Иностранец. Бои без правил

Глава 2

Очередь, очередь, очередь. Дима виртуозно отправляет пули в сторону врага.

Сердце, на секунду пропустив удар от появления неожиданных неприятностей, забилось словно заведенное и даже стало громко отдавать в уши. Я громко выдохнул, концентрируясь, и обратился к силе.

Подавитель подавителем, но если кто и способен на применение высокоранговых техник при давлении на бахир, так это я. Ведь, по правде говоря, я сам себя считал если не гением в этом деле, то уж профессионалом точно. Столько лет прожить под подавителем, не зачахнуть под его давлением, а наоборот – развить энергетический центр и все же позволить ему начать формироваться в ядро. Если есть кто-то лучше в этом деле, чем я, то хотелось бы на него взглянуть.

Сознание раздвоилось, одна часть его концентрировалась на ядре и силе, которую оно хранит, вторая часть медленно осмысляла происходящее.

Сначала энергия пошла медленно и тягуче, словно смола, но через несколько ударов сердца все пошло как по маслу, и энергия сначала позволила сформировать «доспех духа», защищая тело, а потом направить энергию к рукам для исполнения «электрических перчаток». С недавнего времени эта техника стала для меня начальной; как-то во время одной из тренировок Дима заметил, что если я использую в самом начале поединка ее, то мои техники становятся мощнее и даже как будто создаются быстрее. Испытания подтвердили правильность этого утверждения, и теперь это мое первое оружие защиты и нападения.

Сложив руки вместе и растянув их, сформировал «электрический щит», прикрыв им нас со стороны подавителя, но отправлять в противника удар не спешил, оставив как прикрытие. И правильно сделал, потому что до меня до сих пор не доходило, почему никто в нас не стреляет.

Ответ появился, едва я обдумал эту мысль. В «щит» что-то ударило, и раздались три вспышки взрыва, мощный поток пламени разлетелся в стороны.

Со стороны спины, где была еще одна тройка противников, кто-то вскрикнул от боли, а Дима прикрыл нас «стеной огня», которую тут же направил в еще одну группу противников, и почти мгновенно сформировал две штуки, расположив их перпендикулярно друг к другу, образовав таким образом треугольник, основанием которого был мой «электрический щит»; хоть прорехи и имелись, но я хотел бы посмотреть, кто попытается рискнуть и напасть на нас, подойдя ближе.

– Ну вот и все! – сказал Дима, сноровисто меняя магазин в автомате. – Теперь осталось дежурный взвод дождаться… Столько шума, это обязательно должно было привлечь всех бойцов с окрестностей… Сейчас их будут паковать! Главное, чтобы не разбежались!

– Что-то я не уверен в этом! – громко сказал я, наконец-то понимая, что же все-таки меня смущало с самого начала нападения.

– Что случилось?! – стал серьезным Дима.

– Я никого не могу ощутить! – серьезно сказал я, внимательно прощупывая сознанием близлежащее окружение. Не только каких-то злых намерений, но и вообще, что на нас напали живые люди. – Ни одной живой души! Только агрегат молотит, и кто-то бахиром пользуется, но техник я не чувствую. А это значит, что они подготовились и пришли именно за нами. Это не случайность!

Несколько одновременных огненных цветков разгорелись на наших щитах, но это ничего не дало.

– Черт! – присел на одно колено Дима, после того, как по нам опять ударили какими-то снарядами, от которых стена огня поднялась еще больше, а у него из носа потекла кровь. – Они что, из артиллерийских пушек стреляют?! Нужно подавитель развалить… Я не смогу выполнить никаких серьезных техник, только отбиваться! Если у них еще пятерка таких боеприпасов, то на меня можно будет не рассчитывать, даже на защиту. Так что чуть что – валим подавитель!

– Хорошо! По команде «стены» – в разные стороны! – крикнул я, собирая энергию в кулаке.

– Готов! – крикнул Дима.

– Давай! – накачал я энергией «электрический щит» и бросил его в металлическую коробку. От сильного удара та подпрыгнула, но осталась на месте, зато в мою сторону полетели выстрелы из дробовиков. Это меня изрядно разозлило… Небольшое напряжение – и в сторону противника несется с десяток «шаровых молний», которые наносят ощутимый удар по той местности, я слышу крики боли, но генератор остается цел. Трое или четверо бойцов приняли на себя удар и сформировали «стихийные защиты» как раз перед ним. Хоть один и отлетел, но другие остались на месте, и это явно показывало, что к нам на огонек заглянули не простые ребята, а минимум сильные Боевиры, а то и Витязи. Обдумать эту мысль я не успел.

– Сука! – крикнул Дима. – Арбалетчики своими стрелами всю защиту на фиг сносят!

– Болтами! – поправил я его и сформировал опять «электрическую защиту», которая успешно прикрыла Диму, но все равно от белого болта, который врезался в защиту, по светло-желтой стене «щита» пошли трещины. Такое я видел первый раз. Трещины сформировались, словно пуля попала в броневое стекло, и я ощущал, будто по технике, которую держал и подпитывал, ударили настолько мощно, что у меня задрожали руки. Пока защита не разрушилась, толкнул ее в сторону арбалетчиков.

– Уходим в сторону! – скомандовал я. Дима стал еще активнее поливать противников очередями. Я же максимально быстро формировал «электрические щиты» и направлял их, если видел какое-либо движение. Техники формировались быстро.

Сформировать, направить на шевеление, бросить и сделать несколько шагов назад. Через десяток метров энергия ушла на четверть, но сил я не жалел, в таком напряженном стиле отправлял «щиты», с каждым разом делая их все больше и больше. Противник по нам уже не стрелял, точнее, не стрелял взрывными боеприпасами, и ушли мы в сторону. Совершив прорыв из окружения, начали более уверенно защищаться и где-то больше контратаковать.

Кажется, Дима крикнул, что они не хотят болты повредить, но все равно из стрелкового оружия по нам стреляли и отвлекали внимание, как и Дима занимался этим же.

Я думал, что для нас через десяток метров и деревьями все закончится, как неожиданно все изменилось кардинальным образом. Из-под снега, недалеко от нас, встали две фигуры в белом. И пусть я, увидев их вовремя, сумел поставить «защиту», она лопнула, не выдержав странных снарядов; от неожиданного отката я пошатнулся, и поэтому мимо меня пролетело что-то белое, а вот Диме не повезло, в него попали.

– А! – коротко вскрикнул он, упав словно подкошенный и схватившись за живот.

– Суки! – разозлился я, и в стоящие фигуры полетели две сильнейшие «молнии».

– А-а-а! – начали корчиться два тела; неприятно запахло горелой плотью.

Сделав несколько шагов, я переступил Диму. Сконцентрировался и выпустил огромную «электрическую волну» в разные стороны. Причем сконцентрировав ее на расстоянии от земли примерно на середине груди.

С каждым разом такая техника выходила все легче и легче, но сейчас на меня словно что-то навалилось. Резерва осталось едва треть. Сам не понимаю, как у меня получилось создать «электрическую волну» под действием подавителя, но мне нужно было время, чтобы обследовать Диму. Сам-то он остался не задетым моей атакой – если создать сильную волну, то примерно в диаметре полтора метра вокруг была безопасная зона. А он как раз в позе эмбриона был, так что остался цел.

– Ты как?! – уточнил я у него.

– Все нормально! Сильно ударили по тонкому телу! – зло простонал он. – Уничтожь подавитель!

– Там несколько Боевиров! – попытался я его образумить. – А у меня энергия практически на нуле!

– Я идти точно не смогу, и тогда нас накроют! – крикнул он. – Давай! Я раскрою часть карт!

– Вариант с эвакуацией?! – предложил я.

– В любом случае подавитель! Сил нет! – чуть ли не в бешенстве крикнул Дима.

Подавитель от моего последнего удара лежал вместе с агрегатом питания на боку, но все еще исправно работал. Сможет ли кто-нибудь остановить удар «молнии» и принять технику на себя, я проверять не стал. Просто достал из кобуры пистолет, снял предохранитель, прицелился и нажал на спуск… И промазал.

Пистолет, с которым можно и обычному человеку выйти против медведя, подвел. Его уверенная дистанция огневого поражения составляет шестьдесят метров. Сильная отдача, к которой сразу не готов, может выбить его из рук. В разгаре боя я и не вспомнил об этом, но подав силу к рукам и сильнее сжав пистолет, нажал на спуск. В это же мгновение дышать стало легче, словно открылось второе дыхание, а еще через мгновение поляну накрыла «огненная волна», не очень сильная, но она пошла в разные стороны и была в человеческий рост. Пламя ревело с такой силой, что мне даже немного поплохело. Сразу вспомнилось, как я в таком пламени пытался выжить при встрече с Трампом.

– Так вот как они удары сильнее делали! – радостно воскликнул Дима и повернулся ко мне. – Это же, оказывается, нужно наращивать не количество, а плотность!

– Эвакуация! – крикнул я ему.

Мне было не до рассуждений о теории бахира. Следовало уходить, пока второй подавитель не включили. Раз один смогли протащить, может, и второй есть. Да и воздух вокруг нас выгорал с огромной скоростью. Так скоро дышать будет нечем.

– Понял, – сказал мне Дима. – Еще раз жахну, и уходим!

Вот только ничего сделать он не успел. Сначала я почувствовал раздражение, а потом в нашу сторону кто-то стремительно понесся.

– «Огненная стена!» На шесть часов! – крикнул я, и Дима не подвел. Направил энергию в одно место. Правда, у него не получилось сделать «стену», но поток огненного пламени шириной два метра понесся в ту сторону, в которую я показал. Вот только это не помогло: сквозь огненную завесу к нам выскочило нечто ярко-желтое. И ударом по воздуху сформировало разряд, который, ударив в районе груди, отправил нас в разные стороны. Сформированные защиты смогли отразить основной урон.

Дима еще в полете направил в противника «огненный столб», я же принялся накачивать «электрические перчатки» энергией, нужно было сделать «электрические латы».

Техника противника показалась мне знакомой, но я не смог сразу сообразить, где мог ее видеть. Несколько секунд для формирования техники помог мне выиграть Дима. И когда нечто ярко-желтое нанесло по нему еще один удар «молнией», я сумел рывком приблизиться к нему и нанести прямой удар в голову.

Это было результативно, противника отбросило на несколько шагов в сторону, но и я перестал ощущать правую руку, мне даже показалось, что я со всей силы и как следует разогнавшись ударил по металлической стене. «Доспех духа» лопнул словно мыльный пузырь. Пришлось отпрыгивать назад, восстанавливать его и пытаться хоть как-то уменьшить боль в руке. Подняв ее на уровень глаз, я понял, что не только «доспех духа» пострадал, но и в то место, которым я наносил удар, полностью потеряло часть доспеха «электрических лат», а кожа на ладони была стесана до крови и запеклась. А ведь я считал, что мои кулаки – это самое крепкое место в технике… Неприятное развитие событий.

– Остановитесь! Это учения! – послышался злой голос со стороны неизвестного. И я понял, что это Павел.

Точно! Как это я сразу не понял! Это же было Наследие Советниковых, электрический элементаль.

Злость навалилась на меня с огромной силой, но я удержался от атаки, потихоньку снимая защиту «электрического доспеха» и оставив только «доспех духа». У меня словно бы горел источник, который резко избавился от большого количества энергии, к такому я еще был не готов. К тому же рука стала стрелять болью с каждой секундой все больше и больше.

Дима также был зол и потирал опаленный бушлат в районе груди – явно себя лечил. За короткое время два сильных бойца превратились в двух инвалидов, а вот Павел был свеж. И Наследие, как оказывается, было очень мощным орудием защиты и нападения. Так что нельзя было спешить с атакой. Единственное, что меня порадовало, так это то, что помимо злости, которую я услышал в голосе Павла, еще чувствовал тонкую эмоцию страха, исходящего от него… Только это придало мне сил.

– Скажи-ка, Павел! – громко крикнул я, отвлекая его, одновременно сформировав слабый «электрический хлыст», и выстрелил этим жгутом в сторону брата, причем сделал это нарочито медленно. Он, в отличие от меня, никакого недостатка в энергии не чувствовал, да и был свеж.

Атака была на уровне Ученика, поэтому он не атаковал меня в ответ, а просто сформировал «электрические перчатки» и встретил ими удар техники, отчего намотал конец хлыста себе на руку и натянул.

Выглядело все театрально и красиво, с заметной ленцой, – брат явно хотел поставить меня на место, вот только я мгновенно подал в эту технику еще энергии, и слабая плеть увеличилась раза в четыре и засветилась очень ярко. А я отчетливо стал понимать, что с подачей энергии зафиксировал руку Павла. И с его стороны на этот жест почувствовал полное недоумение и удивление.

Дима мгновенно перестал тереть грудь и изображать раненого, сформировал «огненный щит» и «огненный меч»; техники напоминали мои только издали. Он, словно древний воин, вооружился мечом и щитом, с той лишь разницей, что его техники были сделаны будто из магмы или раскаленного железа. На такую технику даже смотреть страшно, не то что представить, как по тебе она проходится.

Павел попытался дернуться в сторону, но я держал крепко. И все же он смог совладать с собой и не использовать техник, вместо этого еще раз сказал:

– Прекратите! Это учения!

– Не понял, что за учения такие?! – обманчиво спокойно, но громким голосом сказал я. – Мне вот показалось, что меня убить пытались. А ты, Дима, как думаешь?!

– Я думаю, что это была попытка устранения! – зло сказал Дима, явно показывая большую злость, чем необходимо. – Только дайте команду! Я его надвое перерублю. Никакая защита не спасет! Не успеет он!

– Я тебя сейчас сам перерублю! – зло крикнул Павел. Попытался дернуться вновь, но я держал крепко, а Дима подскочил поближе на расстояние удара и приготовился к атаке.

– Ты тут не кипишуй! А все-таки расскажи мне, что тут происходит?! – подсказал я ему. – Иначе наш поединок может закончиться печально для одного из нас.

– Успокойся! И не дави на меня! – зло сказал Павел. – Именно я тут как раз для того, чтобы все прошло спокойно. Если захотел бы, легко поставил вас двоих на колени! Вот только здесь именно я, потому что ты меня знаешь в лицо и не будешь драться до последнего.

– Ну так рассказывай! – подал я еще немного энергии в «плеть», а потом расслабил напор. Для Димы это будет выглядеть, будто я готов слушать, а для меня это передышка. Энергии почти не осталось, и тратить ее на пустяки не было необходимости; хорошо еще Паша сильно не вырывался.

– Вы уже несколько ночей ходите бесконтрольно по территории, хотя должны отдыхать! – начал Павел и выдержал паузу, но я его не перебивал, Дима тоже. Тогда он продолжил: – У нас было запланировано занятие по захвату сильных бойцов. Тогда я и придумал потренировать группу на вас… Два Боевира… Два сильных Боевира, неизвестных возможностей. Я был уверен, что вы наверняка сможете продержаться несколько десятков секунд против взвода диверсантов, направленных на вашу поимку… Одновременно с этим мы отработали подъем лагеря по тревоге и работу дежурного взвода при отражении нападения на вверенной территории. Вот и все… Кстати, поздравляю, на моей памяти вы первые, кто смог противостоять подавителю, артефактам и уйти от наших спецов, а ведь в этом сводном отряде все Боевиры.

– Очень интересно! – медленно сказал я. – А ты не в курсе, что вообще-то о вероятности подобного рода занятий и учений нужно предупреждать заранее? Хотя бы о том, что такая возможность есть.

– Ой! Ты заявил, что вы вдвоем Боевиры, что могло пойти не так? – возмутился Паша, но что-то его бесило, что-то было не так, иначе он бы не распинался тут перед нами.

– Мне не нравится, что в меня стреляют гранатами и еще какими-то непонятными болтами, которые пробивают защиты! – недовольно сказал я. – Я вполне мог поджариться, как и мой телохранитель!

– Хорош прибедняться! Семь человек ранены! Два из них тяжело! – раздраженно сказал Павел. – И мне еще отчитываться перед их главами о ранениях. Отпусти меня! Хотел бы – давно освободился!

– Ты, может, и вырвешься, но я буду расценивать это как нападение! И начну атаку! – раздраженно сказал я.

– Что?..

– Завались! – крикнул я, перебивая, и надавил на него ментальной техникой. – Глава клана где?!

– Уехал в город… И что?.. – воскликнул Паша поспешно, когда я перестал на него давить.

– А то, что ты, когда он уехал из лагеря, решил провести проверку боевой готовности именно на мне! – воскликнул я. – Какого хрена?!

– Это в моей компетенции! – возмутился Паша.

Я же надавил на него еще раз. Ментальные способности показывали, что рядом собирается все больше и больше людей, и им должно быть хорошо слышно, как мы разбираемся между собой. А раз так, то следует набирать очки перед обычными и не очень бойцами клана.

– Это в твоей компетенции, – согласился я, – проводить сборы и тренировать своих людей. Вот только не в твоей компетенции привлекать для этих мероприятий меня! Причем меня не предупредив!

– Да я!.. – начал было Паша, но я его перебил:

– Да ты всего лишь наследник! А я – глава рода! Я вообще тебе не подчиняюсь! Ты понимаешь, что немножечко попутал?!

– Да… – только и мог сказать Павел; по-видимому, он понимал, что устраивать настолько опасные для жизни тренировки было нельзя, особенно не предупредив, но вот поставить вопрос под таким углом он и не пытался. Меня он все еще рассматривал как своего вероятного противника в поединке за место главы клана.

– Короче, Паша. Что бы ты мне там ни говорил, я рассматриваю нападение как попытку если не устранения, то попытку нанести увечье. Не знаю твоего плана, да и мне он не нужен. Если нечто подобное повторится, разговор у нас будет совершенно другой… И да, я хочу завтра с самого утра встретиться с командиром этого диверсионного отряда, который на меня напал, и с его замом. И новую форму одежды для меня и моего телохранителя. Все! Занимайтесь! Меня не беспокоить! Дима!

Во время монолога я надавил на Павла так, чтобы он мне ничего не мог ответить, хотя мои слова и привели его в бешенство. «Плеть» распалась, и я пошел прочь.

– Да, господин! – крикнул Дима и, отменив технику и догнав меня, пошел следом, будто ничего не произошло. Вот только я чувствовал его напряжение и то, как он собрал силу, готовый применить ее в момент опасности. Вот только ничего подобного не произошло, и на этот раз мы без происшествий добрались до своих апартаментов. На время учений жили мы со взводом, но я решил, что с сегодняшнего дня мне достаточно. Рядом с палатками стояли кунги для высшего состава. Был там и мой.

Лагерь еще не спал, поднятый по тревоге… Предупредив дежурного, что нужно найти командира третьей роты и сказать, чтобы возвращался к исполнению своих обязанностей без меня, я вместе с Димой направился к своему прицепу. Это было комфортабельное место для трех человек. Отсек делился на три части. В первом отсеке раздевались и ставили оружие. Во втором были холодильник, мойка и вход в отдельный душ и туалет. Ну а в третьем стояли кровати, одна двухъярусная и одна одноярусная. На стене висел телевизор, а по бокам от него размещались шкафы. Был снаружи еще кондиционер и фильтровентиляционная установка, и еще что-то, чего я не знал, как, например, откуда тут вода и сколько ее, и другие мелочи.