- -
- 100%
- +
– Не зарывайся, кузен! – вспылил мужчина. Гости тут же замолкли и стали переглядываться между собой. – Давайте приступим уже к танцам, – поняв, что его вспышка гнева не совсем уместна, попытался разрядить обстановку Грей.
– Танцы! Здорово, а то мы уже засиделись! – хлопнул в ладоши Маркус и расплылся в противной улыбке, зло сверля брата глазами. Он в очередной раз проглотит эту вспышку… пока проглотит… скоро настанет день, и Грей ответит ему за все унижения. Это он – Маркус должен сидеть на троне – ОН!
3.
Кара, покинув зал, подхватила подол платья и, как затравленный зверек, помчалась со всех ног, не разбирая дороги по длинным коридорам. Тяжело дыша, резко остановилась через пару минут, поняв, что заблудилась. Двери-двери, где же выход на террасу? Девушка резко обернулась вокруг своей оси и с досадой топнула ножкой. Нельзя было поддаваться эмоциям! И вот итог! Хоть и выучила план здания и была здесь много раз в прошлой жизни, а умудрилась заблудиться! И как назло, ни слуг, ни гостей – никого, у кого можно поинтересоваться, как выбраться отсюда!
– Черт! Дура! – гневно проговорили губы. – Весь план к чертям! – прислонилась к стене лбом и сделала несколько глубоких вздохов, чтобы унять бешено колотящееся сердце в груди. – Вспоминай, – сдавленно прошептала, закрывая глаза в попытке успокоиться. – Вспоминай!
Перед глазами встал нарисованный карандашом план. В какую сторону она побежала, выйдя из зала? Не помнит… Ударила ладошкой по стене в бессильной ярости. Десять лет готовиться и, поддавшись эмоциям, все испортить!
– Что с вами? – раздался мягкий мужской голос позади, и девушка чуть не подпрыгнула на месте от неожиданности. Медленно открыла глаза и, побледнев, повернулась. Грей! Такой сильный, красивый, притягательный. Сердце предательски дрогнуло, напоминая о детской влюбленности. О том, как он успокаивал ее на похоронах, а потом… Выкинул, как нашкодившего котенка! От этого воспоминания по телу разлилась горечь обиды и негодования.
– Простите, хотела выйти на воздух и заблудилась, – пытаясь, чтоб голос предательски не дрогнул, произнесла девушка, встретившись с его стальными глазами, чувствуя, как невольно погружается в них, как готова забыть все обиды, только бы он… Только что? Мысленно ударила себя по щеке. Не хватало еще сдаться.
– И поэтому вы оказались возле моей спальни? – в его голосе скользнуло недоверие и легкое раздражение.
– Вашей спальни? – искринне растерялась Кара, нерешительно оглядываясь по сторонам и покрываясь легким румянцем смущения от того, что, наконец, узнала дверь, возле которой находилась. Ей, конечно, именно там и надо было оказаться, но не так же глупо. Он же сейчас ее просто выгонит отсюда, как тогда… Эта мысль вызвала непрошенную влагу на глазах и предательскую дрожь в коленках. И эта минутная слабость, видимо, пошла на пользу.
Грей, встретив гостью возле своих покоев в первый миг почувствовал разочарование и злость на самого себя, что повелся на ее такое невинное личико и не заметил очевидных фактов – она такая же продажная, как и все, хочет залезть к нему в постель, а затем всеми правдами и неправдами заставить жениться на ней, ну или напроситься на содержание. Скорее всего, второй вариант. Неспроста же она одна явилась? Обычно так поступают лишь содержанки, особенно, когда ищут нового покровителя. Но, видя ее какую-то детскую растерянность и неподдельное смущение в повлажневших глазах, ощутил, как внутри пробуждается мужчина-защитник. Хочется просто подойти и, притянув к себе, не отпускать, пока не успокоится, пока глаза не высохнут, а дыхание станет спокойным. Он протянул свою руку и нежно коснулся шелковой щеки, провел пальцем под нижним веком, ловя слезинку. Ее зрачки испуганно расширились и превратили и без того темные глаза в черные. Полные манящие губы слегка приоткрылись, зовя насладиться их вкусом. Неожиданно она напряглась и отпрянула, вызвав еще больший интерес.
– Герцог путает меня со шлюхой, – прошипела Кара, гневно сжимая кулачки, туго обтянутая платьем грудь бурно вздымалась. Грея как будто ударили под дых ее слова, такого поворота он никак не ожидал. Сама же пришла, или… действительно заблудилась?
– Я не хотел тебя обидеть или оскорбить, – нежно произнес он, терзаясь сильнейшим желанием, которое контролировать уже было невмоготу. Да и по ней же тоже видно, что пытается подавить в себе нахлынувшие чувства, что внутренняя борьба раздирает ее изнутри. Скорее всего, это у нее впервые, и девушка просто не понимает, что происходит с ее телом, но он-то опытный в этих вопросах и видит, как сильно возбуждена незнакомка.
– Кто ты? – тихо прошептал, вновь медленно, чтоб не спугнуть, приблизившись. – Таинственная незнакомка, похитившая мой покой? – поймал ее растерянный взгляд, пытаясь разгадать чувства, которые там прятались.
– Опоздавшая… – опять этот волшебный голос, проникающий в самое сердце и душу. Грей склонился и нежно коснулся ее сладких губ. Губ, которые весь вечер не давали ему покоя. Она ощутимо напряглась, но все же неуверенно ответила. Это окончательно сорвало его с катушек, и он резко со стоном притянул девушку к себе, вжал в свои стальные мышцы, давая в полной мере ощутить сильнейшее желание. Ее руки взметнулись вверх и зарылись в его волосах. Страсть поглотила обоих. Он жадно пытался напиться ее губами, она заскользила маленькими ладошками по его могучим плечам, отвечая на ласки. Грей глухо застонал и, подхватив хрупкую девушку на руки, чуть не выбил пинком дверь в свою спальню. В комнате прижал к стене и спустился губами к ее шее, к бешено пульсирующей жилке. Массивное ожерелье мешало, он хотел его расстегнуть, но Кара, поймав его руки, настойчиво спустила ниже к талии.
– Сейчас, сейчас… – торопливо произнес мужчина и попытался зажечь газовый светильник, чтоб насладиться ее божественной красотой.
– Не надо… пожалуйста, – услышал сдавленный чуть испуганный голосок. – Я… стесняюсь…
Грей бросил свое занятие и, развернувшись, вновь поймал за осиную талию:
– Как прикажешь, моя госпожа, – прошептал в ее податливые сладкие губы. Скользнул крепкими пальцами по спине, расстегивая застежки, сорвал массивный пояс. Тяжелое платье шумно скользнуло к ногам. Какая она хрупкая и податливая под руками. Девушка в свою очередь дрожащими пальчиками боролась с пуговицами на его рубашке, рвано дыша, наконец стянула ее с него и заскользила по стальным канатам мышц, вызывая непреодолимое желание и сладостный стон предвкушения. Его рука скользнула к упругому бедру, и он резко выпрямился, ощутив холод металла.
– Что это? – в голосе неподдельное удивление, а в руках кинжал. Что за очередной сюрприз таинственной незнакомки?
– Я же девушка, – спокойный ответ, внушающий доверие. – И иногда надо как-то постоять за себя.
Грей брезгливо кинул свою опасную находку на столик рядом с кроватью и, взяв за подбородок, властно произнес:
– И часто надо постоять за себя? – в голове крутилась лишь одна мысль: «Кто ей угрожает, что даже на бал пришлось прийти вооруженной?»
– Со мной ты точно в безопасности… – твердо отчеканил.
– Я знаю, – прошептала и неожиданно накрыла его губы своим сладким поцелуем. Грей не выдержал, забыв про странную находку, подхватив, аккуратно положил таинственную незнакомку на свою огромную кровать, быстро скинув с себя остатки мешающей одежды, нетерпеливо заскользил по ее упругому животу языком, поднялся выше и накрыл затвердевший сосок губами, чуть втягивая его в себя. Девушка выгнулась дугой и сладостно застонала.
«Да, милая!» – мелькнуло в его голове. «Стони. Громче стони!»
Эти ощущения для Кары были новыми, она никогда еще не была с мужчиной… По крайней мере так. То, что с ней делал тот извращенец, не было сексом. Он просто надругался над детским телом, искалечил, оставив страшные шрамы, порвал ее там внутри… Чем-то инородным, а потом убил… Сейчас же то, что делал с ней герцог, было чем-то невообразимым. Она будто парила над облаками. Тело отзывалось на его ласки тысячами искр. Между ног можно было хоть выжимать. Это одновременно и пугало, и заставляло стремиться ему навстречу, отвечая, как умеет, на нежные прикосновения. Месть, притупленная новыми ощущениями, отступила на второй план. «Чуть позже», – пронеслось в голове. В данный момент девушка просто наслаждалась происходящим. В прошлой жизни она мечтала об этой ночи, так почему бы не воспользоваться? А после можно будет и закончить начатое. Она достойна хоть раз в жизни ощутить, какого это быть с мужчиной. С любимым мужчиной…
Грей сходил с ума от ее запаха, легких стонов, срывающихся с губ. Она невероятно реагировала на него, такая отзывчивая и в то же время сильно неуверенная. Складывалось ощущение, что это у нее в первый раз. Ну не может же она с первым встречным расстаться с самым сокровенным? Или может? Остановить себя он уже был не в состоянии, незнакомка лишила разума.
– Если ты не хочешь, скажи, – прохрипел, сдерживаясь из последних сил.
Она, дрожа моляще выгнулась ему навстречу, истекая влагой, вновь срываясь на стон, разрешая ему действовать. И Грей мощным движением вошел в нее. Нет… он все же у нее не первый… Секундное разочарование, сменившееся невероятным ощущением ее упругости и узкости. Герцог чуть все не испортил, еле сдержавшись, чтоб не опустошиться с первого толчка, как неопытный юнец, дорвавшийся до желаемого, но нельзя. Она должна тоже получить свою порцию удовольствия. Грей применил все навыки, которые знал, и вот ее тело напряглось и забилось в сладостной судороге, секундой позже он тоже взорвался, ловя ее губы, шепча что-то приятное.
Они оба тяжело дышали и смотрели в темноте друг на друга. «О боги, что я натворила!» – панически мелькнуло у Кары в голове, возвращая из сладостной неги в гнетущее настоящее. «Зачем зашла так далеко? Как теперь вонзать в его сердце кинжал?» – мысленно ругала девушка себя. «Как потом опять собирать свое сердце по кускам?» Жестокая реальность нахлынула лавиной раздавливая виной истерзанную душу.
– Прости, я… я… не знаю, что на меня нашло, – всхлипнула Кара и попыталась выскользнуть из-под мощного мужского тела, сгорая от стыда и блаженства одновременно.
– Тебе же было хорошо, – не давая вырваться и притягивая спиной к себе девушку, произнес герцог. – Зачем убегать? – зарылся лицом в ее густые волосы, вдыхая их цветочный аромат, не понимая, что происходит. Только же стонала от удовольствия, а теперь бежит. «Не отпущу, не убежишь», – подумал и поцеловал плечо.
– Я не могу, не должна, – повернулась к нему лицом и встретилась с его губами, непроизвольно отвечая на поцелуй, тем самым еще больше запутывая его, окутывая тайной.
– Ты кому-то принадлежишь? – Грей постарался без укора спросить, ускользающую незнакомку. Если она действительно чья-то, то он вырвет ее пусть даже у дьявола. Никому не отдаст, не отпустит – просто не сможет. Ее руки настойчиво уперлись ему в грудь:
– Нет! Я принадлежу лишь себе! – вспылила Кара. – Как ты мог о таком подумать? – почти прокричала.
– А что еще можно подумать? – поймав в одну руку ее кулачки и притягивая к себе, чтоб не вырвалась, спросил герцог. – Появляешься одна, отдаешься мне, не невинна… – мягко, но настойчиво произнес он.
– Да ты… ничего не знаешь, – яростно извиваясь, шипела девушка.
– Так расскажи! Может, ты вдова? – неожиданно посетила догадка. Фурия наконец нерешительно замерла, как будто обдумывая его слова.
– Нет, не вдова, – последняя надежда на то, чтоб хоть что-то понять разбилась вдребезги.
– Тогда кто?
– Не важно, уже не важно… – почти простонала, разбивая его сердце от той боли, которая сквозила в ее голосе. Как все странно и запутано. Она и хочет его, и тут же вырывается. Может, это игра какая-то, ловящая его в хорошо расставленные сети? Может, он ошибается, и девушка пытается своим поведением привязать его к себе? Что за всем этим стоит? Что ей нужно?
– Можешь ничего не говорить, просто останься, пожалуйста, – попросил Грей, неохотно отпуская ее руки и нежно касаясь щеки, с удивлением отмечая, что она мокрая от слез. – Я не обижу тебя и больше не буду задавать вопросы, ты же все равно на них не даешь ответов. Просто не уходи…
Незнакомка сдалась, расслабленно замирая в его объятиях, а через миг ее губы неожиданно поймали его в страстном поцелуе, девушка неуверенно коснулась мощного плеча, груди… Герцог, не выдержав, резко притянул ее бедра к себе, упираясь окаменевшим естеством, давая понять, что вновь желает ее. Она не была против, раскрывшись ему навстречу, обвивая своими длинными ногами его крепкую талию. Мужчина перекинул хрупкое тело на себя, направляя за ягодицы в нужное направление. Кара на секунду растерялась, но через мгновение, когда он оказался полностью в ней, заполнив ее лоно, природа подсказала, что нужно делать, чтобы доставить удовольствие и себе, и ему, поднимая и опуская бедра в убыстряющемся темпе. Его руки ласкали ее грудь, играя с набухшими сосками, спускались по спине, сжимали и разжимали ягодицы, доводя до исступления. Яркий взрыв внизу живота, растёкся по всему телу, выгибая позвоночник дугой, сводя пальцы на ногах, взрывая искры в глазах. Еще пара толчков, и Грей догнал ее, опустошаясь в ней, сотрясаясь мелкой дрожью. Мгновение, и мужчина крепко прижал девушку к себе, опаляя своим прерывистым дыханием ее шею. Глаза слипались, а тело не слушалось, поэтому Кара не сопротивлялась, когда герцог нежно положил рядом с собой и властно обнял. Уткнулась лбом в крепкое мужское плечо, вбирая его терпкий запах, растворяясь в нем, и провалилась в сон.
Неизвестно, сколько времени она дремала. Какой-то непонятный грохот выдернул ее из лап Морфея, заставив резко от неожиданности сесть. В комнате на несколько секунд стало светло, как днем, от вспышек праздничного салюта. Этого времени хватило, чтоб встретиться растерянным взглядом с герцогом и заметить, как меняется его лицо от увиденного. Мужчина молниеносно потянулся к газовому светильнику и включил его, разгоняя в покоях мрак. Кара с испуганным лицом судорожно попыталась закрыться одеялом, но он резко вырвал его из дрожащих рук.
– Кто? – глухо зарычал Грей, испепеляя девушку взглядом. – Кто это сделал?
Гнев во взгляде мужчины пугал, но Кара нашла в себе силы, сбросить оцепенение и вывернуться из сильных рук. Как разъярённая фурия схватила кинжал со стола и накинулась на оторопелого герцога, пытаясь вонзить в его сердце клинок, тем самым стерев из его глаз бушующий ураган смеси гнева, разочарования и жалости. Они сплелись в клубок, бешено перекатываясь по кровати. Грею было тяжело уворачиваться от воинственной девушки, пытаясь сделать так, чтоб она ненароком сама себе не навредила. Та в свою очередь, шипя как дикая кошка, не оставляла своих попыток убить его. При очередном замахе не удержалась, запутавшись в простынях, и с глухим грохотом свалилась на пол, тут же вскочив и тяжело дыша отпрыгнула с занесенной для удара рукой к стене.
Герцог, медленно, очень медленно, с грацией хищника, не отрывая стальных глаз от побелевшего лица, встал напротив Кары, внимательно рассматривать ее тело. Одни сплошные жуткие шрамы. Правая нога в следах от ожогов и порезов, плоский живот покрыт сеткой страшных рубцов, как будто мучителю просто захотелось ножом разрисовать его. Мужчина протянул руку и сдвинул браслет на одном запястье, оголяя потемневшие полосы от стягивающих когда-то давно оков. На бешено вздымающейся груди, вместе, где должно быть сердце, виднеется уродливое свидетельство смертельной раны. Как она выжила после этого? Кто так изощренно пытал ее? А главное почему и зачем? Теперь понятно, чего незнакомка стеснялась, не давая включать свет. Почему была неуверенна.
– Повернись, – глухо приказал Грей, раздираемый ненавистью к ее мучителям и тем самым невольно пугая воительницу.
– Нет! – гневно дыша, выдавила незнакомка, испепеляя его невидящим взглядом, видимо считая, что она теперь ему противна.
– Там тоже? – борясь с гневом на того, кто истязал ее, прорычал герцог.
– Не имеет значения! – устало опустив руку с кинжалом, с вызовом прошептала Кара, смотря куда-то мимо него, на миг погрузившись в кошмарные воспоминания.
– Имеет! – мужчина сделал еще шаг в сторону девушки и тут же, ощутив прикосновение металла к своей груди, остановился.
– Как ты выжила?
– С мыслью о мести! – выплюнула слова из себя, сверля черными глазами мужчину.
– Кто? – с нажимом повторил свой вопрос Грей.
Девушка напряженно молчала, в ее затравленном взгляде герцог читал боль и отчаяние, но губы оставались упрямо сжатыми. Как так получилось? Кто за этим стоит? Почему она так отреагировала на то, что он увидел? Миллион вопросов вертелся в голове, не находя ответов. Вот тебе и сказочная принцесса! Что-то в его лице отразилось такое, от чего незнакомка вся съежилась и приготовилась к очередной битве.
– Я не собираюсь причинять тебе боль и вред, – мягко прошептал Грей. Его слова на нее подействовали не так, как он хотел, не успокаивающе. Кара, как затравленный зверек, не сводя своих глаз, попыталась сделать шаг в сторону, чтоб оказаться ближе к спасительному выходу. Герцог молниеносно сделал выпад рукой и сжал с силой запястье, держащее оружие. Она вскрикнула от боли вперемешку с обидой и выронила клинок на паркетный пол с затравленным видом, мысленно готовясь к чему-то страшному. Второй рукой он притянул ее к себе, заставляя успокоится.
– Шшш, – провел по волосам и прижался к макушке губами. Девушка не двигалась, тяжело ловя воздух. Опять в ловушке! Только на этот раз сама себя в нее загнала! «Дура!» – мысленно отругала себя и попыталась вырваться, от чего оказалась еще сильнее прижатой к крепкой мужской груди.
– Отпусти… пожалуйста, – сорвалось тихо с губ. Грей вздрогнул и чуть ослабил хватку. Кара оттолкнула его и опять прислонилась спиной к стене, тяжело дыша, прекрасная, как древняя воительница, в своей наготе. Сейчас ей было безумно страшно, он же может позвать стражу и запереть ее в тюрьме, стать жестоким, выбивая из нее интересующую информацию. Кара мотнула головой, скидывая жуткие видения. «Нет, не страшно», – мелькнуло в голове, но воздух предательски не хотел поступать в легкие, а паника сковывала движения. Коленки подрагивали, выдавая ее страх.
– Почему ты хочешь убить меня? Ты же пришла на бал именно с этой целью? – смотря прямо в глаза незнакомке, спросил герцог, стараясь, чтоб голос не был устрашающим. Он видел, что девушку накрывает паника, но отдать ей должное, держалась она лучше, чем многие мужчины на поле боя.
– Тогда дашь мне уйти? – надежда мелькнула в голосе, вызывая неожиданный прилив нежности в его сердце. Он же не чудовище какое-то, чтобы истязать слабое создание!
– Да, – твердый ответ.
– Ты отдал меня монстру, который после изощренных пыток убил! – выкрикнула она, пытаясь сдержать слезы. Грей изумленно замер, не веря своим ушам. Кара воспользовалась его заминкой и опрометью кинулась к своему платью. Кое-как, втиснувшись в него, трясущимися руками попыталась застегнуть, пальцы от волнения не слушались – ничего не выходило. Грей молча подошел и, настойчиво отбросив ее неудачные попытки, застегнул платье, а потом наклонился и подал пояс, лежащий на полу. Незнакомка, схватив его, стремглав бросилась к дверям и, даже не обернувшись, распахнув их выбежала в коридор. Герцог резко надел штаны и, накинув рубашку, быстро последовал за ней, успев увидеть, как мелькнул подол ее платья, скрываясь за углом.
– Ник! – громогласно произнес мужчина. Тут же распахнулась соседняя дверь, и из нее показался невзрачный юноша во всем черном лет двадцати пяти.
– Девушка в золотой парче, не ошибешься, самая красивая, – прорычал, злясь на самого себя, Грей. – Проследи за ней, чтоб не заметила, утром доложишь все, что увидишь! Бегом! – последние слова почти прокричал, и юноша, кивнув темной тенью, не задавая ненужных вопросов, метнулся за Карой. Грей тяжело облокотился о стену и закрыл глаза. Страшные мысли раздирали его душу.
– Ты отдал меня монстру, – вертелись ее слова. Кто она? В очередной раз задался мучившим вопросом. Почему кажется знакомой? Кто мог так изощренно пытать беззащитное создание? За что и почему?
Грей будет последним ничтожеством, если не узнает всю правду и не накажет виновного… или виновных. Он найдет таинственную фурию и… И что? Что он сделает потом? Несомненно, убьет мерзавцев собственными руками, причем с особой жестокостью! А девушка? Что с ней? Терзаясь сомнениями и противоречивыми чувствами, герцог, зарычав, как раненый зверь, резко развернулся и со всей своей мощной силой ударил по оштукатуренной стене, оставляя на ней кровавый след от разбитых костяшек. Хотелось рвать и метать, чтоб вырвать из памяти затравленный вид таинственной гостьи. Хотелось догнать ее и прижать к своей груди, не отпускать, оберегая ото всех! Но это лишь ее испугает. То, что из нее не вытянуть правды пока она сама того не захочет – это он уже понял, значит пойдет другим путем. Ник, его поверенный, разузнает, что к чему, а дальше будет проще вернуть незнакомку. Запустил ладони в волосы и сжал голову, пытаясь перестать думать. Надо же так въестся с первых же мгновений! На праздник возвращаться у Грея уже не было никакого желания. Чтоб ненароком не сорваться на ком-нибудь из гостей, герцог решил скрыться в своих покоях. Пусть думают, что хотят! Потом разошлет извинительные письма. Маркус выкрутится, этот шут любит быть в центре внимания!
4.
Кара бешено неслась по коридорам прижимая к груди массивный пояс, стараясь ни о чем не думать, унять бешено рвущееся из груди сердце. Остановилась, тяжело дыша, лишь тогда, когда оказалась в просторном холле. Хорошо, что кроме двух слуг, стоящих возле дверей, никого больше не было. Вид у нее был изрядно потрепанный, не вызывающий сомнений, чем она занималась. Растерянно, замерев в центре, девушка быстро завязала пояс и расправила платье, пригладила растрёпанные волосы (диадема осталась где-то в комнате у герцога), гордо вскинув подбородок, прошествовала на улицу под изумлёнными взглядами прислуги.
Во дворе было множество гостей, наблюдающих за приглашенными фиглярами, которые выполняли невероятные сложные трюки. Одна фигура отделилась от толпы и приблизилась к ней.
– Как все прошло? У тебя получилось? – Карл, сильно волнуясь, мягко взял девушку за локоть и отвел чуть в сторону, чтобы никто их не заметил.
– Карл, я… я… – слезы отчаяния потекли градом от пережитого волнения и переполняющих эмоций. Мужчина прижал сотрясающееся тело к себе, успокаивая, пытаясь оградить от жестокого мира. – Я не смогла… – простонала девушка.
– Может, это к лучшему, – с явным облегчением произнес посол. Никто не будет ее искать и не заберет у него. Он, конечно, важная персона, но не всесильная. А Кара своим упрямством и жаждой мести неосторожна и может навлечь на себя очередные неприятности.
– Это не все! – собираясь с силами, продолжила Кара. – Я… переспала с ним, – совсем тихо, запинаясь, выдавила из себя. Она никогда не врала приемному отцу и в этот раз тоже не станет, хоть и безумно тяжело. Карл весь напрягся и чуть отстранил дочь, заглядывая ей в заплаканные глаза.
– Он заставил? – гневно сжал челюсти, злясь больше на самого себя, чем на дочь. Как ей помочь? Если Грей ее изнасиловал, он лично придет к герцогу и потребует ответа! Но вытравить плохие воспоминания не удастся, как восстановить душевное состояние девушки?
– Нет… Я сама не смогла остановиться… Карл, я падшая женщина! – сгорая от стыда, закрыла лицо руками, чтобы не видеть разочарование в его глазах. Хотя даже, если бы этого не произошло, как доказать будущему мужу, что он первый? Да и кто захочет взять в жены такое уродство? Невозможно всю жизнь скрывать шрамы, рано или поздно их увидят! А что потом? Стать отвергнутой изгнанницей? Хоть раз в жизни она смогла почувствовать любовь и неописуемые ощущения! От этой мысли сердце разрывалось на части от переполнявшей боли и эмоций. Перед глазами Кары так и стояло гневно разочарованное лицо Грея. Наверное, он сейчас брезгливо пытается смыть с себя ее следы.
– Он узнал тебя? – разгоняя мысли, врезался в уши обеспокоенный голос посла.
– Нет, но… – замолчала, собираясь с силами.
– Кара, что «но», – теряя терпение, надавил мужчина.
– Он… после… – обняла себя руками, судорожно хватая воздух. – Он видел мои шрамы, – выдохнула и обессиленно опустила голову на грудь. – Я вспылила и попыталась его убить… но он отпустил меня.
Карл вновь крепко прижал дочь к себе, осмысливая все услышанное. Ну чувствовал же, что ничего не выйдет из ее затеи с герцогом путного! Надо было остановить! Придумать другой план, а не посылать Кару к нему. Он знал, что девушка в юности была влюблена в Грея, наверное, поэтому и не смогла противостоять его чарам, к тому же, герцог был, чертовски красив и обаятелен, а она никогда, в силу всего пережитого, не общалась с противоположным полом. Он понимал ее и не давил, не пытался найти избранника. До этого дня их обоих устраивал такой расклад. Как же тогда так вышло? А если она забеременеет? Посол очень состоятельный и сможет их обеспечить. Может, так будет лучше? Вихрем пронеслось в голове. Может, это ее шанс на нормальную жизнь?