Записки адвоката

ЗАПИСКИ АДВОКАТА

Подмосковье

2025г.

В сборнике собраны реальные истории из моей адвокатской практики более чем за 25 лет. Несколько слов о себе. Родился на Камчатке в семье военного. После демобилизации отца проживал в Украине сначала в городе Жданове (сейчас Мариуполь), а потом практически всю свою сознательную жизнь провел в Северодонецке. Отслужил два года в погранвойсках на советско-афганской границе, после службы несколько лет играл в профессиональных футбольных командах в Краснодарском крае, в Луганской области, закончил институт физической культуры. Работал тренером по футболу. В 2001 году получил второе высшее образование, закончив Национальную Юридическую Академию Украины имени Ярослава Мудрого в г.Харькове. С 2001 года до февраля 2022 года занимался адвокатской деятельностью. После начала СВО выехал в Российскую Федерацию, где сдал экзамен в Москве в адвокатуру РФ. Продолжаю работать адвокатом и защищать людей.

Автор Владимир Ляшенко

К чему приводит излишняя доверчивость.

В начале двухтысячных ко мне обратилась за помощью моя одноклассница. Она пояснила, что ее взрослая дочь совершила преступление, и мне нужно ее защитить. Нужно, значит нужно. Я встретился со следователем и узнал пренеприятную историю. Дочь одноклассницы в возрасте 29 лет и ее подруга 32 лет совершили убийство мужчины. Оказалось, что погибший мужчина был мне хорошо знаком, в своё время он работал администратором городской футбольной команды, и я несколько раз ездил с ним за рулем его машины встречать футбольных судей в город Славянск. Его звали дядя Толя, он также был охотником-любителем и имел охотничью собаку породы курцхар. Друзья и знакомые называли его «дядя Толя - Лада» - по имени собачки. Мне однажды довелось попасть с товарищем на утиную охоту. Это было великолепно! По звуку трубы толпа охотников двинулась вперед в поисках добычи. Дядя Толя в это время расположился на траве, разложив перед собой бутылочку, чарочку и закуску. Ружья, как оказалось, у него с собой не было. Он отпустил собаку, и та куда-то убежала. Вернувшись через несколько часов на место сбора мы были все в пыли, грязи и почти без добычи. А возле дяди Толи лежала груда уток. Это были наши подранки, которых натаскала собачка Лада. Вернусь к происшествию. Как мне стало известно, дядя Толя уже был пенсионером, примерно лет около 70-ти, у него водились деньги, и он гнал для себя самогон. К нему в квартиру частенько наведывались в гости дамы с низкой социальной ответственностью, которых он угощал продуктом своего производства. В этот раз, что-то пошло не так. Получив свою порцию спиртного, дамы ушли, но им было мало, и они вернулись. Стали просить налить им еще, но дядя Толя отказал. Он сидел в кресле лицом к телевизору и смотрел футбол.

1

Взяв в коридоре молоток две мрази неожиданно, подло, сзади напали на дядю Толю. Они нанесли ему несколько ударов молотком по голове, но он пытался защитить свою жизнь. Дядя Толя весил более ста килограммов, а девицы были мелкие и небольшого роста, но это ничего не значило. Его долго били молотком, душили подушкой и в конце концов додушили проводом от телефона. Забрав из квартиры деньги, ружье, две банки самогона, победительницы радостно покинули квартиру. На следующий день старшая женщина, взяв с собой десятилетнего сына, снова вернулась на место преступления и забрала разное барахлишко из квартиры. По ее мнению, мертвый дядя в луже крови, не мог сильно напугать ее ребенка. Через несколько дней подруг вычислили, арестовали и отправили в СИЗО. В суде я хорошо провел дело, моя подзащитная получила 11 лет колонии при санкции статьи до 15 лет колонии или пожизненное лишение свободы. Очень опытный прокурор, после процесса похвалил меня за хороший анализ доказательств и речь в прениях. После этого случая я сделал для себя несколько выводов: Не стоит пускать к себе домой мало знакомых людей. Преимущество в возрасте, жизненном опыте, весе и росте не всегда дают гарантию выжить при нападении преступников. Убить человека могут не только за миллион, а всего лишь за банку самогона. Жизнь человека в наше смутное время не стоит, увы, ломаного гроша. Как-то так.

Разбойница – ворюга.

Недавно я принял поручение суда на участие в судебном процессе по продлению испытательного срока одной женщине, ранее судимой за разбой. За мою многолетнюю практику адвоката, граждане, которых я защищал по разбою, били людей кирпичами, битами, руками и ногами, резали их ножами, отбирая при этом кошельки, деньги, мобильные телефоны, машины, ценные и совсем не нужные вещи. В крайнем случае, совершали разбойные нападения на дома и квартиры зажиточных людей или нападали на предприятие, вооруженные автоматами и завладевали не одним десятком килограммов платины. Поэтому я был готов к встрече с клиенткой, подходящей под описание преступников из моей практики. Как оказалось, клиентка совершенно не заслуживала гордого звания «разбойница». Дама возрастом около пятидесяти лет, замужем, двое взрослых детей, муж воюет на СВО, сама она работает администратором в кафе. Из приговора я узнал следующее: дама была в магазине, взяла бутылку водки «Журавли» стоимостью 175 рублей, положила в карман пальто и двинулась на выход, минуя кассу. Бдительный охранник предложил ей оплатить товар, но не на ту напал. Дама, справедливо возмутилась такой наглостью и дерзостью охранника и залила его лицо аэрозолью из перцового баллончика. Враг был разбит и залился слезами. Я спросил ее, зачем она это сделала. На что она ответила, что постоянно брала в этом магазине водку без оплаты, но хозяин магазина был хороший человек, прощал ей эти маленькие слабости, товар не забирал и скандал не устраивал. Наверное, он испытывал к моей клиентке симпатию, и в будущем, возможно, надеялся на романтические отношения. По моей шкале привлекательности дама набирала твердую тройку с минусом. Впрочем, все это мое оценочное суждение, как говорится «на любителя».

2

Могу сделать следующий вывод: живем мы очень скучно, без приключений. Как говорил герой Георгия Вицина в фильме «Не может быть»: «Грубый век, грубые нравы. Романтизьму нету. Не дают человеку спокойно жить». Ну, какой смысл и интерес моей клиентке законно купить бутылку водки и выпить ее одной или с подругой на кухне? А так бутылку украла, с охраной подралась, серьезную статью получила. Три года испытательного срока теперь нужно ходить тише воды, ниже травы, чтобы не попасть в тюрьму. Романтизм!

Понятые – физические лица не заинтересованные в результатах дела. (Комментарий к ст.223 УПК Украины).

Однажды утром позвонил замдиректора фирмы и попросил принять участие в обыске, который в данный момент проводится в их офисе. Директора и главного бухгалтера силовики «взяли в плен», полиция не разрешает им звонить по телефону, никого в офис не пускает и не выпускает. Через пятнадцать минут я был на месте и с большой радостью влился в группу, состоящую из следователя, оперов, понятых и должностных лиц фирмы. Обыск был в разгаре, директор и бухгалтер почему-то были с расстроенными и напряженными лицами, но с моим приходом они явно воспряли духом. Полиция не сильно обрадовалась появлению незванного гостя (не татарина), но и не расстроилась. Опера выгребли с полок бухгалтерские документы и начали их фиксировать. Я был немного расстроен тем, что документы не свалили в один мешок, как происходило очень часто ранее, а аккуратно заносили в опись каждую бумажку, всего 606 листов. Так весь процесс занял каких-то семь часов. Также мне не удалось «поймать» понятых без паспорта, как я делал много раз. В данном случае паспорта у понятых были. Привлекали внимание сами понятые: две чистенькие, аккуратные бабули-пенсионерки, одна 72-х лет, а вторая 66-ти. Женщины мужественно выдержали испытание, просидев на стульях в холодном помещении более семи часов. Я давно заметил, что понятые на подобных мероприятиях бывают разные, в зависимости от квалификации преступлений. Так на обыски в квартирах чиновников и коммерсантов приводят студентов, к сбытчикам наркотиков обычно понятыми приходят опийные наркоманы, теперь стали привлекать бабулек-пенсионерок. А где сейчас на улице перед проведением обыска можно встретить и пригласить в качестве понятых пару молодых и образованных людей, охваченных чувством гражданского долга, желанием помочь полиции и готовых совершенно бесплатно отдать стране свои семь часов личного времени? Вот и остаются бабули, получающие нищенскую пенсию и готовые за 100-200 гривен на лишения и неудобства. Я понимаю этих людей, и нисколько их не осуждаю. Но я бы свою маму к такому заработку никогда не допустил.

Р.S. Бухгалтер предприятия постоянно подозрительно кашляла. Через пару дней я свалился с ковидом, но, слава Богу, не попал в реанимацию и не отдал Богу душу, как многие мои друзья и знакомые, а лечился и выжил в домашних условиях.

2020г.

3

Опознание или рулетка для дилетантов.

«Поистине ловок тот, кто умеет скрывать свою ловкость».

Франсуа де Ларошфуко (1613-1680)

Довелось мне как-то защищать молодого парня, которого подозревали в совершении разбойного нападения. Его родители и сам парень заверяли меня, что он этого не совершал, и потерпевшего вообще никогда не видел и не знает. Следователь решил провести опознание с участием потерпевшего, который якобы запомнил нападавшего. В комнате для проведения процедуры находились еще двое парней примерно такого же возраста и комплекции, как подозреваемый, и пара понятых. Всех опознаваемых поставили в ряд, клиент расположился посередине, и в этот момент в кабинет, вроде бы случайно, заглянул оперативник. За пару секунд он оценил обстановку и скрылся за дверью. Если бы я не придал этому значения или бы просто следил за мухой на окне, последствия для клиента были бы весьма плачевные. Я сразу же сказал следователю, что клиент передумал и хочет стать с краю, а не в середине. Парень занял позицию крайнего, следователь позвонил по телефону, и в кабинет зашел потерпевший. На вопрос следователя, кого он узнает, тот уверенно указал на гражданина, который находился в центре. Так мой клиент отправился домой к родителям, следователь продолжил расследовать дело, а опера вновь занялись поиском подходящего кандидата на роль разбойника.

Как можно легко получить 15 лет колонии и никому за это ничего не будет.

Летом 2005 года друзья моих знакомых обратились ко мне за помощью. Их родственник был задержан милицией и обвинялся в убийстве. Я пояснил, что не защищаю убийц и посоветовал найти другого адвоката. Но меня стали убеждать, что родственник не мог совершить убийство, поскольку он ранее сидел за мошенничество и на «мокруху» не пошел бы. Я решил проверить так ли это на самом деле, и вот что из этого вышло. Следователь прокуратуры, который расследовал это дело, был удивлен моим посещением. Он сказал, что подозреваемый уже полностью признал свою вину и дал показания. На мое предположение, что, возможно, клиент не совершал преступления, прокурор рассмеялся и поделился информацией, которая, по его мнению, должна была отбить у меня всякую охоту продолжать свою работу. Согласно заключения судебно-медицинской экспертизы в желудке трупа потерпевшей имелись кусочки вареного яйца и помидоров. А подозреваемый, якобы добровольно, дал показания о том, что перед конфликтом с потерпевшей они употребляли алкоголь и закусывали вареными яйцами с помидорами. Как потом я понял, информацию о СМЭ знали не только эксперт и прокурор, но и оперативные работники, которые «работали» с клиентом. Спустившись в подвал изолятора временного содержания (ИВС), я встретился с подзащитным, представился, сказал, что меня наняли его родственники и попросил рассказать мне правду. Парень выглядел подавленным и испуганным. Он рассказал, что вообще не знал потерпевшую, никогда в жизни ее не видел, а дал признательные показания под физическим и моральным воздействием сотрудников уголовного розыска.

4

Задержали его без составления протокола, два дня водили по кабинетам розыска, и все кому не лень избивали его, били толстой книгой (уголовным кодексом) по голове, почкам, приковывали наручниками к батарее, унижали и всячески оскорбляли. Его ставили на «растяжку» и, когда он не выдерживая напряжения, падал, били ногой в пах, надевали на голову полиэтиленовый пакет и душили, наносили удары по голове и туловищу сиденьем от стула, бутылкой с водой. Ему угрожали физической расправой и обещали посадить в камеру к уголовникам, которые его «опустят», если он не признается в убийстве. Также опера говорили, что если он не согласится признаться в убийстве, то его вывезут в лес, убьют и закопают, так как о том, что он в милиции, якобы, никто не осведомлён, и его родственники не знают, куда он пропал. Ночью с ним в кабинете просто сидел один из оперативников и постоянно его толкал, не давая уснуть. Били его весьма профессионально, со знанием дела, поэтому практически никаких следов на его теле не осталось. Жаловаться и требовать медицинского освидетельствования клиент обоснованно посчитал бесполезным, поскольку у него не было переломов, ран и синяков, которые можно было бы показать врачу. Его сокамерники видели и могут подтвердить, в каком состоянии его возвращали после «бесед» с сотрудниками розыска. Клиент также сообщил мне, что после избиений стал мочиться кровью, просил конвой оказать ему врачебную помощь, но тщетно. Через три дня он был сломлен и под диктовку оперативника написал явку с повинной. Его повезли на воспроизведение, но перед этим к нему пришел адвокат по назначению и сразу спросил, есть ли у него деньги. Парень ответил, что нет, и у того пропал к нему всякий интерес. Я знал этого адвоката с нехорошей стороны. Бывший сотрудник полиции, который попался на взятке в сумме каких-то жалких 150 гривен, но при задержании успел их съесть, поэтому не сел в тюрьму, а только был изгнан со службы более «честными и порядочными коллегами». Адвокат относился к так называемым «ментовским» и готов был на все ради гонорара. О моральных принципах, чести и достоинстве речь, как вы сами понимаете, не шла. Сам процесс воспроизведения заслуживает отдельного разговора. Подозреваемый в наручниках, следователь, эксперт и несколько оперов выехали на микроавтобусе на проведение следственного действия. Поскольку клиент не знал, где именно было совершено преступление, то указанием маршрута руководил опер уголовного розыска. Выехав за город, все вышли из автомобиля. Куда идти клиент не знал, и его, как барана на веревке, потащили в лес. Минут двадцать вся публика бродила по лесу и наконец один из оперов сказал: «Да вот же это место, куда мы выезжали на труп». Видеосъемка тогда еще не велась, клиента поставили в «позу Владимира Ильича» с протянутой рукой, показывающего дорогу в светлое будущее, и сделали несколько снимков фотоаппаратом. На этом мероприятие завершилось. Клиент был задержан, как подозреваемый в совершении преступления, и составлен протокол задержания. На избрании меры пресечения в суде клиента с полпинка отправили за решетку, так как его адвокат мирно дремал на скамейке, и защищать клиента было некому. Вся это история мне очень не понравилась, и я решил взяться за защиту. В голове созрел план действий, и возникла масса вопросов к клиенту. Парень оказался весьма смышленым и обладал феноменальной памятью. У него было серьезное алиби, и он практически поминутно без колебаний расписал мне весь свой день, когда было совершено преступление. Выяснилось, что в то время, как он по версии следствия, встречался с потерпевшей в

5

городе, покупал с ней продукты в магазине, шел пешком за город и совершал убийство в лесу, клиент занимался совсем другими делами. Его видели водитель и кондуктор троллейбуса во время поездки по городу, знакомый в этом же троллейбусе, бармен в баре, водитель такси и еще пару приятелей. Конечно же следователь отказал мне в ходатайстве о допросе этих лиц. Ну не ломать же так хорошо состряпанное дело. Но я вытащил всех в суд, где они были допрошены, как свидетели. Кроме этого, клиент в суде дал подробное описание практически всех служебных кабинетов уголовного розыска, в которых он побывал, включая номера кабинетов, фамилии, имена и приметы сотрудников, а также назвал такие мелочи, как фамилии на бирках на служебных сейфах, расположение столов, указал в каком именно углу кабинета на вешалке висела милицейская фуражка, и на какой полке лежал тяжелый уголовный кодекс для битья по голове. Суд поручил прокурору провести проверку показаний подсудимого. Через месяц прокурор огласил результаты проверки: «Показания подсудимого о применении к нему мер физического воздействия со стороны сотрудников милиции не нашли своего подтверждения». Свидетелями обвинения выступили две женщины среднего возраста, которые, якобы, видели подсудимого вместе с потерпевшей в день убийства, и на следствии опознали его. Опознавание проходило не вживую, как того требует закон, а по фотографии размером три на четыре сантиметра плохого качества, на которой был изображен какой-то субьект с лицом негра. По этой фотографии можно было опознать половину жителей города, включая судью и меня самого. Одна из свидетелей рассказала, что видела подсудимого, когда он сидел на корточках возле потерпевшей, но со спины. На мой вопрос, как ей удалось опознать его по фото, если она видела его спину, женщина пояснить не смогла. Вторая свидетельница рассказала, что видела подозреваемого с потерпевшей с расстояния в 7-10 метров, когда они проходили мимо нее. На носу у свидетельницы были очки с толстыми линзами. Я спросил, какое у нее зрение? «Минус 12» - был ответ. «А хорошо ли она меня видит сейчас?»,- я находился от нее на расстоянии двух метров. Ответ: – «Смутно». «А судью вы видите?» Судья был за столом на постаменте на расстоянии 5-6 метров. Ответ: – «Судью не вижу вообще». На мой вопрос, как ей удалось опознать подозреваемого по фото, если она не может разглядеть меня, она пояснить не смогла. Вот такие бывают «свидетели». Почти год длилось следствие и судебный процесс. За это время подсудимый написал более ста жалоб во всевозможные инстанции, включая Уполномоченного по правам человека, в Верховную Раду и Президенту Украины. На жалобы он в лучшем случае иногда получал какие-то отписки, но в основном ответов на них он не получал. Суд отправил дело на дополнительное расследование, где оно впоследствии благополучно умерло. Клиента выпустили на свободу. Прокуратура обжаловала это постановление в апелляционный суд, но безрезультатно. С моей подачи суд отменил постановление следователя прокуратуры об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении сотрудников уголовного розыска. Никто, конечно, дело не возбудил и ничего не расследовал. Клиенту я посоветовал уехать из города поскорее и возможно подальше. После его разоблачений в суде, массы жалоб во все инстанции у него появилось много недоброжелателей и врагов, и его просто бы не оставили в покое. Но клиент меня не послушал, а зря. И я оказался прав. Через полгода узнал, что его нашли на троллейбусной остановке с проломленной головой. Вывод СМЭ был однозначен: смерть наступила от удара головой об асфальт, от падения с высоты собственного роста. Но рана почему-то была на макушке.

6

Как я ездил в Верховный Суд Украины или что еще нужно знать о системе правосудия в Украине. 2010г.

Мой друг попросил меня принять участие в защите односельчанина в уголовном деле. Кто-то ночью в селе лишил жизни одинокую старушку и завладел ее копейками. Родственники подозреваемого клялись и божились, что их сын находился ночью дома. Сам клиент был арестован и во время личной встречи рассказал следующее. После обнаружения трупа в село приехали сотрудники милиции, и началась «работа». Методика проста: набрать побольше людей и поработать с ними пожестче. Что и было сделано. Сначала в сельсовет собрали с десяток мужчин и держали их там целый день до самой ночи, не давая сходить в туалет. Доведя, таким образом, людей до уровня скотов, милиционеры «сжалились» и милостливо разрешили справить им малую нужду прямо возле сельсовета. После такого правонарушения их сразу же отправили в райотдел, как злостных хулиганов, потому что ранее поводов и оснований для задержания не было. В райотделе милиции их оставили на всю ночь сидеть на холодной лавочке, как каких-то бомжей. Утром клиента заставили подписать заявление о добровольном участии в проведении тестирования на полиграфе, а после этого – будьте добры на встречу с операми из Луганска. Клиенту запомнилась фраза главного опера: «Ты продержишься ровно 15 минут, но не больше». Далее на сцену вышли три заплечных дел мастера, которые быстро добились желаемого результата. Клиент не был силен духом, не смог выдержать побоев и под диктовку полиции написал явку с повинной. Дело в первой инстанции слушалось коллегией апелляционного суда. У меня уже был опыт работы адвокатом более девяти лет, и по поведению судей и прокурора мог с большой долей вероятности определить перспективы дела. Я не ошибся: судьба моего подзащитного была предрешена с самого начала. Гособвинитель – молодая прокурорша весь процесс демонстративно играла на ноутбуке в игры, не задав ни одного вопроса подсудимому и свидетелям. Члены коллегии вели себя аналогично: один судья с грустным видом безучастно смотрел в окно, второй был занят в ноутбуке чем-то более интересным. Председательствующая постоянно прерывала меня, не даваля задавать неудобные вопросы свидетелям, покрикивала и всячески показывала, что я ей мешаю своим присутствием. Но поскольку клиент занял позицию непризнания вины, то мне ничего не оставалось, как эту позицию поддержать. Тем более, что единственным доказательством его вины по делу была явка с повинной, которую он написал в результате физического воздействия милиции. Я бился за него, как лев, но тщетно. Из-за моей принципиальной позиции клиент, который был ранее не судим, положительно характеризовался, официально работал, имел семью и малолетнего ребенка, получил пятнадцать лет колонии. То же наказание суд определил и подельнику-организатору, который был неоднократно судимым, и на котором негде было ставить клейма.

Кассационную жалобу на приговор рассматривал Верховный Суд Украины. Рассмотрение жалобы проходило в Киеве в здании Верховного Суда, где вся обстановка и убранство поражали своей помпезностью и безвкусицей по принципу «дорого-богато». Предварительно охраной был произведен обстоятельный шмон, включая прохождение рамки металлоискателя и копания в моем адвокатском портфеле. Это было похлеще, чем перед посещением СИЗО или ИТК.

7

Меня даже заставили хлебнуть из моей бутылки с водой, наверное боялись, что в ней бензин или ракетное топливо. Всех нас, жалобщиков, человек пятнадцать завели в огромный зал и посадили за большой, длинный стол. На столе перед нами стояли таблички: «Член Президиума такой-то», «Член Пленума такой-то». Менялись коллегии, слушали дела очень быстро, особо не рассусоливая и не напрягаясь. Наконец-то вышла наша коллегия – два дядечки и одна тетечка, все в обычной гражданской одежде, без судейских мантий, чисто по-свойски, чуть ли не в гостиничных халатах и домашних тапках. Подтянулся и представитель прокуратуры – мощная тетя, общим весом килограммов сто двадцать, с погонами полковника. Рассмотрение было демократичным и поразило своей простотой. Дядя судья задал вопрос: «Что нам скажет обвинение?» Прокурор: «Доказательства законны, прошу приговор оставить в силе». «Что нам скажет защита?» Я подробно рассказал о грубейших нарушениях закона, просил отменить приговор. «Пойдем посовещаемся» - сказал дядя судья, и все трое удалились, но не надолго. Итог: приговор изменили, исключили из списка доказательств явку с повинной моего клиента. В остальной части оставили приговор без изменений. Вот и все, что нужно знать всем о системе правосудия в Украине. Больше в Верховный Суд я никогда не ездил и не поеду.