Попаданка в бывшую драконьего принца

4

За окном, оказывается, уже стемнело. Вставать совсем не хотелось – толком не поспала и не отдохнула, соответственно. Запустила руку под подушку и вытащила уже знакомую книжицу. Снова открыла наугад и погрузилась в увлекательное чтиво. Будто любовно-приключенческий исторический роман – балы, галантные кавалеры, прекрасный принц, строгие родители, соперницы. Просто невероятно, что с кем-то это происходило ежедневно и было вполне обыденным. Моя жизнь на фоне перипетий Олены просто блеклая промокашка. Работа, дом, ничем не примечательные выходные с мужем, поездки к маме или родителям Лёшки. Событием из ряда вон становился поход в кафешку или театр. Ну и отпуск на море – большое событие. Правда, не ежегодное, к сожалению.

Перевернув страницу, буквально упала в события годичной давности. Олена писала об очередной встрече с принцем Эйнаром. И если все, что я читала до этого, было на уровне – ах, я опять его видела издалека, он так прекрасен – то сейчас их представили друг другу. Рыжеволосая красавица так подробно описала все, что тогда случилось, так любовно прописала каждую деталь. Кристально понятно, как сильно она была увлечена мужчиной.

Пробежав глазами по краткой беседе принца и придворной дамы, я перевела глаза на соседний лист. И впала в ступор. Написанное там и тут никак не стыковалось. Даже чернила на страницах были разного цвета. Что за ерунда? Листнула туда-сюда и вдруг увидела торчащий переплет. Ясно – несколько страниц вырвано… Значит, я не узнаю, чем закончилась эта встреча. Жаль.

Кое-как подавила в себе раздражение – в конце концов, это ее дневник, и она могла делать с ним все, что пожелает. Хорошо, что я вообще смогла получить доступ хоть к какой-то информации. Интересно, а что вообще я должна делать дальше? Сидеть в своей комнате и ждать приезда жениха? Может, стоит повиниться перед отцом Олены, чтобы иметь больше свободы? Или, напротив, продолжить отказываться от замужества? Если здесь есть монастыри для загулявших незамужних девушек, то, вероятно, могу оказаться в одном из них. Хорошо это или плохо для меня? Понятия не имею…

Вскоре горничная принесла ужин. Расторопно расставила все на столике, чуть присела, даже не глядя в мою сторону, и ушла. Заинтересованно подошла к столу – есть хочется. В прошлый раз не отравилась же. Надеюсь, и сейчас все благополучно пройдет. Села, положив дневник перед собой, и начала есть. Мясо с овощами – даже гадать не надо. И что-то типа вина. Фруктовое, сладкое и явно перебродившее. Глотнула и отставила стакан – не в моем положении отключать голову. Сболтну еще лишнего – сожгут на костре как ведьму или в лечебнице запрут. Нет уж, абсолютная трезвость как требование личной безопасности и точка!

Неторопливо жуя, продолжила бегло просматривать исписанные страницы. Увлекательно, но очень хочется понять, что именно случилось между Оленой и Эйнаром. Нужна информация, насколько сильно в действительности была скомпрометирована девушка. Породила ли ее желание уйти из жизни безвыходность ситуации или просто эмоции захлестнули? Второе не менее вероятно, ведь каждая строчка в дневнике проникнута нешуточным обожанием. Юная, горячая, брошенная – так себе сочетание. Я не лучше, конечно. Но в моем случае все же законный муж и лучшая подруга… И море негативных эмоций – ужасная всепоглощающая обида на двух близких людей.

Полистав дневник, нашла еще пару мест, где не хватало страниц. По содержанию предшествующих текстов выходило, что Олена намеренно уничтожало все, что описывало ее общение с принцем. Почему? Не хотела больше перечитывать это после расставания? Или было от чьих глаз прятать? В любом случае, мне это совсем не на руку. Прочитав небольшую повесть за сегодня, я все еще не знаю главного. Как начались их отношения тоже важно. Кто был инициатором? Сопротивлялась ли Олена или смело бросилась в объятья любимого?

Мои размышления прервал негромкий стук в дверь. Быстро убрала книжку за спину и накрыла складками платья. Благо юбка пышная, спрятать под ней можно многое.

– Олена, ты поужинала? – в комнату заглянула мама несчастной девушки.

– Да, почти, – демонстративно отодвинула почти пустую тарелку.

– Как ты себя чувствуешь? – женщина присела на стул напротив и озабоченно посмотрела в лицо дочери.

Поспешно отвела глаза. Из страха, что увидит то, о чем не должна знать.

– Все хорошо, – пожала плечами.

Понятия не имею, насколько плохо я должна себя ощущать после всего. Наверное, не лучшим образом, но… Возможно, рассказать ей, что чувствует Алёна после реанимации – не такая плохая идея.

– Не знаю, что сказать… Я поступила не лучшим образом. Прости.

Именно это я сказала бы своей маме, если бы могла. Фактически оставила ее совсем одну. Папа умер давно, я единственная дочь, внуков не родила ей. Заплакала, осознав весь ужас ситуации для самого близкого моего человека. Могла бы я выйти замуж еще раз, завести новых подруг, взять малыша из детдома? Наверное, могла бы. А теперь уже поздно что-то менять. Для Алёны, но не для Олены.

Подняла на красивую немолодую женщину мокрые от слез глаза, выдавила вымученную улыбку и продолжила:

– Я, правда, его сильно-сильно любила. И все еще люблю. И это сильнее меня. Очень больно и обидно…

Мама Олены, слушала молча, скорбно сжав губы и нервно сцепив пальцы. Меня же рыдания душили так, что говорить стало трудно.

– Олена, я никогда не говорила тебе этого, но, наверное, сейчас стоит…

Алира Грайнирд стерла с щеки одинокую слезинку. Видно, что и ей непросто дается этот разговор. Но нужна ли мне эта правда? Не запутают ли откровения мамы все еще больше? Предпочла промолчать. Я ей не дочь, рассказывать никому не собираюсь. Пусть скажет, если так хочет, не буду останавливать.

– Понимаешь, я тоже когда-то была безумно влюблена в одного мужчину…

И смотрит на меня так, будто я должна знать, о ком речь.

– В папу? – наивно предположила.

– В том и дело, что нет. Но твой дед договорился о браке с семьей Грайнирд. Что мне оставалось? Только подчиниться. И я не жалею, пойми! Столько счастливых лет, ты, этот замок, который стал моим домом!

Пока ее муж не показался мне мужчиной мечты, но Олта такого дочери, конечно, не скажет.

– Я поняла. Считаешь, что у меня с выбранным отцом мужем тоже все будет хорошо.

– Никто не может гарантировать тебе этого, Олена. Но хотя бы познакомься с ним, не гневи отца. Наверное, он не покажется тебе лучше принца сразу, но он готов дать тебе статус замужней алиры, несмотря на случившееся. Дом, приличный уровень жизни, возможность родить и воспитать детей.

– В чем подвох, мам?

Нутром чую, он есть. Иначе зачем Олене убегать и пытаться отравиться? Сидела бы спокойно в собственной спаленке, вышивала крестиком и вздыхала по Эйнару.

Ответом мне стал недоуменный взгляд родительницы. Вот я идиотка!!! Олена наверняка знала, кого папа ей в женихи прочит.

– Я имею в виду, – поспешила исправиться. – Ты знаешь что-то, чего не знаю я?

Олта опустила глаза и заерзала на стуле. Бинго… Знает такое, что лучше держать в тайне от дочери. Но она сама пришла сюда и начала этот разговор. Я же не Олена, для меня скрыться где-нибудь подальше отсюда и от принца – вполне не худший вариант. А что с муженьком делать, потом придумаю.

– Ничего такого, – едва слышно проговорила мама. – Он не слишком знатен, не особо богат. Уже не молод…

Начала она перечислять «достоинства» жениха. Понятно – список длинный.

– Почему я не могу остаться здесь? С вами?

Невинно похлопала ресницами. Очевидно, что не могу, но интересно есть ли реальная причина. Кроме бла-бла по приличия. В отличие от семьи Грайнирд меня фактом добрачного секса смутить сложно. Пусть у меня муж и был единственным мужчиной в жизни, но и от похождений подруг я в обмороки не падала.

– Ты должна продолжить род Грайнирд. Пусть и в другом клане, под другим гербом, но должна.

Понятно, дремучий патриархат… Интересно, а этот немолодой, небогатый муж сможет продолжить род. Не так важно чей. Впрочем, так сильно сближаться с супругом я не планирую, даже если свадьба и состоится. Но об этом лучше помалкивать. Эх, своей мамочке внуков не подарила, и чету Грайнирд не порадую этим. Сердце горько заныло, напоминая о том, что совсем недавно потеряла самое дорогое. Если бы я только знала о беременности… Никогда бы не совершила подобное. Собрала бы вещи и вернулась бы к маме. Вдвоем мы бы точно со всем справились. И от союза с Лёшей у меня осталось бы нечто гораздо лучшее, чем брачные отношения. Ребенок…

– Олена, подумай об этом. Хорошенько подумай. Ты и так натворила достаточно глупостей. Послушай отца, не противься. Забудь Эйнара, выходи замуж и живи своей жизнью. А я пойду. Спокойной ночи, милая.

Олта поцеловала меня в макушку, проходя мимо. Не смогла сдержаться – поймала ее руку и прижалась щекой.

– Прости, – прошептала срывающимся голосом.

Понятия не имею, какие отношения у нее были с дочерью. Уместны ли такие нежности или нет… Эти извинения больше не для Олты, а для моей мамы, которой я больше ничего не могу сказать.

Оставшись одна, я еще какое-то время думала о прошлом. О маминой маленькой уютной квартирке, наполненной запахом пирогов и ватрушек. О ласковых объятьях мужа, о веселом Катином смехе. О неплохой работе в дружном коллективе. И прочем, что навсегда осталось где-то там, за завесой пикающих мониторов, запахом обеззараживателя, бесконечной болью от осознания предательства. Все это осталось позади, теперь мне нужно распорядиться жизнью Олены. Так, как своей собственной не смогла.

Перед сном снова открыла дневник. Сразу же наткнулась на описание очередного приема во дворце Императора. Множество восторженных слов об Эйнаре и вдруг мелькнуло знакомое имя. Алер Холджер. Мужчина, который вернул меня в родительский замок. Значит, мы были знакомы. Надеюсь, мою забывчивость он списал на нервное потрясение.

Пары страничек хватило, чтобы сон как рукой сняло. Я возбужденно села на постели и продолжила лихорадочно пожирать строчки глазами. А этот тайник остер на язык. И чувство юмора отличное. А еще он явно подкатывал к Олене. Столь прозрачные намеки только полная идиотка не поняла бы. Знал ли Холджер тогда о связи с принцем? Или алира Грайнирд в тот момент еще была неопороченной? Одни вопросы! А все из-за вырванных страниц!

5

На следующий день я проснулась в отвратительном настроении. Кошмары не мучали, но осознание случившегося окончательно пришло. Пусть я абсолютно не понимаю, что именно произошло, но… Больше нет ни Алёны, ни предательства, ни боли, ни дома, ни мамы, ни больницы. Ничего нет. Кроме огромной дыры в прошлом Олены, чья жизнь по какой-то неведомой причине досталась мне. И мрачного туманного утра, дымящейся чашки на столике и свежей выпечки рядом. Голосов суетящихся в соседней комнате горничных. Необходимости быть послушной дочерью. И бесконечного желания бунтовать. Здесь мы с Оленой вполне единодушны. Все, что я не смогла или не успела сделать там, я очень хочу учудить здесь. Быть непримиримой, идти против ожиданий окружающих, отомстить и наказать всех, кто довел Олену до той комнаты на постоялом дворе. Только для этого придется для начала разузнать все подробности ее жизни до.

Никогда не занималась подобным – не выслеживала мужа в соцсетях, не разыскивала аккаунты бывших одноклассников, ни лезла с расспросами к коллегам. Сплетни и слухи – вообще не мое. Но сейчас, видимо, придется вспомнить все, что я когда-то знала об этом и попытаться хотя бы примерно восстановить события. Потому что иначе я просто не смогу ничего сделать! Наверняка, все хотят, чтобы Олена побыстрей вышла замуж и уехала подальше от столицы. Не только родители, но и принц, Император и, наверное, многие, кто замешан в некрасивой истории соблазнения знатной девицы. И все они вздохнут с облегчением после. Как и Лёшка, и моя в прошлом лучшая подруга.

Почему я не закатила тогда знатный скандал? Не попыталась защитить себя? Дать им понять, что сделали мне больно? Глупо было уходить молча и оставлять предателям простор для предположений. Невысказанные обиды остались только моими причинами. Даже моя мама, которой я ничего не сказала, не будет винить Лёшу и Катю. А они будут сочувствовать ей, соболезновать, делать вид, что ничего не понимают и якобы поддерживать. Мерзко, нужно было сказать. И им, что ненавижу и презираю. А потом развестись и жить дальше. Но у меня не получилось, поэтому сделаю все, чтобы вышло у Олены.

Мои замыслы приостановила мама. Я как раз допивала что-то среднее между кофе и какао и грустно смотрела в окно. На низкие тучи, которые скрыли вершины гор вдалеке.

– Олена, – алира Грайнирд казалась взволнованной. – Хорошо, что ты уже встала. К тебе гости.

Ошарашила она меня известием. Чего-чего, а такого точно не ожидала. Кто? Да еще в такую рань! Это точно не жених, вряд ли его пригласили бы к завтраку. Недоуменно уставилась на Олту в ожидании пояснений.

– Уна, приехала. Ну же, Олена, не будь такой букой, – правильно расценила мама мое выражение лица. – Не знаю, что вы не поделили, но сейчас тебе очень нужна поддержка. Она же твоя лучшая подруга…

Вот как, лучшая подруга пожаловала. Да уж, интересно, что они с Оленой не поделили. Не принца часом? Удивительное легкомыслие для матери, которая едва не потеряла дочь. Или все же знает, из-за чего конфликт был, и там ничего особенно ужасного?

– Я поговорю с ней, – согласилась без особого энтузиазма.

С одной стороны, если родители не заметили подмены, то можно немного расслабиться на этот счет. С другой, порой подруги владеют такой информацией…

Быстренько покончила с завтраком. Вызвала горничную и потребовала подготовить домашнее платье. Уверена, о моих предпочтениях прислуга сейчас знает больше. Потом, хотя уже и умывалась, снова пошла в ванную. Наверное, будет вежливо уложить волосы и замазать синяки под глазами. Да, несмотря на удивительную красоту, алире Олене были не чужды обычные женские сложности.

В замковую библиотеку я спустилась минут через тридцать. Надеюсь, это приемлемо для посещения без приглашения. На низеньком диванчике рядом с окном сидела яркая блондинка. В глухом платье темно-зеленого цвета, рядом маленькая сумочка. Руки на коленях, пальцы сцеплены в замок. Поза напряженная, взгляд вдаль, хотя за окном ничего особо и не видно из-за низкой облачности. Совсем не удивлена, что эти двое были подругами – можно не видеть лица Уны, но и так понятно, что тоже красотка.

– Уна, – позвала тихо.

Гостья порывисто обернулась, моментально поднялась и бросилась ко мне. Я аж чуть отступила назад от неожиданности. Но девушка, кажется, не заметила моей реакции – бросилась на шею и стиснула в объятьях.

– Олена! – воскликнула она в полголоса. – Как же я рада, что ты в порядке! Я так волновалась!

Уна немного отстранилась и заглянула мне в лицо. Я вымученно улыбнулась, не сильно понимая, что следует сказать или сделать.

– Спасибо. Я в порядке, – повторила за ней.

– Я привезла твои любимые пирожные, – Уна сжала мои ладони в своих. – И книгу, которую ты просила до…

Она осеклась и отвела глаза. А я испугалась, что она перестанет говорить. Нет, пусть скажет все, что собиралась. Потому что если я начну спрашивать, могу запросто перейти черту и дать повод для подозрений.

– Какую книгу?! – мгновенно переспросила, хватаясь за ее слова.

– Ну… Роман любовный… Помнишь? Такой, не сильно приличный. Перед твоим отъездом из столицы я обещала, что достану из библиотеки Императора.

– Припоминаю, да…

Уна, воспользовавшись моментом, потащила меня к дивану. Немного порывшись в сумочке, вручила небольшой томик. И тут я окончательно поняла причину ее пунцовых щек. И сама покраснела. Обложка ярко демонстрировала, о чем книга. Понятно, Олена интересовалась искусством любви. Наверное, Эйнара хотела удивить… Покорить? Привязать к себе?

– Уна! – прошипела возмущенно и сунула пособие по этому самому под диванную подушку. – А если увидят?!

– Не увидят, – подмигнула подруга. – Нет ничего проще, чем спрятать книгу в библиотеке.

И многозначительно обвела взглядом комнату, в которой мы находились. А ведь она права – проследила за ее взглядом. А еще здесь сосредоточено огромное количество информации по бесчисленным вопросам, роящимся у меня в голове. Не знаю насчет Олены, но я не очень-то любила читать. В основном, учебники и развлекательную литературу. Но с сегодняшнего дня это помещение станет моим любимым во всем замке.

Хихикая, мы сели друг напротив друга. На правах хозяйки я разлила по чашкам дымящийся травяной настой. А Уна открыла коробку, перевязанную пышным бантом. Хоть узнаю, чем Олена любила полакомиться…

Потом мы ели малюсенькие кремовые произведения искусства и переглядывались, улыбаясь. Разговор не клеился. И понятно почему – я не знаю, о чем спрашивать, а подруга явно не рискует бередить мои раны. Кстати, не очень похоже, что они были в ссоре. Или беда с Оленой обнулила все личные претензии?

Когда молчание стало совсем невыносимым, я рискнула задать вопрос, который показался безопасным и логичным.

– И как там? В столице?

И многозначительно посмотрела на Уну. А та будто только этого и ждала – залилась соловьем. Вряд ли я запомню эту мешанину из слухов, событий и имен. Но интересно, что ничего знакомого в ее речи не проскользнуло. Ни о принце, ни о тайнике, ни о самом Императоре. Наверное, намеренно обходит острые углы… Я периодически улыбалась, понимающе кивала головой, многозначительно закатывала глаза. Очень надеюсь, что угадала с реакциями. По крайней мере, подруга ничем не выдала удивления или озадаченности моим поведением.

Внезапно она замолчала и опустила голову. Ее пальцы быстро-быстро теребили край оборки платья, выдавая нешуточное волнение.

– Что? – не стала делать вид, что не заметила.

– Я приехала не только навестить тебя…

Интересное заявление… А зачем еще приезжают к подруге, которая натворила таких дел? Позлорадствовать? Убедиться лично, что не сдохла? Убедить в чем-то? Из личной заинтересованности или по чьей-нибудь просьбе?