Невидимое

«Мне пришлось его лакать. Поэтому, прошу присутствующих извинить меня за звуки». Присутствующие извинили.

Антон отдал свой бокал блондинке. Она пила вино, глядя на Антона, но мимо Антона, скользя пьяными глазами по его ушам – ее правый глаз отдельно скользил по кончику левого уха Антона, а левый глаз – скользил по кончику правого уха. Допив вино, она прошептала: «Ты - охуенный». Благодаря отпечаткам от вина ее губы увеличились.

Почувствовав себя охуенным, Антон понял, что ему надо тикать, иначе его скоро изнасилуют.

Разумеется, Лена не могла не выложить километры свадебных фото в социальных сетях.

- Похоже, половина города там присутствовала. Том, не было только тебя.

-«У меня плохая память и омерзительный нрав. Я не могу принять сторону, я не знаю никого, кто не прав...» – мне нравится эта песенка «Аквариума».

- Мне тоже. Но там дальше: «Но в мире есть что-то, чего не выпить, не съесть». Понимаешь, Том? Меня добивает, как люди восхищаются кем-то: «У него есть особняк в Ницце», «он ездит на Феррари», «у него многомиллионный бизнес», «у него есть отель», и никто не говорит с восхищением: «у него есть честь».

- Да. Как-то странно… Пригласили всех… Я спрошу у Стива.

- Может, ты ему денег должен?

- Нет. Ты же знаешь, я не люблю брать в долг.

Через Пару месяцев Том позвонил Антону и попросил его срочно заехать к нему вечером.

- Меня хотят выгнать из России. Ко мне приходили сотрудники ФСБ и сказали, что мое нахождение в России нежелательно. Я спросил, что я натворил? Они ответили, что ничего, просто мне нужно уехать из страны по-хорошему. Иначе у меня могут быть проблемы, и я уеду по-плохому. Ты не заметил каких-нибудь подозрительных типов возле моего подъезда?

- Том, это из-за твоего гражданства. Они зачищают страну от иностранцев. Американцев будут выгонять в первую очередь.

- Я звонил Стиву, и он мне сказал, что имел беседу с представителями российских правоохранительных органов. Они много спрашивали про меня. Поэтому он не пригласил меня на свадьбу. Он заверил меня, что мы по-прежнему друзья, но у него бизнес. Он выкупил здание под отель. Он не может подвергать свой многолетний труд риску. А потом, он испытывает огромную ответственность за сотрудников, которые работают у него в компании. Он им платит деньги, а у сотрудников семьи, дети, кредиты…

- Его тоже выгонят, потому что он американец.

- Стив сказал, что не выгонят, потому что у него жена русская. Сотрудники органов тоже заверили Стива, что его никто не будет беспокоить, потому что у него жена русская.

- И ты веришь чекистам? Его не будут беспокоить, пока он не сделает ремонт в гостинице и не запустит там бизнес. А потом чекисты выгонят Стива из России и присвоят его отель. Его не трогают из-за денег пока. Пусть отремонтирует гостиницу и начнет принимать гостей.

Антон оказался прав.

- А пока, собирай манатки, поживешь у меня месяц. Авось, кампания по охоте на ведьм потеряет накал.

- А у тебя не будет проблем с властями?

- Не переживай. Меня из России в Америку не депортируют.

Том жил у Антона месяц в квартире. А потом съехал к себе.

- Я не хочу подвергать тебя риску. Мне звонили друзья, у меня в двери торчит официальное письмо от властей. Это серьезно.

- Ты думаешь, меня посадят за укрывательство шпионов?

- Черт их знает… Но я не хочу, чтобы тебя уволили с работы из-за меня, например. Я поеду. Пойми, так продолжаться не может. Я больше не могу.

- Ясен пень не можешь! Уже месяц без девушки. Ты уезжаешь, потому что не имеешь возможности приводить баб ко мне на квартиру. Потому что я придерживаюсь строгих религиозных принципов. И потом, я тоже баб не привожу. Из солидарности. Дружба – превыше всего. Я не шучу, Том. Дружба для меня – превыше баб. Дружба для меня – превыше вообще всего.

Друзья обнялись, и Том уехал.

Через месяц его депортировали из России.

«У него, явно были какие-то проблемы с точки зрения властей», - говорил Стив. Меня же не тронули. «Вот уже год я спокойно работаю, запустил отель. Я плачу хорошие налоги. Такие люди как я выгодны России».

- Стив, посмотри, сколько твоих соотечественников были вынуждены уехать за этот год!

- Они были невыгодны России. Например, Том, не платил никаких налогов вообще. Финансировал какие-то медицинские изобретения, тесно общался с учеными. Властям это не понравилось.

- Властям не понравится твой цвет волос, если они захотят отобрать у тебя что-нибудь. Отберут из-за цвета волос.

- Антон, пойми, я плачу большие налоги. Я подарил телевизоры отделению полиции, где находится моя отель. У меня прекрасные отношения с полковником полиции Ивановым! Он был у меня в гостях. Лена его очаровала! Меня это не коснется. Я не лезу в политику, я простой честный бизнесмен. Как у вас говорят: «моя хата с краю».

Через год Стива депортировали из России. Его отель арестовали. Он не смог его продать.

Очередной отель Стива и Елены в приморском городке Н на юге Италии был небольшой и уютный. Терракотово-белоснежный номер на втором этаже был маленький, но аккуратный и с видом на синее море. Третий этаж был номером люкс. Он был занят.

На деревянном письменном столике стояло хрустальное ведерко со льдом, из которого приветливо выглядывала вспотевшая бутылка «Спуманте». Рядом переливалась хрустальная вазочка на ножке, из которой приветливо выглядывала клубника. Благодаря зеркалу, казалось, что на столике стояли две приветливые бутылки и две приветливые вазочки с клубникой.

Между бутылкой и клубникой стояла домиком приветственная открытка отеля с золотым вензельным логотипом «Villa Elena». Открытка приветственно гласила по-английски: «Уважаемый (ая) Антон! Добро пожаловать в отель «Вилла Елена»! Мы очень рады, что вы выбрали нас для своей поездки. Надеемся, что ваше пребывание здесь будет комфортным и приятным. Если вам что-нибудь понадобится, пожалуйста, обращайтесь на стойку регистрации. С наилучшими пожеланиями, Администрация отеля Стив и Елена.»

«Прям как в сказке», подумал Антон. В сказке громко летала большая муха. Антон взял белоснежное махровое полотенце, но потом решил подарить гостиничной мухе жизнь: «Еще разобью что-нибудь в этом сказочном номере. Платить заставят».

- Мы так рады тебя видеть у нас в гостинице, Антон! – очаровательно улыбнулась Лена. Она облокотилась на Стива и положила ему голову на плечо. – Правда, Стивочка? Мы ведь с тобой дружная семья?

Детей у них по-прежнему не было.

Стив натянуто улыбнулся, откашлялся и сказал: «Правда». Улыбка была классический “rictus grin”.

- Стивочка, а ты меня любишь?

Стив натянуто улыбнулся, откашлялся и сказал: «Да».

- Ну тогда, если ты меня любишь, то поцелуй меня.

- Мне неудобно перед Антоном.

- Значит, ты меня не любишь, фыркнула Лена, - Иди от меня! – фыркнула Лена второй раз, оттолкнув Стива.

- Я буду делать салат. Я никому не доверяю делать салат. Его нужно разминать руками. Мои салаты – ручной работы, - виновато улыбнулся Стив.

- Но сначала – по бокалу вина! – приказала Лена. – Тин-тин! За встречу друзей! За нас! – Лена проглотила почти все вино из бокала практически залпом.

«Мы даже не смогли продать отель», с грустью сказала Лена, ставя тарелки на стол. «А теперь я езжу на Фиате «Пунто». Мне нравится Италия. Но тут ужасно паркуются. У меня убитые бамперы. Я тоже стало грубо парковаться. С волками жить – по волчьи выть».

Наконец, Стив положил салат на тарелки, расставил сыры и прошутто и перелил вино в стеклянный декантер с широким дном и узким горлом. Декантер поблескивал кровью от колеблющегося света свечей.

В соседнем доме мужской тенор затянул “La Donna e mobile” из оперы «Риголетто» Верди.

- У вас что, сосед Лучано Паваротти?

- Нет, это его старший брат. Итальянцы - очень музыкальные люди. Гости иногда жалуются, но потом привыкают, и им начинает даже нравиться.

- Между прочим, он поет о тебе, Лена.

- Не поняла?

- Мобильная донна на фиате Пунто. Верди про тебя оперу написал.

- Скучаю по Питеру. Честно признаюсь, мне не хватает здесь движухи. И по мерсику своему беленькому скучаю. Мерседес пришлось продать. Нужны были бабки.

Лена постарела лет на 20. Особенно шея. Антон любовался ее фарфоровым личиком, когда она выходила замуж за Стива. Фарфор сильно пострадал от итальянского солнца и покрылся паутинкой мимических морщин.

- Итальянское солнце, это жесть. Особенно летом. Стив, когда мы поедем в Питер?

- Любимая, я не могу поехать в Питер, мне запрещен въезд в Россию на срок 10 лет. Ты же знаешь.

- В следующем году срок истекает.

- Срок истекает, но идет война с Украиной. Меня не пустят.

- Стив, ты общаешься с Томом? – спросил Антон.

- Не очень. – Стив ожидал этого вопроса, и был из-за этого в напряжении. Когда вопрос, наконец, прозвучал, Стив даже расслабился и испытал облегчение.

- У нас сложное общение. Том иногда кажется мне инфантильным в своем максимализме. А в жизни иногда не все так однозначно. Понимаешь, Антон, мне тогда пришлось спасать отель, я должен был спасать свой многолетний труд, спасать своих сотрудников. Я не мог подвергать их семьи риску.

- Твои сотрудники все равно были уволены. Теперь твой отель стал дешевой бюджетной гостиницей. Там живут бедные туристы из российской глубинки. Грустное зрелище…

- Том не хочет понять, что мы хотели, как лучше. Я принял волевое решение держать дистанцию. Ради отеля… Время было сложное… Если бы я знал, что меня выгонят, а отель отберут, конечно, я бы вел себя иначе. Я не хотел его обидеть, я проявлял осторожность…

- Стив, хватит, я не хочу больше этого слушать, сказала Лена. – Нужно просто перевернуть страницу и жить дальше. Ну согласись, Антон, что толку перемалывать и перемалывать одно и то же каждый вечер. Прошлого не изменишь. Нужно жить дальше. Нужно иметь силу воли засунуть то, что ты изменить не в состоянии, в шкаф и закрыть этот шкаф на замок.

- Любимая, я просто хотел объяснить Антону, - робко возразил Стивен.

- Я сказала хватит! – громовым голосом рявкнула Лена.

И тут Антон услышал тиканье часов. Оно было громким. Антон посмотрел в направлении тиканья и увидел старинные итальянские настенные часы. В резной коробке из орехового дерева за застекленной дверцей качался латунный маятник.

- Заебал, - тихо сказала Лена – Просто, одно и то же. Из пустого в порожнее.

- Лена, нервные клетки не восстанавливаются.

- Антон, ну нельзя застревать в дне сурка. Нужно понимать, время не ждет, время бежит, время – деньги, нужно жить! Иногда смотрю на себя в зеркало и думаю: «Боже, как я постарела».

- Леночка, по-моему, ты молодеешь только.

- Ой, прекрати льстить! Антон - ты грубый льстец! Вот посмотри – этих морщинок вокруг глаз у меня не было в прошлом году. А сегодня утром я нашла у себя седой волос. Я его выдернула. Длинный такой. А потом еще один нашла. Мне надо будет скоро начать краситься, чтобы седины не было заметно.

- Леночка, ты прекрасна как Елена, из-за которой мужики поссорились и разбомбили Трою.

- Опять грубый комплимент!

- Я всегда говорю женщинам правду, какой бы приятной она не была! Честно! Ты хорошеешь от каждой рюмки граппы!

На следующий день Антон поехал на Сицилию. Номер в «Вилле Елена» стоил недешево. Елена включила клубнику и бутылку Спуманте в счет.

СОБАЧЬЯ ЧЕСТЬ

Звонит мне друг, а ему пес не дает разговаривать со мной. Ревнует. Потому что знает, с кем мой друг разговаривает. А еще пес требует нежного внимания и любви. Потому что любовь – это верный признак уважения. Собаки понимают, что такое уважение. Если ты умеешь уважать себя, ты умеешь уважать других. А собаки умеют уважать себя. У собак, в отличие от большинства людей, есть представления о чести.

Собаки гораздо умнее людей. Люди думают, что собаки почти такие же умные как люди, потому что собаки не умеют говорить. Глупые люди! Собаки умеют говорить. Только, будучи умными, собаки решили, что с людьми лучше молчать. Собаки решили, что молчание – золото.

Они гавкают, потому что понимают, что перед ними не человек, а скот, который все равно слов не понимает. Скот понимает только лай.

И еще лайки в соцсетях.

Собакам не нужны такие лайки. Им нужно настоящее.

Когда собака кусает индивида за жопу, это значит, что собака поняла, что этот тип и лая человеческого (собачьего) не понимает.

Собаки никогда не клянутся в любви и верности. Никаких горячих многословных заверений. Они просто любят тебя и верные в доску. Не знаю ни одного случая, чтобы собака предала своего хозяина и ушла к другому хозяину, потому что у того свой особняк и мерседес. Или к другой хозяйке, потому что она молода и у нее красивая жопа. Собака никогда не предаст ради сытной жратвы или конуры со всеми удобствами.

У собак есть представления о чести. Собака готова умереть, защищая друга.

И никогда не будет хвастаться перед другими собаками красивым ошейником. Собака выше материальных символов социального статуса. Я однажды видел, как дворовый пес гордо обоссал крыло Роллс-Ройса. Я бы тоже так хотел.

А мне слабо.

ТЕЛОХРАНИТЕЛЬ

На новой работе Антону было поручено разобраться с контрактами и договорами. А именно: разобраться с должниками. На заводе поменялся собственник, который уволил старое руководство. Антон пришел с новым руководством на должность директором продаж.

«Ваш персональный кабинет, Антон Александрович», у секретарши бывшего директора по продажам был взгляд бездомного щенка, которого обижали люди. Ее собирались уволить. Она знала, что ее уволят, как только найдут ей замену. Строгое каре, строгая белая блузка, строгая черная юбка, она была похожа на школьницу-отличницу, которой недавно исполнилось сорок лет.

Директорский стол годился для пинг-понга. На нем стоял бюст Ленина и лампа с зеленым абажуром. Похожая была у Ленина.

«Мне нужна аналитика продаж по клиентам за последние три года, а также данные по товарным кредитам за этот же срок».

«У нас нет аналитики», сказала Света.

«А что есть?»

«Отчеты по продажам по клиентам».

«Тогда пришлите мне отчеты по продажам по клиентам».

«Я не могу их вам прислать. Я их вам лучше принесу». Отчеты заняли весь стол, который годился для пинг-понга.

«Застрелиться можно», подумал Антон, «Или повеситься».

«Антон Александрович, вы тут? Какие-нибудь поручения еще будут? Я ухожу на обед», спросила Света.

«Я тут, Света. Я сижу за отчетами».

«Вот вас и не видно за ними».

«Я читаю детектив, я за отчетами спрятался и читаю детектив. Тут за ними можно делать все что угодно. Тебя не видно. Света, у нас на заводе есть уверенные пользователи «Экселя»?

«Акселя? А это что?»

«Компьютерная программа, которая умеет считать и составлять таблицы».

«Я таких пользователей «Акселя» у нас на заводе не знаю. Кроме вас, наверно, никого. Наверно еще новый генеральный умеет. Новый бухгалтер. Кто еще?» - Света задумалась.

«Света, сейчас же позвоните в рекрутинговое агентство и свяжите меня с ним».

«Какие-нибудь еще поручения будут? Я потом уйду на обед».

«Принесите мне пистолет».

«У нас на заводе нет пистолета. Его бывший директор с собой забрал», строго сказала Света.

«А мыло с веревкой он тоже забрал?»

«Не знаю. Но на заводе есть мыло. «Земляничное». Веревка тоже должна быть. Найдем. Какая вам нужна веревка? После обеда принесу. Мыло могу принести сейчас, до обеда».

«Принесите мне кофе».

«Черный и без сахара? Как обычно?»

«Да. Черный и без сахара, как обычно. В количестве одного ведра».

«Кофе-машина не может сделать ведро».

«Тройную порцию может?»

«Сейчас принесу тройную порцию».

Света принесла тройную порцию и брусок мыла в упаковке.

«Земляничное». У нас на заводе другого нет. Могу зайти в магазин и купить нормальное дорогое мыло. «Дав», могу купить. По телевизору его хвалят. Какая веревка нужна? Длина? Для чего?»

«Света, я хотел повеситься, но передумал».

Света прыснула от смеха. Она смеялась до слез. Отсмеявшись, она строго сказала: «Я никогда раньше на работе не смеялась. Предыдущий директор был не такой».

Антон понял, что он никогда не уволит Свету.

«Света, я вас не уволю. Вы будете моей секретаршей, пока сами не уволитесь. Приятного аппетита».

«Спасибо», сказала Света и быстро пошла из кабинета, отворачиваясь. Она прятала слезы.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.