Близнецы 2. Секретный ключ

Глава 6. Новый учитель

Аня

Сергей Викторович с кем-то увлеченно разговаривал, прямо перед дверью моего следующего предмета. Я надеялась воспользоваться этим моментом и незаметно прошмыгнуть в класс, но не тут-то было: заметили меня ещё на подходе, так что даже скрыться не было возможности.

– Вот ты где. – остановил меня преподаватель. – Аня, познакомься, это твой новый учитель, Иван Васильевич.

Незнакомец, который только что вел беседу с отцом Макса обернулся, и я с легкостью смогла его рассмотреть.

Это был высокий молодой мужчина со светлыми волосами и очень грозным видом. Хотя нет, скорее холодным, чем грозным. Но и этого вполне хватало, чтобы навести ужас на человека. Одежда была, как говорят, богатая. К слову, этот факт мне почему-то сразу не понравился.

– Здравствуйте. – неуверенно произнесла я и с надеждой посмотрела на Сергея Викторовича. Может всё-таки не надо?

– Значит, ты у нас и есть бесконтрольная. – произнес Иван Васильевич.

А вот сейчас обидно было. Что это ещё за "бесконтрольная"? По-человечески никак нельзя было сказать? Голос у него, кстати, был такой же ледяной, как и внешность.

Я медленно кивнула, скрывая своё недовольство. Отлично, познакомились, может на этом и разойдемся? Я постаралась деть куда-нибудь свой взгляд и наткнулась на Андрея, только-только подошедшего к нам. И как я его раньше не увидела?

– Аня, зайди потом ко мне в кабинет. – произнёс он, после чего они с Иваном Васильевичем обменялись ледяными взглядами и разошлись. Я сглотнула. На секунду померещилось, что оказалась между молотом и наковальней.

Тем временем прозвенел звонок, означающий начало нового урока, и я моментально заскочила в класс, дабы скрыться от пока ещё не ясного мне Ивана Васильевича. Правда весь этот час я так и не смогла сосредоточиться на предмете. В голову то и дело лезли мысли о "новом учителе".

Отвлек меня очередной звук – урок закончился. Мне, как замещающей старосту, велели отнести журнал в учительскую, откуда я уже и направилась в кабинет Андрея.

– Я совершенно не одобряю то, что с тобой будет заниматься Айван, но сделать ничего не могу. – скрестив руки на груди, произнёс отец Егора.

Ага, значит, всё-таки Айван. Где же я уже слышала это имя? Как зашевелились шестеренки в моей голове, наверное, было слышно даже Андрею. Точно! Мама ведь писала о нём, да и в чёрной тетрадке был пункт. Предводитель клана "Первых". Вот так встреча! И это он меня учить будет? Да ладно! Но вот приятный энтузиазм моментально улетучился, задавленный насущными проблемами.

– Зачем мне вообще нужно с ним заниматься? Со мной что-то не так?

Навряд ли бы это всё происходило, если бы со мной всё было в порядке. И если в данной ситуации я прямо-таки явно не накосячила, то дело было во мне самой, а не в действиях, правильно?

– С тобой всё нормально. – Андрей подошёл ближе и положил руку на моё плечо. – Просто у тебя не до конца получается контролировать свои возможности. В этом нет ничего страшного. Поняла?

– Поняла… – всё ещё расстроенно произнесла я. Слова делу не помогут и проблему мою не решат.

Я вздохнула. Не нравилась мне данная ситуация, ой, как не нравилась. Задумавшись об этом, я не сразу заметила, что вокруг нас появился небольшой полупрозрачный барьер. Помнится, такой же Егор создавал, когда мы с ним занимались. Но сейчас-то он для чего понадобился?

– Аня, послушай, пожалуйста, что я тебе сейчас скажу. – очень серьезно произнёс Андрей, положив руки мне на плечи, глаза смотрели прямо в мои. – Айван не так прост, как кажется, и к тебе у него есть личные интересы, раз он сам взялся тебя учить. Будь с ним максимально осторожной и сдержанной, поняла? Я или Егор не всегда можем быть рядом, поэтому боюсь, что тебе самой придётся справляться с проблемой, если что-то случится.

– Личные интересы? – повторила я. Голос мой почему-то сел.

– Айван ничего не делает просто так и вообще старается не появляться на совете.

Сердце моё забилось чаще. Значит, мои предчувствия меня не обманули? И Айван взаправду настолько хорошо мог скрывать свою истину?

Но что же мне делать, если теперь он был моим учителем и общения с ним мне никак не избежать? Да и вообще с чего вдруг самому предводителю "Первых" интересоваться обычной ученицей?

– Что ему может быть от меня нужно? – произнесла я в продолжение своих мыслей.

– Всё что угодно. Но прошу, будь осторожна, ладно? Знаю, ты сильная, но я всё ещё очень волнуюсь за тебя.

Я кивнула. Раз даже папа предупредил о возможной опасности, то таковая точно имела место быть.

– Пообещай мне. – попросил Андрей.

– Я обещаю, что буду настороже с Айваном.

Едва я закончила свою фразу, он махнул рукой, и барьер исчез так же неожиданно, как и появился. Мельком посмотрела на время. Вот-вот начнётся следующий урок и как раз с Иваном Васильевичем.

– Тогда я пойду. – голос по какой-то неведомой причине продолжал звучать тише, чем я рассчитывала. – Спасибо.

– Хорошо, и помни о своём обещании.

Я кивнула и вышла. Моя голова помимо мыслей о "новом учителе", теперь была забита ещё и разговором с Андреем, а точнее его предупреждением, которое как в замкнутом круге возвращало к первому пункту.

Айван встретил меня прямо у кабинета, даже искать не пришлось. Я ещё раз поздоровалась, ожидая его наставлений.

– Раз ты всё же явилась, приступим к занятию. – без эмоционально проговорил он. – Иди за мной.

Не дожидаясь моей реакции, Иван Васильевич спустился вниз по лестнице и направился к спортзалу, который очень некстати оказался свободным. А ведь я уже понадеялась, что занятие просто пропадёт, эх…

– Значит, ты у нас не совсем обычный случай. – произнёс Айван, придирчиво осмотрев с ног до головы. То есть я уже даже не человек? Ой, что-то меня сегодня на сарказм потянуло… К счастью, я успешно промолчала. Держать язык за зубами меня учить не нужно было.

– В каком смысле? – быть умным, значит вовремя притвориться тупым. В конце концов мне нужна проверенная информация, чтобы рассчитывать свои дальнейшие ходы.

– Твоя энергия, как мне передали, имеет большой потенциал, что вызвало так называемый антиконтроль. Так как это моя основная специализация, мне необходимо убедиться, являешься ты Гибридом или нет, а уже потом решать, что с тобой делать.

А вот на этом моменте мне почему-то стало уже совсем не по себе. Что там мама писала? От Гибридов старались избавляться?

– В любом случае, мне сначала нужно проверить твой уровень. – продолжил Айван.

– Уровень? – задумавшись о своём, я упустила смысл его предложения и повторила последнее, что услышала.

– Уровень силы. – любезно повторил Иван Васильевич. Хотя с такой-то интонацией в голосе его сложно было назвать таковым.

– И как Вы собираетесь это сделать?

– С помощью медитации.

О, какой-то новый метод. Я знала, что с помощью такого способа можно было сосредоточится, абстрагироваться от внешнего мира и поднять тот самый уровень, о котором шла речь, но, чтобы его проверить – впервые слышу.

Ладно, выдвинула небольшой гимнастический мат на середину зала, удобно села, закрыла глаза – всё как говорил учитель. Сам он остался стоять напротив.

– Создай в руках контролируемый сгусток энергии. – скомандовал он всё таким же ледяным тоном, не повышая голоса.

Сделала. На ладонях появилось привычное покалывание.

– Медленно продолжай добавлять в него силы, не увеличивая в размере, пока я тебя не остановлю. – услышала далее.

Всё выполнила: шар, если эту форму можно было так назвать, стал в разы ярче, продолжая оставаться в пределах моих ладоней, чуть громче затрещали молнии.

– Продолжай. – голос Айвана стал хуже различим за шумом, но не критично.

Сгусток энергии уже приобрёл реальные очертания и начал слепить глаза, почти достигнув пика. По ладоням, заменяя покалывание, пошло приятное тепло. Шар дрогнул, по телу разнеслось напряжение, усиливать его, так же, как и удерживать в одной форме, стало сложнее, но Айван не спешил меня останавливать.

Неужели ему этого мало? И так уже предел. Ладно, продолжим. Руки немного начали дрожать, то и дело вспыхивали, выбивающиеся из общего потока молнии, которые были заметны даже с закрытыми глазами.

– Стоп. – скомандовал Айван. Я прекратила и открыла глаза. – Я вижу твой потенциал, но что-то сдерживает его… – он ещё раз внимательно меня осмотрел. – Что у тебя на шее?

Я немного озадаченно показала свой кулон.

– Снимай. – не сказал, приказал он. Я ноль реакции. – Снимай, я тебе говорю. Это для тренировки.

Я абсолютно не хотела выполнять его указание, да и зачем ему понадобилось украшение? Строгий взгляд упорно продолжал сверлить во мне дыру. Пришлось сдаться. По-прежнему с сомнением я положила кулон в раскрытую ладонь Ивана Васильевича.

– Не смотри на меня так. После занятия верну. А теперь всё то же с самого начала, поняла? – уточнил он. Я с готовностью кивнула. – Отлично, начинай.

Вдох, выдох, сосредоточилась, закрыла глаза. В руках зажегся огонёк, продолжавший наполняться всё большим количеством молний. В этот раз они не так сильно кололи руки, но стало заметно теплее. За такое же время я достигла предыдущего предела и вдруг перестала что-либо чувствовать. От неожиданности невольно открыла глаза и замерла: в руках готова была появиться сверхновая, при том не имеющая определенной формы. И, что самое ужасное, я этот процесс уже не контролировала.

Иван Васильевич, к счастью, среагировал быстрее: он моментально оказался около меня, и на руке тут же щёлкнул браслет. Я даже испугаться ещё не успела, как вдруг всё погасло и стихло.

– Ага, то есть контролировать ты её никак не умеешь. Замечательно. – послышался над головой голос Айвана.

Не очень поняла, что в этом замечательного, но через время до моего мозга всё же дошло, что говорил он это с сарказмом.

На удивление, больше колкостей в мой адрес не последовало, наоборот, он помог мне подняться и принять устойчивое положение.

– Руку давай. – коротко, как приказ. Честно, начинаю чувствовать себя на учениях в армии. Ещё не до конца отойдя от произошедшего, замешкалась, но тут же поспешно протянула ту, на которой блестел браслет.

– Что это такое? – осмелилась спросить я.

– Блокировка. – Иван Васильевич коснулся его поверхности рукой и тот с лёгким щелчком открылся.

Других объяснений не последовало, так же, как и вопросов с моей стороны. Про блокировки я уже успела прочитать в книге.

– И кулон не забудь. – напомнил учитель. Перед глазами, словно маятник, закачался лунный камень на длинном шнуре. – Это какая никакая, но твоя защита.

Я без лишних слов забрала назад свою вещь и сразу же надела.

– Сегодня можешь отдохнуть.

– А потом? – как-то само вылетело в продолжение его фразы.

– А со следующего урока начнутся серьёзные, полноценные занятия.

На тот момент я не совсем понимала, радоваться этому или нет, но подсознание само решило: раз убивать не собираются – уже замечательно.

Пока я старательно приходила в себя, Иван Васильевич забрал со скамьи свою папку, предупредил, что все дальнейшие занятия будут проходить здесь и удалился, а я осталась одна в спортивном зале.

Егор

– То есть ты хочешь сказать, он просто испарился? – Аня посмотрела на меня максимально скептическим взглядом.

Как только урок закончился я поспешил найти сестру и обсудить очень важный для нас обоих вопрос, а именно – внезапное исчезновение папы. Если бы не пара нестыковок, я бы и вовсе не обратил на это внимания, он часто уезжает куда-то по делам и, если это срочно, может не сообщать о подобном мне, но сейчас был другой случай.

– Не совсем, но… Я честно не знаю. – вздохнул. – Кирилл уверенно говорит, что папа в командировке, но на остальные вопросы молчит, Сергей Викторович не в курсе, что уже немного настораживает… – я всё же решил уточнить. – Ты тоже ничего не знаешь, да?

– Откуда, позволь спросить?

– Мало ли, вдруг ты что-то слышала или папа с тобой о чем-то разговаривал.

Мимо промчался кто-то из младших классов, едва не сбив меня с ног. К слову, в коридорах стало уже довольно шумно.

– Андрей со мной говорил только по поводу занятий и ни о чём больше. – заверила сестра. – Так что, если с ним что-то и произошло, знать об этом может только Кирилл.

– Да, я тоже об этом думал, но дядя молчит. – я вздохнул.

– В конце концов, рано или поздно мы узнаем о случившемся, как и всегда. – задумчиво произнесла Аня. Мы уже дошли до её любимого места в школе.

– С этим соглашусь. – я приобнял её за плечо. – Ты чего такая нагруженная в последнее время?

– Да так. Айван из головы не уходит.

– Айван? – удивлённо переспросил я. Чего это сестра о нём думает? Он же вроде один из предводителей "Первых". – Зачем он тебе?

– Лучше спросить зачем ему я. – она снова вздохнула и упёрлась руками на подоконник. – Эти его фразы невпопад во время тренировок сведут меня с ума.

– Тренировок? – вот теперь я вообще ничего не понимал.

– А, ты, наверное, не в курсе. – догадалась Аня, оглянувшись. – Этот мой новый учитель, Иван Васильевич, он же – Айван. Тебе Андрей не сказал, да?

Я отрицательно помотал головой. Вот это поворот! Предводитель "Первых", да ещё и в нашей школе! Вау. Аж слов нет. А поводы для беспокойства есть.

– Тогда что там у тебя происходит? Есть какие-то проблемы?

– Да не то чтобы… – она снова вздохнула. – Просто с ним нужно быть невероятно осторожной. Приходится вечно держать ситуацию перед глазами, а то мало ли, что ему в голову придёт, может прям на тренировке прибить меня решит.

– Прибить? Он тебе что, угрожал?

– Нет, пока что нет. Но судя по записям мамы, очень даже может. И не только угрожать.

– О, ты наконец- то начала их читать. – довольно произнёс я. – И что в них было?

Сестра вздохнула и коротко поведала про Гибридов и антиконтроль. Если рассуждать подобным образом, то Аня и вправду очень рисковала, занимаясь с ним. Ещё и папа не вовремя куда-то "уехал".

– Так, ладно. А с какой даты у тебя начинается блокнот? – уточнил я.

– Не смотрела. Может зайдёшь, вместе почитаем? У нас сейчас как раз перерыв между уроками.

– Я не против. Идём.

Сестра быстро провела меня к двери и, отперев её, пустила внутрь. Почему-то оказавшись здесь мне стало некомфортно, будто что-то было не так, но что именно я понять пока не мог. Аня тем временем прошла к своему тайнику, достала один из блокнотов мамы и протянула его мне.

Расположившись на кровати сестры, я открыл дневник на первой странице и прочитал дату. 14.01.2002.

– Ага. Значит у тебя вторая часть.

– А у тебя с какого числа начинается? – поинтересовалась Аня, заглядывая в блокнот через моё плечо.

– С шестнадцатого марта двухтысячного года.

– Ого. – выдохнула она. – Ты уже много прочитал?

– Не особо, если честно. Но всё впереди!

– Я, кстати говоря, только выборочно пару записей брала, не с самого начала. – призналась Аня. – Так что первая дата и для меня загадка. Пока что.

Я кивнул и перевёл свой взгляд на текст.

```После смерти Геннадия Волкова, клан раскололся на две части: те, кто поддерживали старую политику ("Первые-старые") и те, кто был против ("Первые-новые"). – Я понял, что речь идёт о нашем дедушке. – Как и ожидалось, "новых" оказалось больше, но только не среди предводителей. Мы понимали, что если сейчас упустим, то клан превратится в абы что.

"Новые" стали активно заниматься наукой, "глядя только вперёд, в будущее", как говорил зачинщик всего этого бунта Азриан.

Однако, прикрываясь таким приятным и обманчивым слоганом, действовали они часто незаконно относительно правил клана. Прикрывал всё это, конечно же, Азриан. Являясь одним из предводителей, ему многое прощали.

Пару раз я случайно застала разговоры об опытах на людях, обладающих энергиями, но самих действий не видела.

Если раньше я могла поговорить об этом с Геннадием, то теперь, когда его не стало, я выговариваю все свои догадки блокноту, в котором сейчас пишу.

Для клана "Первых" наступили тяжёлый времена после такой огромной потери. Не представляю, что чувствуют Андрей и Кирилл после смерти их отца, ведь он всегда был очень близок, но строг.

Что-то отвлеклась…

"Старые" клана по-прежнему составляли большую часть власти, так что Азриану и Лике не удалось перестроить всё под себя, и это радует. Неизвестно, что бы стало с нашими правилами и жизнью с таким радикальным правителем. Скорее всего мы бы ничем не отличались от Темных с их первоначальной жестокостью.

Немного странно думать о том, что будет в будущем, когда даже не можешь предугадать, что произойдёт через секунду, но я верю в лучшее.```

На этом запись заканчивалась. Я перевел глаза на Аню. Хмурилась. Интересно, что пришло ей в голову?

– О чём думаешь? – решил уточнить я.

– Странная запись. – задумчиво произнесла она. – Вроде всё ясно и лаконично, но мама будто не раскрывает тему до конца. Она знает что-то ещё. Я практически в этом уверена.

– С чего ты так решила?

– Да про те же опыты, что она указала. Карина ведь могла раскрыть их более подробно, указать детали дела, а она наверняка уже начала вести расследование, хотя… Возможно я просто неправильно представляю её характер.

Глядя на её заинтересованность делом, задумчивый и точный взгляд, уместные рассуждения, я словно почувствовал, что узнал маму поближе. Папа всегда говорил, что она была активисткой и тем ещё детективом, не могла усидеть, не узнав правду и не раскрыв преступления.

– Ты всё правильно представляешь. – заверил я сестру. – Сама ведь вела бы себя точно так же.

– Возможно ты прав… – после нескольких секунд раздумий произнесла Аня. – Но наверняка знать мы всё равно не можем. Ладно, скоро урок начнётся, пора собираться.

Она встала с кровати, прибрала блокнот обратно в тайное место и начала собирать сумку.

– Окей. Увидимся позже. – я махнул ей рукой и вышел за дверь.

Аня

Так, с непрекращающейся нагрузкой на учёбе и в кружке незаметно подобрались и зима с ежегодными соревнованиями.

Десятые классы, по традиции были капитанами команд, а одиннадцатые – организаторами. Никогда, даже под угрозой смерти, я бы не пошла в командиры. Не моё это, не моё. Всё что угодно, только не командовать людьми.

Собственно, из нашей компании капитанами никто и не был. Ну, и хорошо, мороки меньше. Вот только моё везение на этом закончилось, так как в команду я попала, где командиром оказался, мой дорогой, любимый одноклассник Стукин.

Тяжело вздохнув, я встала рядом с ним, и молча дожидалась своей участи, потому как спокойно этот замечательный факт он точно не оставит, в чём я была уверена на сто процентов.

К слову, цвет команды был жёлтый. Единственное, меня порадовало, в ней же чуть погодя появилась и Альбина, моё спасение.

Егор и Макс, как и в прошлый раз, оказались в одной, но другой команде, а вот цветом остались тем же – красным.

После распределения мы разошлись по кабинетам, где вскоре выбрали и название – Молния. Всех ребят отпустили.

Я уже успела обрадоваться, что Стукин оставит меня в покое, но не тут-то было:

– Березова, Краснова, задержитесь.

Из его уст фамилия Альбины, так же, как и моя прозвучали странно слащаво. Я медленно развернулась у нему лицом:

– Что ещё, Паша?

– Не хотела меня слушаться, а теперь придется. – с тупой улыбкой протянул он. – Посмотрим, если хорошо будешь выполнять мои команды, то может и заслужишь моё расположение.

– Стукин, команды я твои буду выполнять только касательно соревнований, о каких других даже думать забудь. В ножки кланяться тебе уж точно не собираюсь, так что увидимся на тренировке. Пока.