке, недоуменно пожал плечами и заковылял в свой участок, таща за собой мешочек с драгоценными семенами.

Старая мудрая гусеница, такая же, как и в сказке «Алиса в зазеркалье» (а может даже та же), забулькала мутной водой в кальяне и, выпустив из своего рта клуб дыма, изрекла:

– Как ты воспринимаешь создавшуюся ситуацию, как реагируешь на нее, такой результат и получаешь! Кто-то стал счастливым, кто-то несчастным в одной и той же ситуации.

Гусеница хрипло засмеялась и, подавившись очередным глотком дыма, зашлась в кашле, сплюнула горькую слюну, и случайно попала на, и без того грязную, курточку тащившегося мимо и проливавшего горькие слезы нашего героя номер один.

– Да, случайных случайностей случайно не случается, – проговорила мудрая гусеница и задумчиво засунула мундштук кальяна в свой зеленый рот.

Восток – дело тонкое…

О, Восток! Рахат-лукум, восточные танцы, зной, дыни, падишахи, визири, прекрасные красавицы, сказки «Тысячи и одной ночи»… Кстати, сегодня как раз созрела одна из сказок. Ну не совсем из серии «Тысячи и одной ночи», но очень близко.

В одном очень восточном государстве очень давно, когда для передвижения по воздуху использовали экологически чистый ковер-самолет, жила прекрасная принцесса. И, конечно, у нее были и шаровары, и загнутые кверху парчовые, расшитые изумрудами туфельки и что там еще восточным принцессам полагается. Ах да! У нее была сверхзавышенная самооценка. Славянский вариант «Свет мой зеркальце, скажи, да всю правду доложи» – это просто детский лепет по сравнению с ее самооценкой. Ее красоту расхваливали глашатаи на восточных базарах, перед ней падали ниц и стонали, притворяясь, что ее красота ослепила их недостойные глаза. И надо вам сказать, что выполнялось все быстро и четко, так как за принцессой всегда следовал верный палач со здоровенным мечом. Так что все соглашались с красотой принцессы безоговорочно. И, конечно, она скучала, ведь компьютеров не было, социалки еще не изобрели, а верблюд – не «Бентли».

И как-то проходя по базару и наблюдая вздернутые к палящему солнцу разноцветные зады уткнувшихся в пыль, ослепленных ее красотой граждан, чуть-чуть напуганных блеском остро отточенного меча ее живодера, принцесса в удивлении замерла, а палач широко и радостно улыбнулся.

Посреди торчащих, как арбузы на бахче, задов, стоял человек. Принцесса аж рот открыла от изумления и жестом остановила довольного палача.

Человек был водоносом, о чем говорили большие медные кувшины, висевшие на коротком коромысле на его могучем плече. Водонос был красив, и это было основной причиной, заставившей принцессу остановить палача. Но то, что он делал, тоже заинтересовало принцессу! Он смотрел на солнце через закопченное стекло, у принцессы тоже было такое еще с прошлого затмения.

Она тихо подкралась к водоносу и спросила:

– Не слепит?

– Нет, – у водоноса был глубокий насыщенный голос, и у принцессы что-то сжалось в сердце. – Очень красиво! – продолжил парень, не отрываясь от своего занятия. – Оно горит, как факел в руке у ночного сторожа на главной стене. Кто зажег его? В чем смысл этого явления?

Парень задумчиво опустил руку со стеклом и обернулся к принцессе. Слезящимися от солнца глазами он не сразу ее разглядел, но когда зрительный сигнал достиг его пытливого ума, стекляшка выпала из рук, кувшины грохнулись на пыльную землю, проливая бесценную влагу, и сам он без сил свалился на колени. И, если вы думаете, что его испугал здоровенный детина с мечом, возвышавшимся над принцессой, то вы глубоко ошибаетесь. Парень был смел, а принцесса действительно была красавицей.

– Воды, – только и смог выдавить из себя водонос, не отрывая взгляда от прекрасного лица принцессы. – Ах, да, – опомнился он и жадно приложился к одному из своих кувшинов. – О, прекрасная принцесса, – начал водонос. – Как я могу искупить свою вину перед тобой? – продолжил парень, краем глаза улавливая странные движения ребром ладони по шее, производимые палачом, стоявшим прямо за принцессой.

Принцесса была в замешательстве.

1. Ей хотелось броситься к водоносу на грудь и почувствовать, как бьется его смелое сердце.

2. Она понимала по изменившим форму задам, уже не очень похожим на бахчу, что их диалог внимательно слушает вся площадь.

3. Дисциплина есть дисциплина, и, если не отрубить голову этому водоносу, ее репутация будет загублена.

4. В конце концов, она принцесса, а он водонос, но как блестят его смоляные кудри на солнце.

Так как принцесса была политически тренированная особа, дворцовые склоки и мастер-классы придворного визиря сделали свое дело, она, загнав странное чувство, возникшее где-то в сердце, в самый кончик загнутого башмачка, сказала:

– Так как ты нарушил закон и увидел меня, – тебя ждет смерть.

– Гы, гы… – раздался довольный клекот придворного палача, давно не рубившего голов.

– Но!

– Гы, гы, – недоуменный звук, сорвавшийся с уст палача, заставил бахчеподобные зады изменить наклон для лучшего подслушивания.

– Но, – повторила принцесса, – за смелость, я тебе дам шанс, – заунывный вой палача разнесся над безмолвной площадью. – Да, шанс, – повторила принцесса, привыкшая к эмоционально неуравновешенному палачу (все же нервная работа у человека). – Я хочу в подарок, – глаза принцессы в поиске решения забегали, – хочу, – солнечные лучи заставили ее зажмуриться, и тут пришло решение. – Луну!

– Луну? – изумленно повторил водонос.

– Луну, – как один человек, выдохнула вся площадь.

– Именно, – повторила принцесса. – Хочу луну, повешу ее в своей спальне вместо ночника… Срок доставки подарка не ограничен, но, если не принесешь, прощайся с головой.

Детские слезы разочарования потекли по грубому лицу палача. Он был палач, но далеко не дурак, и имел ученую степень по френологии и медицине. Или вы думали, что на службе у принцессы будут держать слабоумного идиота, да еще с острым мечом на плече?

Он понимал, насколько умно поступила принцесса.

Цель поставила, срок не ограничила, но наказание на неограниченный срок прописала.

Отравленный ею недавно собственноручно мудрый падишах довольно потирал руки, липкие от мармелада, в райских кущах, окруженный гуриями. Его школа, умна…

– Да, и вот еще что, – добавила принцесса, собираясь уходить. – Принесешь луну, сделаю тебя своим мужем. Как один человек вздохнула площадь, а водонос хлопнулся в обморок.

– Стерва, – зашелся в хохоте падишах, сотрясая райские кущи, и распугивая робких гурий.

Жизнь парня полностью изменилась. Он хоть и был водоносом, но голова у него работала отменно. Он начал искать способ подарить принцессе луну, он концентрировался на этой задаче, мысли потоком устремлялись к нему в голову.

И самая удачная мысль была пойти в ученики к придворному звездочету. Ну кто ближе всех к звездам и вожделенной луне?

Мудрый звездочет в расшитом парчовом халате, прикрыв воспаленные глаза, привыкшие следить за рождением вселенных и вершением судеб мира, выслушал историю парня.

Некоторое время он сидел неподвижно, и парень подумал было, что он заснул, но наконец сказал:

– Ты – счастливый человек. Ты получил цель, и это – великая жизненная цель! Люди могут прожить целую жизнь, так и не имея цели, и поэтому они подобны лодке без весел и парусов в безбрежном бушующем океане. Куда вынесет лодку, утонет она или ее прибьет к берегу не знает никто!

Если хочешь быть счастливым, поставь перед собой цель, которая станет самой важной для тебя, высвободит весь твой потенциал и пробудит в тебе намерение.

Звездочет улыбнулся, приоткрыл глаза, внимательно посмотрел на молодого человека и, конечно, взял его в ученики, так как в то время немногие стремились стать звездочетами, уж больно стремительно, слетали у них головы с плеч, если предсказания небесных светил не были в радость правителям.

Прошли годы, парень превратился в зрелого мужчину. Учение старого звездочета открыло ему глаза на законы мироздания, он узнал о строении звезд и человеческих душ, поэзия древних мудрецов разбудила его сердце, и он по-другому стал смотреть на мир. Он стал знаменит, к нему обращались за советом, женщины приносили младенцев к нему на благословление, молодые приходили за мудрым словом. Ищущие за предназначением.

И вот пришло время, когда он готов был выполнить желание принцессы.

Страшный переполох поднялся в этом восточном государстве, все знали о великих знаниях нашего героя и каждый приготовился к тому, что великолепная серебряная луна, покровительница влюбленных, благословенная ночными странниками, навсегда покинет небесный свод и будет светить лишь одной принцессе, к тому времени ставшей единоличной покровительницей государства.

В полнолуние, когда круглолицая луна сияла на бархатном небосводе, расшитом мириадами звезд, из своей башни вышел наш герой. Никто не спал, казалось, все люди земли вышли из своих домов посмотреть, как будут снимать луну с небосвода. Была здесь и принцесса, окруженная многочисленной свитой, и уже постаревший палач, и падишах с небес в окружении гурий с интересом смотрел на землю в ожидании чуда. Даже древние джинны, невидимые обычному глазу, расселись на верхушках минаретов, чтобы понаблюдать за интересным событием.

Наш герой вышел из своей башни звездочетов в обычном старом халате. На коротком коромысле, покачивающемся в такт шагов, висело два медных кувшина. Он медленно направился к принцессе. Глаза его, наполненные мудростью и знанием, светились, как звезды, тайны которых он познал.

Подойдя к ней, он сказал:

– Я сейчас выполню твое желание, – подарю тебе луну, – глубокая звенящая тишина струилась над всей землей. Казалось, даже легкий ветерок прекратил свое движение и, затаившись, ждал, что же произойдет. Весь мир замер!

Не отрывая глаз от принцессы, мудрец снял простой медный ковш с пояса, наклонил один из кувшинов, в ковш полилась, журча, свежая вода.

Он протянул ковш принцессе:

– Я дарю тебе эту луну… возьми, – сказал мудрец тихо.

Принцесса взяла ковш обеими руками, на прозрачной поверхности чистейшей воды с ледяных вершин сияла луна во всем своем великолепии, ковш слегка дрожал в руках принцессы, и отражение небесного светила покрывалось рябью, как легкими облаками в летнюю лунную ночь.

Никто не слышал, как заливисто хохотали злобные джинны на верхушках минаретов и хватались за свои призрачные животы, наблюдая за нашим мудрецом, который под скрип коромысла растаял в ночи.

На восточных базарах до сих пор ходит легенда о мудром водоносе, который вместе с водой, несущей жизнь, раздавал мудрость, дающую истинное бессмертие.

Выпустить муху…

Об окно билась большая черная муха, тщетно пытаясь преодолеть невидимую ей преграду и, несмотря ни на что, с упорством, достойным уважения, лупилась головой о стекло.

– Да, сотрясение мозга ей обеспечено, – вяло подумалось человеку в дорогом, но тесном костюме.

У него в мозгу вертелись две вещи:

1. Помочь мухе и прекратить ее мучения, определив ее в мир иной.

2. Закончить стратегическое планирование на следующее полугодие по предприятию.

И первое, и второе было скучно и неинтересно, хотя мысль о мухе была веселее.

Он невидящим взглядом смотрел в монитор компьютера, где в скучных клеточках находились скучные цифры, в мозгу, привыкшем к точечным, острым, как укол шпаги, ослепительным стратегиям, крутились три активные мысли:

1. Чем прикончить муху.

2. Надо бы сходить в уборную.

3. И неплохо бы кофе.

Его блуждающий взгляд остановился на волшебном шаре, стоявшем на его большом, в соответствии с рангом, столе. Ну знаете, такой шар стеклянный, там избушка, бутафорское деревце в снегу и, если этот шар перевернуть и потрясти, пойдет снег (интересно, что за жидкость у него внутри?).

Человек в дорогом, но тесном костюме, чуть ослабил тугой узел галстука и потянулся за шаром.

– Надо было выкинуть его давно, – подумал он. Сотрудники на совещаниях странно на него посматривают, небось, шушукаются за спиной. У каждого свои тараканы.

Человек потряс шар, перевернул его, и метель из ненастоящих снежинок завертелась вокруг крошечной избушки с миниатюрным оконцем, в котором, в котором человеку привиделось, какое-то движение. Он приблизил шар к глазам, в проеме окна явно виднелся чей-то силуэт. Что за? Жужжание мухи стало навязчивым, оно буквально заполнило все пространство вокруг, вдруг все как-то смазалось, как в неудачном фотокадре в момент прыжка и…

– Ты что совсем с ума сошел?! Слышишь, что творишь, спрашиваю?!

Перед глазами человека проявилось веснушчатое лицо рыжего мальчишки. Он тряс его за плечи. Сам человек ощутил себя сидящим на твердом деревянном полу. Стоял страшный холод, изо рта мальчишки вырывались клубы пара.

Убедившись, что человек его достаточно разглядел, мальчишка повторил:

– Предупреждать надо, если приспичило потрясти эту штуку! Я так головой долбанулся, и мороза собачьего напустил!

– Ты кто? – только и мог выдавить из себя человек, зябко поднимая воротник дорогущего костюма.

– Кто, кто? Твой внутренний ребенок, вот кто! – ответил рыжий мальчуган и, обхватив себя руками, засунул красные кисти рук подмышки.

– Кто? – переспросил человек.

– Твой внутренний ребенок! Ну, это ты сам, только без всякого дерьма, которое наросло в твоей голове за годы!

– Я что, – сплю? – спросил человек, больно ущипнув себя за ляжку.

– Ну конечно, а ты думал, что твоя туша может пролезть в эту крошечную избушку?

Мальчишка заразительно расхохотался, широко открыв рот и хватаясь за живот.

Человек обвел глазами стены избушки, везде, буквально везде на стенах были развешаны рисунки. Где-то он их уже их видел, человек напряг память…

Ах, да, это его рисунки, те, которые он рисовал в детстве! Вот его любимая собака бежит вприпрыжку за ярким мячом, вот мама с букетом роз, подаренных ей на восьмое марта, вот…

– Так это мои рисунки, – проговорил тихо человек, поднимаясь на ноги и рассматривая стены. Вот вся семья, и солнце высоко над нами, и у всех улыбки на лицах. Какие замечательные рисунки, человек вспомнил старенького профессора, который учил рисовать того маленького мальчика.

– Ваш сын – талант, – не раз говорил он родным мальчика. Он станет великим человеком и принесет много радости людям.

– На этом денег не заработаешь, – отвечали они. – Что это за работа? Художник! Смешно!

И мальчику больше не разрешали ходить к старенькому профессору, который верил в его мечту.

А у мальчика была большая, сияющая акварельными красками, мечта. Он хотел стать художником! Не простым художником, а лучшим из лучших, чтобы его картины жили собственной жизнью, чтобы люди, смотревшие на них, чувствовали то, что чувствует художник, когда рождается шедевр.

– У тебя была мечта! – Тихо проговорил мальчишка, стоящий за спиной человека.

– Но на этом денег…

– У тебя еще есть мечта! – сказал мальчик, – иначе я бы умер в твоем сердце, а я – живу! Вот твоя жизнь, – указал мальчик на серию рисунков.

Человек подошел ближе! Вот он заканчивает школу с отличием. Вот поступает в университет на экономический. Большой успех. Стажировка в Великобритании. Первая должность, большая ответственность, ступеньки карьеры. И вот он, нарисованный простым карандашом, сидит в пухлом кресле, в глазах пустота, в руках волшебный шар. На оконном стекле прямо за ним черное пятнышко… муха.

– Не позволяй никому отговаривать тебя от твоей мечты! – тихо прошептал мальчик, – я еще жив, но силы на исходе!

Тебя будут отговаривать. Они скажут тебе, что ты сошел с ума и это невозможно. Будут и такие, кто станет смеяться над тобой, стараясь переубедить тебя! Они захотят сделать тебя таким, как все! Не смей прислушиваться к ним! Твоя мечта – это твоя настоящая жизнь!

Человек закрыл свое лицо руками… и проснулся от грохота упавшего шара.

Ничего не понимая, он огляделся. Его уютный кабинет, летняя жара, шею давит галстук… только в сердце остался холод. Холод заброшенной избушки, холод несбывшейся мечты.

Человек посмотрел на разбитый шар у своих ног. К дорогим туфлям подбиралась вязкая лужица с блестевшими в ней крупинками бутафорского снега.

Человек встал, медленно развязал галстук и направился к двери, остановился на мгновение. Вернулся, подошел к окну и широко его распахнул, выпуская наружу искусственный кондиционированный воздух, и муху в придачу. И уже потом уверенно вышел из кабинета.

Я не знаком с этим человеком. Кто это? Может это вы, или я, или еще кто-то?! Стал ли этот человек художником – я не знаю. Знаю одно, на одинокой могиле старого профессора, который верил в его мечту, круглый год лежат живые цветы.

Выше себя

Резкий толчок, и тренированное тело взлетает в воздух. Упругие мышцы сократились, высвобождая всю силу, на которую были способны. Совершенная техника прыжка и упорные тренировки дали результат.

Планка, как в замедленной съемке, проплывала под изогнутой в дугу спиной. Шест медленно падал в сторону. Максимальное напряжение.

Гудит в крови адреналин. Только победить. Победить как выжить. Над головой небо, а высоко в нем птица. Взмах каждого крыла хорошо различим.

Без контроля спортсмена тело сгруппировалось и, перелетев планку, вспомнив о силе притяжения, опомнилось и медленно начало падать на мягкий мат. Есть! Мировой рекорд!

Когда эта мысль промелькнула в голове спортсмена, все мгновенно ускорилось и пришло в движение. Он приземлился, сразу упруго вскочив на ноги, в победном жесте вскинув руки над головой, крепко сжатые в кулаки.

Трибуны взорвались тысячами восторженных криков. По лицу спортсмена катились слезы. Это были слезы восторга, слезы победы и реализованной цели.

Яркие блики фотокамер. На всех полосах спортивных изданий – его восторженное лицо, мокрое от слез. Сенсация! Мировой рекорд! Взята высота, ранее казавшаяся человечеству недостижимой. Но он смог.

С детства он шел к этому рекорду. Утренние и вечерние тренировки. Спортивные сборы, бесконечные километры дорог, по которым он совершал пробежки во всех уголках земного шара. Сколько лет. Он совершил невозможное. Выше него – только птицы. Поздравления, интервью, рука устает от автографов.

И, наконец, он дома. Осенний лес, золотые листья, пожелтевшая трава… вокруг ни звука. Только ветер шумит между сонными стволами берез. Спортсмен посмотрел в хмурое осеннее небо. Одинокая птица, отставшая от своих, летела на юг, в теплые края.

Спортсмен присел на пропитанный влагой пенек. Потер рукой лоб. Он всю жизнь дрался за эту победу и он победил. Он – первый в мире. Его рекорд долго еще не побьют. Это почти невозможно. Но, что делать сейчас? К чему стремиться? Побить собственный рекорд? Уже нет на это сил.

Наслаждаться победой? Надоело! В чем смысл его победы? Закинуть тренированное тело выше всех и перелететь через планку? Доказать всему миру, что он лучший? Но зачем? Ради тех мгновений, когда все клетки его организма содрогались в экстазе реализованной цели?

Но восторг ушел. От экстаза не осталось и следа. Даже когда он смотрит на золотую медаль, подтверждающую его превосходство над остальными людьми, он не ощущает радости.

Только горечь, даже нет, горе! Он стремился к этой цели всю свою жизнь. Все силы его родителей и тренеров были направлены на это. Он ее достиг! Можно ли это считать смертью? Ведь он выполнил свое предназначение. Он стал лучшим!

Рука спортсмена сжалась в жилистый кулак. Но кто сказал, что это его предназначение – стать лучшим? Кто ему сказал, что стать быстрее, сильнее, умнее других… важно? Он уже не помнил.

Начал моросить унылый дождик, и спортсмен был ему рад. Потому что он смешивался со слезами на его лице. Это были не слезы восторга, как тогда на арене. Это были слезы безысходности. Нет цели. Она пройдена. Не к чему стремиться! И ничего не хочется.