А еще был случай… Удивительные истории из моей жизни. Рассказы

Невероятный улов, или что можно поймать на червя

Скорее всего вы мне не поверите, если я скажу, что у меня не было каких-то невероятных случаев на рыбалке.

И будете правы!

Ну что ты за рассказчик такой, если у тебя не нашлось байки про рыбалку?

Я бы выделил по степени важности три самые «слушабельные» темы для теплой компании. Первая – это веселые похождения под градусом. Вторая – приключения с противоположным полом. Третья – как я поймал вооооот такую рыбину! Ну а если расскажешь историю, приключившуюся под градусом на рыбалке с представительницей слабой половины -аплодисменты!

Боюсь вас разочаровать, но последняя рыбалка была у меня в школьные годы, когда женщины и алкоголь не просматривались даже на горизонте.

И все же мне есть, чем вас заинтересовать!

Мы все удили понемногу: чего-нибудь и как-нибудь…

В советское время вопрос рыбачить или нет не стоял от слова «в принципе»! На выходных и в отпуске, на речке, озере или море, зимой или летом, молодые, старые и иного возраста трудящиеся СССР при первой же возможности нацепляли на крючок червяка или предварительно смоченный слюной шарик хлеба, забрасывали их подальше от берега и часами не сводили взгляд с застывшего в покое поплавка.

В подавляющем большинстве случаев на этом, собственно, рыбалка и заканчивалась. Редкой удачей было поймать несколько карасей, красноперок или плотвушек!

Да это и не было важно!

Сам процесс, природа и хорошая компания с лихвой компенсировали такую мелочь, как отсутствие самой выловленной в итоге рыбы!

На этом катере «Прогресс» мы с папой ходили на рыбалку. Фото из семейного архива Федоренковых

Я был не исключением и с ранних лет вместе с друзьями по утрам ходил ловить всякую мелочь в грязных прудах, искусственно созданных в наших степях.

Это был своеобразный ритуал, обряд приобщения к мужским ценностям и сама рыба не являлась самоцелью.

Мне повезло и у меня был хороший наставник. У него было удивительное имя – Иван Иванович Иванов!

И, главное, редкое!

Член экипажа моего отца, стрелок-радист, он был до мозга костей рыбаком и настоящим профи!

Собственно, с ним мы ловили рыбу всего несколько раз, но эти уроки я запомнил на всю жизнь!

Он заезжал за мной, пятнадцатилетним подростком, на своем стареньком мотоцикле «Урал», и мы мчались по пыльным степным дорогам к Волге или ее притокам, надували резиновую лодку и начиналось великое таинство!

Это была настоящая рыбалка, совершенно не похожая на то, чем занималось большинство сидящих на берегу дилетантов. Заранее приготовленные снасти, дождевые черви и опарыши, профессиональные сачки, удилища и спиннинги, наборы крючков, поплавков, блесен и грузил вызывали у меня тихий восторг! Результат был всегда один и тот же – несколько ведер отличной рыбы.

Однажды на Волге мы долго и безуспешно плавали в надежде найти местечко с хорошим клевом.

Вдруг недалеко от нас вода как будто закипела, и над ней начали кружить чайки. Они резко падали в воду и тут же взлетали с небольшими рыбками в клюве. «Это хищники оглушают хвостом малек, он всплывает и становится их легкой добычей», – объяснил Иван Иванович.

Мы сразу направили лодку к этому месту.

Мой наставник, используя спиннинг, начал забрасывать блесны в сторону кипящей воды. Он не ошибся, на крючках мы вытаскивали отличных окуней, стерлядок и жерехов.

Но вдруг леска натянулась до предела, и мой наставник с трудом удерживал спиннинг в руках. Подтянув добычу ближе к лодке, мы увидели огромную щуку. Думаю, она была метра полтора в длину! Хищник упорно сопротивлялся, отчаянно бил хвостом, упруго изгибался! Я не верил, что нам удастся затащить монстра в маленькую резиновую лодку, не перевернув ее! Но Иван Иванович все же изловчился и втащил щуку в лодку.

Мне казалось, что вот-вот мы пойдем ко дну благодаря нашей буйной добыче.

Тогда Иван Иванович прижал рыбину ко дну лодки и после нелегкого единоборства сломал щуке хребет! Это была единственная возможность успокоить хищника!

Три ведра окуней, стерляди и жерехов были достойной наградой за наши труды. И, конечно, вишенкой на торте была огромная щука!

Эту рыбалку я запомнил на всю жизнь, также как и вкуснейшую уху, которую сварили прямо на берегу!

Удачный улов на червя… но не рыбы!

В те благословенные 70-е годы большие санатории и дома отдыха в основном располагались на Черноморском побережье, в Подмосковье и в пригороде Ленинграда. Профилакторий для военнослужащих нашего городка представлял собой несколько больших палаток с металлическими кроватями и крытый брезентом пищеблок на несколько столиков. Еду привозили три раза в день на армейском грузовике. Находилась вся эта красота в дубовой роще на берегу небольшой, но очень живописной речки Сазанка в окрестностях моего родного Энгельса. Я очень любил этот профилакторий. И всегда искренне радовался тем нескольким дням, которые мы с папой могли там провести.

Почему с папой?

Потому, что эта турбаза была приспособлена только для мужской части нашего городка, женская половина могла присутствовать там только днем.

Однажды там со мной произошел невероятный случай.

В первый же вечер нашего пребывания на турбазе я отправился на речку половить рыбу.

Я насадил дождевого червя на крючок, забросил в воду и приготовился испытать наслаждение от процесса. Но наслаждение не наступало по очень простой причине – абсолютно отсутствовал клев. Ни смена наживки, ни попытки изменить глубину погружения крючка, ни смена местоположения не изменили ситуацию! Поплавок демонстрировал полную импотенцию, безжизненно застыв на поверхности воды.

Начало смеркаться и я практически смирился с тем, что вернусь в профилакторий ни с чем.

Напоследок я выставил максимальную глубину крючка, опустив наживку практически на дно водоема.

И вдруг, о чудо, поплавок вздрогнул и моментально пропал в пучине речной!

Я вскочил и потянул удочку на себя. Что- то очень большое было на конце лески и оно совершенно не хотело показываться из воды. Плавно, пытаясь не упустить добычу, не спеша я тянул леску на себя. Наконец, из воды показалась сама добыча!

Но что это?

Я не верил своим глазам!

На крючке, широко расставив огромные клешни, болтался увесистый…. рак!

Причем, что совершенно удивительно, он не зацепился случайно клешней или хвостом за крючек, а полностью его заглотнул!

С трудом сняв рака с крючка, я повторил процесс.

Через минуту на крючке висел еще один представитель отряда членистоногих.

Вы можете мне не верить, но в тот вечер я вытащил из воды одного за другим 12 (!!!) раков! Не знаю, как вам, но лично мне не приходилось слышать о подобном улове!

Не меньше меня были удивлены мой папа со товарищи, когда я вернулся с таким необычным уловом. Отрывая уже красные клешни от сваренных раков и запивая деликатес холодным пивом, обитатели турбазы еще долго обсуждали в этот вечер мою «рыбалку»!

Верите?

ЧП на уроке химии

В моей жизни трагические случаи непременно соседствуют с комическими. Есть и такие истории, которые могли бы привести к трагедии, но слава Богу, все обошлось, и их нередко вспоминаешь с улыбкой. Короче, и смех, и грех!

Одно из таких происшествий произошло в далекие 70-е годы, страшно сказать, прошлого века.

«Бывают в жизни огорчения, вместо хлеба ешь печенье!»

К началу учебного курса химии в 7 классе я уже прилично разбирался в основах этой замечательной науки. Достаточно сказать, что, будучи семиклассником, я участвовал в городской химической олимпиаде среди учащихся восьмых классов, и победил.

Я-химик. Фото из семейного архива Федоренковых

Меня всегда удивляли и даже обижали мнения моих друзей и знакомых о химии. Мол эта наука сложная, нудная, мало кто в ней разбирается. И, главное, она вообще должна быть исключена из школьного курса за ненадобностью!

Абсурд!

Мне вообще кажется, что химия самый интересный школьный предмет! Я абсолютно убежден, что любой современный человек должен хорошо представлять естественно-научную картину мира. Кроме того, освоение любых наук в школе способствует развитию мозга.

Помню сын в классе 5 или 6 придя из школы заявил: «Я не буду изучать татарский язык, зачем он мне?». Свою элементарную лень он пытался упаковать в новомодные наукообразные тренды отрицания целесообразности многих школьных предметов. Я, разумеется, его не поддержал. «Была бы моя воля, я не только татарский, но и китайский заставил бы вас изучать», – отрезал я.

Кто-то шел еще дальше, усматривая в личных неуспехах вину преподавателя. Не буду попусту тратить время на опровержение и этой «теории». Я изучал химию самостоятельно и никто не мог повлиять на мое желание узнать как можно больше об этой науке.

Но, конечно, роль учителя возрастает при деятельном желании изучить любой предмет.

У нас была очень интересная и особенная «химичка». Незабвенная Эльза Игнатьевна Ершова, большой профессионал, опытный педагог, с тонким чувством юмора. Ее любили, ее ненавидели, но равнодушно к ней никто не относился. Ее крылатое выражение: «Ну что, молодой человек, бывают в жизни огорчения, вместо хлеба ешь печенье! Садитесь, «два»!, как-бы подслащивало горькую пилюлю разгильдяям.

Она очень помогала мне советом, литературой, химическими реактивами. Благодаря ей я создал дома настоящую химическую лабораторию.

«Дети, сейчас она будет лаять…»

Но время и работа с реактивами с годами не могли не сказаться на физической и умственной работоспособности Эльзы Игнатьевны. Мы замечали, что иногда она теряла мысль, оговаривалась, забывала элементарные вещи. Это было, как сейчас модно говорить, не критично и даже по-своему трогательно.

Эльза Игнатьевна Ершова (в центре). Фото из семейного архива Федоренковых

Но один раз эта милая рассеянность чуть было не привела к трагедии.

На очередном уроке химии планировался опыт получения чистого водорода. В лабораторных условиях водород легко выделяется при добавлении соляной кислоты в цинк. Для этой цели используется стеклянный аппарат Киппа.

Аппарат Киппа. Изображение сгенерировано ИИ.

На вид он похож на снеговика, только «ростом» сантиметров 80—90. В нем и происходит реакция с выделением водорода. Но есть одна опасность. Водород в смеси с воздухом очень взрывоопасен. Не случайно смесь двух частей водорода и одной-кислорода назвали «гремучей смесью»!

Для проверки чистоты выходящего из аппарата Киппа водорода применяют простой метод. Из краника аппарата водород набирают в пробирку и подносят к огню спиртовки. Если газ в пробирке хлопком сгорает, издавая характерный лающий звук, значит водород еще с примесью кислорода. Если же газ в пробирке горит медленно, без хлопков, значит из аппарата выходит только чистый водород.

Знаю, что немного утомил вас этими химическими деталями, но без них не будет понятно, что же однажды произошло на уроке химии.

В своей домашней лаборатории. Фото из семейного архива Федоренковых

Начало этого занятия не предвещало беды.

У доски работали три ученика, еще один отвечал по домашнему заданию, Эльза Игнатьевна готовилась показать опыт.

Она засыпала в аппарат Киппа гранулы цинка, налила концентрированной соляной кислоты.

Что произошло в следующий миг трудно объяснить логически.

Она открыла кран и…. Вместо пробирки, с помощью которой надо было проверить чистоту выходящего из крана водорода, со словами: «Дети, сейчас она будет лаять!», «химичка» неожиданно поднесла горящую спиртовку к крану аппарата!!!!

Мною вмиг овладел ужас, я понимал, что сейчас произойдет, и машинально пригнулся.

Раздался оглушительный взрыв, аппарат разорвало на части! Солидным его куском разбило окно класса, кислота залила стол, попала на одежду стоящих у доски одноклассников, на первые парты, за одной из которых я и сидел.

«Все целы?» – трясущимся голосом прокричала Эльза Игнатьевна. По счастью, никто не пострадал, если не считать испорченные кислотой брюки стоящих у доски ребят.

В общем, пронесло! Господь отвел!

А ведь все могло завершиться иначе…

Сейчас мы с одноклассниками вспоминаем этот эпизод школьной жизни с улыбкой. А слова «сейчас она будет лаять», стали мемом!

Были и те, кто искренне радовался этому происшествию, поскольку кислотой был испорчен классный журнал с оценками. Двоечники были просто в восторге!

Как у меня в руках взорвалась «граната»

Случаи бывают разные. Счастливые и не очень, позитивные и со знаком «минус», запоминающиеся и так себе… Есть категория случаев, которых не пожелаешь даже врагу.

Хочу поведать одну трагическую историю, но со счастливым концом. Как там у Пушкина? «Его пример, другим наука…». Надеюсь, скучно не будет.

Юный химик

Так назывался набор для детей, состоящий из реактивов и оборудования, предназначенный для проведения простейших опытов по химии. Моя мечта, которая, благодаря моему отцу, осуществилась. За этим набором я, четырнадцатилетний школьник, даже специально ездил в Москву.

Любовь к химии зародилась во мне ниоткуда. Болея в очередной раз пневмонией, мне понравилось смешивать разные жидкости во флакончиках из – под пенициллина, который мне кололи в больших количествах. Этот интерес вылился в большое многолетнее увлечение химией. Я, как юный химик, весьма преуспел в этой науке.

Достаточно сказать, что я участвовал и победил в городской олимпиаде по химии среди восьмиклассников, будучи учеником 7-го класса. Тогда меня не стали посылать на областную химическую олимпиаду. Мол, еще молод, успею.

Через год я вновь уверенно занял первое место уже в своей «весовой» категории, но опять не посчастливилось. За пару дней до состязания заболел двусторонним воспалением легких.

В своей домашней лаборатории. Фото из семейного архива Федоренковых

Рок какой-то!

Уже в девятом классе история повторилась. Я стал лучшим в городе по химии и, о чудо!, я попал на областную олимпиаду, Мне удалось стать вторым, уступив представителю специализированной химической школы из областного центра. Злые языки поговаривали о моем несомненном преимуществе, но …ДОЛЖЕН был победить ученик из престижного учебного заведения, а не парень из провинции. Ну да Бог им судья!

Моя учительница по химии незабвенная Эльза Игнатьевна Ершова считала, что уже в 9-ом классе я знал химию на уровне второго курса университета. Благодаря ей у меня в квартире появилась полноценная химическая лаборатория со всеми необходимыми атрибутами – реактивами, оборудованием, химической посудой и… конечно разъеденным кислотами письменным столом, черными дырами в дорогом ковре и прожженными гардинами!

Я действительно не плохо знал химию. Ставил достаточно сложные опыты дома. А вот пиротехникой не увлекался. Понимал, что это занятие не безопасное. Исключение делалось только для моего лучшего друга Андрея Цветкова.

Самодельная бомба!

В сентябре 1974 года я вступал в комсомол. Надо было сфотографироваться на членский билет. Мы с Андреем должны были встретиться еще с несколькими одноклассниками и отправиться в фотоателье.

Кому из нас двоих пришла в голову идея удивить друзей необычным фейерверком, уже не помню. Я, вопреки своим принципам, собрал пиротехническую «бомбу». В бутылек из- под корвалола аккуратно насыпал смесь бертолетовой соли и красного фосфора. Специалисты знают, что это очень взрывоопасная смесь. Она может взорваться от чего угодно – нагревания, трения, удара, в конце концов, просто без причины. Мы с Андреем не раз взрывали эту смесь у меня на балконе. При этом соблюдали все меры безопасности. Но в этот раз…

Мой друг Андрей Цветков. Фото из семейного архива Федоренковых

Я аккуратно, стараясь не шевелить правой рукой, нес эту смесь на встречу с одноклассниками. Повстречавшись, мы двинулась в сторону пустыря, где я намеревался эффектно разбить флакон о большую трубу.

Как вы уже догадались, нашим планам не суждено было исполниться.

Раздался сильный хлопок, я моментально оказался в облаке густого дыма из фосфорного ангидрида. Манжет моего парадного костюма и белой рубашки, надетых по случаю важного фотографирования, а также правая брючина просто горели. Но самое страшное зрелище представляла моя ладонь. На ней полыхал красный фосфор и потушить его было невозможно! Он, как напалм, будет гореть, пока не прогорит весь! Кисть тут же скукожилась, пальцы согнулись к ладони.

В общем, жуткая картина! Хорошо, что осколками не задело моих друзей! На мое счастье, наш путь пролегал мимо городской больницы.

Одни врачи чуть не лишили меня руки, другие – ее спасли

Через несколько минут я ворвался в приемный покой. Впереди себя я просто нес дымящуюся руку с догорающим фосфором. Ну прям легендарный Данко, укравший огонь у богов.

Изумлению дежурившего в тот день медперсонала не было предела. Но самое главное, они не знали, что со мной делать! «Я пойду почитаю справочник», – сказала врач и ушла. Минут через пять она вернулась. Спокойно зачистила пинцетом ладонь от волдырей, обработала ожог перекисью водорода, наложила мазь Вишневского и отправила меня восвояси. «Придешь через день на перевязку», – напоследок произнесла она.

Вернувшись с работы, отец застал такую картину: я сидел на кухне напротив открытого холодильника. Ладонь правой руки я держал в морозильнике. Только таким способом можно было слегка притупить адскую боль.

Фотография с комсомольского билета. Сделана после взрыва. Из семейного архива Федоренковых

Так я промучался несколько дней. Сходил пару раз на перевязку, где мне неизменно обрабатывали ладонь перекисью и накладывали мазь Вишневского.

Мой отец, военный летчик, видя мои мучения, отвел меня к военному хирургу. Тот достал обычную иглу для шприца, уколол ладонь в одном месте, потом в другом, третьем. «Чувствуешь?», – спросил он. Я ничего не чувствовал. «Немедленно поезжайте в ожоговый центр в Саратов, – твердо произнес он, – все очень серьезно!»

Мы начали говорить, что сегодня суббота, дождемся понедельника… «Он может потерять руку! Поезжайте немедленно!», – повысил голос врач.

Мой папа Владимир Михайлович и я. Примерно 1975 год. Фото из семейного архива Федоренковых

Часа через два мы были в приемном отделении ожогового центра. Дежурный врач осмотрел рану, повторил ту же процедуру с иголкой и почти прокричал: «Каталку! Немедленно в операционную!».

Мне тут же сделали операцию.

Оказывается, у меня был ожог четвертой степени!

Под безжизненным слоем сгоревшего мяса начиналось загноение. Потерянное время и мазь Вишневского сделали свое дело – у меня начиналась гангрена. Если бы не бдительность моего отца и профессионализм военврача, я мог остаться без руки!

Мне вырезали безжизненные мышечные ткани, так называемый струп.

Рана была очень глубокой.

Почти месяц я провел в больнице, пока росли так называемые грануляции – здоровая мышечная ткань взамен вырезанной. Потом еще предстояла пластическая операция. С небольшого участка моего бедра была срезана кожа и имплантирована на рану.

Через полтора месяца я выписался из больницы.

Но вскоре имплант отторгся и у меня на всю жизнь остался грубый рубец на правой ладони. Рубец, который напоминает мне о том, как отец, фактически, спас мне руку, а может и жизнь!

А еще – о головотяпстве и непрофессионализме врачей районной больницы и настоящих эскулапах из ожогового центра в Саратове.

Ну и, конечно, это пожизненное напоминание о том, что, прежде чем рисковать, надо хорошенько подумать!

Спустя почти двадцать лет уже я спас отца от, казалось бы, неминуемой гибели.

Но это уже совсем другая история…

Скандал, объединивший школьных друзей на многие десятилетия

Костяк компании. Слева направо, верхний ряд – Юля Ерофеева, Андрей Цветков, Ира Петина, Валера Зверев, Лена Добрыднева. Нижний ряд – Виталий Федоренков, Витя Безгубов, Лариса Чистякова, Света Болюх, Лена Ткаченко. Фото из семейного архива Федоренковых

Последний день марта для нашей школьной компании священен. 31 марта мы ежегодно отмечаем День лавочки. Этот праздник – одна из многочисленных традиций, берущих начало в нашей школьной юности. Вообще традиции – дело хорошее, объединяющее и очеловечивающее. Постамент, на котором зиждется память, дружба, взаимопомощь и взаимопонимание. Помните классику: «Каждый год 31 декабря мы с друзьями…»