Образец

Глава 4

– Рад, что ты живой, Паха! – сказал на бегу Максим, контролируя бредущих в их сторону НЕживых. – Значит, интернет опять наврал, что люди заражаются и умирают от укусов этих бродяг.

– Интернет не врал, – ответил Павел. – Только укушенный не умирает или теперь не умирает.

– В каком смысле? – не совсем понял Максим, три раза резко выдохнув, настраивая дыхание. – Ты ведь не умер!

– Сегодня мы видели, как двое укушенных не просто умерли, а изменились, став в сотню раз опаснее вот этих бродячих мертвецов, – ответил Павел.

Из последнего подъезда приближавшегося дома выскочил черный лабрадор и, пробежав метров десять, вдруг шарахнулся в сторону от одного из бредущих.

Да, НЕживые заполняли не все пространство, они ходили везде, но не настолько плотно, чтобы с ними столкнуться. Лабрадор визгливо залаял, и на него отвлеклись ближайшие ходячие мертвецы.

– Трэй! Не приставай к людям! – грозно крикнул выбежавший следом за собакой парень.

– Назад! – закричал Павел, на бегу поднимая карабин.

Лабрадор отскакивал в сторону от бредущих, кружа вокруг них и лая. Хозяин черного пса подбежал к нему и попытался схватить за ошейник, но тот постоянно отскакивал и лаял, увлекая за собой.

– Э! Ты что?! – оттолкнул мужика в халате хозяин лабрадора и только сейчас обратил внимание на его глаза.

Парень в страхе шарахнулся в сторону и налетел на женщину. Та схватила его за руку. Павел остановился и выстрелил ей в бок. Она дернулась и отпустила, но на парня навалились сразу несколько НЕживых. Он кричал и отталкивал их, но приближавшиеся Павел, Максим и Тимон уже увидели первую кровь у парня.

– Ему конец! – выкрикнул Тимон.

Павел вновь остановился, выстрелил в мужика и попал ему в глаз. Голова его дернулась, и тот начал заваливаться. Максим крутанул тесаком, и толстое лезвие металла врубилось в переносицу добравшейся до него молодой женщины в василькового цвета прозрачном пеньюаре.

Тимон пинками расшвыривал напиравших, а иногда бил и руками. Их группа из трех человек уже никуда не бежала, а пыталась отбиться. В суматохе никто из них не обратил внимания, что ходячие мертвецы стали более подвижными.

– Держи! – протянул Тимону большой охотничий нож Павел и, оттолкнув женщину ногой, выстрелил ей в голову.

Пес продолжал лаять, а его хозяин, уже не в силах сдерживаться, упал на колени, и его накрыла толпа.

«Как бы не пропустить укушенного!»– злился Павел, стреляя.

Первый магазин в карабине опустел, и Павел, не бросая магазин на землю, убрал его в карман куртки, быстро выдергивая из подсумка следующий и пиная подобравшегося мужика.

– Сейчас этот превратится в резкую тварь! Нам надо валить отсюда! – крикнул Павел.

– Нас окружили! – сорвавшимся голосом выкрикнул Тимон.

Макс, по локоть в крови, вновь рубанул подобравшегося и перерубил ему шею.

– Надо пробираться к дому! Паха, пробей нам проход, блин! – кричал Максим.

– А я что делаю?! – нервно выкрикнул Павел.

Грохот крупнокалиберного оружия напугал троих компаньонов, но промежуток между ними и домом почти сразу стал совсем пустым. Тела ходячих мертвецов рвало, как мокрую тряпку, отбрасывая и очищая проход. Огонь прекратился на мгновение, и вот уже с другой стороны группы никого не осталось.

– Бегом! – закричал Павел, устремляясь к дому.

Максим с Тимоном не отставали.

* * *

– Граждане, расходитесь по домам! С сегодняшнего дня в стране введено военное положение, – призывал командир группы патрулирования в громкоговоритель, сидя на бронетранспортере. – Выход разрешен только по необходимости. Бесцельное хождение по улице – запрещено! Повторяю! Всем расходиться по домам!

– Что происходит, Чиж? – спросил боец своего сослуживца. – С нами полиция, мы на боевой технике, а им пофиг!

– Охренеть! – вырвалось у Чижа, и он протянул бинокль другу. – А́рес, глянь…

Боец с позывным А́рес посмотрел в бинокль, и ему стало не по себе.

– Командир! – позвал он майора.

Майор Панин перестал призывать и обернулся. Боец протянул ему бинокль.

– Командир, они не просто голышом и без масок ходят по улицам. Ты посмотри на их глаза… – ответил на немой вопрос А́рес.

Майор посмотрел, и его передернуло.

– Мужики, это не люди… – мотнул головой Чиж.

– Мех, стой! – сказал в гарнитуру майор.

БТР остановился. Помахав рукой впередиидущей полицейской машине, командир группы спрыгнул на дорогу. Бойцы последовали его примеру, приготовив оружие. Из десанта выбрались еще двое, остальные остались внутри, закрыв броню.

Теперь стало понятно, почему они не расходились при виде патруля, а наоборот, стягивались к ним: это были уже не разумные существа. И хотя в это трудно было поверить, от взгляда черных овалов зрачков бредущих босиком полуголых или голых людей становилось жутко.

– Расходитесь! – рявкнул майор и, подняв автомат, выстрелил в воздух.

Надвигавшаяся толпа даже не вздрогнула. Чем ближе они подходили, тем чаще начинали открывать рты, будто пытаясь зарычать.

– Командир! – позвал А́рес.

В этот момент начали стрелять полицейские. До них страшные бродяги добрались первыми.

– На броню! – крикнул майор и выстрелил в самого ближнего.

Выстрел в ногу ни к чему не привел. Мужик в трусах упал, но тут же попытался подняться. Перебитое колено не позволило, и он пошел к обидчику, опираясь на одно колено, вытягивая вперед руки.

– Командир! – закричал наушник голосом механика-водителя. – Они сейчас на броню полезут с другой стороны!

В этот момент открыли огонь из десанта с левого борта бронетранспортера. Майор выстрелил в грудь опиравшемуся на одно коленях и полез на бронетранспортер.

– Он не умер! – обалдел Чиж, видя, как опрокинутый назад мужик с простреленной грудью, поднялся и продолжил неуклюже подбираться к бронетранспортеру.

В это время полицейская машина уже мчала вперед с места скопления бродячих. БТР взревел двигателем, когда все пятеро бойцов сверху начали отстреливать забиравшихся наверх страшных нелюдей.

– За ментами! – крикнул в гарнитуру майор, но механик и так тронул БТР, морщась от того, что попадалось под колеса боевой техники.

Оставив эту часть района позади, обалдевшие от случившегося бойцы вертели головами, наблюдая ту же картину: полуголые, уже не люди, двигаются по направлению к их колонне.

– Что происходит, командир? – спросил А́рес, поправив медицинскую маску на закрытом черной маской-Балаклавой лице.

Он видел, скольких они сейчас положили и покалечили, хотя напавшим было все равно. От этого у А́реса на душе было муторно. Успокаивались не по-настоящему живые люди только при выстреле им в голову.

После паузы майор ответил:

– Это нам надо у наших ученых спросить, какого черта люди при попадании им в сердце пули вдруг перестали умирать.

– У нас ведь была основная задача – обеспечение общественного порядка да мародеров гонять, а тут что получается – зомбиапокалипсис? – перезарядил автомат Чиж.

Бойцы на броне отреагировали синхронно, повернув головы на звук. Слева во дворе была слышна одиночная частая стрельба.

– Мех, давай влево, к девятиэтажкам! – крикнул в гарнитуру майор.

БТР качнулся, перебираясь через разделительный бордюр, и цепко державшиеся на броне бойцы увидели между домами массовое движение. Два или три человека, именно человека, отбивались от скопившихся бродивших НЕживых.

– Им хана, – заключил А́рес.

– Циклоп, давай КПВТ1! – приказал стрелку майор.

– Командир, это могут быть мародеры, они ведь с оружием… – на всякий случай отметил Чиж.

– Это люди! – твердо ответил майор и крикнул в гарнитуру: – Циклоп!

Сноп пламени вырвался из ствола крупнокалиберного пулемета Владимирова, и пули калибра 14,5 миллиметра начали рвать толпу.

Военные видели, как после освобождения им пути три человека рванули к дому.

– Давай к ним, Мех! – приказал майор.

БТР вразвалочку забрался на газон, смял низкую ограду, пробираясь во двор.

– Боезапас не тратить! – крикнул майор. – Мех, дави их!

БТР замер.

– Мех!

– Командир, это ведь были люди, – неуверенно сказал механик-водитель.

– Ты правильно сказал, Серёга, это были люди, – вздохнул майор. – А теперь подумай, что эти бывшие могут добраться до живых, среди которых могут оказаться наши близкие…

Ходячие мертвецы подбирались к броне уже более уверенно и в два раза быстрее. Двигатель зарычал, и механик-водитель тронул боевую технику с места.

– Мать вашу, как фашисты на танках! – рычал Сергей, злясь на командира, на себя и на всю эту всемирную ситуацию.

БТР вертелся на месте, двигался взад и вперед, и, только когда во дворе не осталось бредущих неживых, Сергей остановил технику. Из-за дальних углов зданий поодиночке выбирались новые голые ходячие мертвецы.

– Одиночные цели можете отстреливать, – вновь вздохнул майор, осматривая ужасающий кровавый пятак.

Он поднял громкоговоритель и закричал:

– Я – майор Панин! Граждане, кто выжил, послушайте внимательно! Восточнее окраин данного района расположен наш укрепленный пункт на базе ГСМ «Газэнерго». Сейчас в районе, как и во всем городе, небезопасно! Если у вас есть, на чем добраться до нас, выдвигайтесь, не медлите! Кто не может самостоятельно, завтра в это же время сюда прибудет транспорт для эвакуации! Если все же вы решите добираться своим ходом, на блокпосту скажите, что от майора Панина! Граждане с личным оружием приветствуются!

– Командир, мне сегодня жена сказала, что в подъезде все квартиры распахнуты и никто из соседей на призыв не откликается, – сказал Бобр, сидя на броне рядом с майором. – Не думаю, что кто-то еще здесь живой остался.

– А зря не думаешь, – мрачно ответил майор. – Как минимум троим мы помогли. А раз тебе жена звонила, значит, с ней тоже все в порядке. Ведь именно сегодня народ покинул свое жилье, чтобы туда больше не вернуться…

– Как-то это странно… – задумался А́рес. – С сегодняшнего дня ввели военное положение, и именно сегодня началось…

– Командир, – позвал Чиж, выстрелив по одиночной цели. – Надо ехать, а то опять набегут.

– Ладно, Мех, давай домой, – распорядился майор. – И свяжитесь с полицией. Снимаем патрулирование.

БТР прорычал двигателем и, развернувшись, начал выбираться со двора.

– У нас веревка есть? – вдруг спросил майор.

– Да, – ответил Мех.

– Давайте захватим парочку этих… с собой. Для ученых, – решил майор.

Добежав до третьего с конца подъезда, Павел влетел внутрь. Двое попутчиков – за ним. На втором этаже были открыты все двери, Павел указал на правую и, зайдя за попутчиками, закрыл дверь.

– Что теперь? – спросил испуганный Тимон.

Павел приложил палец к губам и, держа наготове карабин, пошел осматривать квартиру. Она оказалась пустой. Зайдя в дальнюю комнату, осторожно приоткрыл окно, глядя на улицу через тюль. Но грохот КПВТ был слышен и через закрытые окна.

– Что ты хочешь услышать? – спросил Максим, также осторожно выглядывая в окно.

– Не знаю, – искренне ответил Павел.

В этот момент во двор выехал БТР и начал давить НЕживую толпу, которая даже не понимала, что происходит. Они сами лезли под колеса.

– Черт! – выругался Павел и отвел глаза.

Видеть такое было страшно и мерзко.

Тимон отпрянул от окна.

– Я лучше пойду руки отмою, – сказал он, сдерживая рвотный рефлекс.

– Ты бы тоже, – указал на руки друга Павел.

Максим, как и все, сразу отошел от окна и сейчас смотрел на свои руки. Перчатки, куртка и, соответственно, кухонный тесак были в крови.

– Вот блин! – обалдел Максим и тоже направился в ванную.

Там с Тимоном на пару, они судорожно пытались смыть зараженную кровь. Максим посмотрел в зеркало и сразу сдернул маску: на ней было несколько капель крови.

– Я – майор Панин! Граждане, кто выжил, послушайте внимательно! Восточнее окраин данного района расположен наш укрепленный пункт на базе ГСМ «Газэнерго». Сейчас в районе, как и во всем городе, небезопасно! Если у вас есть, на чем добраться до нас, выдвигайтесь, не медлите! Кто не может самостоятельно, завтра в это же время сюда прибудет транспорт для эвакуации! Если все же вы решите добираться своим ходом, на блокпосту скажите, что от майора Панина! Граждане с личным оружием приветствуются! – закончили кричать с улицы, и Максим, уже вернувшийся с Тимоном из ванной, нервно усмехнулся.

– Ага, вот так пришли, и сразу сдались, – сказал Максим, наблюдая, как БТР разворачивается и уезжает.

– В его словах есть резон, – задумался Павел.

– Паха, военное положение ввели, – напомнил Максим. – Они могут не только изъять оружие, но и пристрелить тебя на месте.

– Военное положение – это обеспечение общественного порядка и государственной безопасности, а на деле ограничение прав и свобод граждан, – вдруг сказал Тимон. – Я тоже думаю, что это ловушка.

Максим как-то странно посмотрел на Павла и, непонятно к чему, вдруг спросил:

– Паха, а сам вообще как себя чувствуешь?

– А ты как думаешь? – усмехнулся Павел. – Задолбался, как и вы. Второй день на нервах. Что это тебя так озаботило?

– Я не про это, – серьезно сказал Максим.

– А про что, Макс? – не понимал Павел.

– Вчера ты пришел ко мне с укусом, но с тобой ничего не случилось, а ваш рассказ по дороге про перевоплощение укушенных меня впечатлил, – пояснил Максим и добавил: – Как вчера, так и сегодня ты ходишь без маски…

Тимон настороженно глянул на Павла и незаметно, как ему показалось, отошел к выходу из комнаты, подальше от возможного источника опасности.

– Ты заботишься о моем здоровье? Не чувствую ли я недомогания? – спросил Павел.

Максим кивнул.

– Я вчера потерял много крови. И я, блин, голодный! А тут ты еще со своими тупыми вопросами, – усмехнулся Павел.

– Почему тебя зараза не берет? – будто бы с предъявой спросил Максим.

– Ты так мечтаешь, чтобы я сдох? – улыбнулся Павел.

– Нет! Ты что? Просто… Странно это, – пожал плечами Максим, виновато улыбнувшись.

Павел посмотрел на обоих, потом в окно на страшное кроваво-грязное месиво газона и сказал:

– Раз нет, тогда отвали! И давайте выдвигаться до меня, два дома осталось. Надо рвать когти, пока двор свободный.

– А что у тебя? – осмелев, спросил Тимон.

– Дома горячий душ. И я хочу жрать! – ответил Павел.

– Человечины? – не удержался Максим и, глядя на улицу, горько улыбнулся.

До Павла дошло, что Макс вспомнил о пропавшей жене.

– Прости, друг… – вздохнул Павел. – Но ты же понимаешь, что мы бы ее не нашли…

Максим смотрел в одну точку.

– Да я понимаю… – вздохнул он.

Пауза затянулась.

– Может… – начал осторожно Тимон.

– Что? – спросил Павел.

– Может, посмотрим, что здесь есть из еды, и прихватим с собой, а то вдруг у тебя мало, на всех не хватит, – закончил Тимон.

Друзья переглянулись.

– Хорошая мысль, Тимон! – похвалил Павел.

– А я еще поищу маски с перчатками, – добавил Максим.

Обнаружив небольшой рюкзак и спортивную сумку, компаньоны собрали сыпучие продукты и хлеб, стали упаковываться.

– Раньше было интересно, как живут другие: что у них дома, какой ремонт и какая обстановка, – заговорил Максим с натянутой улыбкой, стараясь отогнать вновь нахлынувшие горькие мысли.

– И что, интерес удовлетворен? – усмехнулся Павел.

Стоя на пороге, Максим обвел квартиру взглядом и, вздохнув, ответил:

– Теперь – нет. Сейчас это пустые коробки. Покинутые. Умершие вместе со своими хозяевами. Страшно все это…

Напарники помолчали, вздохнули, и устремились к дому Павла.

Глава 5

– Мне показалось, или эти бродячие стали намного резче? – восстанавливая дыхание после спринтерского бега, спросил Максим, опершись руками о колени.

– Не показалось, – взволнованно ответил Павел, быстро открывая входную дверь своей квартиры и запуская попутчиков внутрь. – Первым делом надо подъезд забаррикадировать. Потом обойдем все квартиры на предмет неожиданностей.

– И как на ее закрыть, если замок сломан? Я видел, что у тебя тоже провода от магнита вырвали с корнем, – сказал Максим.

– У меня есть струбцины, притянем за углы жесткости, и хрен кто откроет, – усмехнулся, отдышавшись, Павел.

– Отлично! – обрадовался Максим.

– Так, Тимон, сможешь из ружья стрелять, если что? – спросил Павел, беря в руку трофейную двустволку.

Тимон был напуган, но собран. Он кивнул.

– Здесь есть эжектор, – Павел переломил ружье. – Эжектор выбрасывает стреляные гильзы силой взведенной пружины, так что тебе останется только достать новые патроны и вставить их. После чего ты закрываешь ружье и переводишь этот верхний… – Павел махнул рукой. – Ничего переводить не надо, и так выстрелит, главное – резче захлопни его. Думаю, в ситуации, как сегодня, будет не до этого.

Тимон кивнул и, приняв ружье, попробовал самостоятельно открыть и зарядить его. Получилось легко.

– Вот и славно, – улыбнулся Павел и посмотрел на друга. – Макс, ты пойдешь с моим карабином, стреляешь ты тоже хорошо. А моя главная задача – закрыть наше убежище!

– А ты не хочешь еще оружие с собой прихватить? У тебя ведь помпову́ха2 есть, – нахмурился Максим.

– Вы справитесь, – подмигнул Павел.

Не закрывая квартиру на ключ, компаньоны вышли в подъезд. Он, как и улица, кричал тишиной. От этого безмолвия было не по себе. Павел спустился первым, напарники прикрывали. Дома у него нашлось две струбцины, и Павел решил перестраховаться. Два стягивающих прибора закрепили подъездную дверь намертво.

– Теперь возвращаемся. Я тоже буду вооружаться, – выдохнул Павел.

– Что нас может ждать в квартирах? – спросил взволнованный Тимон.

Павел вставил еще один патрон в трубчатый магазин помпового ружья и загнал патрон в патронник.

– Такие сюрпризы, как случилось с Максом, – ответил Павел.

– Да, это оказалось странным, ведь дверь в квартиру была распахнута, – согласился Максим, принимая от друга помповое ружье и возвращая ему карабин.

Павел начал забивать патроны в запасные магазины к карабину. Сейчас он был рад до глубины души, что когда-то, насмотревшись фильмов про зомби, запасся большим количеством патронов к каждой единице оружия и магазинами на тридцать патронов к карабину. Хотя закон требовал использовать десятизарядные магазины для охоты, зато в практической стрельбе можно было применять тридцатки. Поэтому Павел начал ходить в тир на курсы практической стрельбы.

– Предлагаю после проверки каждой квартиры закрывать ее и на ключи вешать бирку с номером квартиры, чтобы долго не искать в случае чего, – сказал Павел, передернув затворную раму карабина.

– Хорошая мысль, – согласился Максим и, повернувшись к парню, спросил: – Тимон, может, мы доверим тебе работу ключника?

– Давайте ручку и на чем писать, – легко согласился тот.

Павел дал Тимону пачку отрывных квадратных листов и шариковую ручку.

– Готовы? – спросил Павел и, увидев утвердительные кивки, открыл входную дверь.

Павел жил в восьмиподъездном пятиэтажном многоквартирном доме. Поэтому обойти пять этажей не представляло труда. Три первых этажа были пустыми. Сиротливо брошенные квартиры с расправленными кроватями, удручали, но делать было нечего. Квартиры закрыли и начали подъем на четвертый этаж, где слышалось какое-то шуршание.

– Если будут НЕживые, стреляйте только в голову, – шепотом напомнил Павел.

Но это было лишним, все и так знали. По уже отработанной схеме Максим прикрывал спину. Тимон шел вслед за Павлом. Площадка четвертого этажа. Повернули направо. Одна дверь оказалась закрытой. Во второй их ждали.

– Точно… – вспомнил Павел, не делая резких движений.

– Что там? – напряженно спросил Максим, не оборачиваясь и контролируя две открытые двери в левом коридорчике.

– Собака, – тихо ответил Павел.

На пороге открытой квартиры стоял рыже-черный пес и угрожающе рычал. Его черная морда показывала опасный оскал.

– Бельгийская овчарка, – сглотнул слюну Тимон.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

1

КПВТ – крупнокалиберный пулемет Владимирова, танковый.

2

Помпову́ха (разг.) – помповое ружье.