- -
- 100%
- +
– А его бластер?
– Найден в руке трупа.
– Но полиция ничего же не обнаружила!
– Что Вы говорите? – улыбка на лице адвоката стала пошире. – Я вчера лично читал протокол осмотра. Найдено два бластера. Один армейский, марки «Волк», это Ваш, второй марки «Бизон», принадлежал убитому.
– Но меня же арестовали в баре!
– А я яй, полковник. Женщине простительно после такого не адекватно себя вести. Но боевому офицеру… Какой бар?
– «У бравого капрала», – сумрачно проговорил Бирк.
– Мы, конечно, можем допросить хозяина бара. Но я уверен, что он никакого ареста офицера Военно-Космического флота не видел. Может допросить обслуживающий персонал?
– Там роботы низшего класса.
– Ну вот видите. Так Вы настаиваете на допросе хозяина бара?
– Нет…
На следующий день полковник уже был на свободе.
Неделю спустя, когда ему предложили командовать транспортным кораблем, входившим с эскадру специального назначения Службы Государственной безопасности, О' Тропп Бирк узнал, кому он должен был столь чудесному спасению – могущественному начальнику этой Службы О'Локки Сарбу. Когда бригадному генералу доложили о чрезвычайном происшествии, случившемся с одним из высших офицеров Военно-космического флота, он решил спасти полковника. Мало ли что, пригодиться. Крупно обязанные командиры боевых звездолетов просто так на дороге не валяются.
«Да, не валяются, – Сарб взглянул на часы, – Хрил будет через пятнадцать минут. Я оставлял зазор между ними в десять минут. На пять минут быстрее уговорил Бирка Молодец, Сарб. Но пора завершать эту партию».
– Как только появиться полковник Хрил, сразу ко мне.
– Слушаюсь, господин бригадный генерал, – тот час отозвался адъютант.
Начальник Управления Государственной безопасности не ошибся, полковник О' Ларри Хрил появился ровно через пятнадцать минут.
– Ты как всегда точен, Ларри, – Сарб вскочил из-за стола и быстро подошел к вошедшему невысокому полноватому мужчине. Его абсолютно лысая голова так блестела, что разве не пускала «зайчики». – Рад тебя видеть, – генерал похлопал вошедшего по плечу.– Я тоже, господин генерал, – лицо Ларри осветила добродушная усмешка.
О'Ларри Хрил был сыном О'Стропп Хрила – лучшего друга будущего директора Службы Государственной безопасности, с которым он учился на одном курсе в Военно-Космической академии. Два друга тогда были неразлучны. Жили в одной комнате общежития, учились в одной группе и развлекались вместе. Однажды, уже будучи на выпускном курсе, друзья в баре отмечали день рождения Сарба. Тому там приглянулась одна девушка, гулявшая в своей компании. Локки попытался с ней познакомится, но, очевидно, из-за изрядно принятой дозы алкоголя, делал он это слишком неуклюже, вернее нагло. Дело закончилось дракой с парнями из компании девушки, которых было в два раза больше. Защищались Стропп и Локки браво, как и подобает будущим офицерам-космолетчикам. Даже чересчур браво. Двое парней своими головами разбили тяжелые бутылки с игристым вином. По крайней мере, именно так факт тяжелого сотрясения мозга у их оппонентов за внимание девушки попытались объяснить выпускники элитного военного заведения. В полиции им не поверили, резонно рассудив, что не головы парней разбивали бутылки, а наоборот, бутылки били по их головам. А бутылки, как раз, были в руках бравых курсантов. Дело принимало серьезный оборот, как минимум, отчислением из академии. Сидя в камере, в полицейском участке, друзья все трезво взвесили и, как и положено, будущим офицерам, приняли жесткое, без сантиментов, но правильное решение. Кто-то один должен взять вину на себя. Признаться, что именно он разбил головы двум парням. Оставалась выбрать, кто из них двоих возьмет вину на себя. Не долго думая, решили просто кинуть монетку.
– Звездолет, – Локки сделал свой выбор.
– Что ж, мне остается номинал, – легко согласился его друг.
Бригадный генерал Сарб и спустя тридцать лет помнил, как взвился верх один левр и глухо упал на пластиковый пол камеры, прямо к его ногам. На затертом пластике появился маленький кружок космоса с несколькими точками звезд, на фоне которых летел боевой звездолет кроков.
Друзья посмотрели друг другу в глаза.
– Значит этим уродам головы разбивал я, – Строп спокойно улыбнулся другу.
И так же спокойно он подписал протокол допроса, где всю вину брал на себя. Пострадавшие молодые люди, тоже изрядно выпившие в тот вечер, путались в показаниях. Наверху решили, что сразу лишиться двух офицеров, на обучение которых затрачено не мало левров, непозволительная роскошь. Дело быстро закрыли. О'Строппа Хрила отчислили из института, дали три года, которые тут же по его просьбе заменили пятью годами службы рядовым космодесантником. А еще через три года, во время очередной попытки захватить планету фролов Матею, десантный бот, на котором Хрил и его товарищи пытались высадиться на один из астероидов пояса Арбзира, в котором находится и Матея, был уничтожен мощным сдвоенным импульсом боевой лазерной установки. Погибли все.
У О'Строппа Хрила осталась жена и годовалый сын, маленький Ларри. Через пятнадцать лет он переступил порог того же института, который когда-то закончил его отец и дядя Сарб. После окончания Ларри факультета космолетчиков, тогда заместитель директора Службы Государственной безопасности генерал второй ступени О'Локки Сарб забрал его к себе. А еще через пять лет он уже стал командиром крейсера «Арикдна», входившего в эскадру специального назначения и подчинялся непосредственно директору Службы Государственной безопаности бригадному генералу Сарбу.
Естественно генерал помогал сыну своего погибшего друга. Но довольно скоро он увидел, что Локки много взял от своего отца – решительность, отвагу, преданность. Только если О'Стропп Хрил был предан мужской дружбе, то его сын человеку, который был другом его отца и много сделавшим самому Ларри. И еще одно ценнейшее качество было у полковника О' Ларри Хрила – безоговорочная исполнительность. Какие бы задания не поручал ему Сарб, он всегда их выполнял безукоризненно, спрашивая лишь то, что касалась непосредственно поставленной задачи. Поэтому О'Ларри Хрил и его экипаж крейсера «Арикдна» быстро стали выполнять наиболее ответственные поручения.
«Пора мальчика двигать дальше, действительно заслужил, – смотря на добродушную улыбку своего подчиненного, подумал хозяин кабинета. – Вот проведу удачно эту операцию и двину. Вернее, сначала сам двинусь повыше, а потом и мальчика потяну за собой».
– А ты, я смотрю, как был модником, так и остался, – генерал кивнул на сияющую лысину полковника. – И что это за мода такая, сбрить всю шевелюру и покрыть голову светоотражающим лаком. У тебя же были прекрасные волосы!
– Эх, дядя… – Хрил сделал паузу, подыскивая подходящие слова.
– Что ты понимаешь, старый пень, во вкусах современной молодежи, – закончил за него Сарб. – Ты это хотел сказать?
– Ну, не так прямолинейно.
Оба мужчины взглянули друг на друга и расхохотались.
– Ларри, у меня к тебе задание, – бригадный генерал Сарб обладал свойством мгновенно переходить от шутки к серьезному разговору. – Важное задание, – уточнил он. – Впрочем, у тебя других и не было. Но все равно, это особенное. Если все удастся, я резко пойду вверх, да и ты в командирах крейсера засиделся.
С лица полковника О' Ларри Хрила мгновенно слетела добродушная улыбка. Теперь перед Сарбом стоял профессионал, внимательно слушающий задачу.
– Через три дня ты отправишься в одну точку, координаты здесь, – хозяин кабинета протянул полковнику точно такую же пластину, которую двадцатью минутами раньше дал полковнику Бирку. – Это дальние окрестности Гамеда. Там должен появиться наш транспортник, перевозящий заключенных на этот рудник.
– Он что, собьется с курса?
Бригадный генерал усмехнулся:
– Молодец, смотришь на несколько ходов вперед. Ты должен напасть на этот транспортник. Подпортишь чуть и принудишь сдаться.
– А если он откажется? Наши командиры звездолетов храбрые ребята.
– Этот тоже будет храбрым, но он сдастся. Ты потребуешь выдачи заключенных. Переговоры будешь вести на фроловском языке.
– Значит перед боем я должен буду отключить систему «Свой-чужой»?
Сарб задумался лишь на мгновение:
– Нет. Систему отключать не надо. А то какой-нибудь ретивый офицер на транспортнике раньше тебя бахнет из лазера. А мне бы не хотелось светиться с ремонтом твоего крейсера. Пусть нападение для них будет полной неожиданностью.
– После того, как я приму на борт заключенных, транспортник я должен уничтожить?
И вновь начальник Главного Управления Государственной безопасности задумался лишь на мгновение, словно взвешивая еще раз все за и против.
– Да, ты его должен уничтожить, – наконец четко прозвучало в кабинете, – как и заключенных. Кроме одного. Это будет чел. На позитронной карте, что я тебе дал, записан его код для «опознавателя». С этим челом перейдешь в другую точку, координаты там, – кивок на пластинку в руке Хрила, – посадишь в разведывательный бот, переведешь в режим автоматического пилотирования и направишь в третью точку. Это – окрестности человской базы Хартатира. После этого быстро назад на свою базу. Все. Вопросы?
– Я так понимаю, вторая точка тоже находиться недалеко от Хартатиры? Разведывательный бот дальше, чем на пятнадцать световых лет не прыгает.
– Правильно понимаешь, Ларри.
– Если меня при выходе из гипера засекут челы, может этого заключенного просто оставить в боте? Все равно его подберут. А так я пока буду отправлять его в гипер, пока сам буду туда уходить – много шансов получить по заднице или вообще сильно похудею.
– Хорошо, только не забудь ему включить человский сигнал бедствия. Он наверняка должен попасть к своим.
– Попадет.
«Жаль только полковника Бирка. Красивый, смелый мужчина. Жаль», – генерал Сарб смотрел на закрывшуюся за последним посетителем дверь.
Глава 11
Небольшое помещение камеры стало еще больше невыносимо. Несколько раз за ночь Андрей вскакивал с койки, стоял несколько секунд и вновь садился обратно.
– Волнуешься? – сокамерник Андрея Бахруд Бранул сел рядом.
– Волнуюсь. Боюсь, что там, – неопределенный жест рукой куда-то вверх, – в высших эшелонах власти кроков что-то не срастется и Сарб отменит операцию.
– А если Сарб перехитрит наших и они отдадут назад Эльдурей?
– Так что мне делать? Отказаться?
– Не знаю, – после долгой паузы произнес Бахруд.
– А ты попробуй себя поставить на мое место.
– Я бы не согласился, – ответ последовал немедленно.
«Вот о чем говорил Сарб. Любой чел отвергнет любое предложение любого крока о сотрудничестве. Так как будет уверен, что это подвох».
– Ну ты бы просто сообщил, переданную тобой информацию и все. А уже твое начальство решало бы, правда это или ложь.
– Я бы сразу им сказал, что это ложь! Крокам никогда нельзя верить! Я бы лучше вообще промолчал! – Бахруд Бранул распалялся все больше. – Неужели ты не понимаешь, не чувствуешь, что с кроками нельзя договориться. Их просто надо уничтожать!
«Да, Господь явно переусердствовал, создавая одновременно и кроков, и челов. В своей неприязни они и всю Вселенную к черту разнесут», – землянин смотрел на взволнованного Бахруда.
– А ты собираешься им помогать! Ты не чел! – сокамерник Андрея вскочил с его койки и с размаху повалился на свою.
«Действительно, а почему я не испытываю такой ненависти у крокам? – Андрей вспомнил свои размышления по этому поводу в первую ночь, проведенную в плену у кроков. Тогда он только отметил этот факт – особой ненависти к крокам он не испытывает. В ту ночь он объяснил это тем, что он просто мало время контактировал с кроками, и дисгармония между его биополем и кроковским не успела «вызреть». – Но прошла уже неделя. Тоже времени недостаточно. Или тут что-то другое? Может мое биополе не так сильно конфликтует с кроковским биополем? Или вообще не конфликтует? А как же направление вращения спирали ДНК? Ничего не пойму».
– Послушай, Бахруд. Вот объясни мне… – он увидел, что тот демонстративно на койке повернулся к нему спиной.
«Ну и черт с тобой, – разозлился землянин, – в конце концов, моя Родина – Земля, а не какой-то Союз Свободных Цивилизаций, удаленный от нас сотни тысяч световых лет, – Андрей зевнул, – пора спать. Тут уже до подъема остался с гулькин нос. Часа три-четыре. А ведь завтра, вернее сегодня, мне предстоит запомнить кучу ничего не значащих для меня цифр.
«Господи, ну почему, если крупный политический деятель, так обязательно или неврастеник, или вообще полное дерьмо», – бригадный генерал Сарб, откинувшись на спинку кресла, смотрел на нервно меряющего шагами кабинет Харка.
– Генерал, Вы же понимаете, что если это штучки Ваших людей, то все предварительные договоренности между нами аннулируются.
– Господин Харк, я уже несколько раз Вам сказал, что это работа не моих людей. Поверьте, если бы работали мои люди, то уважаемая госпожа Лам не находилась бы в Вашем доме.
– Мне это уже говорила Васса, – нервно вскричал политик, – но кто, кроме Вас мог попытаться сделать это?
– Я всегда говорил, что госпожа Лам чрезвычайно умная женщина. И только что лишний раз в этом убедился. А относительно того, кто это мог сделать… Ну, назову навскидку несколько возможных адресов. Во-первых, Свил. У Верховного адмирала есть несколько весьма неплохо подготовленных примерно для таких дел подразделений. Например «Вепри» – специальный отряд для захвата космопортов противника. Я как-то раз присутствовал на их учениях – впечатляет. Ребята на индивидуальных космопланерах могут влететь прямо в окно здания, попутно перестреляв все живое, что встретиться на их пути. И это при перегрузках, в пятеро превышающих их вес. Во-вторых, министерство внутренних дел. У генерала Круппи тоже есть ребята, шустрые для подобных дел. В-третьих, управление собственной охраны Президента. Правда, их больше натаскивают на спасение, но по сути, что спасение человека, что похищение – весьма сходные операции. Еще парочку назвать?
– Не надо, убедили, – Харк перестал расхаживать по кабинету и присел в кресло, напротив генерала. – Ничего, придет время и Норк и за это ответит.
– И мне кажется, пришло время начать работу, гарантирующую исполнения Вашего желания.
– Да… вы правы, пора начинать, – Харк несколько раз утвердительно покачал головой из стороны в сторону. – Но только строго соблюдая все наши договоренности! – тут же вскричал он.
«Надо бы ребят наградить. Хорошо подогрели Харка. Теперь он, чтобы устранить Норка, готов на что угодно».
– Ну естественно!
– Хорошо, тогда пойдемте, я специально для этого приготовил помещение.
– Один момент, я сейчас распоряжусь, чтобы сюда доставили этого чела и необходимое оборудование, – с этими словами начальник Управления государственной безопасности дотронулся до браслета часов на запястье. – Вот теперь можем идти.
Но генерал не успел сделать и шагу, как часы на руке коротко пискнули.
– Простите, господин Харк, – меня хочет видеть мой адъютант.
– Пусть войдет, – политик пожал плечами, – на данном этапе мы, по-моему, все обговорили.
– Вы совершенно правы.
Дверь открылась, едва генерал успел договорить фразу. Скорым шагом адъютант приблизился к Сарбу. В руках его был телефон.
– Срочное сообщение, господин генерал.
Противник, как-то неуловимо проскользнув между руками Кедрова, вцепился тому в горло. В шее даже что-то хрустнуло.
«Что за черт! В спарринге запрещено душить. Вот пожалуюсь инструктору, – Андрей схватил нападавшего за руки и крутанул их, как учили в институте.
Хватка чуть ослабла. Воспользовавшись этим обороняющийся, что есть силы, ударил противника сдвоенными коленями в живот и одновременно толкнул в бок правым плечом. Не удержавшись, нападающий отлетел в сторону.
– Ты что с ума сошел!? – успел крикнуть Андрей и тут же едва успел сблокировать направленный ему в грудь удар головой. От резкого движения по шее разлилась нестерпимая боль.
Еще раз отлетев, противник вновь кидается на Кедрова.
– Ты никуда не полетишь! Не дам!
Превозмогая боль, Андрей обманным движением отклонился влево и что есть силы рубанул нападавшего по шее, под скулу. Захрипев, тот ничком упал на пол. Вспыхнул яркий свет и реальность ворвалась в мозг землянина вместе с вбегающими в камеру кроками.
На полу, подогнув под себя ноги, лежал Бахруд. Рядом с ним валялась, скинутая с койки подушка Андрея.
– Что здесь произошло? – один из охранников смотрел на Андрея, второй наклонился над лежащим Бахрудом.
Землянин почувствовал, что его тюремный комбинезон как будто закаменел, и он не может даже шевельнуться в нем.
«Я так и знал. Посылается сигнал и комбинезон становится типа смирительной рубашки, только намного эффективней, – Кедрову неожиданно вспомнился фильм «Кавказская пленница», когда Шурик дергался в смирительной рубашке, – тут бы он так не подергался», – он даже улыбнулся, но тут резкая боль в шее заставила его скривиться от боли.
Охранники что-то покаркали между собой. «Ошейник» Андрея молчал.
«Отключили».
В камеру вошел еще один крок. Судя по форме – не полностью черная, а с серебристыми вставками на руках и ногах, он был не рядовой охранник. Оглядев камеру, он обратился к Андрею:
– Как Вы себя чувствуете?
– Шея, – землянин дотронулся до нее рукой и вновь скривился от боли.
– Он Вас пытался задушить? – кивок на лежащего Бахруда.
– Не знаю, я спал и….
– Ясно, – перебил землянина крок. – Идти можете?
– Вроде бы.
Вошедший крок вытянул из кармана что-то, похожее на телефон, и сказал в него несколько фраз. Через несколько минут в камере появился человек в красном халате.
«Врач», – Андрей вспомнил свой первый допрос у кроков и не ошибся.
В руках у врача появился предмет, отдаленно напоминающий пистолет. Этот «пистолет» крок навел на Бахруда. Кедров даже на мгновение испугался, думая, что тот сейчас пристрелит его сокамерника. Но волнения были напрасны. «Пистолет» оказался диагностическим прибором, на небольшом экране которого появились какие-то значки. Врач что-то сказал человеку с серебристыми полосками и навел «пистолет» на Андрея. Секундная пауза:
– Вы можете поворачивать шеей? – участливо, насколько это возможно «каркая», спросил врач.
– Не очень.
Врач сказал несколько слов главному охраннику. Тот в ответ разразился длинной раздраженной фразой. Кроковский эскулап испуганно вздрогнул и неожиданно быстрым движением, прислонил «пистолет» к шее Андрея. Легкий укол и боль тут же прошла.
Кедрова отвели в какую-то комнату, уложили на что-то похожее на кушетку. Около землянина уже хлопотало несколько кроков в красных комбинезонах. Из ниши в стене на штанге выдвинулась полупрозрачная сфера и, секунду помедлив, словно раздумывая лечить чела или нет, надвинулась на голову Андрея. Вновь несколько уколов, затем человек почувствовал, как шею со всех сторон начали обрызгивать какой-то холодной жидкостью. Минута, другая и колпак вновь спрятался в нише.
– Вставайте, – над ним наклонился один из врачей.
Андрей осторожно встал с кушетки.
– Покрутите головой, – тут же последовала другая команда.
Кедров выполнил указание.
– Ничего не беспокоит.
«Ну прямо как на приеме у институтского врача».
– Нет.
Было видно, как кроки облегченно вздохнули. Андрей осторожно дотронулся до шеи. На ней было что-то вроде мягкого бинта.
– Чел, находившийся с Вами в одной камере сильно ударил Вас по шее, когда пробовал удушить. Произошло смещение одного из шейных позвонков, – «ошейник», спрятанный под «бинтом» бесстрастно перевел слова кроковского врача.
«А ведь я мог вполне погибнуть от руки чела. И стоило для этого лететь за сотни тысяч световых лет? На Земле людей с левосторонней ДНК – каждый первый. Да, я раньше думал, что религиозные противоречия самые непримиримые. Оказалось, нет. Оказывается, есть более фундаментальные противоречия, противоречия на уровне не психики, а генов. Вот только почему я так терпимо отношусь к крокам? Почему?», – когда через полчаса кроки засуетившись, впихнули его в флайер, землянин всю дорогу пытался найти ответ на этот вопрос.
* * *
– Что-то случилось, господин генерал? – Харк обеспокоено смотрел на Сарба.
– Да нет, все в порядке, – начальник Управления Государственной безопасности отдал телефон адъютанту, – просто несколько людей могут лишиться своих званий. Пустяки. Пройдемте, господин Харк, сюда скоро привезут этого чела. И не успеет еще взойти Парма, он вновь будет у меня в подвале.
В помещение, куда привели Андрея Кедрова, не было окон. По крайней мере даже намека на какие-то жалюзи, закрывающие окна, он не увидел. Да и вообще, особой мебели тоже не было. Небольшой стол, три кресла, стоящие у противоположной от входа стены и все. Два из них были заняты. В одном из кресел землянин узнал Сарба. Другой, среднего роста, полноватый мужчина со светло-русыми волосами, Андрею знаком не был.
«Лидер оппозиции Харк, возможный будущий Президент», – тут же догадался он.
Увидев Кедрова, мужчины встали из кресел, и подошли к нему. Сарб сделал властный жест рукой и двое охранников, сопровождавших Андрея, мгновенно исчезли.
Было видно, что русоволосый нервничает и, не зная куда деть руки, постоянно теребит их друг о друга. Землянин решил помочь известному кроковскому политику.
– Андрей Кедров, лейтенант Воздушно-десантных войск России, – представился он и протянул руку для приветствия.
Крок от неожиданности отшатнулся и сделал шаг назад. Затем, сконфузившись своей невольной реакции, взял себя в руки и энергично протянул свою руку.
– О'Санни Харк… председатель партии «Справедливость и порядок».
Крок и чел пожали друг другу руки. Скосив глаза, Андрей увидел, что генерал Сарб улыбается. И неожиданно, эта улыбка показалась землянину симпатичной.
«Нет, что-то тут не так. Мне точно кроки не кажутся омерзительными и я, например, просто того, что это крок, ему в глотку не вцеплюсь».
– Ну что, господа, приступим. У нас не так уж и много времени, – Сарб выразительно взглянул на часы.
– Да, конечно, – поспешно согласился Харк.
Генерал жестом руки указал Андрею на кресла:
– Садись в среднее.
Кроки сели по обе стороны от землянина.
– Смотри прямо перед собой. А мы тут с господином Харком немножко поговорим, – И Сарб, неожиданно, вполне по земному, подмигнул Кедрову. – Прошу, господин Харк, вам слово.
Но то, что начал говорить политик, Андрей не понял. Его «ошейник» переводить перестал.
«Ясно, не для моих ушей».
Между тем, «карканье» продолжалось:
– Уважаемые граждане Содружества Свободных Планет, я, О'Санни Харк, председатель партии «Справедливость и порядок» и… – политик сделал паузу.
– И я, бригадный генерал О'Локки Сарб, начальник Управления Государственной безопасности, – представился Сарб.
«Да они это снимают, – догадался Андрей, – поэтому и сказали смотреть перед собой. Где-то вмонтирована видеокамера».
– …понимая всю значимость для Содружества планеты Эльдурей, – вновь продолжил Харк,– совместно разработали операцию, одобренную господином Президентом Норком, по дезинформации нашего противника относительно наших планов по освобождению этой планеты. План операции состоит в том, что вот этот чел, – Харк указал на сидящего Кедрова, – захваченный две недели назад в одной из отдаленнейших секторов Вселенной, передаст командованию челов ложный, выгодный нам план операции по освобождению Эльдурея. Я правильно говорю, генерал Сарб?
– Вы говорите абсолютно точно,– начальник Управления государственной безопасности, не поворачивая головы к своему собеседнику, смотрел в невидимый глазок видеокамеры.
Услышав подтверждение своих слов, политик продолжил:
– Чтобы противник поверил нашей дезинформации, разработана легенда, по которой якобы Сарб, видя шаткое положение нашего Президента, решил выдать врагу истинный план операции по освобождению Эльдурея, чтобы я, наверняка, на следующих выборах занял этот пост. А в благодарность за это я должен его назначить Верховным Адмиралом нашего Объединенного Флота и Вице-президентом страны. Повторяю, что это только легенда, призванная убедить челов поверить нашей дезинформации,– и вновь, – я правильно говорю, генерал Сарб?
И вновь, глядя прямо перед собой, бригадный генерал подтвердил:
– Вы говорите абсолютно точно.
О'Санни Харк промокнул лоб платком, сделал глоток из стоящего перед ним стакана и продолжил:
– Я отлично понимаю, что в случае выполнения нашего плана, то есть в случае, если челы поверять нашей дезинформации и это будет способствовать освобождению Эльдурея, то скорее всего мой политический оппонент – нынешний Президент страны господин О'Ролли Норк будет избран на следующий срок. Но я также отлично понимаю, что нынешними своими действиями, я могу реально спасти сотни и тысячи жизней своих сограждан, могу помочь освободить Эльдурей, а значит предотвратить захват челами третьего сектора нашего государства. И поэтому, как патриот своей страны, я сознательно иду на это. Я надеюсь, что наш народ поймет и оценит мой поступок. Благодарю за внимание, – сказав последние слова, Харк устало откинулся на спинку кресла.