Сдвиг. Незримая сила

© Владимир Шариков, 2026

ISBN 978-5-0069-6118-0

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Очередной ученик

На одном металлургическом заводе не большого провинциального городка, работал обычный парень, Александр Васильевич Шиш. Таких как он в стране были миллионы или если сказать проще, то эта была та самая наша обычная серая масса которая изо дня в день делает одну и туже рутинную работу при этом иногда ругая себя за то, что когда-то плохо учился. Завод на котором работал этот парень хоть и относился к металлургическому производству, но по факту таковым он считался уже только лишь на бумаге, потому что после перестройки из металлургии там остался только один цех в котором как раз и трудился этот не для кого не приметный самый обычный гражданин. Порой глядя на свою заработную плату в свой расчётный лист, он иной раз клял себя за то, что до сих пор работает на этом производстве и не перебрался на какое-нибудь более доходное, но из-за того, что порядки и некий уклад той советской заводской жизни в цехах ещё сохранялся, понимал, что в другом месте с его характером который выработался в нём за долгие годы работы, адаптироваться к новому укладу другой системы будет трудно. Он продолжал работать и не смотря на все возникающие трудности старался по возможности поддерживать этот старый заводской порядок даже не смотря на то, что жизнь вокруг стремительно менялась и то предприятие к которому он привык, тоже потихоньку перестраивалось, что иной раз его ещё больше подталкивало к тому чтобы с него уйти. К тому же вот уже почти три месяца он работал с не укомплектованной бригадой, из-за чего чуть ли не постоянно изо дня в день, из смены в смену, требовал от своего непосредственного начальства людей, потому как работа в цеху была тяжелая и во избежание травм, да и просто косых взглядов в сторону бригадира, бригаду нужно было укомплектовать. И вот одним самым обычным весенним днём, для этого парня и его мастера смены сбылось то, о чём они оба так мечтали вот уже несколько месяцев. В их цех пришел устраиваться на работу молодой человек на должность помощника по выпуску готовой продукции.

«Всё, – подумал мастер, – пошлю этого пацана к Шишу и на этом мои мучения с ним по поводу не хватки людей закончились». Проведя с вновь прибывшим рабочим беседу и объяснив ему то, с кем ему придётся работать, мастер смены направил его к тому, кто его постоянно доставал. Рабочий по прозвищу и фамилии Шиш к которому был направлен молодой человек, работал на поточной линии и будучи на ней основным работником, должен был контролировать не только качество выпускаемой продукции, но ещё и приглядывать за тем как выполняют свою работу другие рабочие на этой линии, отчего с годами у него выработались такие качества, которые позволяли ему замечать и слышать всё, что происходило вокруг, а уж заметить постороннего человека и вовсе не составило бы для него большого труда. Поэтому, как только Шиш на своей линии заметил постороннего человека, он немного подождал пока парень подойдёт к нему поближе и после того как тот немного со стороны понаблюдал за его работой, повернулся в его сторону и поманил рукой чтобы поговорить.

– Что, пришел к нам устраиваться? – обратился Шиш к парню, как только тот к нему подошел.

– Да, – ответил парень.

– И наверное помощником? – с ухмылкой спросил Шиш.

– Да, – подтвердил парень.

– И сколько пообещали тебе платить за выполняемую работу, если не секрет? – поинтересовался Шиш.

Парень тут же пальцами обеих рук показал Шишу обещанную для него зарплату.

– Ого! – удивился Шиш, – да такую зарплату у нас разве что начальник получает, поэтому иди сейчас к мастеру и получше уточни сумму своего вознаграждения за месяц твоего трудового подвига.

Парень понял, что с ним произошли какие-то непонятки и тут же удалился.

Через несколько минут после этого к Шишу уже подошёл мастер смены, чтобы в очередной раз выяснить с ним производственные отношения.

– Послушай Шиш, – резко обратился мастер к своему подчинённому.

– Не Шиш, а Александр Василич, – в шутку одёрнул Шиш мастера.

– Иди ты на хрен, Александр Василич! – возмущенно сказал на это мастер. – Я к тебе людей присылаю, а ты делаешь всё, для того чтобы они отсюда ушли.

– Да не нужны мне такие люди! – заявил Шиш. – Они либо сбегают отсюда в этот же день, либо после того как узнают какая их здесь ждёт реальная зарплата, работают спустя рукава. Поэтому, скажите пожалуйста, человеку правду и если он после этого здесь останется, то дальше от него можно будет что-то требовать, а если будет по другому, то на хрен сам иди, а от меня с такими людьми лучше отвали.

– Ну да! – ухмыльнулся мастер. – Если каждому говорить правду, то здесь вообще никого не останется.

– Вот и хорошо, – сказал на это Шиш. – Может быть хоть тогда наши хозяйчики поймут, что наше производство пора немного усовершенствовать, улучшить условия труда и перестать постоянно хапать из кармана рабочих.

– Блин, – ругнулся мастер, – тебя когда-нибудь выгонят отсюда за такие речи, да ещё в чёрный список занесут, чтоб на другую работу не взяли.

– Меня! – с большим восклицанием возразил Шиш, показывая на себя большим пальцам правой руки: – Эт вряд ли и на это как ты сам знаешь есть аж несколько причин. Первая причина – эта то, что если вдруг что сломается, позовут отремонтировать именно меня, потому что только я знаю, что на этой линии может выйти из строя и как это починить. Вторая – это то, что чтобы пересчитать в цеху таких спецов как я, пальцев на одной руке будет много. Поэтому, как бы вам этого не хотелось, а меня вам всё-таки придётся терпеть. Ну и в-третьих, на моё место не так уж много народа нашлось. За последних пятнадцать лет людей много приходило, да только кроме меня дурака на этом производстве за эти деньги ещё никто не задержался.

Случай был что говориться курьёзный, только как бы он в этот момент со стороны смешно не выглядело, а в своих этих замечаниях Шиш был действительно прав, потому как в своём цеху он был и вправду хорошим специалистом, работа у него была тяжёлая, а зарплата желала увы лучшего, из-за чего на его место народ желанием не горел. Однако как человек не глупый, он прекрасно осознавал для себя то, что даже не смотря на все эти его плюсы, за чрезмерно острый и длинный язык, пострадать может любой. По этому в этом отношении как бы там язык у Шиша не чесался, а он всё же старался быть осмотрительным, а иной раз так и вовсе просто сдержанным человеком, даже несмотря на то, что внутри у него всё кипело и рвалось вырваться наружу.

– Ладно, – сказал мастер, – брехать можно до вечера. Сейчас этот малый подпишет кое-какие бумаги и я опять пришлю его к тебе. Только прошу, пожалуйста, не пугай его больше ничем, пусть хоть чуть-чуть поработает, а там глядишь притрётся и останется.

– Хорошо, – пообещал Шиш. – Пусть поработает, ну а насчёт того, что он здесь останется – это ты слишком сильно себе губу раскатал. Ведь по нём сразу видно, что он не служил в армии. А ведь ему на вид уже примерно двадцать два, двадцать три года будет, а это значит, что он либо косит, либо уже откосил от службы. И ещё, обрати внимание на его руки, несмотря на то, что он мальчик крупный, они у него нежные и гладкие, а раз так, то это значит, что работал он видимо только в ПМК.

– Это что ещё за контора? – удивился мастер.

– Самая обычная, – ответил Шиш. – Называется: «Пока мать кормит».

– Слушай Шиш! Да тебе пора менять место работы! – с насмешкой подметил мастер. – Ты уже любого Шерлока Холмса за пояс заткнуть можешь с такими своими дедуктивными способностями, от того наверное и лысый такой.

– Лысина моя тут не причём, – заявил Шиш и сразу пояснил на счёт своих способностей, – просто за пятнадцать лет работы я их столько видел, перевидел, что про этого парня без всякого дедуктивного метода всё рассказать могу, что он и кто он.

– Ну вот что Шерлок Холмс любитель, – сказал мастер, понимая то, что беседа начала затягиваться, – если бы мы здесь каждого по фейсу выбирали, ты бы сюда точно бы не попал. Так что всё, закончим на этом.

Мастер знал, что Шиш хорошо умел разбираться в людях, отчего хоть частенько и подсмеивался над ним, но всё же к его советам прислушивался, даже несмотря на то, что в некоторых случаях был с ним абсолютно не согласен. Однако, как бы они друг с другом не спорили, изменить сами на заводе они к сожалению ничего не могли, потому как зарплата в цеху у не основных рабочих на линиях вообще была мизерная и люди проработав месяц или два, уходили куда-нибудь на более выгодное место. И вот из-за того, что ничего нельзя было изменить, сняв между собой небольшую напряжёнку в некой своей словесной форме, мастер смены ушёл и Шиш снова продолжил работу, мысленно готовясь ко второй встрече с молодым пополнением. Примерно через полчаса, когда он уже стал подумывать о том, что тот парень которого к нему направили уже в цеху вряд ли появится, тот как не странно снова вернулся.

– Судя потому, что ты ещё здесь, я так понимаю, что ты всё же решил остаться? – спросил Шиш.

– Да, – подтвердил парень. – Решил, что поработаю у вас тут немножко пока по лучше себе работу не найду.

– Что ж, раз так, тогда, пожалуйста, отойди за три метра и подойди ко мне заново как полагается к старшему по званию, – в шутку потребовал от парня Шиш, стараясь при этом быть абсолютно серьёзным.

– Эта как эта? – удивился парень.

– А вот так эта! – съязвил Шиш. – Подойти строевым шагом, встать по стойке смирно и доложить по форме.

Парень усмехнулся и не возражая на такой прикол, покорно выполнил те требование, которые ему предъявил тот к кому его направили. Он немного отошёл, потом по направлению к Шишу отчеканил перед своим будущим бригадиром строевой шаг, встал по стойке смирно и представился:

– Рядовой Смирнов прибыл в ваше распоряжение на постоянное место работы.

– Вольно, – скомандовал Шиш и тут же сделал парню своё первое замечание. – Опустите руку молодой человек, её к пусто голове только американцы прикладывают, а у нас в отличии от них только к головному убору. – После чего про себя подумал: «Парень с юмором, кто знает, может и сработаемся». – Что ж, будем знакомы, – сказал Шиш и протянув руку представился, – Александр, можно просто Сашка.

– Сергей, – представился парень и пожал Шишу руку.

Шиш взглянул на часы:

– Ну что Серёж, до конца рабочей смены осталось не много, так что чтоб ты мне здесь пока особо не мешался и для себя хоть что-нибудь вразумил. Пойди на первую линию и посмотри на то какая разница в работе между мной здесь, и другим ведущим рабочим там. Ну и так, просто погуляй пока по цеху, посмотри как люди работают, чем занимаются, каким воздухом дышат и ещё раз подумай о том, стоит ли здесь тебе задерживаться или нет, ведь цех у нас всё-таки вредный, а у тебя организм молодой, не окрепший, растущий.

Смена у Шиша в этот день была удачная, план он сделал легко, да и к тому же ещё и помощника дали. Но вот только он не знал ещё того, что самые большие неприятности в его судьбе поджидали его уже в этот день после рабочей смены, из-за которых та жизнь которая ему всегда казалась тихой, серой и скучной, наполнится после этого такими страшными событиями, которых он никогда бы даже самому злейшему своему врагу не пожелал. А пока, ни о чём не подозревающий Шиш спокойно заканчивал свою смену, мысленно подготавливая речь для своего начальника цеха, который собирал рабочих на своё внеочередное собрание по поводу электронных обеденных карточек. Шиш уже убирался на линии, когда к нему опять пришёл его очередной новый молодой рабочий, который уже успел осмотреть к этому времени весь цех и вернутся с твёрдым намерением остаться работать у Шиша.

– Ну что, так и не передумал, или пришёл мне на прощание ручку пожать? – спросил Шиш сразу, как только парень к нему подошёл.

– Да наверное всё же останусь, потому, что лучше чем эта работа я пока ещё не нашел, – признался парень.

– Что ж, спасибо за откровенность, – похвалил Шиш и сразу обратился с вопросом: – Ну раз ты всё в цеху посмотрел и решил тут немного помучатся в месте с нами, тогда ответь мне: «Чем моя вторая линия отличается от первой?»

– Мне кажется, что у Вас здесь немного спокойней, – ответил Сергей.

– Правильно кажется! – подтвердил Шиш. – А знаешь почему?

Сергей покачал головой.

– Темнота! – упрекнул Шиш. – Смотри, тут же всё просто: «Чем лучше линию настроишь, тем меньше мучатся потом», – в рифму сказал он, после чего продолжил пояснять ещё одной известной всему народу фразой: «Спешка нужна только при ловле блох, а у нас торопится не надо и даже иногда опасно. Тех торопышек которых ты видел на первой линии, я за глаза называю забойными баранами, потому что они всегда хотят сделать продукции больше всех и причём любой ценой. Даже если у них на глазах будет разваливаться линия, они всё равно будут стараться сделать продукции больше остальных рабочих в цеху, потому что у этих баранов сильно развита алчность и гордыня. Наш начальник накинет им к зарплате на одну тысчонку по больше, они и рады гнать выпучив глазки, а начальству только того и надо, чтобы тех спецов которые много болтают потом этим к ногтю прижать. Типа – вот мол, смотрите как люди умеют работать. Я им денежки, а они мне за это ещё больше сверх плана дали, а то что норма чуть больше стала, так им то какая разница, если дневную норму они каждую смену перевыполняют. А вот остальные только огрызаться умеют и ничего больше. Нам бы собраться да им морду набить, но только народ у нас в России, так, не рыба, не мясо. Ни сговорится, не потребовать, не постоять за себя толком не может, от этого возможно и зарплата в цеху такая низкая».

– Извини Саш, вот про торопышек я понял, а вот кто такие забойные бараны не знаю. Разъясни мне, если не трудно конечно? – попросил Сергей.

– Что ж в целях повышения твоей образованности, объясняю, – сказал Шиш и приступил к пояснению: «Забойный баран это тот, который ведёт за собой на бойню всё стадо».

– Извини, но всё равно не понял, – пожав плечами и покачав головой, сказал Сергей.

Шиш улыбнулся и глядя на парня подумал: «Либо издевается, либо просто обычный городской балбес», – но не смотря на это своё замечание, стал разъяснять парню всё это как можно подробней: «Чтобы забить животных и разделать на мясо всё стадо которое столпилось в загоне, для этого нужно загнать этих животных из просторного загона в узкий проход, в котором они перестанут держаться друг за друга и станут более уязвимыми. Но животные не человек, они сразу чувствуют опасность и особенно то место, откуда идёт запах крови. Поэтому они ни за что ни сунуться туда, где их могут перебить по одиночке. И тогда, чтобы завлечь их в это гиблое место, впереди всего стада ставят специального барана, который вопреки своему чутью в отличии от всех, туда всё же идёт, потому что прекрасно знает о том, что ему там в конце пути в отличии от остальных, ничего не будет. Его в нужный момент просто отводят в сторону, чтобы потом для такой цели использовать ещё и ещё. Но самое страшное то, что этот баран прекрасно знает куда всех за собой ведёт и не препятствует этому потому, что ему просто нравится быть первым. Идти впереди всего стада и чувствовать себя вожаком. А когда его перед самым забоем уведут в сторону от остальных, он при этом почувствует себя ещё и избранным».

– Ну, теперь понятно, кто такой забойный баран? – поинтересовался Шиш у парня тем, усвоил ли тот данный материал.

– Теперь да, – ответил Сергей.

На этих словах Шиш закончил свою маленькую лекцию, подмёл на рабочем месте пол и вместе со своей бригадой и своим новым сотрудником, отправился в красный уголок на собрание.

Повод для провидения внеочередного собрания был веским, народу не нравилось ходить в столовую по электронным карточкам, на которые начислялись деньги из их зарплаты.

Несмотря на то, что в красном уголке мест впереди было достаточно, Шиш со своим новым помощником вопреки этому расположился на галёрке. Он специально выбрал именно это место для того, чтобы по ходу собрания наблюдать за реакцией народа.

– А что они хотят? – поинтересовался Сергей у своего теперь уже бригадира, потому, что прислушиваясь к возмущающейся толпе, никак не мог уловить сути и повода для этого сборища.

– Да ничего существенного, – ответил Шиш. – Сейчас душу начальнику изольют и разойдутся.

– Так мы здесь что, типа как в церкви получается? – сделал Сергей из слов Шиша свой шутливый вывод.

– Ну, что-то вроде того, – подтвердил Шиш. – Да сейчас сам всё увидишь, так что не отвлекай, мне интересно, народ серьёзно настроен, или нет, – попросил Шиш и стал прислушиваться к голосам выступающих.

Собрание проходило шумно, организованности у рабочих не было и каждый высказывал всё, что у него на душе наболело, отчего большинство выступлений рабочих на собрании вообще были абсолютно не в тему. Начальнику цеха это было как раз на руку, он тянул время и ждал того, когда рабочие устанут от этих своих чрезмерных эмоций чтобы потом воспользовавшись этим, вроде как по просьбе трудящихся быстренько завершить собрание и со всеми своими благими пожеланиями, всех быстренько распустить по домам.

Шиш сидел тихо, он давно уже приготовил для собравшихся сразу две речи, одну ругательную, а другую хвалебную, вот только примерно уже через двадцать минут, по настрою рабочих для него уже было понятно то, что его ругательная речь точно отпадает, в связи с чем он решил выступить со своей хвалебной речью, но уже в конце собрания, так сказать под занавес. Начальник цеха – Николай Николаевич, в отношении психологии людей был человеком тёртым и в своё время ему иногда приходилось проводить собрания и по серьёзней чем то, по которому сейчас собрались его рабочие, отчего чувствовал себя на нём более уверенно. К тому же он хорошо знал о том, что пока такие люди как Шиш молчат, то ничего существенного от него на этом собрании никто не потребует. Поэтому, чтобы избежать выступлений от подобных рабочих, он частенько по ходу собрания на них останавливал свой взгляд и всем своим нутром мысленно говорил: «Молчите». Но Шиш пришёл на собрание не сидеть и уж вовсе не для того чтобы молчать. Дождавшись своего момента, он встал и прямо от галёрки направился к трибуне начальника, при этом нагло вопреки всем присутствующим ещё и вызывающе громко хлопая в ладоши. Дойдя до трибуны и пожав свои руки у себя над головой, при этом ещё отжестикулировав таким образом всем кто был от заводского правления своё искреннее восхищение, сказал:

– Николай Николаич и все присяжные заседатели, я с вами целиком и полностью согласен.

После такого нахального выхода, Шиш тут же за своей спиной услышал возгласы рабочих: «Шиш, иди на хрен, заканчивай комедию». На что Шиш повернулся к народу и жестом ладоней обеих рук попросил всех успокоится, но по-видимому народ этого не понял и снова потребовал, чтобы он ушёл. Однако Шиш был мужиком настойчивым и в тех делах которые касались его практически на прямую, просто так без боя уходить не собирался.

– Мужики, – обратился Шиш к рабочим. – Я терпеливо выслушал присутствующих здесь людей из правления завода и послушал от вас всё то, о чём вы здесь все говорили, так дайте же и мне сейчас высказать своё мнение по той проблеме по который вы все собрались.

Народ немного стих и кто-то из толпы, очевидно для того чтобы в зале красного уголка было немного тиши, выкрикнул: «Ладно! Давай послушаем, что он нам скажет, да пойдём домой. И так уже засиделись». Народ угомонился, Шиш повернулся к сидящему за столом правлению и своему начальнику цеха, который стоял за трибуной и по взгляду которого он сразу понял, что тот просит его быть как можно снисходительней хотя бы в отношении него. Он как будто бы говорил ему: «Шиш, я и так еле-еле сижу на своём кресле, а тут ещё ты со своими речами». Шиш видел это и прекрасно понимал, что у него сейчас сложилось двойственное положение, обидишь приглашённых людей из правления завода, подведёшь своего начальника цеха, а если не ругать правление, то подведёшь рабочих, да и сам ещё при этом в не хорошем цвете перед всеми окажешься. Хотя с другой стороны, жребий был уже брошен и отступать было некуда, поэтому по любому надо было хоть что-нибудь говорить.

«Что ж, буду ориентироваться по ходу настроения и тех, и других,» – подумал про себя Шиш и несмотря на прессующие и сверлящие взгляды на него с обеих сторон, собрался мыслями и начал:

– По последней просьбе своих коллег в которой говорилось больше о том, что тётя Люся с дядей Васей свои рабочие места в цеху убирают гораздо лучше чем все здесь собравшиеся, я понял то, что начисление денег на пластиковую карточку из зарплаты рабочих с той перечисляемой суммой и порядком использования этой карточки которую для всех нас любезно предоставило наше правление завода, наш народ полностью согласен. Поэтому, подчиняясь большинству, я хочу выдвинуть правлению своё встречное предложение. Давайте вообще перестанем выдавать нашим рабочим наличность, а выдадим им вместо этого пластиковые карточки, на питание, на одежду, курение, спиртное, на разные бытовые нужды и так далее в таком прядке. Они же сейчас здесь совсем согласны и хотят домой. Так давайте сделаем им хорошо, чтоб совсем стало весело.

– К стати – Шиш, а ты почему эту карточку до сих пор на себя не оформил? – подметил с места зам начальника цеха.

– Да Владимир Петрович, не оформил, – спокойным голосам ответил Шиш. – И если уж на то пошло, оформлять не собираюсь, потому как мне моя честно заработанная наличность как-то больше по душе, – добавил Шиш для пущей твёрдости сказанного своего заявления. – А знаете почему? Да потому, что эта ваша карточка лишает меня свободы выбора. Ведь если вы придёте в столовую по этой карточке, то у вас там есть только два варианта, кушать то, что дают или остаться голодным, да ещё при этом и без своих кровно заработанных денег, потому как то, что будет лежать на карточке, ни на что другое потратить нельзя. И ладно было бы ещё если бы эти деньги на этой карточке оставались и переходили на следующий месяц, тогда хотя бы можно было бы дождаться того, когда в столовке приготовят что-то более съедобное, так нет же, эти наши деньги оказывается ещё по истечению месяца полностью с этой карточки списываются. Кстати, еда в столовой всегда была не очень хорошего качества, а с тех пор как ввели карточную систему и вовсе никуда не годится, да ещё при этом и в цене заметно прибавилась. А вот за наличные у вас всегда на выбор будет к этому ещё и третий вариант, который говорит о том, что если вам не нравится здешняя пища, то можно всегда на эти деньги принести с собой небольшой термосок хорошей домашней еды и поесть нормально то, что не вызовет в вашем желудке изжогу и чувства обмана и унижения.

– Шиш, хорош воду мутить, – сделал замечание мастер смены. – Ведь ты же прекрасно понимаешь то, по какой причине правление завода на это пошло.

– Да понимаю, – ответил Шиш. – Вот только это никому не даёт права, лишать меня моих кровно заработанных денег.

– А тебя твоих денег никто и не лишает, – сказал начальник цеха. – Оформи карточку на питание и всё то, что на неё зачислят, потрать с пользой как это делают сейчас все нормальные рабочие на заводе, тем более, что правление завода часть этого расхода согласилось взять на себя.

– Да я бы и без этой карточки мог бы ходить в столовую, да вот только пища там как я уже говорил, желает лучшего, – заявил Шиш. – Улучшите обслуживание и качество пищи, тогда и вопрос этот отпадёт сам собой. Я понимаю, что столовая разоряется из-за того, что туда никто ходить не хочет, но поддерживать её содержание из кармана рабочих, это тоже не правильно.

– Это потому, что после девяностых люди туда отвыкли ходить, – подметил начальник цеха. – Вот походите туда по карточке один годок, а там глядишь и пища понравится. К тому же, пятьсот рублей не такие уж и большие деньги, но если ты такой упёртый, то собери подписи с коллектива и передай это коллективное заявление в профком.

«Действительно Шиш, хорош бузу устраивать, домой пора», – выкрикнул кто-то из рабочих в адрес Шиша.

На что Шиш про себя тут же на этого человека выругался: «Вот баран и откуда только ты такой умный здесь взялся».

Но не успел Шиш об этом подумать, как кто-то из рабочих снова выкрикнул: «Ну правда, хорош уже. Один годок можно и потерпеть».

– А может послушаем то, что скажет профком? – предложил Шиш. – С чего вдруг рабочие должны по этому вопросу собирать коллективные подписи, когда факт грабежа на лицо?

– Коллективное заявление нужно для того, чтобы знать то, что этого хочет большинство, а не ты один, – вступился начальник цеха за членов профкома.

– Понятно! – произнёс с досады Шиш с полным осознанием того, что проиграл, а про себя при этом подумал: «Спасибо! Дураков нет! Когда большинство рабочих уже в принципе со всей этой карточной системой согласились, собирать подписи и агитировать против этой карточной системы теперь уже выйдет себе дороже, потому как бузу на производстве никто не потерпит, что разумеется понимает каждый».