Я Госпожа Громова

Глава 6

Громов и скучное сидение на диване несовместимы. Это я поняла через двадцать минут, когда муж от скуки отправился на экскурсию. Глеб решил сам провести Бориса по этажам и показать, что к чему. Я же смогла спокойно выдохнуть и отдаться работе.

На носу был отличный проект, и я уже заканчивала последние проверки. На следующей неделе Глеб должен все запустить, и если все пойдет удачно, у нас будет еще одна умная и, надеемся, высокооплачиваемая программа.

Я так увлеклась работой, что пропустила момент, когда вернулся Громов. От работы меня отвлек Артем, который вошел в комнату с ароматными пакетами. Желудок тут же заурчал. Взглянув на часы, удивилась, так как прошло более трех часов!

Потирая глаза, взглянула на Бориса, который, кажется, тоже был удивлен. Сейчас он сидел на диване и что-то читал в планшете. Откуда только взялся. Да и вообще, когда он вернулся с экскурсии? Но это все отходило на второй план, так как рядом с Громовым лежало белое платье!

Это что получается. Одежду мне принесли уже давно, а я все еще сижу почти голая!

Пока Артем опустошал пакеты, я прожигала взглядом Бориса, который довольно улыбался, и поглядывал на платье около себя. Вот ведь жук!

– Артем, спасибо, дальше мы сами,– помощник лишь улыбнулся мне и быстро вышел.

– Громов, какого черта! – чуть ли не закричала, вскакивая со стула.

– Дорогая, поверь, я пытался тебя оттащить от компьютера, но ты оказывается, так предана работе, что ничего не замечаешь вокруг! Но не могу не отметить, смотреть на тебя в таком виде мне приятно. Только в следующий раз возьми мою рубашку,– Борис встает и подхватывает платье.

– Если честно, я поражена, что ты тут всех не поубивал за то, что я в таком виде. Ты, на удивление, сдержан,– похвалила мужчину, который довольно кивнул.

– Если честно, именно это я чуть не сделал, когда вошел в офис. Странно видеть твое платье в руках другого мужчины. Это ведь значит, что ты где-то почти голая. Твоих друзей спасла именно охрана, которая стерегла эти двери, как самое дорогое. Так что скажи спасибо Саше и Филиппу,– так вот как все было. В любом случае, трупов нет – уже хорошо.

Качая головой, встала, а потом пошла на встречу, чтобы забрать платье, только вот Громов не был бы собой, если бы отдал его так просто.

– Переоденешься передо мной?– звучит вопрос, и глаза мужа горят диким огоньком.

– Никакого стриптиза на работе. Правило номер два!– отвечаю, усмехаясь, и забираю платье. Миг и я скрываюсь в ванной, где замечаю еще пакетик с нижним бельем.

– Родня, а твои правила мне нравятся все больше и больше,– звучит голос мужа за дверью, и я улыбаюсь. Интересно, у него на работе так же строго, как у меня?

Быстро переодеваюсь в облегающее платье молочного цвета с молнией во всю спину. И где такое чудо откопали? Просто так застегнуть не выйдет. Промучившись пару минут, начала ругаться, и дверь в комнату тут же открылась, явив довольного Бориса.

– Помочь?– спрашивает и направляется прямо на меня. Мне кажется, или этот вопрос был задан ради приличия, так как руки уже взялись за молнию, и потянули молнию наверх очень медленно. И все время словно специально касался спины. Иногда кожи касался холодный метал кольца, которое Громов так и не снял.

Не думала, что ему так приглянется мой подарок с рубином. Но как же было приятно видеть это у крашение у него. Если подумать, я вообще его без него не видела. Неужели такой перстень ему удобно носить каждый день?

– Ты очень внимательный, что-то случилось?– мне все не давало покоя странное предчувствие. Словно скоро должно случиться что-то важное.

– Просто рад помочь,– шепчет и целует оголенное плечо. Тут же вздрагиваю. Нет, сегодня точно что-то не так. Слишком нежный и внимательный, а еще не на работе! Последний пункт смущал меня больше всего, так как это практически невозможно. За последние месяцы Борис впервые отдыхал, хоть и очень странно.

– Пойдем, родная, поедим, у меня есть к тебе разговор,– а вот, кажется, и оно.

Молча соглашаюсь и иду следом. Стол уже был накрыт, и аппетитное мясо с салатами лежали на тарелках. Откуда только взяли, или теперь в ресторане все в тарелках выдают? Красное вино уже разлито по бокалам. Приятная неожиданность, так как Громов не пьет на работе, и видел, что и я не жалую напиток во время работы. Мне нужна трезвая голова. Неужели разговор будет настолько сложен?

Борис, как истинный джентльмен, отодвигает мне стул, а сам садится напротив. Он приступает к еде, а меня все не покидает странное предчувствие. О чем должен пойти разговор? В голове уже появлялись возможные варианты, как плохие, так и хорошие.

– Милена, тебя устраивает твоя жизнь?– неожиданно слышу вопрос, и удивленно поднимаю глаза.

Громов уже не кушал, лишь смаковал вино. Он откинулся на спинку стула и пристально смотрел на меня. По глазам вижу, как ему важен ответ, но что надо ответить?

– Прости, я не совсем понимаю. Тебя что-то конкретное интересует?

– Тебе сейчас все нравится? Может ты хотела бы что-то изменить? Например, съездить в родной город, побыть с друзьями? – один вопрос интереснее предыдущего.

– Естественно, мне бы хотелось побыть с друзьями, но они и так рядом. С Глебом я работаю, а Зоя частенько приезжает. Борис, ты почему спрашиваешь?

– Мы договорились стать хорошими друзьями, вот и спрашиваю. Возможно, ты бы хотела что- то изменить или попросить о чем-то? Я открыт для всего.

С минуту смотрю на Громова и думаю, говорить или нет. Вдруг мои догадки – это именно то, что надо? Возможно, Борис намекает, что пора наш договор разорвать, ведь каждый уже получил все, что хотел, а кто-то даже больше. Муж все время в разъездах и возможно понял, что я лишь балласт. И вот теперь он сам решился начать разговор первым, вот так подводит меня к этому.

– Родная, по глазам вижу, что есть мысли, не бойся, говори!

Кажется, сейчас отличный момент для этого разговора.

Набрав в грудь побольше воздуха и сжав пальчики, выдаю на одном дыхании.

– Борис, не сочти меня дерзкой или глупой, я тут думала и …. то есть я хотела тебя попросить,– говорю натянуто, и самой не верится, что я решаю это озвучить.

– Не бойся, говори. Обещаю, постараться исполнить любую твою просьбу,– и звучало это так радостно, что я решилась.

– Давай сократим срок нашего договора!

– Что?

– Скажем, на год. Какая разница, когда расставаться, через год или два. Мы ведь уже все получили, что хотели. Что скажешь?– и тут я поднимаю глаза, чтобы заметить, что Борис даже не двигается, а буквально сверлит меня взглядом.

Неужели ошиблась, и он хотел поговорить не об этом?

– Год говоришь? Хочешь уйти через год?– звучит как-то слишком зловеще. Громов зло откидывает салфетку и встает. Молча слежу, как он обходит стол и подходит ко мне. Теперь я отчетливо вижу, что он не просто рассержен, он в ярости!

Отличное настроение вмиг улетучилось. Сижу и не двигаюсь, и лишь глазами слежу за мужем.

Меня медленно отодвигают от стола, чтобы нависнуть черной и гневной тучей.

– Родная, ты хоть пытаешься слушать, что я говорю тебе иногда?– звучит его голос над головой.

– Я всегда тебя слышу. Но почему ты разозлился? Разве я сказала не правду? Ты уже все получил! Командировки, контракты, все твои крутые новые друзья. Разве ты не этого хотел? Как мой уход может повлиять на твои дела? – этот разговор стал меня неожиданно раздражать. Хватит быть слабой. Борис сам меня этому учит, так вот пусть и получает! Но как же страшно смотреть на него таким разгневанным.

– Милена, ты слушаешь, но не слышишь!– рычит, сверля меня взглядом своих серых глаз.

– Громов, я жить хочу, как сама желаю. Хочу носить, что вздумается, а не обдумывать, что надеть каждый день. Переживать о том, кто сегодня меня застанет с камерой на углу, и ведь надо соответствовать статусу и не ударить в грязь лицом. Не хочу ходить на скучные вечера, жить в доме, полном охраны, которая только и ждет удара или взрыва! Черт, Громов, я семью хочу, мужа, детей! Мои часики тикают! Борис, я ведь не молодею!– уже кричала, схватившись за его руки, которые крепко держали. Оказывается, я уже вскочила, и мы теперь стояли посредине комнаты, а Борис меня обнимал.

– Малышка моя, я дам тебе семью. Хочешь мальчика и девочку, все дам, но не отпущу, даже не проси! Запомни, у тебя не будет больше никакого мужа, кроме меня! – что?

– Нет, так не честно, у нас уговор!– уже чуть ли не плакала, вырываясь. Как он может так жестоко обходится со мной? Мы же договаривались!

– Я тебя не отпущу, никогда не отпущу! Прими это как данность, Мила, ты моя семья!– уверенно произносит, сжимая меня в крепких объятьях.

– Черт, Громов, так нельзя! Ты лишаешь меня жизни, мечты! Так нельзя!

– Мечтай, живи, но только со мной! Я дам все, что ты хочешь. Поверь, я дам тебе больше, чем кто либо,– нет, я так не хочу. Мне нужна настоящая семья, любимая и крепкая.

Истерика набирала обороты, и теперь я не просто кричала, но еще и дралась. Не зря я так много времени провожу в спортзале с охраной. Парни отличные учителя. Борис оценивает мои способности, так как иногда морщится от ударов.

– Милена, успокойся!

– Нет, это ты приди в себя. Ты сказал, что друг мне, а по факту тиран!– рычу, нанося удар шпилькой в ногу, а потом удар в каменный корпус. Черт, да он словно из стали. Рука тут же заныла.

– Мила, успокойся, ты только себя калечишь, – голос мужа звучал успокаивающе, но мне это уже не поможет. Мне сказали, что не отпустят, и теперь вся жизнь – это золотая клетка и муж тиран.

– А ты бредишь! Отпусти меня! Я не вещь, которую ты купил, я живой человек!

– Естественно, ты не вещь, ты – моя дорогая жена, которой я очень дорожу. Прошу, успокойся, давай все обговорим!– он все пытается достучаться до моего разгневанного сознания, но все в пустую, я в гневе и тихом отчаянии. Что теперь делать, как жить? Неожиданная апатия нападает на меня.

– Нам нечего обсуждать, ты уже все решил! Отпусти!– молю вырываюсь.

– Прости малышка, но я никогда тебя не отпущу, а пока поспи,– Борис сильно нажимает на какие-то точки на шее и мир меркнет. Сильные руки легко меня подхватывают. И все это Громов делает так просто и легко. Как я могла полюбить этого тирана раньше?

Глава 7

– Милена, давай поговорим!– уже пятый раз говорю, стоя под запертой дверью жены. И вот опять в пятый раз в дверь с той стороны что-то прилетает и разбивается.

– Иди к черту, Громов!– кричит она, а я радуюсь тому, что теперь она не плачет, а просто злится и хоть что-то говорит.

Не так должен был закончиться это день, совсем не так! Устало потираю лицо, и думаю, что же делать дальше?

– Брат, ты, конечно, прости меня, дурака, но это так запланировано?– неожиданно спрашивает подошедший Люк.

Гневно смотрю на друга, который подарил ту злопамятную книгу. Сознаюсь, было интересно, что же там пишут. Одним из пунктов к примирению был разговор по душам. Нужно было просто пообщаться в приятной обстановке, узнать давние желания девушки и по возможности их осуществить. Казалось, все просто. Чтобы Милене было спокойнее, остались у неё на работе. Артем привез отличные блюда из ресторана. Мы даже поели спокойно! А потом все полетело к чертям.

После её слов о договоре, и сокращении срока во мне что-то щелкнуло и понесло. Почему она вообще об этом подумала? Были у нас трудности, но не настолько же!

Нехотя вспомнил слова Люка, про возможный переезд Милы на работу или отдельную квартиру, и понял, что действительно, все было не очень хорошо. Я бы сказал на грани.

– Борис, так что произошло? Почему ты привез девушку без сознания, а через десять минут она тебя проклинает на весь дом, да еще и заперлась?

– Это важно?

– Мне просто интересно, что ты такое сказал, что она так зла? Я уже немало её знаю, и знаешь, у неё ангельское терпение! А тут…– не унимался Люк, а я злился сам на себя. Возможно, стоило промолчать и обдумать её вопрос, но все уже в прошлом. Сказанного не вернуть. Остается только исправить.

– Я сказал правду, она никуда из этого дома никогда не уйдет!– от таких слов брат даже завис. А через пару секунд смотрел на меня, как на идиота.

– Борис, ты умный мужик, но почему рядом с ней становишься идиотом?

– Ты меня спрашиваешь?– прорычал, и опять постучал в дверь. Ничего не ответили, но очередная вещь прилетела в дверь и разбилась.

– Знаешь, на её месте, я бы все эти вазы обрушил на твою голову, может тогда мозги заработают.

– Люк, иди ты… в общем, куда шёл туда и иди!– послал его, а сам как последний пацан уселся у двери.

Друг покачал головой и удалился. Охрану я тоже отпустил, нечего им следить за нашими разборками. Хотя, весь дом и так в курсе.

В эту ночь я впервые спал один в нашей постели. Милена так и не вышла из комнаты. Она наоборот, закрыла все двери, и теперь было слышно, как она тихонько плачет. Была идея снести к чертям дверь и войти, но тут же её оттолкнул. Мила должна побыть одна и просто принять мои слова. Не отпущу, это я понял давно, теперь осталось, чтобы и она это поняла.

Сон не шел, все время ворочался, поглядывал на дверь в надежде, что жена вернется, но чуда не случилось. Малышка перестала плакать лишь к двум часа, а потом тишина. Ничего, пусть выспится, я же решил взять отпуск на недельку и посвятить это время семье. Вернее, её не распаду.

Вот оттает, слетаем в Рим или Париж. Если пожелает, может и в Эмираты махнуть, поваляться на белых пляжах. Момент с детьми я тоже не забыл. Еще с вечера позвонил врачу и попросил дать всю нужную информацию по этому моменту. Все же, Милена только вылечилась, мало ли, ей нельзя еще. Рисковать её здоровьем никогда не стану.

Если врачи скажут, что пока нельзя, пусть пушистое чудо радует хозяйку. Этот комок шерсти я тоже привез, но он пока был у охранников, так как хозяйка заперлась и никого видеть не желает.

Проснулся, когда солнце только начало вставать. Сразу прислушался к звукам в соседней комнате, тишина. Не удивлюсь, если Милена проспит до обеда. Не удержался, и, взяв телефон, запустил просмотр камеры. Я единственный, кто мог наблюдать за своей женой в её комнате.

Спит на диванчике, обняв подушку и закутавшись в покрывало. Она выглядела такой хрупкой и ранимой, что я чуть не кинулся к ней. Но в последнюю секунду сдержался. Вчера уже вспылил, теперь учимся на ошибках.

Переоделся в джинсы и белую футболку и вышел из комнаты. Пока Мила спит, можно решить несколько вопросов.

Люк, как и Артем, сидели уже на кухне, и тут же поднялись, когда я вошел. По моему хмурому лицу, кажется, догадались, что все пока не очень хорошо.

– Сэр, будут какие-то указания?– начал помощник, доставая планшет. Я же сел за стол, который уже был сервирован.

– Я хочу отдохнуть несколько дней. Моими делами в компаниях займется Люк.

– Хорошо, еще что-то?

– Что там с Льюисом? Этот немец еще не успокоился?– своего соперника я знал, и все его проделки тоже. Мне даже хотелось сказать ему большое спасибо, так как благодаря его выходкам я смог показать себя во всей красе. А еще этот немец умело убирал других кандидатов, обеспечивая им шикарные проблемы, и помогая мне не делать эту работу.

– Как ни странно, он притих, но думаю, это затишье перед бурей. В любом случае, ударить по вашей жене он пока не сможет, ведь она…– и тут его взгляд поднимается к потолку. Это да, Мила если и покинет дом, то только в моем присутствии. А рядом со мной ей точно ничего не угрожает.

Тут Люк усмехнулся, и покачал головой.

– Мне кажется, наша девочка сама тут всех поубивает скоро, так что немцу ничего делать не придется. А что, может это такой план?

– Не преувеличивай, у нас просто ссора. Вот увидишь, уже в обед мы будем сидеть за этим столом все вместе!

В своих словах я был уверен на все сто, поэтому удивился, когда в два часа Милена так и не спустилась. Я даже Сашу отправил к ней, чтобы не злить своим присутствием, но она не пришла.

– Александр, что она сказала? Может, хочет поесть у себя?– спрашиваю парня, который выглядит хмуро.

– Нет, она вообще ничего не сказала. Я стучал, звал, а там тишина. Простите, но она точно в комнате?– вопрос мне не понравился.

Тут же схватил телефон и зашел в нужную программу, чтобы просмотреть видео с камеры. Милена все так же лежала на диване и спала.

– Странно, она еще спит,– ответил хмуро. Что-то в картинке мне не нравилось.

– Что не так?– вмешался Люк, подходя со спины.

– Не знаю. Кажется все на месте. Но вот что странно. Утром, когда я смотрел что да как, картинка была такой же,– точно, вот что мне не нравилось. Как долго можно лежать в одном положении?

– Что-то не так,– произнес, вскакивая со стула, и быстрым шагом направился к комнате.

Три минуты и я у цели. Стучу. Молчание. Стучу сильнее, дверь ходит ходуном, и опять тишина. Смотрю опять видео, и одновременно колочу в дверь. Шум стоит знатный, и тут хоть вздрогнуть должна, но нет. Лежит так же не подвижно.

Люк взволнованно смотрит на меня. Кажется, и он понял, что у нас проблемы.

Дверь снес с одного удара ноги. Малышка даже не дернулась, когда дверь упала около дивана, на котором она спала. Осмотрел комнату, полнейший погром. У порога куча осколков, но я не обращаю на это внимания, а подбегаю к девушке.

– Мила!– закричал, садясь рядом с ней на пол. Лежит, дышит, но не двигается.

Стаскиваю покрывало и ощущаю жар, а так же замечаю, что одежда на девушке мокрая. Прикладываю ладонь к бледному личику, и ругаюсь. Милена не просто горела, она пылала!

– Врача, срочно!– отдаю приказ, а потом пытаюсь растормошить малышку.

– Родная, ну же, открой глаза! – прошу, садясь рядышком на постель, и пытаясь приподнять её.

Облегченно вздыхаю, когда слышу её недовольное мычание.

– Гроооооооооомов, уходииииииии,– бормочет, и начинает вяло, но двигаться. Севший голос мне очень не нравится. Видно, это из-за вчерашней истерики. Посадила, пока кричала.

– Милена, где и что болит? – задаю вопросы, и пугаюсь того, что я не знаю, как помочь. Ран нет, цела, но почему она такая горячая?

Тут из ванной выбегает Люк с мокрым полотенцем и передает его мне. Тут же прикладываю холодную ткань, и малышка довольно улыбается.

– Мила, скажи, где болит, чем помочь?– не унимаюсь, замечаю, как её сознание уплывает.– Мила, Мила, будь со мной. Открой глазки. Посмотри на меня. Что болит?

– Какая тебе разница!– отвечает гневно и начинает кашлять.

– Борис Викторович, она вчера промокла под дождем. Насколько знаю, на работе лекарства не пила, а потом дома…– быстро произносит Александр, с волнением поглядывая на слабую девушку.

– Понятно,– прорычал, а потом прижал малышку к груди. Ворчит, вырывается, но я не могу разжать объятья, ведь ей плохо из-за меня. Не поругайся мы, все могло быть не так плохо.

– Скорее врача, и еще полотенец. Надо хоть на немного сбить температуру. Можно и лекарства, но я не знаю, что ей можно после лечения,– Милена опять уснула или отключилась, а я так и не выпустил её из рук.

Хотел отпуск рядом с дорогой мне девушкой, получай! Правда тут есть один плюс, теперь Милена от меня точно не убежит, у неё просто нет сил. А еще нас связала именно её первая болезнь, глядишь, и тут все наладится.

А возможно, нам дано это время, чтобы все осмыслить. Но вот смотря на своего ангела, я понимаю, что нет сил отпустить ее. Мне Милена нравится даже когда она в гневе. Дерзкая, разъяренная, с пылающими глазами и сильными кулачками – мой дикий чертенок. Вчера я оценил её старания в спортзале и занятия по самообороне. Хорошо, что до пистолета она вчера не добралась, а то бы точно устроила дома пальбу. А зная её достижения в этой области, могу утверждать точно, ходить мне с простреленной частью тела.

Охрана с Артемом ушла встречать врача, Люк опять мочил полотенца, я же наклонился к малышке и тихо прошептал.

– У нас все получится, родная, вот увидишь. Я буду тебя обнимать всю жизнь, и ты сама не захочешь уходить, даю тебе слово, Громова!