ПОСЛЕДНИЙ ЗВОНОК. CALL ЦЕНТР

Катушки медленно перестали вращаться.

Он посмотрел на часы.

19:14.

До 03:33 оставалось чуть больше восьми часов.

— С этого момента, — сказал он, — мы больше не ждём.

Мы начинаем искать первыми.

Он подошёл к большой магнитной доске на стене.

До этого Артём не обращал на неё внимания.

Теперь Орлов снял с неё защитную ткань.

Под ней оказалась карта Германии.

Вся усыпанная разноцветными отметками.

Красные, Жёлтые, Белые.

И только одна…чёрная.

Она медленно пульсировала маленьким светодиодом.

И находилась прямо там…где стояло здание «Омеги».

Орлов долго смотрел на карту.

В кабинете никто не произнёс ни слова.

Красные отметки были разбросаны по всей Германии.

Жёлтые тянулись вдоль старых линий связи.

Белые почти полностью исчезали в южных районах.

И только одна точка медленно пульсировала чёрным.

Она находилась точно под зданием «Омеги».

— Что означают цвета? — наконец спросил Артём.

Орлов взял со стола тонкую деревянную указку.

— Красные — подтверждённые инциденты.

Он коснулся нескольких точек.

— Жёлтые — неподтверждённые сообщения.

— Белые?

— Закрытые дела.

— А чёрная?

Орлов не ответил сразу.

Он смотрел на неё так, будто видел впервые.

— Мы надеялись, что она никогда больше не загорится.

Марина подошла ближе.

— Последний раз…

Две тысячи шестнадцатый?

— Да.

— Тогда тоже пропал человек?

Орлов медленно покачал головой.

— Нет.

— Тогда что?

— Тогда исчезло место.

Артём поднял голову.

— Что значит — место?

— Дом.

Обычный жилой дом.

Утром он стоял на своей улице.

Вечером… его не было.

— Снесли?

— За одну ночь?

— Взрыв?

— Ни обломков.

Ни следов пожара.

Ни строительной техники.

Просто пустой участок земли.

Кирилл нервно усмехнулся.

— Звучит как городская легенда.

Орлов молча подошёл к шкафу.

Достал тонкую папку.

Положил её перед Кириллом.

Внутри лежали спутниковые фотографии.

Первая — жилой квартал.

Вторая, сделанная через сутки, — идеально ровный пустырь.

Без следов разрушения.

Будто дома никогда не существовало.

Кирилл перестал улыбаться.

— Люди?

Орлов закрыл папку.

— Двадцать семь человек.

— Нашли?

— Нет.

— Их хотя бы искали?

— Искали.

Но через неделю почти все свидетели начали утверждать, что дома там никогда не было.

В комнате стало тихо.

Артём почувствовал знакомое ощущение.

Так бывало во время расследований, когда показания десятков людей внезапно переставали совпадать.

Только тогда это объяснялось ложью.

Сейчас… он уже не был в этом уверен.

— Нам нужны факты, — сказал Артём.

Орлов посмотрел на него с одобрением.

— Наконец-то.

— Мы знаем, где пропала Ева.

Мы знаем примерное время.

Значит, начинаем с обычного расследования.

Камеры.

Парковка.

Маршрут.

Следы.

Пока нет доказательств обратного, считаем произошедшее преступлением.

Марина впервые за вечер улыбнулась.

— Мне нравится этот план.

Он очень человеческий.

Орлов взял со стола ключи.

— Тогда работаем как люди.

Парковка встретила их холодным вечерним воздухом.

Дождь почти закончился.

Асфальт блестел в свете фонарей.

Машина Евы стояла на прежнем месте.

Водительская дверь была приоткрыта.

Внутри действительно лежали ключи.

Телефон.

Сумка.

На пассажирском сиденье — недочитанная книга.

— Никто ничего не трогал? — спросил Артём.

Кирилл покачал головой.

— Только оцепили место.

Артём надел тонкие перчатки.

Привычное движение.

Такое же, как много лет назад на местах преступлений.

Он внимательно осмотрел салон.

Никакой борьбы.

Никакой спешки. На коврике лежал кассовый чек из кофейни.